Социальная ли социальная политика

Социальная ли социальная политика

Шишкина Наталия Игоревна Эксперт Центра научно-политической мысли и идеологии

В Послании Президента некоторое внимание уделено социальной политике и НКО. Судя по всему, НКО «ждут» перемены в лучшую для них сторону.

Ещё в начале 2015 года проводился всероссийский форум, посвященный деятельности НКО, на котором обещали предоставить льготы социальным некоммерческим организациям. Уже тогда задавался явный курс на перенос государственных социальных обязательств с государства на некоммерческие компании. В сентябре появились и соответствующие распоряжения Президента, предполагавшие передачу оказания социальных услуг от государственных учреждений к НКО, часть которых выбирается на конкурсной основе.

Сами по себе некоммерческие организации приковали на время внимание благодаря закону об иностранных агентах, который помог закрыть или измотать судебными издержками некоторые НКО, другим же навесил ярлык иностранного агента.

Иностранным агентом может являться и социально-ориентированное НКО. «Мягкая сила» строится не только на пропаганде в той или иной форме, и не обязательно имея прямой источник финансирования из-за рубежа. Она может строиться и на манипуляции с помощью на первый взгляд не связанных с политикой и политической направленностью вещей.

Если привести простой пример, то политические НКО-иностранные агенты занимаются агитацией и организацией живущих в нищете, а социальные — всячески помогают, дают образование и оказывают психологическую помощь, естественно, с определенным ценностным наполнением. Контраст между «социальным» государством, не заботящемся о населении, и НКО налицо, и при таком раскладе агитации не нужно. Человек сам придет к необходимому выводу. Например, о том, что раз он не нужен государству, то зачем ему нужно это государство? Может, сменить его?

И это не говоря уже о том, что к социально-ориентированным НКО относятся те, которые занимаются образованием и просвещением, содействуют патриотическому и духовно-нравственному воспитанию, занимаются деятельностью в области здравоохранения, культуры, искусства, спорта и оказания психологической помощи. В этом, кстати, заключается важный момент, связанный с тем, что в России в статью «социальная политика», которая, по логике, и должна была отражаться в деятельности социальных НКО, большая часть социальной политики не входит. Когда в России говорится о том, что наибольшая статья бюджета — это социальная политика, то нужно знать, что в нее включается только пенсионное обеспечение, социальное обслуживание и обеспечение, охрана семьи и детства и прикладные исследования в области социальной политики. Причем основная часть расходов на социальную политику — это пенсионное обеспечение (рис. 1).


Рис. 1. Структура расходов на социальную политику по годам, данные Федерального казначейства. *- данные даны по последнему оперативному отчету от 1.12.15 г.

Остальные политики и соответствующие статьи расходов — образование, наука, здравоохранение, культура, спорт, ЖКХ — относятся к другим статьям расходов. И в сумме они составляют менее 9% годового ВВП (рис. 2).


Рис. 2. Соотношение некоторых статей расходов федерального бюджета по годам в % к ВВП, данные Минфина

Кстати, то, что касается развития человеческого потенциала и должно бы относиться к социальному блоку расходов (в США это называется human resources) в российском бюджете не выделяется. Поскольку такой «политики» попросту нет.

Социально-ориентированные НКО в действительности включают ту деятельность, которой и должно было бы заниматься государство в рамках именно социальной политики, только почему-то этого не делает. Зато — дает возможность социальным НКО залезть в региональные и муниципальные бюджеты, да и в федеральный тоже процентов на 10. Выдаются гранты, и сведений, проскальзывающих в СМИ, по поводу нецелевого расходования средств и неизвестных критериев отбора НКО, не так уж и мало. Скорее всего это скопировано с американской системы.

Там действительно социальные задачи во многом решает не государство, а бизнес через благотворительность и множество специализированных фондов. Но у них и относительные и абсолютные расходы бюджета на human resources неизмеримо выше! Копирование системы просто некорректно.

Конечно, опыт совместной работы НКО и государства в социальной сфере есть и в других странах — в Германии, Франции, Великобритании. Однако следует учитывать, что, во-первых, в тех же США законодательство выстроено так, что заниматься социальными заказами и благотворительностью выгодно не только некоммерческим, но и вполне себе и в первую очередь коммерческим организациям. Система партнерства государства и НКО выстроена именно как система, и государство играет в ней главенствующую роль, роль управляющую. В России таких условий не создается, в России просто дают доступ к средствам — а дальше плыви, как хочешь. Решил ты социальную задачу или только отчитался по гранту…главное, чтобы освоил средства. А освоение традиционно и не чурается откатов, которые многое объясняют.

Во-вторых, что, пожалуй, ещё более важно — в России на государственном уровне из социальной политики выбросили наиважнейшие составляющие, как показано выше. Не создается условий для социального развития — налоговое неравенство не только процветает, но и, судя по некоторым предложениям в Послании Президента, можно прогнозировать увеличение неравенства. Образование и здравоохранение выводится из сферы государственного обеспечения и открыто разваливается, школы и больницы пытаются превратить в доходные дома, конкурирующие между собой за финансирование, чтобы хоть как-то выживать. ЖКХ также отдано на откуп частным компаниям, но в то же время стало и сферой дополнительного налогообложения. Кинематография и культура руководствуется преимущественно интересами прибыли и удовлетворения спроса, который формируется на основе гедонистических и примитивных потребностей — ведь именно их легче всего удовлетворить и нарастить прибыль.

В-третьих, неизвестно, по какому принципу планируется отбирать НКО, которые требуется финансировать. Каковы критерии отбора? Если результативность — то каковы уже ее критерии для каждого типа социальных НКО и почему? Если конкурс, то на каких условиях этот конкурс проводится и выбирается победитель? И как будет решаться вопрос о возможном нецелевом или неэффективном расходовании бюджетных средств, особенно если учесть, что эффект от вложения в социальной сфере наступает с временным лагом, и к моменту, когда будут получены результаты работы — реальные, а не номинальные — самого НКО может уже и не быть? Ответы на эти вопросы крайне необходимы, и не только для самих НКО. Ведь если ответов не будет, то социальные НКО могут стать ещё одним механизмом обустройства существования отпрысков и друзей различных властных и просто состоятельных людей — механизмом грабежа бюджета, отмывания денег и личного обогащения.

В-четвертых, нет никаких преград работать в социальной сфере НКО, признанных иностранными агентами, как бы странно это не звучало. При этом большая часть НКО — порядка 25% по данным Росстата — занимается просвещением и образованием. Разве просвещение и образование на иностранные деньги, да ещё и с поддержкой государства, не несет никаких вызовов и угроз в гуманитарной сфере? Неужели не ясно, каким будет ценностное и идеологическое наполнение таких образовательных программ? Да, конечно, существует закон об иностранных агентах, и реестр этих агентов. Но государство, выдавая президентские гранты, например «Мемориалу», калининградской «Мир женщины» и трем другим иностранным агентам на общую сумму около 10 миллионов, на что рассчитывает? Перекупить при дефиците бюджета и кризисе, да ещё и за 10 миллионов?

Как это понимать — сначала объявили иностранным агентом, своего рода шпионом-диверсантом, а потом раздают президентские гранты этим, по своему же определению, «диверсантам»? На что, на деятельность, которую государство признало не в своих интересах? Что ж, в этом вопросе государство российское сама последовательность: что во внешней политике «фашистская хунта» и те, кто пытается «сдержать растущие возможности России, повлиять на неё, а ещё лучше — использовать в своих интересах» стали партнерами, что во внутренней «организации, действующие не в интересах России», Россией же и финансируются. Россию тащат на костер, а она ещё и дровишки себе подкладывает.

Несомненно, есть определенные плюсы при совместной работе государства и НКО. Это и возможность оказывать поддержку успешным проектам по социальной помощи, и возможность использовать опыт и практики НКО в решении проблем, и конкуренция самих идей и решений того или иного вопроса в области социальной политики. Но возникает множество опасений.

Во-первых, как было сказано выше, некоторые НКО, в том числе социальные, являются иностранными агентами. Да, это действительно сложившаяся за годы недостатка ресурсов практика — поиск средств за рубежом. И практика эта используется не только НКО, но и самим государством. Парадокс в том, что даже признанные самим государством иностранными агентами организации получают государственные гранты и возможность влезть в бюджет. И нет никаких гарантий, что действовать они будут в интересах России, тем более, что у государства нет ни критериев отбора, ни ценностного наполнения государственных политик, отвечающих интересам страны.

Во-вторых, практика показывает высочайшую степень коррупции. Высока вероятность, что НКО будут просто средством отмывания денег и получения дивидендов родственниками власть имущих. А борьба с коррупцией в России фактически не ведется — достаточно вспомнить, как ловко А. Э. Сердюков не только избежал наказания, но и получил новую должность в государственной корпорации.

В-третьих, общая картина государственной политики в социальной сфере показывает скорее желание не развивать эту сферу, а перекинуть ответственность за провальную ситуацию на те же НКО. Государство последовательно снимает с себя любую ответственность и стремится превратить всё в рынок, на котором можно, владея административными и финансовыми ресурсами, хорошо нажиться.

В-четвертых, всё вышесказанное подтверждается и отсутствием, постоянной систематической недоработкой нормативно-правовой базы. При этом одновременно всё вышесказанное отягощается фактическим отсутствием должного регулирования взаимоотношений НКО и государства. И ладно бы, если такая недоработка встречалась пару-тройку раз — хотя и это, при возможности со стороны государства привлечь огромное количество квалифицированных кадров и экспертов, мягко говоря, странновато. Но ведь эти недоработки стали постоянными. О чем это говорит? Либо о полной несостоятельности государственного аппарата, либо о полной деградации интеллектуальных ресурсов (и снова вопрос — что к этому привело, уж не государственная ли политика?) либо об определенном заказе, реализуемом на государственном уровне группами интереса, но не в целях укрепления и развития страны.

Можно ли иначе решать проблемы социальной политики? Да, несомненно. Но для этого надо побороть коррупцию, а не отпускать коррупционеров на волю, принимать соответствующие законы и доктрины. Государству необходимы ценностные ориентиры, причем не в расплывчатой форме «традиционные ценности российского общества», а вполне конкретные, ясные и выверенные, изложенные в отдельном документе. Государство должно управлять социальным развитием, и управлять ответственно. Вводить институт государственного социального заказа, который уже существует в той или иной мере в других странах, как инструмент этого управления и поощрения социального развития, а возможно и заменить грантовую схему поддержки на государственный социальный заказ.

В сегодняшних условиях ожидать таких мер вряд ли приходится. Хоть бы выработать критерии отбора социальных НКО, имеющих право на льготы и финансирование со стороны государства, прежде чем предоставлять эти льготы и возможность бюджетного финансирования. Ввести и форму отчетности за сделанное и потраченное, которой сейчас не существует — гранты-то выделяются из казны, а каково качество и результаты работы, социальная значимость, неизвестно. На Портале грантов есть только новости и репортажи о состоявшихся проектах — и то не всех — но они скорее носят публицистический характер, а не отчетный.

Более вероятно, что социальные НКО, как и ФОМС, станут системой отмывания денег и одновременно козлом отпущения для безответственной государственной политики, а вовсе не тем инструментом, который позволит усовершенствовать социальную политику России. И расширение возможностей для использования НКО в этих целях было поддержано на самом высоком уровне. Отмашка дана — построение большой коррупционной системы продолжается и набирает обороты.


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Послание Президента: кого, куда и на сколько?

Социальные НКО: на какие гранты тратит деньги бюджет?

Борьба с НКО продолжается

Государство уходит из социальной сферы

И снова дело регионов, на этот раз — соцвыплаты и льготы

Робин Гуд наоборот: государство отказывается распределять доходы в пользу бедных

Социальная справедливость как норма

Проекты «Россия» и «Антироссия» в цифрах

Лекция 8. Социально-экономический и гуманитарный блок государственных политик



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
2716
13168
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика