Велик могучим русским языка

Велик могучим русским языка

Путин намедни вдруг озаботился русским языком, заявив, что некие «…„пещерные русофобы“ объявили войну русскому языку в некоторых странах. По его словам, они пытаются искусственно сократить пространство русского языка в мире, а также вытеснить его на периферию…»

Здоровая самокритика — вещь полезная, но просто назвать себя самого «пещерным русофобом» мало, есть смысл уточнить, в чем именно заключается пещерность российской политики по отношению к русскому языку.

Во-первых, безусловно, первый удар по русскому языку нанесла блатная аристократия, внедрившая воровской сленг и феню в повседневный, и главное — официальный — оборот. Представить себе, чтобы министры и более высокие руководители произносили тюремные определения вроде «беспредел», «мочить в сортирах» и прочие выражения такого же порядка, ранее было немыслимо. Они прекрасно осознавали, когда можно и нужно матерком и кулаком по столу, а когда — чеканно и высоким слогом. Но все меняется. Когда во власть прорвалась уголовная братва, она притащила с собой и тот специфический язык, который только формально относится к русскому. Другого они просто не знают.

Второй удар — и самый тяжелый — нанесла по русскому языку власть, когда убила российское образование.

У преподавателей журфака уже не вызывают удивления сочинения абитуриентов, где на каждой странице обнаруживаются даже не десятки — сотни — ошибок. Лексических, грамматических, синтаксических. Что говорить о профессиях, где грамотное владение русским языком менее критично. Сложный и развивающийся язык может существовать только в сложной и развивающейся экономике. Создающей запрос на специалистов, которые должны уметь коммуницировать между собой. В деградирующей стране с примитивизирующейся экономикой упрощается и язык общения. Лексический минимум в 200 слов Фимы Собак становится избыточным, переходя в 30-словный словарь Эллочки-людоедки.

Третий — окончательный — удар по русскому языку нанесла внешняя политика современной России. Став пугалом для соседей и не имея проекта, который она может предложить миру, Россия стремительно утратила привлекательность, плюс исчезающие позиции в международном разделении труда закрыли интерес к русскому языку со стороны иностранцев.

«Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин». Ну так у Ленина была идея, был проект. С ним можно было не соглашаться или соглашаться — но они были. Это Советский Союз, который «не производил ничего кроме калош», мог дарить миру слово «спутник», которое не нужно переводить. Нынешняя Россия дарит совсем другое.

Не неведомые «русофобы», а вполне конкретные люди с известными всем именами и фамилиями, стоят за сокращением ареала распространения русского языка в мире и его стремительной деградации внутри страны. Плохо лишь то, что они сами не понимают, о чем говорят, рассказывая про неведомых врагов. Но ещё хуже — если понимают.

Анатолий Несмиян

Источник


Автор Анатолий Евгеньевич Несмиян (Эль Мюрид) — публицист, аналитик, писатель. Эксперт по ближневосточной проблематике. (Санкт-Петербург).



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН)), «Азов»


Comment comments powered by HyperComments
2176
6926
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика