Здравоохранение России: мифы, реальность, решения

Здравоохранение России: мифы, реальность, решения

О публикации: В статье обсуждаются сложившиеся мнения о системе здравоохранения РФ — о ее незначительном влиянии на смертность населения, о том, что можно напрямую экстраполировать данные по обеспеченности медицинскими кадрами и стационарными койками развитых стран на российскую систему здравоохранения, а также о том, что врачи участковой службы могут взять на себя дополнительную нагрузку по наблюдению пациентов на дому, по профилактике и другим видам помощи. Обосновывается заключение, что в 2015 г. в стране складывается серьезная ситуация, которая приводит к росту смертности граждан, и требует немедленных решений. Для развития российского здравоохранения предложен управленческий и бюджетный маневр. Суть этого маневра — направление средств от неприоритетных и неэффективных расходов в здравоохранении, а также дополнительных ресурсов федерального бюджета на решение главной проблемы отрасли — улучшение ситуации с медицинскими кадрами. Приводятся 2 сценария развития и финансирования здравоохранения РФ: «выживание» и «базовый». Показано, что для сохранения общего коэффициента смертности на уровне 2013 г. — 13,1 случаев на 1 тыс. населения государственное финансирование здравоохранения также должно сохраниться на уровне 2013 г. — это сценарий «выживание». «Базовый» сценарий развития отрасли предусматривает поэтапный рост к 2020 г. государственного финансирования с 3,7% до 5,2% ВВП (или в 1,4 раза больше по сравнению с 2013 г.), что позволит снизить смертность до 11,8 случаев на 1000 населения и таким образом достичь целевого значения ожидаемой продолжительности жизни — 74 года. Описаны последствия непринятия мер по увеличению финансирования здравоохранения.

Автор: Гузель Эрнстовна Улумбекова — доктор медицинских наук; председатель правления Ассоциации медицинских обществ по качеству медицинской помощи и медицинского образования (АСМОК), ответственный секретарь Российского общества по организации здравоохранения и общественного здоровья, руководитель комиссии по непрерывному медицинскому образованию Национальной медицинской палаты.

 


«Не так просто понять простые истины»
композитор Г.Свиридов

СЛОЖИВШИЕСЯ ЗАБЛУЖДЕНИЯ О СИСТЕМЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

Первое распространенное мнение заключается в том, что здоровье населения незначительно (только на 15%) зависит от деятельности системы здравоохранения, остальное определяют: образ жизни, генетические факторы и состояние внешней среды. Такое утверждение может быть верным только в том случае, когда система здравоохранения уже обеспечила максимально возможные доступность и качество медицинской помощи для населения. Так, например, было в Советском Союзе или так сегодня в «старых» странах Евросоюза (ЕС). Но если финансирование бесплатной медицинской помощи недостаточное и, как следствие, доступность медицинской помощи низкая, как это сегодня в РФ (пояснения см. далее), роль системы здравоохранения в сохранении и укреплении здоровья населения существенно возрастает. В РФ на периоде 2005-2012 гг. показано, что даже минимальные вложения в увеличение государственного финансирования здравоохранения позволили существенно сократить смертность и, соответственно, увеличить ожидаемую продолжительность жизни российских граждан. В этот период снижению смертности на 1% соответствовало увеличение государственного финансирования в постоянных ценах в среднем на 2% (см. далее рис. 3). Это влияние на примере увеличения ожидаемой продолжительности жизни (ОПЖ) наглядно показано на рис. 1.

Рис. 1. Ожидаемая продолжительность жизни в зависимости от подушевых государственных расходов на здравоохранение в год в разных странах

Видно, что при государственных расходах на душу населения в диапазоне от 0 до 1950 $ППС (паритет покупательной способности доллара) существует прямо пропорциональная зависимость ОПЖ от этих расходов. Как следует из этого рисунка, для достижения ОПЖ в 74 года необходимо, чтобы подушевые государственные расходы на здравоохранение составляли не менее чем 1200 $ППС, т.е. в 1,32 раза больше расходов 2013 г. (910 $ППС).

Представим себе, что поэтапно будут существенно сокращены или отменены базовые достижения, которые сегодня предоставляет система здравоохранения: доступные врачи в поликлиниках, проведение вакцинации, назначения современных лекарств, оказание экстренной медицинской помощи в стационарах, и становится ясно, что за несколько месяцев существенно возрастет смертности. Именно поэтому в развитых странах из государственных источников в систему здравоохранения вкладывается более 7% валового внутреннего продукта (ВВП). В нашей стране в 2013 г. это было в 2 раза меньше — только 3,6% ВВП. Низкий запас прочности российской системы здравоохранения и сокращение государственного финансирования здравоохранения в постоянных ценах по отношению к 2013 г. (на 9% в 2014 г. и на 13% в 2015 г., а с учетом девальвации рубля — на 20%) привели к тому, что снижение смертности в 2014 г. впервые за последние 8 лет остановилось, а за I квартал 2015 г. она возросла на 5,2% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (данные Росстата).

Второе мнение: обеспеченность врачами и стационарными койками в РФ намного выше, чем в развитых странах. Действительно, несколько выше: в расчете на 1000 населения практикующих врачей в РФ на 15% больше, чем в «новых» странах ЕС (3,5 и 3,0 соответственно), а всех коек — на 20% (7,7 и 6,1 соответственно). Однако есть одно НО: мощности системы здравоохранения, т.е. возможность обслужить потоки больных в единицу времени, определяются обеспеченностью медицинскими кадрами и стационарными койками. И эти мощности должны соответствовать размерам потоков заболевших. А в РФ число больных, приходящееся на 100 тыс. населения на 30-50% больше, чем в развитых странах, соответственно, выше должны быть и мощности системы здравоохранения. С учетом этого, а также огромных российских территорий врачей в первичном звене нам не хватает в 1,6 раза от необходимого, а коек в стационарах — на 25% (пояснения даны ниже).

Третье мнение, что врачи поликлиник смогут взять на себя дополнительную нагрузку по приему больных, не попавших в стационар; по оказанию неотложной медицинской помощи; по обслуживанию коек дневного стационара; по проведению диспансеризации и другим видам помощи. В ситуации дефицита врачей в первичном звене это крайне сложно. Врачам участковой службы сегодня даже по приему сложившихся потоков пациентов приходится работать с большой нагрузкой — на 1,5–2 ставки, не говоря уж о дополнительных обязанностях. Поэтому без предварительного решения проблемы с их дефицитом, а также с нехваткой средних медицинских работников, работающих с ними (на каждого врача участковой службы приходится 1,2 медицинской сестры вместо положенных 2-х) увеличивать нагрузку на врачей этой службы неэффективно.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПО СИТУАЦИИ В СИСТЕМЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РФ

В заключении следует выделить следующие пункты:

1) состояние здоровья населения РФ; 2) проблемы системы здравоохранения РФ; 3) внешние вызовы системе здравоохранения РФ; 4) главные выводы о зависимости государственного финансирования здравоохранения и показателей здоровья населения в РФ и развитых странах;  5) анализ имеющихся предложений по развитию здравоохранения.

1) Состояние здоровья населения РФ остается неудовлетворительным

Несмотря на то, что в последние 8 лет в РФ было достигнуто некоторое улучшение состояния здоровья населения, по большинству показателей мы отстаем от развитых стран. Так, ожидаемая продолжительность жизни (ОПЖ)[1], в 2014 г. была на 6,2 года ниже, чем в «новых» странах ЕС (Чехии, Эстонии, Венгрии, Польше, Словакии, Словении) — соответственно 71 и 77,2 года (рис. 2). Эти 6 стран здесь и далее были выбраны для сравнений с РФ, поскольку они имеют близкий ВВП на душу населения в год: 23–25 тыс. $ППС, т.е. сопоставимы по уровню экономического развития с нашей страной.

Рис. 2. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении в России, «новых» и «старых» странах ЕС с 1970 г.

Общий коэффициент смертности (ОКС, число умерших от всех причин на 1000 населения) с 2005 г. в РФ уменьшился на 19% и в 2014 г. составил 13,1 (рис. 3). Тем не менее ОКС остается в 1,2 раза выше, чем в «новых» странах ЕС, и в 1,4 раза выше, чем в «старых» странах ЕС. Следует отметить, что в 1986 г. смертность в России была ниже, чем в «новых» странах ЕС, и такой же, как в «старых» странах ЕС; ОКС в те годы в РФ равнялся 10,4. А в 1970 г. показатель ОКС в России был даже ниже, чем в «старых» странах ЕС в 1,2 раза (соответственно — 8,7 и 10,8).

Рис 3. Динамика общего коэффициента смертности в России, «новых» и «старых» странах ЕС с 1970 г.

На рис. 3 также видно, что снижение ОКС в РФ с 1980 г. происходило 4 раза: с 1984 по 1987 г. в период реализации антиалкогольной компании — на 10%; с 1994 по 1998 г. во время относительной стабилизации социально-экономической обстановки в стране — на 13%; с 2005 по 2009 г. в период реализации ПНП «Здоровье» — на 12% и с 2010 по 2013 г. — на 8%, что совпадает с реализацией целевых программ по снижению смертности от предотвратимых причин и увеличением государственного финансирования здравоохранения, которое было предпринято руководством страны. Благодаря этим мерам в период с 1994 по 1998 г. было спасено около 620 тыс. жизней наших граждан, с 2005 по 2009 г. — 570 тыс. жизней, а с 2010 по 2013 г. — 250 тыс. чел., т.е. всего 1,4 млн человек.

Важнейший урок этих периодов — улучшение социально-экономического положения граждан, увеличение государственного финансирования здравоохранения, реализация целевых программ по охране здоровья и политическая воля руководителей страны — позволяет добиться заметного улучшения демографических показателей в стране.

На рис. 3 также показано, сколько дополнительных смертей произойдет, если смертность будет расти с такими же темпами, что и в 2015 г., соответствующие пояснения даны далее в разделе «Последствия снижения объемов государственного финансирования здравоохранения РФ».

Стандартизованный коэффициент смертности (СКС). Стандартизация смертности с учетом возрастной структуры населения даст еще бóльшую разницу значений со странами ЕС, чем сравнение по ОКС. СКС от всех причин в РФ в 1,5 раза выше, чем в 6 указанных «новых» странах ЕС и в 2,1 раза выше, чем «старых» странах ЕС (соответственно — 1109, 755 и 523 случаев на 100 тыс. населения). При этом СКС от болезней системы кровообращения — в 1,7 раза выше, чем в «новых» и в 3,6 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно — 570, 345 и 160 случаев на 100 тыс. населения).

Заболеваемость населения. В последние 16 лет общая заболеваемость населения РФ постоянно растет, что объясняется, с одной стороны, ростом доли пожилого населения и более эффективной выявляемостью заболеваний с помощью новых методов диагностики, с другой — ухудшением здоровья населения и неэффективностью системы профилактики и лечения заболеваний.

В 1990 г. было зарегистрировано (выявлено) 158,3 млн случаев заболеваний, в 2013 г. — 231,1 млн, т.е. рост составил 46% (а в пересчете на 100 тыс. населения заболеваемость увеличилась на 51%), рис. 4. Наблюдаемый рост заболеваемости коррелирует с ростом смертности населения за этот период.

Рис. 4. Динамика общей заболеваемости в РФ на 100 тыс. населения (всего населения и по классам болезней) с 1990 по 2013 г.

На рис. 4 видно, что с 1990 по 2013 г. возросло число случаев заболеваний, приводящих к смерти, например, количество заболеваний системы кровообращения увеличилось в 2,3 раза, онкологических — в 2 раза. Частота приводящей к инвалидности патологии костно-мышечной системы и соединительной ткани — в 2,3 раза, а также осложнения беременности, родов и послеродового периода возросли в 2,2 раза. Следует отметить, что реальная заболеваемость, требующая врачебного вмешательства, может быть еще выше, чем регистрируемая. Связано это с тем, что часть населения из-за низкой доступности медицинской помощи, особенно первичной медико-санитарной, просто не обращается в медицинские учреждения. Это подтверждают результаты проведенной в 2013 г. диспансеризации, когда было осмотрено 34,6 млн человек, и число лиц, находящихся под диспансерным наблюдением, увеличилось в 2 раза[2].

2) Нарастают базовые проблемы системы здравоохранения РФ

Дефицит и неоптимальная структура медицинских кадров. В 2013 г. обеспеченность практикующими врачами в РФ была практически на уровне стран ЕС, см. рис. 5.

Рис. 5. Обеспеченность практикующими врачами в РФ (2013) и развитых странах (2012)

При этом, как показано выше, потоки больных в РФ на 30-50% выше, чем в этих странах, соответственно должна быть выше обеспеченность врачами. В РФ особенно низкая обеспеченность врачами сложилась в участковой службе: в 2013 г. она была в 1,6 раза ниже от необходимого и за 2012–2013 гг. сократилась на 8%.

  • Расчеты: В среднем численность населения на одном терапевтическом участке (при условии, что в расчет не берется плотность проживания населения) составляет 1700 чел. взрослого населения (18 лет и старше) в городских условиях и 1300 чел. взрослого населения в сельских условиях. Это означает, что участковых врачей-терапевтов в городе необходимо 51,3 тыс. врачей (87,2 млн ÷ 1700), а для сельской местности необходимо 22,5 тыс. врачей (29,2 млн ÷ 1300). Соответственно, всего необходимо 73,8 участковых врачей-терапевтов. Участковых врачей-педиатров необходимо 33,8 тыс. врачей (27 млн ÷ 800), где 27 млн — численность детского населения в возрасте от 0 до 17 лет, 800 — численность детей на одном педиатрическом участке. Итого необходимо врачей первичного контакта — 107,6 тыс. (73,8 тыс. + 33,8 тыс.), а в 2013 г. в РФ было 66,9 тыс. врачей первичного контакта, т.е. в 1,6 раза меньше.

Недостаточное лекарственное обеспечение населения в амбулаторных условиях — в РФ в 4,2 раза ниже, чем в «новых» странах ЕС (рис. 6).

Рис. 6. Подушевые расходы на ЛС, потребляемые в амбулаторных условиях, в том числе оплачиваемые из государственных источников в России (2013) и в развитых странах (2012)

Неоптимальная структура и дефицит коек в РФ. В 2013 г. обеспеченность койками в РФ была на 25% ниже от расчетного норматива (соответственно 7,7 и 9,6 на 1000 населения). Расчетный норматив сформирован на основании обеспеченности койками в «старых» странах ЕС с учетом бóльшей потребности населения РФ в медицинской помощи (рассчитано с коррекцией по СКС[3]). Следует отметить, что за 2012-2013 гг. обеспеченность коечным фондом сократилась на 6%. При этом коек реабилитации в РФ в 5,7 раза меньше, чем в «новых» странах ЕС (соответственно 0,10 и 0,57 на 1 тыс. населения), коек длительного ухода (паллиативных и сестринского ухода) — в 3,9 раза меньше, чем у них (соответственно 0,18 и 0,71 на 1000. населения).

Недостаточная оснащенность и неэффективное использование дорогостоящего оборудования. Оснащенность компьютерными томографами в РФ в 1,2 раза ниже в расчете на 1 млн населения, чем в «новых» странах ЕС (соответственно 11,3 и 13,8), магнитно-резонансными томографами — в 1,7 раза ниже (соответственно 4,0 и 6,7). При этом число исследований на этом оборудовании в 3,5–3,7 раза ниже (в расчете на 1000. населения в год), т.е. интенсивность использования — в 2 раза ниже. Такая слабая материально-техническая оснащенность и неэффективное использование оборудования снижают качество и доступность диагностической и лечебной помощи пациентам.

Низкие объемы ВМП — в 3–5 раз ниже, чем в «новых» странах ЕС. Например, операций реваскуляризации делается в 3 раза меньше (соответственно 89,4 и 253,2 на 100 тыс. населения), операций замены коленного и тазобедренного суставов – в 3,8 раза меньше, соответственно (58 и 220 на 100 тыс. населения).

Сохраняется неудовлетворительное качество медицинской помощи. Показатели качества медицинской помощи в РФ в 3 раза хуже, чем в странах ЕС, что вызвано критическим ослаблением системы подготовки кадров в медицинских вузах и недостаточным внедрением современной системы непрерывного медицинского образования. Например, показатель внутрибольничной летальности пациентов с инфарктом миокарда в РФ в 2,4 раза выше, чем в странах ЕС в среднем (соответственно 17 и 7%). В РФ несоответствие оказанной медицинской помощи установленным стандартам и правилам по данным ФОМС встречается в каждом шестом случае лечения (17%), в развитых странах следование установленным стандартам лечения (клиническим рекомендациям) составляет 90%[4] (и только в 10% случаев имеются факты отклонений), т.е. у нас этот показатель почти в 2 раза хуже.

Сокращается и без того недостаточное государственное финансирование системы здравоохранения

В 2013 г. государственные расходы на здравоохранение были в 1,5 раза ниже, чем в «новых» странах ЕС (соответственно 910 и 1410 $ППС на душу населения в год, рис. 7).

Рис. 7. Общие и государственные подушевые расходы на здравоохранение в России (2013) и странах ЕС (2012) в $ППС

В 2014 г. по сравнению с 2013 г. государственные расходы в постоянных ценах сократились на 9%, а в 2015 г. дефицит средств с учетом инфляции (12,2%), девальвации рубля (60%) и уже задекларированных Минздравом дополнительных расходов по сравнению с 2014 г. составит почти 30% (без учета необходимости повышения заработной платы медицинским работникам — 20%). Дополнительные расходы складываются из средств, необходимых на увеличение объемов высокотехнологичной медицинской помощи (ВМП) 162,5 тыс. гражданам; на оказание гарантий бесплатной медицинской помощи новых гражданам РФ — 2,3 млн чел.; на повышение оплаты труда медицинских работников в соответствии с Указом Президента No 597 от 7 мая 2012 г. и на покрытие накопленного дефицита 2014 г. в 2015 г. Вместе эти расходы составляют 873 млрд руб. (без увеличения оплаты труда медицинских работников — 645 млрд руб.). А запланированное увеличение расходов на ПГГ в 2015 г. по сравнению с 2014 г. составляет всего 173 млрд руб. Разница (дефицит) — 700 млрд руб. {873 — 173}, это и есть 30% от всех расходов на ПГГ в 2015 г. (2205 млрд руб.). Другими словами, запланировали средств на 30% меньше, чем необходимо.

Снижается эффективность расходования ресурсов системы здравоохранения РФ. В 2014 г. средства здравоохранения направляются на капитальные и на другие не первоочередные расходы. Например, на строительство перинатальных центров за счет средств ОМС, что снижает расходы в самой дефицитной системе ОМС (по данным Счетной палаты дефицит в 2014 г. он оценивается в 55 млрд руб.). Развитие диспансеризации в ситуации дефицита кадров в первичном звене — неэффективно, поскольку врачи не могут взять на себя дополнительную нагрузку.

3) Имеются существенные внешние вызовы до 2020 г., которые необходимо учесть при формировании политики развития здравоохранения

Демографические: снижение численности трудоспособного населения в среднем на 1 млн чел. в год; рост числа граждан старше трудоспособного возраста на 4,3 млн; рост числа детей на 7%. Как следствие, необходимо предусмотреть специальные программы для оказания медицинской помощи этим категориям населения.

Экономические: ухудшение социально-экономических показателей развития страны в 2015 г. — падение ВВП на 3%, инфляция до 12,2%, девальвация среднегодового курса рубля по отношению к доллару на 60% (в 2015 г. по отношению к 2014 г.), падение реальных доходов населения на 4%.

4) Главные выводы о зависимости государственного финансирования здравоохранения и показателей здоровья населения в РФ и развитых странах

В научных исследованиях[5] на разных массивах данных доказана зависимость ОПЖ и ОКС от уровня государственного финансирования здравоохранения и, соответственно, произведены расчеты необходимых объемов финансирования для достижения целевых значений ОПЖ и ОКС к 2018-2020 г. Сводные данные по этим исследованиям представлены в табл. 1.

Таблица 1. Расчеты средней величины увеличения финансирования здравоохранения РФ

Таким образом, доказано, что для достижения ОПЖ 74 года и ОКС 11,8, уровень государственного финансирования здравоохранения в РФ должен увеличиться в ценах 2013 г. в 1,2–1,6 раза. В среднем эта величина составляет 1,4 раза, погрешность расчетов составляет ±15%. Это соответствует 5,2% ВВП 2015 г., что почти на уровне «новых» странах ЕС сегодня (5,5% ВВП), см. табл. 2.

5) Анализ имеющихся предложений по развитию здравоохранения показывает, что их реализация не позволит добиться улучшения показателей здоровья населения РФ к 2018 году

7 мая 2012 г. принимаются важнейшие для отрасли указы Президента РФ (NoNo 596, 597, 598 и 606), которые направлены на повышение оплаты труда медицинских работников и профессорско-преподавательского состава медицинских вузов, увеличение лекарственного обеспечения населения и развитие профилактики. В них также поставлена цель для здравоохранения — достижение ОПЖ 74 года к 2018 г. Однако меры по реализации этих указов, предложенные в «дорожных картах»[6] и Проекте Стратегии развития здравоохранения до 2030 г.[7], не позволят повысить качество и доступность медицинской помощи и улучшить показатели здоровья населения РФ. Так, «дорожные карты» напротив, предусматривают снижение объемов скорой и стационарной медицинской помощи по ПГГ, сокращение медицинских кадров, наращивание платных медицинских услуг в государственных медицинских организациях. Стратегией же предложено развивать частный сектор в здравоохранении, в том числе частные страховые и лечебные медицинские организации, за счет государственных медицинских организаций. А населению предложено увеличить личные расходы на здравоохранение через систему добровольного медицинского страхования. Все это выхолащивает суть этих значимых для отрасли указов.

Проведенный анализ показывает, что сегодня ситуация в здравоохранении РФ достаточно сложная. Необходимо немедленно приступить к решению базовых проблем здравоохранения, а главные из них – неоптимальное государственное финансирование, дефицит и недостаточная подготовка медицинских кадров.


УПРАВЛЕНЧЕСКИЙ И БЮДЖЕТНЫЙ МАНЕВР В РАЗВИТИИ СИСТЕМЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РФ ДО 2018 Г.

Суть управленческого и бюджетного маневра заключается в том, что средства от существенного сокращения инвестиционных статей и экономии от неэффективных расходов в здравоохранении, а также дополнительные бюджетные средства направляются в сохранение и развитие человеческого капитала отрасли — медицинские кадры. Этот маневр может быть реализован по двум сценариям (программам) развития и финансирования здравоохранения РФ — «выживание» и «базовый» (рис. 8).

Рис. 8. Два сценария финансирования здравоохранения до 2020 г. — «выживание» и «базовый»

Программа «выживание» предусматривает, что государственные расходы на здравоохранение с 2015 по 2020 г. сохранятся на уровне 4,2% ВВП. Эта доля соответствует расходам на здравоохранение в ценах 2013 г., соотнесенным к ВВП 2015 г.

  • Расчеты расходов на здравоохранение в ценах 2013 г. в доле ВВП 2015 г. {2478 млрд руб. + 11,4% + 12,2% = 3097 млрд руб., где 2478 млрд руб. — расходы на здравоохранение в 2013 г., а 11,4% и 12,2% — это индекс потребительских цен в 2014 и 2015 гг. соответственно}. Полученное число 3097 млрд руб. и есть искомые 4,2% прогнозируемого ВВП 2015 г. {3097 ÷ 73 119, где 73 119 млрд руб. — ВВП 2015 г.}.

Этот вариант развития здравоохранения при условии эффективного управления и распределения ресурсов в отрасли (см. «базовую программу») позволит отсрочить ее разрушение и стабилизировать показатели здоровья населения на уровне 2013 г.: смертность — 13,1 случая на 1000. населения, а ОПЖ — 70–71 года.

Реализация «базовой» программы позволит в период 2015–2020 гг. вывести систему здравоохранения из критической ситуации. По этому варианту государственные расходы на здравоохранения с 2013 по 2020 г. должны вырасти в 1,4 раза с 3,7% до 5,2% ВВП. При этом в 2015 и 2016 гг. они, как и в варианте «выживание», сохранятся на уровне 4,2% ВВП (табл. 2). Увеличение государственных расходов на здравоохранение до уровня 5,2% ВВП (что близко сегодняшним объемам государственного финансирования «новых» стран ЕС — 5,5% ВВП) позволит к 2020–2021 гг. достичь ОПЖ, равную 74 годам, и снизить ОКС до 11,8 случая на 1000 населения.

В таблице 2 представлены сводные значения государственного финансирования здравоохранения, запланированные Минздравом (Минфином) и предусмотренные по «базовому» варианту, также даны объемы и источники необходимых дополнительных средств для финансирования здравоохранения, включая средства от внутриотраслевой экономии.

Таблица 2. Сводные данные фактических (2013-2014 гг.) и необходимых (2015-2020 гг.) расходов на здравоохранение

Из табл. 2 видно, что запланированные Минздравом (Минфином) государственные расходы на здравоохранение в постоянных ценах (2013 г. — 100%) к 2018 г. сокращаются на 15%. Также видно, что для реализации «базового» сценария развития отрасли даже с учетом средств, которые могут поступить от внутриотраслевой экономии, потребуются дополнительные бюджетные средства. Следует отметить, что в ситуации дефицита средств на здравоохранение в консолидированных бюджетах большинства регионов (в 2014 г. — 102 млрд руб., в 2015 г. — 127 млрд руб.[9]) и средств ОМС (в 2014 г. — 55 млрд руб.[10], в 2015 г. по экспертным оценкам — 150 млрд руб.) этим дополнительным источником финансирования может стать только федеральный бюджет. Для реализации «базового» сценария в 2015 г. из федерального бюджета дополнительно потребуется 258,3 млрд руб., в 2016 г. — 116,8 млрд руб., в 2017 г. — 259,5 млрд руб., в 2018 г. — 526,0 млрд руб.

Экономия финансовых средств внутри отрасли может быть сформирована путем сокращения инвестиционных расходов (капитальное строительство и закупка дорогостоящего расходов оборудования); повышения эффективности закупочной политики (установление референтных цен на лекарственные средства и медицинские изделия); а также из сокращения административных расходов в системе ОМС (исключение страховых медицинских организаций из цепочки доведения средств до государственных медицинских организаций).

Предлагается средства от внутриотраслевой экономии и дополнительные бюджетные средства здравоохранения (при условии, что они будут выделены) распределить на следующие статьи затрат (частично или полностью):

▪ Выполнение Указов Президента по повышению заработной платы работникам государственных и муниципальных медицинских организаций.

▪ Предоставление льгот медицинским работникам первичного звена здравоохранения по приобретению жилья.

▪ Индексация заработной платы сельским медицинским работникам (коэффициент 1,4 к средней оплате медицинских работников по стране).

▪ Подготовка кадров в медицинских и фармацевтических вузах, а именно: на повышение оплаты труда профессорско-преподавательского состава (коэффициент 2,0 к средней оплате труда врачей по стране); на повышение их квалификации (10% от ФОТ профессорско-преподавательского состава); на субсидии медицинским организациям для размещения клинических баз вузов, а также на материально-техническое оснащение вузов.

▪ Развитие системы непрерывного медицинского образования – повышение квалификации (1% от ФОТ медицинских работников, как принято в большинстве развитых странах).

▪ Включение в тариф по оплате медицинской помощи статьи расходов на амортизацию и техническое обслуживание дорогостоящего оборудования и поддержание программно-аппаратного комплекса (ПАК) медицинских организаций.

▪ Лекарственное обеспечение детей в возрасте от 0 до 15 лет в амбулаторных условиях.

▪ Лекарственное обеспечение в амбулаторных условиях граждан трудоспособного возраста, страдающих болезнями системы кровообращения.

Следует отметить, что для реализации «базовой» программы потребуется политическая воля руководства страны. Залог успешной реализации программ — ускоренное и массовое повышение квалификации руководящих кадров в здравоохранении, а также формализация и ужесточение требований к их назначению на управленческие посты.


ПОСЛЕДСТВИЯ СНИЖЕНИЯ ОБЪЕМОВ ГОСУДАРСТВЕННОГО ФИНАНСИРОВАНИЯ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РФ

В табл. 2 показано, что предусмотренные Минздравом средства на здравоохранение в постоянных ценах (2013 г.) в 2015 г. сокращаются на 13% (без учета задекларированных дополнительных расходов 2015 г. и девальвации рубля), в 2016 г. — на 17%, в 2017 г. — на 16%, в 2018 г. — на 15%. Это означает, что настолько же снизятся и гарантированные объемы медицинской помощи. Все это в ситуации снижения реальных доходов большинства граждан РФ (на 4% в 2015 г. согласно прогнозам Минэкономразвития) приведет к снижению доступности и качества медицинской помощи населению РФ, а значит и ухудшению показателей здоровья населения.

Ухудшение социально-экономического положения граждан, нарастание дефицита финансирования и сокращение мощностей системы здравоохранения в 2015 уже привело к росту смертности на 5,2% в I квартале. В последующие годы, если базовые проблемы отрасли не будут решены, то вместо запланированного снижения смертность будет расти. По самым оптимистичным прогнозам в 2018 г. она вырастет до уровня 13,9 случая на 1000 населения (см. рис. 3). Из этого следует, что к 2018 г. вместо достижения ОПЖ в 74 года, этот показатель упадет с нынешних 71 года до уровня 69-69,5 лет. Это означает, что РФ уже не попадет в список 50 развитых стран мира, у которых ОПЖ составляет более 70 лет. А мы так гордились этим достижением в 2013-2014 гг.!

Таким образом, для сохранения жизней российских граждан, а значит, для обеспечения национальной безопасности нашей страны, необходимо увеличить государственное финансирование здравоохранения и сосредоточиться на решении базовых проблем отрасли.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Ожидаемая продолжительность жизни (ОПЖ) при рождении — это число лет, которое в среднем предстояло бы прожить одному человеку из некоего гипотетического поколения, родившегося при условии, что на протяжении всей жизни этого поколения уровень смертности в каждом возрасте остается таким, как в год, для которого вычислен этот показатель. Это наиболее адекватная обобщающая характеристика соответствующего уровня смертности во всех возрастах.

[2] Доклад министра здравоохранения РФ об итогах 2013 г.

[3] Улумбекова Г.Э. Здравоохранение России. Что надо делать. — 2-е изд. — М.: ГЭОТАР-Медиа, 2015. — 704 с.

[4] National Healthcare Quality Report 2013. — U.S. Department of health and human services. — AHRQ Publication N 14-0005. — May, 2014. Электронный доступ: www.ahrq.gov/research/findings/nhqrdr/index.html

[5] Улумбекова Г.Э. Научные основы стратегии развития здравоохранения на среднесрочную перспективу: автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. М., 2013.

[6] Распоряжение Правительства РФ от 28 декабря 2012 г. No 2599-р «О плане мероприятий “Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности здравоохранения”)».

[7] http://www.rosminzdrav.ru/ministry/61/22/stranitsa-979/strategiya-razvitiya-zdravoohraneniya-rossiyskoy-federatsii-na-dolgosrochnyy-period

[8] Данные по динамике ВВП, темпу роста ВВП, индексу потребительских цен, индексу-дефлятору ВВП на 2015 г. представлены согласно Минэкономразвития от 16 февраля 2015 г. (http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/macro/prognoz/20150216).

[9] http://www.ach.gov.ru/press_center/news/21297

[10] http://audit.gov.ru/press_center/news/18265


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ:

Спасательная шлюпка для «орфанников» или очередное формальное предложение?

Отмена педиатров или шах российской медицине

Платно-бесплатная медицина или Спасибо ОМС, что живой

Митинг врачей и им сочувствующих

Замена заграничных товаров отечественными: завязаны ли мы на импорт по уши?

Правительство может отказаться от материального стимулирования рождаемости

Федеральный бюджет: финансовый документ или пропагандистская листовка?

Социальная политика как фактор успешности страны

Идет необъявленная война

Как выйти из демографического кризиса?

Платная медицина, как опасная болезнь



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
4869
23353
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика