Белоруссия. Очерк с российской стороны

Белоруссия. Очерк с российской стороны

Автор Людмила Игоревна Кравченко — эксперт Центра Cулакшина

На постсоветском пространстве Белоруссия выделяется своим экономическим укладом, представляя собой модель более социально-ориентированного государства, с планированием экономики и контролем над всеми процессами в стране, хотя по степени контроля над страной Лукашенко не выбивается из ряда Путина и прочих авторитарных лидеров. За все годы суверенитета Белоруссии своей идентичностью, ориентацией на развитие отечественного производства Лукашенко в отличие от свои коллег из постсоветских республик не поступился. Однако небольшая республика, у которой не было дешевых энергоресурсов, прикладывала массу усилий для поддержания собственного производства, а не на переход к сервисной экономике, где кроме купи-продай и финансовых спекуляций что-либо заметить сложно.

Белоруссия в ее текущем виде — это результат рукотворной политики. И под натиском геополитически сдавшихся на милость Запада соседей, включая большого брата в лице либеральной России, без Лукашенко в Белоруссии установится только хаос и разруха. Не свобода, не рост заработных плат, как наивно еще могут полагать борцы за свободу слова и рынок во всем, а именно тот хаос, стагнация, разруха и нравственно-культурное выхолащивание, которое мы наблюдаем в России. Конечно, белорусского лидера во многом можно упрекнуть, указав на параметры социально-экономического развития, «отсутствие» свободы слова, но все же стоит вспомнить, что у него, в отличие от Путина, не было легкодоступных сырьевых денег, чтобы ими маскировать неудачную и провальную управленческую политику, почти анархию во всех сферах жизнеустройства государства.


«РУССКИЙ ВОПРОС» В БЕЛОРУССИИ

Республика Беларусь после распада Советского союза начинала свой путь в таком же русле националистического государства, как и прочие постсоветские государства. В 1990 году белорусский язык был объявлен единственным государственным, русский язык получил статус «языка межнационального общения». Согласно программе развития национального языка к 2000 году русский должен был быть вытеснен из всех сфер общества. Несмотря на доминирование русского языка в повседневной речи, в образовательном процессе шло активное замещение русского белорусским.

И только с приходом Лукашенко ситуация изменилась: в 1995 году в результате республиканского референдума русский язык получил статус государственного, за это проголосовало 83,3% населения. Теперь это законодательно зафиксировано в конституции республики (ст.17). Несмотря на то, что официально 83,7% населения — это белорусы и только 8,3% русских, на русском языке разговаривает 70,2% населения, на белорусском — 23,4%. В школах на изучение русского языка отводится столько же часов, сколько на изучение белорусского, на русскую литературу — столько же, как и на белорусскую литературу, однако до пятого класса приоритет в пользу белорусского. На русском языке издается большая часть учебно-методической литературы и научной литературы по техническим направлениям. На белорусском языке ведутся три учебных дисциплины: белорусский язык, белорусская литература и история Белоруссии. Хотя в республике функционируют белорусские школы и детсады, численность обучающихся в них минимальна: в детских садах на белорусском языке обучаются 11,4% детей, на белорусском языке в школах — 16,4% всех школьников.

В отличие от прочих республик здесь вряд ли скажешь о дискриминации русских, но о росте национализма, особенно среди оппозиционных сил, можно утверждать однозначно. Поэтому русская карта на данный момент пока более потенциальная, но она будет разыграна в будущем.


ЭКОНОМИКА СТРАНЫ

Рассматривая вопросы экономического развития республики, стоит сразу же выделить позитивные и негативные явления. Позитивный момент — это развитие собственной промышленности и сельского хозяйства при системе равномерного распределения доходов и при минимуме иностранного вмешательства в экономику. Негативные аспекты — рост государственного долга, дотационная зависимость от России, низкий уровень жизни граждан.

Беларусь в отличие от России, смогла, в том числе за счет государственных дотаций, сберечь производственный сектор: машиностроение, легкую промышленность, сельское хозяйство. Например, наиболее известная машиностроительная техника Беларуси -это грузовые автомобили (МАЗ, БелАЗ), автобусы (МАЗ, Неман), троллейбусы (Белкоммунмаш), тракторы (Минский тракторный завод, Могилёвский автомобильный завод), телевизоры (Горизонт, Витязь), холодильники (АТЛАНТ), металлорежущие станки и многое другое. И все это по-прежнему выпускается. Однако проблемными остаются высокий уровень устаревания технологий производства, чрезмерные государственные дотации и узость рынка сбыта — в основном Россия.

В сравнении с российской структурой ВВП валовый продукт Беларуси имеет свои существенные отличия: заметная доля сектора производства — 41,4%, в то время как в России — 33,3%, при этом доля сектора обрабатывающей промышленности почти в два раза выше, чем в России. Структура белорусского экспорта отражает производственный профиль республики: в основном на экспорт идет промышленная продукция. 13,8% — это машины и оборудование, 21,3% — химпродукция. Доля минеральных продуктов — менее трети (29,8%), что несопоставимо с российской ущербной структурой экспорта.

Однако республика по финансовым показателям является неустойчивой: многократные девальвации, высокая инфляция на уровне 13,5% в 2015 году, увеличение внешнего государственного долга до 48,5% ВВП, при этом высокие ставки кредитования внутри — ставка Национально банка составляет 20%.

В Беларуси низкий показатель социального расслоения. Индекс Джини составляет 26 усл.ед. По такому показателю, как макробаланс страны, демонстрирующему распределение произведенных благ между собственником, государством и населением, Белорусия по критерию справедливого распределения явно обходит все постсоветские республики. Макробаланс Белоруссии представляет собой модель распределения благ, в которой достаточно органичны пропорции доходов населения и инвестиций в основной капитал, ограничена рента частного собственника, однако доходы государства на низком уровне, в силу чего на социальные функции в Белоруссии выделяется в сравнении с Россией меньше средств (рис. 1).

Рис. 1. Макробаланс Белоруссии, 2013 г., расчет ЦНПМИ, по данным Белстат

Макробаланс Белоруссии характеризуется высоким уровнем оплаты труда населения на уровне 36,9%. Однако поддержка населения за счет бюджетных средств ниже российского уровня и составляет всего 12,1% в структуре макробаланса, что связано с низким уровнем доходов, приходящихся на государство — 29,1%. Рента собственника ограничена, но остается высокой по меркам социальной справедливости и достигает 8,5%. Инвестиции в основной капитал превышают 32%, что обеспечивает устойчивое функционирование промышленности Белоруссии. На государство приходится более одной пятой всех инвестиций в основной капитал. Доля государственных инвестиций в макробалансе составляет 6,7%. Недостатком данной модели является низкий уровень доходов государства как результат рекомендаций МВФ, что снижает маневренность государственной политики и ведет к недостаточному уровню благ населения за счет того, что государство не выполняет функцию перераспределения ресурсов в соответствии с задачей обеспечения социальной справедливости.

Средняя заработная плата в республике составляет 385 долларов, в России на 43% выше, а пенсии в Белоруссии незначительно (на 4,5%), но превышают российский уровень — 204,5 долларов (по данным за сентябрь 2016 года). И это уже показательно, как факт о том насколько государство заботится о своих пенсионерах, а не отшучивается фразой «денег нет, но вы держитесь». Правда для работающего населения в Белоруссии множество трудностей: низкие зарплаты, безработица, превышающая официальный уровень, налог на тунеядство в условиях дефицита рабочих мест. В итоге Белоруссия, как и многие постсоветские государства, превратилась в донора российской рабочей силы. С 2007 года в России устойчивое положительное сальдо миграции из республики, однако, в целом ежегодно оно составляет менее 5 тыс. человек.

Экономика республики зависима от российских дотаций, которые поступают в различных видах: скидка цены на энергоресурсы, открытость российского рынка для товаров из Белоруссии в рамках союзного государства, кредитование на льготных условиях (в структуре кредитного портфеля Белоруссии преобладают кредиты, полученные от России — около 65%).


ПОЛИТИЧЕСКИЙ РАСКЛАД

В отличие от прочих постсоветских республик конституция Белоруссии, принятая при Лукашенко, явно не писалась по западным методичкам. Ее положения содержат основы здоровой политики, ориентированной на сохранение идентичности, развитие нравственных основ. Например, в белорусской конституции нет никакого запрета на государственную идеологию. В ст.4 сказано, что «идеология политических партий, религиозных или иных общественных объединений, социальных групп не может устанавливаться в качестве обязательной для граждан». В России же установлен запрет на государственную идеологии, под предлогом которого происходит полное ценностное выхолащивание цивилизационных основ.


Согласно Конституции республики президент страны избирается на пять лет. Никаких ограничений на количество сроков, на верхнюю планку возраста президента в конституции нет. Ограничение на количество президентских сроков было устранено в результате референдума 2004 года. И этим белорусская конституция превзошла даже документы азиатских постсоветских республик. Иными словами, у Лукашенко нет никаких законодательных запретов на вечное президентство. Периодически высказывания Лукашенко указывают именно на этот целевой ориентир: «президентом не становятся — им рождаются, и у президента с народом есть такая связь, когда ты говоришь с народом и народ сразу тебя понимает и воспринимает».

Совершенно иным для всего постсоветского пространства предстает и парламентская структура Белоруссии. Нижняя палата — Палата представителей формируется полностью по мажоритарной системе, то есть по одномандатным округам, а не по партийным спискам. Именно поэтому из 110 членов 94 — беспартийные. То есть не партии задают вектор законодательного процесса. Сам Лукашенко хотя и заявил, что симпатизирует коммунистической партии и иногда по ее просьбе даже поддерживает ее, поскольку эта партия никаких грантов ни от кого не получает, в действительности далек от Коммунистической партии Белоруссии, как и от прочих партий. Под его патронажем в 2007 году было создано республиканское общественное объединение «Белая Русь», которым руководит первый заместитель главы Администрации президента А.Радьков. В настоящий момент это самое многочисленное объединение: его членами являются свыше 164 тысяч человек, в то время как, например, у коммунистов — 6 тысяч. Члены этого движения и занимают большинство мест в парламенте. В предыдущем созыве у них было 67 мест, то есть 61%. Именно это движение и ведет идеологическую работу на местах, но не в стиле либеральной Единой России, которая только и использует своих членов с целью административного влияния на ход выборов, а в лучших традициях Советского Союза — ведет работу с населением. Например, одной из задач этого объединения является «просвещение граждан и формирование у них заинтересованности в активном участии в жизни страны, воспитание патриотизма как важнейшей духовной и социальной ценности».

Власть в республике сконцентрирована полностью в руках Лукашенко, но, несмотря на это еще сохраняется и оппозиция, которая выводит людей на акции протеста и демонстрации. Оппозиция республики выступает в основном с русофобскими лозунгами — за белорусский язык как единственный официальный и за европейский путь развития. Например, в марте этого года оппозиция вывела с протестами различные социальные слои, которые выступали за европейское будущее страны и против действующего президента, в октябре 2015 года накануне президентских выборов в Беларуси, более полутора тысяч человек по призыву лидеров белорусской оппозиции прошли по центру Минска, требуя отставки президента Лукашенко и свободных выборов без фальсификаций. Традиционно участниками таких демонстраций выступают и бывшие кандидаты в президенты республики. Из наиболее известных оппозиционеров режиму Лукашенко можно назвать поэта — «узника совести» Владимира Некляева, лидера незарегистрированной Белорусской социал-демократической партии (Народная Громада) Николая Статкевича, лидера Объединенной гражданской партии Анатолия Лебедько. Все они участники митингов 2010 года, за что и получили тюремный срок.

Крупнейшие акции протеста прошли в 2006 и 2010 году в период выборов президента. События 2006 года проходили по всем канонам оранжевой революции: поводом стали итоги президентских выборов, когда Лукашенко набрал большинство голосов. Проигравшие кандидаты призвали народ выйти на улицу с требованием новых выборов. В центре Минска был установлен палаточный городок, куда приехали представители оппозиционных сил из других городов республики, палаточный городок посетили послы стран Европы. Но сидение белорусов на площади было подавлено силовыми методами.

В 2010 году на выборах согласно официальным данным Лукашенко набрал 79,65%, в то время как некоторые опросы утверждали, что он не перешел планки и 40%. На улицы вышло до 60 тысяч человек, но акция была разогнана внутренними войсками и спецназом с применением дубинок. В этот же период был ограничен и интернет-сегмент: не работали некоторые оппозиционные сайты, LiveJournal, Twitter. То есть власть по максимуму ограничила свободу слова в интернете. Россия поддержала действия белорусского лидера, который подавил попытку Оранжевой революции.

Политическая система республики, таким образом, отличается консолидацией власти в руках одной персоны, в формировании общей негласной защитной идеологии от норм потребительского общества (через содействие развитию духовному, нравственному, патриотическому гражданина). Партии в обществе имеют незначительный вес, альтернативные Лукашенко силы выступают за евроинтеграцию и смену модели с цивилизационной идентичной на европоориентированную. И наивно ожидать, что после Лукашенко страна сможет остаться в поле влияния российской политики. Россия слабеет и не может предложить альтернативу постсоветским республикам, а только уже традиционно — инструменты шантажа и давления в угоду газовым интересам. Итогом становится то, что граничащие с Европой страны тянутся к Европе, а азиатские республики — к Китаю.


ЛУКАШЕНКО не ПУТИН

Конституция Белоруссии взывает к высоким материям: она содержит призывы к развитию духовного и нравственного потенциала общества. «Взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учетом их влияния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа», «молодежи гарантируется право на ее духовное, нравственное и физическое развитие», «ограничение прав и свобод личности допускается только в случаях, предусмотренных законом, в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц». Поэтому неудивительно, что в Белоруссии нельзя встретить пропаганду в СМИ культуры девиантного поведения, наносящую ущерб нравственному развитию гражданина. В России таких ограничителей, да и понятия духовного развития на уровне конституции нет, а слово «нравственность» встречается только один раз в контексте ограничения прав и свобод человека. В Белоруссии на уровне конституции фактически введен запрет на деятельность религиозных организаций, которые наносят вред здоровью и нравственности граждан Белоруссии. Это позволило избежать того хаоса в религиозном пространстве, который сейчас царит в России, изменяя цивилизационные коды российских граждан.

Прямо в конституции прописано, что «женщина и мужчина по достижении брачного возраста имеют право на добровольной основе вступить в брак и создать семью», то есть понятие брака как союза мужчины и женщины зафиксировано в основном документе страны, что выступает дополнительной защитной гарантией против вирусного распространения однополых браков.

В отличие от Путина Лукашенко позаботился о том, чтобы сохранить базовые ценности граждан, свойственные в целом российской цивилизации. Он не стал потворствовать целям запада: не запретил государственную идеологию, ограничил влияние культа потребительства, да и постановки в театрах и прочих местах также защищены от нравственного выхолащивания, что дает повод привыкшим к российским реалиям говорить о застое в культурной сфере страны. Но разве можно духовное здоровье отождествлять с застоем общества? Белоруссия в целом поддерживает отечественного производителя. Например, 80% радиоэфира — это белорусские исполнители. Чего тут скажешь о России, у которой даже на ВДНХ — памятнике советской славы и единства играют то русская, то английская песни, от которых содрогаются памятники былого могущества и величия российского государства. Белоруссия уникальная страна и в том аспекте, что на постсоветском пространстве более нигде не встретишь такую чистоту и порядок, которые царят как в городах, так и на одиноких железнодорожных станциях и в небольших деревнях.

Всего этого никогда не встретишь в России, где даже армия дворников-таджиков не успевает справляться с горами мусора, а бутылки и прочие признаки ценностного упадка становятся естественной практикой повседневной жизни. Причин такой чистоты в белорусской республике множество: градоустроители — мэры не занимаются политикой, а занимаются именно благоустройством города, несколько раз в год в деревнях проводятся субботники, в КОАП республики предусмотрена система штрафов за загромождение улиц, площадей, дворов, других земель общего пользования строительными материалами и другими предметами (для физлиц это штраф размером до 3500 российских рублей), нарушение других правил благоустройства и содержания населенных пунктов — 17500 российских рублей. В Белоруссии в секторе уборки занят достаточно большой пласт людей, которые и обеспечивают чистоту. Белорусы в свою очередь, видя чистоту вокруг, сами стремятся к ее сохранению. С 2002 года в Белоруссии мусор сортируют. Бычков на тротуары здесь почти не бросают: возле всех мест, где потенциально будут курить, стоят урны. С 2013 года проводится акция по уборке несанкционированных свалок отходов, в которой участвуют ряд министров и сотрудников министерств. И заметьте, это не показательные акции московских властей копнуть лопатой в земле и посадить саженец, это уборка действительно грязных территорий.

И что еще более поражает — высокое качество дорог, которое также сочетается с повсеместной чистотой на тротуарах. И здесь сразу видно, что средства, выделяемые государством, расходуются целевым образом на дороги, а не на собственные дачи и прочие прелести жизни российских государственных управленцев.

Однако при всем при этом республика не богата, доходы достаточны для того, чтобы прожить, но о роскоши говорить не приходится. Но здесь уже выбор индивидуально каждого, что выбирать: жизнь с социальным равенством и справедливостью, где вокруг чистота и порядок, хорошие дороги, справедливые коммунальные сборы, общественная безопасность в городах, в которых даже ночью безопасно ходить или погнаться за попыткой извлечь сверх прибыли в невообразимом хаосе, который воцарился в период либерального развития России, проживая жизнь в пробках, ломая машины на кочках, ведь вместо строительства дорог предлагается формула отказа от автомобиля (Путин — «а зачем вам машина, если у вас дорог нет»).

Образование и здравоохранение в Белоруссии бесплатны, и не формально, как в России, хотя некоторая эрозия уже начинает наблюдаться. Молодые специалисты получают бесплатное образование в институтах, однако за это они должны отработать на заводе несколько лет, в противном случае будет наложен большой штраф, призванный компенсировать стоимость обучения.

В конституции республики прописаны и такие положения, как: «государство гарантирует каждому право собственности и содействует ее приобретению». Что наиболее важно — содействует! Перечислять можно и далее. Впрочем уже приведенного достаточно, чтобы понять — где государство на службе у народа, а где народ в зависимости от чиновников, вообразивших, что они и есть государство.


БЕЛОРУССИЯ В МИРЕ

На международной арене Белоруссия воспринимается как государство — изгой: Лукашенко назван последним диктатором в Европе, Западный мир давно сохраняет режим санкций в отношении республики. С 1997 года Белоруссия потеряла статус приглашённого члена в Парламентской ассамблее Совета Европы, из повестки исчез вопрос ее вступления в Совет Европы.

Главным геополитическим партнером и ориентиром страны выступает Россия, хотя отношения с ней имеют достаточно волнообразный характер развития: от острой фазы обострения к долгосрочному партнерству. Именно поэтому Западный мир делает ставку на смену политического режима в республике, поскольку даже несмотря на легкие заигрывания Лукашенко с США и ЕС, рассчитывать на полный разворот от России они не могут. А тем временем, пока Лукашенко у власти, предпринимаются шаги, которые в России расцениваются как геополитический разворот республики.

Беларусь выстраивает свою политику, апеллируя к ст.18 Конституции — «Республика Беларусь ставит целью сделать свою территорию безъядерной зоной, а государство — нейтральным». Основная задача Лукашенко — строить отношения с иностранными государствами на принципе возможной выгоды от сотрудничества, охраняя свой суверенитет и свою самобытность. И в связи с этим принципиально жесткого выбора между Россией и Западом нет и быть не может. Принцип — сотрудничая, извлекать максимум преференций, ведь это необходимо для развития государства. Поэтому пока Россия выстраивает выгодный курс в экономической плоскости с Белоруссией, Лукашенко готов создавать видимость стратегического партнерства. Как только все упирается в газовые войны, конфликты интересов, белорусский лидер сосредотачивается на западном векторе политики до тех пор, пока с Запада не последует новый виток ужесточения отношений. В 2012 году после ужесточения санкций МИД Белоруссии отозвал своих представителей из ЕС и Польши. В феврале 2016 года Европа отменила санкции, а это означает, что с этого момента Лукашенко стал активно оглядываться на Европу и даже приступил к работе над заключением базового соглашения о партнёрстве и сотрудничестве с Европейским союзом. Если такой договор будет заключен, то Белоруссия неминуемо повторит украинский опыт дистанцирования от России.

Отношения с США также развиваются по нарастающей. И этот процесс начался еще до украинского кризиса. В декабре 2010 года было принято заявление о сотрудничестве между Беларусью и США в области ядерного разоружения и нераспространения ядерного оружия, подписаны соглашения о совместном противостоянии терроризму в мире. США стали активно сотрудничать в научно-просветительском направлении: американская сторона организовала учебные курсы для белорусских специалистов, которые изучали передовой опыт по управлению медицинскими учреждениями, в Беларуси началась деятельность Информационно-просветительское учреждение «Институционального развития». После украинских событий сотрудничество перешло в экономическую плоскость: в 2014 году в США прошел Белорусско-американский инвестиционный форум, были выработаны форматы работы Совета делового сотрудничества «Беларусь — США», в 2015 году США приостановили санкции в отношении нескольких белорусских предприятий. В октябре этого года в Вашингтоне по итогам рабочей встречи представителей министерств обороны Белоруссии и США были подписаны Совместное заявление о сотрудничестве между ведомствами и План двустороннего военного сотрудничества на 2017 год. И все это на фоне того, что перед Россией Белоруссия также имеет свои обязательства в рамках ОДКБ и Союзного государства.

Геополитические метания Лукашенко нельзя исключительно списать на зачатки русофобских настроений или непредсказуемость политики самого батьки. Вопрос — может ли Лукашенко выстраивать последовательный пророссийский курс в условиях геополитических шараханий самой путинской России? Может ли Лукашенко считать Кремль своим союзником, если сам Кремль постоянно своими союзниками величает ЕС и США?


РОССИЯ И БЕЛОРУССИЯ: ПУТЬ КОНФЛИКТОВ

Пропутинские активисты в период обострения отношений с Минском смело в один голос будут утверждать, что батька нам не товарищ, что он настоящий русофоб и ведет страну по пути Украины. Однако в такой логике стоит вспомнить, как Россия внесла свою лепту в охлаждение между республиками. Путинская Россия относится к Белоруссии как к государству, которое полностью входит в сферу ее интересов, и не имеет права поднимать голос против. В случае любого неповиновения Кремль приступает к карательным мерам. Точно так же было и в отношении Украины — многочисленные газовые войны только разжигали неприязнь и формировали ощущение, что Москва ведет себя с республиками как со своими вассалами. Примеров этому множество. Например, в 2010 году в период газового конфликта российские СМИ целенаправленно компрометировали Лукашенко. Всемирный англоязычный телеканал «RussiaToday», который финансируется из государственного бюджета, выпустил сюжет «Последний диктатор Европы». В частности, в сюжете содержались следующие утверждения: «на своей родине его называют „батькой“ — однако за границей Александр Лукашенко известен как последний европейский диктатор. До последнего времени отношения между Москвой и Минском были дружественными. Однако складывается впечатление, что в голове Лукашенко что-то переклинило… И теперь его бывшие союзники — номер один в списке его главных врагов». В том же году по российскому телеканалу НТВ был показан пятисерийный документальный фильм «Крёстный батька», в котором в частности утверждалось, что экономические успехи Беларуси основаны на российских дотациях общим размером $52 млрд. Интересный прием — Кремль Россию поднять не смог, так хотя бы Белоруссии дескать помог. В фильме были представлены и такие обвинения, как организация похищений и убийств ряда политических оппонентов, восхищение Лукашенко политикой Гитлера и др. Фильмы по факту стали психологическим давлением на Лукашенко с целью принуждения его уступать в переговорах. В оценках западных СМИ этот инцидент рассматривался как использование Кремлем «телевидения, чтобы оскорбить белорусского президента и выдвинуть в его адрес серьёзные обвинения».

Газовые войны стали излюбленным сценарием двусторонних отношений. При этом за газовыми войнами не всегда можно увидеть как обоснованность российских претензий, так и понять целесообразность ухудшения отношений с Лукашенко в угоду газовым интересам олигархической верхушки. Например, в основе всех газовых конфликтов с республикой лежала борьба за «Белтрансгаз», который Лукашенко пообещал приватизировать в пользу Газпрома. В 2006 году во время четвертой газовой войны Газпром не только увеличил цену на газ, но и настаивал на оплате акциями «Белтрансгаза», который оценил в 5 миллиардов долларов. Естественно, что при таком подходе Лукашенко мог расценить ситуацию как попытку по дешевке скупить белорусские активы. В 2010 году Газпром вынудил Лукашенко заплатить накопившуюся задолженность в 200 млн долларов, которая образовалась за счет того, что Минск платит за газ по старой цене. И это при том, что сама Россия не платила за транзит природного газа по территории Белоруссии и задолжала более 220 млн долларов. При таком раскладе просто очевидно спонтанное поведение Лукашенко.

И что самое интересное, что в хрониках двусторонних отношений конфликт 2010 значится как последний энергетический конфликт, только в 2016 году на фоне активизации белорусско-американских отношений был некий аналог нового газового конфликта. А ведь в 2011 году Газпром получил оставшиеся 50% «Белтрангаза». Уж очень российская политика напоминает элементарный рэкет, только в масштабах Союзного государства. В этой связи слова Лукашенко, произнесенные им до окончательной передачи Белтрасгаза в собственность Газпрома, вполне объективно описали ситуацию: «цель конфликта очевидна: ограничить лидерство Беларуси, вынудив ее пойти на уступки, которые противоречат национальным интересам суверенного государства, и присвоить себе прибыльные части белорусской собственности».

Российско-белорусские отношения все более напоминают отношения учителя и провинившегося ученика, которого учитель хочет наказать, притом публично, перед всем классом, пристыдить за то, что ученик нарушил правила учителя. Если Россия сказала, что продовольственное эмбарго, а Белоруссия не расслышала, то значит торговая война: подключается и Роспотребнадзор и прочие ведомства, каналы доступа закрываются не только для европейской маркированной под белорусскую продукции, но и для непосредственно белорусской.

Российские политики неоднократно упрекали Лукашенко в союзничестве с российскими геополитическими противниками. Можно вспомнить и недавний пример. Когда обострились российско-турецкие отношения, ни Белоруссия, ни Казахстан на ухудшение отношений с Турцией не пошли. Лукашенко напротив призвал турецкую сторону «активизировать сотрудничество, актуализировать повестку дня, откорректировать дорожную карту отношений», в том числе увеличить турецкие инвестиции в Белоруссию, взаимодействие в сфере туризма. Политика Лукашенко была более последовательной, чем у Путина. И обвинять его в предательстве российско-белорусской дружбы так же нелепо, как и рассматривать российско-турецкие отношения и их ход в качестве нормальных, а не по факту сдачу интересов России в угоду Газпрому (вспомним Турецкий поток). Аналогично дела обстояли и с запретом торговли с Украиной и продовольственным эмбарго. В ответ на ассоциацию Украины с ЕС Россия заявила о вводе ограничений на украинские товары. Тогда Белоруссия и Казахстан заявили, что это односторонняя мера России. Затем Россия ввела эмбарго на продовольствие из Европы. Лукашенко отказался поддерживать запрет, заявив, что транзитом импортные продукты через Белоруссию пройти не смогут, но косвенно указал на возможность переработки европейского сырья, которое, вероятно всего, поступит на российский рынок в качестве белорусской продукции. Президент Казахстана Н. Назарбаев заявил, что это односторонняя мера, не предполагающая вовлечения других стран. Поэтому винить Лукашенко в россиефобских настроениях на основе таких примеров — явная ошибка.

Однако годы подобных напряженных союзнических отношений внесли свою лепту в стратегию Лукашенко, который стал еще более непоследовательным, особенно в вопросах, выходящих за рамки сугубо экономических отношений. В военной сфере Лукашенко так и не дал разрешение на размещение российской авиабазы в республике, хотя в СМИ сообщалось о предварительном согласии. Хотя Россия и Белоруссия решили принять новую Военную доктрину Союзного государства, которая не менялась с 2001 года, а Белоруссия недавно стала председателем ОДКБ и имеет с Россией договоренности по защите общих границ Союзного государства, Лукашенко смело ведет переговоры с США о военном сотрудничестве.

Однозначно можно утверждать, что для Лукашенко и Запад, и Россия — потенциальные угрозы безопасности. Если первый пока старается только через деятельность НКО проникнуть во внутриполитическую жизнь республики (с 2011 года по 2013 год 87 общественных организаций Белоруссии получили консультации по вопросам финансирования их по программам ЕС, 747 организаций регулярно получают информацию о подобных возможностях), то Россия прямо использует инструменты шантажа и давления. Опыт Украины насторожил Лукашенко и относительно возможности России применить силовые инструменты. На присоединение Крыма он отреагировал заявлением, что «мы были и есть суверенное, независимое государство. Им и останемся», «мы не будем северо-западным краем» России. И на фоне этого в мае 2014 года в Белоруссии стали раздавать ленточки с символикой своего флага, что было поддержано не только официальным Минском (город был украшен другими лентами), но и оппозицией, которая объявила георгиевскую ленточку символом российского империализма. И это снова результат политики России — явное отражение страха перед лицом агрессивной политики Кремля, который в своей непредсказуемости превзошел даже Лукашенко.

Но стоит ли корить белорусского лидера за то, что Минск «строит прагматично отношения» с Москвой, ведь именно этот самый «прагматизм» вместо ценностей и идеалов стал основой российской внешней политики, а прибыль Газпрома стала важнее русского вопроса на Украине. В чем упрекать белорусского лидера, который не видит в путинской России ни идеологического притяжения, ни желания считаться с братским народом? Да и «Обращение белорусского президента к народу» 21 апреля этого года скорее напоминает выступление главы небольшого государства, уставшего от «дворовой дипломатии» российского лидера, рассуждающего «пацанскими» категориями. Именно в этой связи звучали рассуждения Лукашенко на тему необходимости того, чтобы «россияне понимали, особенно руководство России, что мы не будем „мальчиками на побегушках“. Мы самостоятельное суверенное государство, живущее с вами в одном доме, но имеющее свою квартиру. Пусть маленькую, небольшую, но свою квартиру».

У России нет и не будет верных и преданных союзников, пока страна, давая ложную надежду, бросает под обстрелами миллионы жителей Новороссии; пока вся внешняя политика остается пристройкой и обслугой нефтегазовой отрасли; пока принцип многовекторности на деле заменен евроориентированностью и америкопособничеством; пока единственной идеологией остается поклонение Маммоне, а не общечеловеческим ценностям.

России давно пора понять, что пока страна не станет притягательной для постсоветских республик, пока она не предложит идею, за которой пойдут братские республики, никакой речи о настоящих союзниках быть не может.


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Таджикистан. Очерк с российской стороны

Узбекистан. Очерк с российской стороны

Казахстан. Очерк с российской стороны

Туркменистан. Очерк с российской стороны

Кыргызстан. Очерк с российской стороны

Евразийский экономический НЕ союз

Постсоветское пространство в контексте Украинского кризиса

Кого финансирует ЕС на постсоветском пространстве

Дружба дружбой, а санкции врозь

Евразийский экономический союз (экономические аспекты)



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
419
1484
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика