Уроки экономических реформ: опыт Китая и России

Уроки экономических реформ: опыт Китая и России

Автор Питер Хью Нолан, британский экономист, профессор Кембриджского университета.

Опубликовано в научном журнале «Экономическое возрождение России» № 2 (52) 2017 г.

В России на протяжении нескольких лет наблюдается стагнация. Противоречива экономическая динамика и предшествующих периодов: глубокий спад 1990-х гг., экстенсивный и непродолжительный рост 2000-х гг., кризис 2007–2009 гг. — все это свидетельствует о серьезных проблемах в экономике России. Либеральная экономическая модель, которая реализовывалась в России, привела к деиндустриализации экономики, катастрофическому снижению потенциала индустриального комплекса — базового элемента экономической системы, что сказалось на ее состоянии и устойчивости. Эти проблемы четко обозначились после распада Советского Союза. Чтобы понять их природу, обратимся к советскому прошлому.

Советский Союз во многих сферах экономики занимал передовые позиции, соответствующие мировому уровню. Например, в начале 1990-х гг. я был в Москве на предприятии «Красный пролетарий». Там было установлено сложнейшее оборудование мирового уровня, передовые системы с числовым программным управлением. Когда мы задавали вопросы директору предприятия, он чуть не плакал, говоря, что может теперь продавать только устаревшее примитивное оборудование уровня XIX в., а не числовые, роботизированные станки, которые оказались никому не нужными. Для меня положение этого завода стало символом катастрофы, ярким примером последствий распада Советского Союза. Для наглядности сравним ситуацию в экономике СССР, современной России и Китая в одни и те же периоды.

В 1970–1980-е гг. СССР намного опережал Китай в технологическом плане. Известно, что Советский Союз производил крайне сложную высокотехнологичную продукцию, в том числе порядка 3000 коммерческих самолетов (Ту, Ан и т.д.), которые поставлялись, в том числе, и на мировой рынок. Выпускалась передовая военная техника (МиГи, самолеты конструкторского бюро «Сухой»), при этом использовались технологии мирового уровня. Сегодня ситуация изменилась кардинально: Китай — крупнейший мировой производитель.

На данный момент Китай является самым большим рынком в сфере автомобилестроения, а ведь в 1970-х гг. данного рынка в стране практически не существовало. В Советском Союзе было не менее шести крупнейших заводов, выпускавших автомобили и грузовики, — отставание Китая было огромным. По общему количеству продукции, выпускавшейся машиностроительной отраслью (включая сельскохозяйственную технику, производственное оборудование и пр.), СССР превосходил Соединенные Штаты! В СССР было значительно больше инженеров и ученых, чем в США.

Все это было в 1970–1980-е гг., но с тех пор Китай и страны, сложившиеся на пространстве СССР, поменялись местами. Разумеется, у Китая есть черты, отличающие его от СССР, можно говорить и о других аспектах, однако, на мой взгляд, если бы Советский Союз пошел по пути, выбранному Китаем (а движение в этом направлении наблюдалось в 1980-е гг., вспомним эксперименты в Ленинграде и Ленинградской области), он не только избежал бы коллапса, но и мог быстро продвинуться вперед. Традиционные советские институты при наличии имевшихся высоких технологий могли постепенно реализовать необходимые реформы, но только при ограничении влияния глобального рынка. На Западе принято считать, что распад СССР был неизбежен и безальтернативен. Однако я думаю, что Советский Союз в 1990-е гг. имел шанс быстро продвинуться вперед. В частности, проведение экономических реформ не требовало такого катастрофического падения качества жизни, которое произошло после распада СССР.

При принятии правильных мер и проведении разумной политики можно было значительно улучшить благосостояние советских людей. Это показывает пример Китая.

Во-первых, в Китае была создана атмосфера стабильности, членам Коммунистической партии Китая разъяснили смысл проводимых реформ. Они должны были осознать поставленную задачу и использовать имеющиеся у партии рычаги управления для достижения поставленной цели. Одним из важнейших успехов китайской политической системы с момента запуска программы реформ в 1970-х гг. стала внутренняя реформа Коммунистической партии.

Далее, Китай начал с проведения самых простых, но самых важных реформ. Первые нововведения — в сельскохозяйственном секторе и сфере услуг — внедрялись крайне осторожно. В Советском Союзе (как и в Китае) в аграрной сфере преобладали огромные неэффективные колхозы, и, на мой взгляд, простая реформа институциональной структуры сельскохозяйственных предприятий (особенно в сфере поставок продовольствия и качества производимых продуктов) привела бы к повышению общего благосостояния.

Концепция китайских реформ 1980–1990-х гг. во многом основывалась на идеях Н. И. Бухарина. Китайцы были хорошо знакомы с новой экономической политикой СССР 1920-х гг., и в 1990-х гг. в Китае часто звучал тезис Бухарина о том, что человек должен стать хозяином своей судьбы и стремиться к росту своего благосостояния путем накопления и последующего инвестирования средств. В 1980-х гг. в Китае эта идея была представлена известным (очень популярным в то время) бухаринским лозунгом, который можно перевести как «вперед к богатству».

В 1979 г. на заре реформ я беседовал с Дэн Сяопином, и он повторил вслед за Бухариным: равенство в нищете — это не социализм; социализм предполагает возможность каждого увеличивать свое благосостояние, а для этого нужна мотивация, без утраты, однако, контроля над ситуацией.

В Китае по-своему восприняли советский опыт: идеология Бухарина играла важную роль при выработке подхода к проведению реформ. Помимо реформирования сельского хозяйства, Китай позволил людям «освоить» сферу услуг: открыть небольшие магазины, кафе и рестораны — без каких-либо ограничений. Китайцам разрешили создавать небольшие мануфактуры, малый бизнес. Учредить предприятие было довольно просто — требования по начальному капиталу были крайне мягкими. В основном это касалось легкой промышленности (точно по Бухарину): были созданы условия для организации заведений общепита, ателье по пошиву одежды и т. д.

Третий этап проходил под лозунгом «реформы и открытость». Огромное значение для Китая имел механизм контролируемого доступа к международному капиталу, организованный так, чтобы этот капитал помогал китайскому привлечь в страну высокие технологии. При этом базовые отрасли индустрии, инфраструктура, большая часть науки и образования, крупнейшие банки оставались в руках государства. А вот российские реформаторы начали не с того конца, хотя были отдельные вполне адекватные попытки. Например, в начале эпохи реформ, особенно в Ленинграде в начале 1980-х гг., руководство предпринимало определенные усилия по проведению реформ, похожих на китайские и направленных на реформирование колхозов, малых и средних предприятий и сферы услуг.

Я думаю: если бы не политический коллапс, о причинах которого можно рассуждать долго, СССР мог бы пойти по другому пути. В Китае в результате реформ сельскохозяйственного сектора, сферы услуг, малых и средних предприятий — очень важно! — изменилась структура общества и значительно повысился общий уровень благосостояния. Однако следует понимать, что залогом успеха стала принципиальная позиция Китая о недопустимости передачи контроля над национальной экономикой глобальному бизнесу. Если бы Китай безоговорочно согласился с правилами ВТО (а его постоянно к этому подталкивают) и приватизировал крупные отрасли промышленности, телекоммуникации, металлургию, добывающую промышленность, тяжелую промышленность, авиастроение и т.д., все сложилось бы иначе.

Характерный пример: сохранение контроля над генерацией и распределением электроэнергии позволяет производить современное оборудование и высокие технологии для нужд электроэнергетики на государственных предприятиях. В этом направлении Китай продвинулся очень далеко.

Кроме того, в Китае государству принадлежат авиакомпании, и правительство может приказать им приобретать самолеты отечественного производства. Таким образом, в Китае создан внутренний рынок для самолетов, рассчитанных на 80…90 пассажиров. Наличие внутреннего рынка сбыта предоставляет Китаю возможность стать в будущем конкурентоспособным в области авиастроения. Трудно сказать, насколько реально достижение этой цели, но для Китая это экономически возможно.

Еще один важный момент: высокие показатели экономического роста говорят об увеличении доходов государства, при этом, несмотря на постоянное давление международных СМИ и МВФ (особенно международных банков), китайское правительство отказалось приватизировать банки. Крупнейшие банки Китая принадлежат государству, и их ресурсы можно использовать для стимулирования экономического развития. Последний штрих к портрету китайского экономического чуда: правительство использовало государственные доходы, контроль над банками и за сбережениями населения для финансирования крупнейшей за всю историю программы инвестиций в инфраструктуру, в том числе в строительство дорог, госпиталей, школ, жилья, аэропортов, портов, железных дорог и т.д. Таким образом, Китай смог использовать свое относительно позднее подключение к мировым процессам для создания современной инфраструктуры, заложив основу для будущего процветания. Россия, к сожалению, пошла по другому пути.

Да, советская система распалась, и это был длительный и сложный процесс, но, по-моему, в значительной степени этот процесс — результат усилий по дестабилизации страны, предпринятых международными институтами и, разумеется, США. Было крайне непросто разрушить существующую систему, довести людей до отчаяния, деморализовать их и убедить в отсутствии альтернативы дезинтеграции. Чтобы добиться этого, Запад неустанно трудился на ниве международных отношений и преуспел. Распад СССР — трагедия с далеко идущими последствиями для всей страны и ее граждан.

В 1992 г. я читал курс лекций в Санкт-Петербурге. Никогда не забуду того, что увидел: люди были раздавлены, их культура растоптана, нищие инженеры и ученые продавали ботинки и всякую мелочь — ужасное зрелище.

В том же 1992 г. я брал интервью у Алексея Кудрина, который возглавлял финансовый департамент в правительстве Санкт-Петербурга. Он заказал одной из крупнейших аудиторских компаний в мире (кажется, КПМГ) план развития Санкт-Петербурга. В соответствии с этим планом все материальное производство: фабрики, базы для строительства подводных лодок, сельскохозяйственные предприятия — следовало уничтожить. Концепция развития заключалась в создании исключительно туристического центра и строительстве отелей…

К сожалению, радикальные реформы, проведенные в России, привели к деиндустриализации и другим негативным последствиям — результатам, разительно отличным от китайских.

Питер Нолан

Источник


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Что принесли России реформы 1990-х годов? — Экономические итоги — I

Российско-китайские отношения в свете опыта реформ в КНР

Китай и Россия: ретроспективная оценка эффективности рыночных реформ

Россия — Китай

Советская и китайская модели социализма: взгляд из Китая

Великая Октябрьская революция и ее влияние на Китай



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН)


Comment comments powered by HyperComments
290
714
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика