Акция скорби - антимарш мира?

Акция скорби - антимарш мира?

Событие: 27 сентября в Москве на Поклонной горе у памятника «Трагедия народов» состоялась акция скорби по погибшим на Украине. Организаторами акции выступали два объединения: «Матери России» и «Национальная родительская ассоциация».

Комментирует эксперт Центра научной политической мысли и идеологии Наталия Шишкина.

По замыслу организаторов, эта акция должна была привлечь внимание общества к военным преступлениям Киева, призвать к расследованию массовых захоронений на Донбассе, отказу от «двойных стандартов по отношению к ситуации на Украине [1]», проведению международного разбирательства по факту убийств на Украине.

Согласно данным МВД, в акции приняли участие 17 тысяч человек, что превысило заявленное количество почти в шесть раз.

Обнаруженные под  Донецком массовые захоронения, которые даже назвали «жертвоприношением Богу фашизма» и  в связи с этим прозвучал призыв к созданию «Общемирового антифашистского комитета [2]», стали только поводом для собрания. Хотя участники акции и подчеркивали, что собрались вовсе не как ответ про-правительственных сил «маршу мира [3]», а на основе общей гражданской позиции и возмущения по поводу найденных на Донбассе массовых захоронений, однако слишком очевидно обратное. Так, со сцены звучало осуждение участников «марша мира», Киевских властей как фашистских – что очень часто звучало из уст представителей официальной российской власти, -  была и поддержка существующего демонстративного курса российской власти относительно Украины.

Собственно, нет ничего удивительного в такой позиции. Стоит упомянуть, что председателями организаций, инициировавшими эту акцию – «Национальная родительская ассамблея», одной из целей которой выступает развитие гражданского общества в России, и объединение «Матери России», поддерживающем официальную власть и государственные программы по развитию семьи и социальной сферы – являются действующие члены властных структур.

Изначально заявлялось о том, что эти организации создадут площадку для выработки государственной  политики [4] в соответствующих областях, но в основном цели и задачи сводятся к поддержке и продвижению существующих государственных программ. Это уже говорит о про-властной направленности этих объединений.

Вполне закономерно, что так называемая либеральная оппозиция отказалась принимать участие в акции, обвинив в последствии организаторов в принуждении людей участвовать в ней, денежном вознаграждении за участие, «зомбированности» участников, разжигании ненависти к Украине и помехе китайским диссидентам, что особенно озаботило Чубайса А.Б.

Акция скорби на Поклонной горе – зеркальное отражение «марша мира». Есть общие черты с маршем мира:

1.  Массовость.

2.  Позиционирование патриотичности.

3.  Призывы к прекращению насилия на Украине и международному разбирательству. Правда, источники насилия участники марша мира и акции скорби называют разные: одни – российское правительство, другие – украинское.

4.  Эта акция явно планировалась как акция широкого охвата, пусть и заявлялась исключительно как общественная панихида, не имеющая отношения к политике: в ней приняли участие активисты общегражданского народного фронта, представители парламентских партий «Единая Россия», «Справедливая Россия», так называемых оппозиционных парламентских партий ЛДПР и КПРФ и непарламентской «Гражданской платформы».

Любопытно, что акция рассчитывалась на 3,5 тысячи человек. В результате превышения заявленного количества и угроз МВД привлечь организаторов к ответственности, к акции привлекалось дополнительное внимание через СМИ. Видимо, при заявке количества людей рассчёт был на то, чтобы привлечь повышенное внимание к «маршу скорби» и на фоне «Марша мира» продемонстрировать одинаковое отношение ко всем митингам и общественным акциям.

По тому, как МВД завышало количество участников этой акции (в отличие от явного занижения количества участников «марша мира»), по фактической поддержке и озвучиванию позиции официальной России, по тому, что организовывали акцию про-властные объединения, очевидно, что эта акция инициировалась «сверху», от власти, а вовсе не гражданскими активистами и не гражданским обществом.

То есть получается, что в общем гражданская и общественная активность держится лишь на стимулах, пришедших извне: либо американская пропаганда позиции и поддержка (в случае либералов), либо организация акций администрацией президента, реактивно отвечающей на акции либералов той же монетой.

Можно сделать вывод, что в России нет той активности общества, в каком-то смысле пассионарности, благодаря которой общество могло бы показывать свою позицию относительно происходящих событий, добиваться определенных результатов в решении проблем и оптимизации государственного управления и стратегии развития.

Это связано, прежде всего, с закреплением монополии в политике, и, как следствие, в умах россиян – установки: «Наш голос ничего не значит, мы ничего не изменим, всё уже известно наперед». Этот же фактор является и причиной низкой явки на выборы, и причиной низкой политической, гражданской активности в принципе. В результате у реальной оппозиции и общества либо не появляется ярких гражданских активистов и лидеров, либо у них нет возможности проявить себя, а это есть отсутствие потенциальной альтернативы существующим и известным многие года кандидатам на выборах в органы власти. Соответственно, не меняется и ситуация в стране – апатичность и «амёбность» населения создают прекрасные условия для стагнации, которая не может длиться вечно.

Сложность организации и малочисленность большинства акций тому подтверждение. В той же Западной Европе, например, на антивоенный марш правозащитной коалиции «StoptheWar» только в Лондоне пришло до двух миллионов англичан [5], при том, что населения в Лондоне меньше, чем в Москве. Для России и 25 тысяч человек – уже почти беспрецедентная массовость. 

Низкая активность существует ещё из-за давления на демократические институты, в том числе ужесточение наказаний в области общественных собраний и организаций митингов. Однако такое «закручивание гаек» может привести к тому, что реальная, активная и готовая действовать оппозиция, не вписывающаяся в два основных течения (либеральное и про-властное), частью рассасывается, а частью уходит, по факту, в подполье. Это чревато непредсказуемостью реальной оппозиции с одной стороны, и повышением агрессивности – за неимением других возможностей отстоять свою позицию – с другой.

Если активность российского общества останется только реакцией на внешние стимулы, то, во-первых, не может идти и речи о соблюдении прав людей и улучшении качества жизни, не говоря уже о формировании не монопольной власти – ведь митинги, гражданская активность это ещё один способ передать власти насущные требования народа. Для власти, для государства потеря реальной оппозиции, потеря обоснованной критики чреваты стагнацией, ошибками в управлении вследствие недостаточной информированности о реальной ситуации и проблемах на местах. Для равновесия и стабильной работы механизма всегда нужен противовес.

А демонстративная борьба двух сил и реакция государства по принципу «око за око, зуб за зуб» приведет к тому, что потребности людей за пределами интересов этих двух течений учитываться не будут, выйдут из поля зрения. А это – ещё один фактор создания бездеятельного недовольства в обществе, в результате готового «взорваться» при малейшей искре.

Во-вторых, изречение Бруно Ясенского «бойтесь равнодушных, ибо с их молчаливого согласия происходят и предательства, и убийства» верно не только относительно отдельно взятого человека. Равнодушие и пассивность населения страны, терпеливость, уже переходящая грань разумного, с одной стороны, развязывает руки недобросовестным политикам, олигархам, группам интереса, а с другой – создает возможности для разграбления и медленного уничтожения страны внешними по отношению к государству силами. То есть, по сути, такое население сдается без боя.

Есть вероятность того, что недовольство людей, чьи интересы не учитываются, усталость от предсказуемости политических инициатив и иллюзия оппозиции, ужесточение контроля и давление на демократические институты, возмущение неграмотными и подчас вредительскими решениями властей, наличием реальной оппозиции в подполье приведут к резкому скачку активности. Но в связи с фактически нарушенными механизмами связи с властью, отсутствием возможности мирным и правовым путем менять ситуацию, общественная активность с большой вероятностью может выражаться силовым, немирным, протестным путем. А это, в свою очередь, может стать прекрасной возможностью реализовать сценарий Украины в России.


[1] http://www.dni.ru/society/2014/9/27/281921.html

[2] http://top.rbc.ru/politics/27/09/2014/5426d93dcbb20fd76868441c

[3] http://www.rg.ru/2014/09/27/miting-site.html

[4] http://ria.ru/society/20130524/939306660.html

[5] http://www.theguardian.com/commentisfree/2013/feb/14/iraq-war-2-million-transformed-politics


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
572
1472
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика