Шотландия останется британской

Шотландия останется британской

Событие: 18 сентября 2014 г. в Шотландии состоялся референдум о независимости. Большинство избирателей (55,3 %) проголосовало против выхода из состава Великобритании.

Комментирует: эксперт Центра научной политической мысли и идеологии Игорь Путинцев


Британское правительство рассматривало шотландский референдум, прежде всего, как политтехнологию. В 2012 г. все опросы показывали значительное превосходство противников независимости: за независимость готовы были проголосовать чуть более 30 % избирателей, против – около 55 %. Правительство Кэмерона посчитало, что итоги референдума нанесут удар по Шотландской национальной партии (ШНП), имеющей большинство в шотландском парламенте. Поэтому Лондон не стал препятствовать референдуму и пообещал признать его результаты.

В целом, этот расчёт оправдался. Лишь в последний месяц предвыборной кампании рейтинг сторонников независимости существенно вырос – до 45 %. Отдельные опросы даже фиксировали возможность их победы, однако были единичными. Противники независимости имели ряд неоспоримых преимуществ: во-первых, за них были готовы проголосовать не менее 60 % пожилого населения (отличающегося наибольшей активностью на избирательных участках), а, во-вторых, в ряде южных районов и городов (в т.ч. столице – Эдинбурге) их поддержка не падала ниже 60 %.

Споры о том, следует ли Шотландии стать независимым государством, в основном, свелись к обсуждению, будет ли ей это выгодно. Активнее всего обсуждалось, что станет с фунтом, с членством в ЕС, с режимом пересечения границы с Англией и т.п. Вопрос о национальной идентичности, казалось, отошёл на второй план: у Англии и Шотландии общий язык, общая политическая культура, несколько столетий общей истории, общий образ жизни. Количество убеждённых сторонников независимости составляло около 30 % населения, а неопределившиеся избиратели, за которых шла борьба, прежде всего, интересовались, улучшит ли независимость их благосостояние или нет.

Для того, чтобы расширить общественную поддержку, ШНП отказалась от некоторых программных требований – например, от требования выхода Шотландии из НАТО. И населению страны, и западным элитам сторонники независимости посылали сигнал: с получением независимости ничего не изменится: страна останется в ЕС (с небольшим перерывом), по-прежнему будет союзником США, сохранит британский фунт, монархию и т.п. Противники независимости подавали те же темы в негативном ключе: стране придётся вводить собственные деньги, заново вступать в ЕС (что может занять долгие годы), создавать собственные вооружённые силы и др. Создавалась странное впечатление – ведь историческим фоном для возникновения большинства новых государств был не рациональный подсчёт выгод и издержек, а подъём национального чувства или масштабные исторические события. Это не вполне соответствовало образу «исторического» события, тиражируемому британскими СМИ.

США и другие западные страны подыгрывали британскому правительству. Создания нового независимого государства не хотел никто. Для США важным было сохранение оборонного потенциала своего главного союзника в Европе: отделение Шотландии породило бы для Британии множество проблем – от необходимости решать вопрос с местом базирования подводных лодок с ядерным оружием до усиления этнополитических проблем в Северной Ирландии. Для стран Западной Европы было важно не выпустить из бутылки джинна «регионального сепаратизма», что могло бы ударить, в первую очередь, по Испании, во вторую – по Бельгии, а также по Италии, Румынии, Словакии и Франции.

То, что в последние недели количество сторонников независимости Шотландии стало расти, вынудило британские власти и США пренебречь некоторыми условностями. Так, через СМИ стали активно распространять сведения о том, что королева Британии выступает против независимости (хотя королева должна оставаться нейтральной в политических дискуссиях). С открытым письмом выступили четырнадцать бывших министров обороны и высокопоставленных военных (что в ШНП восприняли как нарушение принципа неучастия армии в политической борьбе). За день до референдума в «твиттере» Барака Обамы появилось сообщение о том, что он рассчитывает на сохранение единой Великобритании (что можно воспринять как отход от принципа невмешательства во внутренние дела).

То, что на Западе были категорически против отделения Шотландии от Великобритании, подтвердили и первые комментарии западных политиков по итогам референдума – в т.ч. заявления главы Еврокомиссии, спикера Европарламента и генсека НАТО. Пожалуй, наиболее ясно выразил общее настроение чешский премьер Богуслав Соботка: по его словам, исход референдума «стал небольшим доказательством того, что мир ещё не полностью сошел с ума».

На самом деле, политическим элитам Западной Европы радоваться рано. Несмотря на то, что вопрос о независимости Шотландии откладывается как минимум на десятилетие, всё сложнее становится этнополитическая обстановка в другом проблемном регионе – Каталонии. Ситуация в Каталонии намного сложнее, чем в Шотландии. Во-первых, большинство населения (около 55 %) выступает за независимость. Во-вторых, правительство Испании не признаёт права Каталонии на референдум, назначенный региональными властями на ноябрь 2014 г. В-третьих, в Каталонии намного ярче выражается национальное чувство – поэтому голосование в Каталонии, если оно состоится, не будет напоминать референдум в Шотландии. В центре внимания будет не подсчёт выгод и издержек отделения, а этнические и исторические споры.

Что касается России, то ей не следует опасаться волны региональных сецессионсистких движений в странах Западной Европы. Политические процессы в России и странах ЕС слишком обособлены друг от друга, чтобы тот или иной случай (шотландский или каталонский) создавал прецедент для России. Единство России, так же как и единство Великобритании или Испании, зависит, в первую очередь, от жизнеспособности государства, а не от тех или иных прецедентов в зарубежных странах, обладающих собственным опытом управления этнополитическими процессами.


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
2320
7132
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика