Будущее России после газовых соглашений

 Будущее России после газовых соглашений

Китайское турне Владимира Путина и заключение крайне важных договоров, в том числе по сотрудничеству в газовой сфере, многомиллиардные двухсторонние соглашения, прошедший Петербургский экономический форум и озвученные на нем заявления - все это заставляет по-новому взглянуть на экономическую ситуацию в современной России.

Эксперт Центра научной политической мысли и идеологии Людмила Кравченко

Стагнация, экономическое давление Запада давали стране шанс выбрать модель развития. Страна стояла на историческом распутье – между сырьевой моделью и постепенным восстановлением обрабатывающей промышленности. Ранее о сценариях экономического развития России мы размышляли в статье «Россия и санкции: сценарии экономического развития». Стратегически целесообразный, согласующийся с национальными интересами государства план развития – это поддержка обрабатывающего сектора, малого и среднего предпринимательства, построение социально-ориентированного и социально справедливого государства с низким уровнем социального расслоения и справедливой налоговой системой.

Вариант на краткосрочную перспективу – это сохранение сырьевой модели, углубление региональных дисбалансов, дальнейшая деградация сектора обрабатывающей промышленности, закупка оборудования за рубежом.

Россия стояла перед аналогичным выбором в начале 2000-ых. Тогда благоприятная экономическая конъюнктура в виде высоких цен на нефть предрешила продолжение линии на сырьевой экспорт и отказ признавать необходимость инновационного и технологического развития. За эти годы произошли позитивные и негативные тенденции: вырос уровень жизни российских граждан, финансовая система стала более стабильной. Но одновременно с этим страна увеличила зависимость от Европы, превратила свою продукцию обрабатывающей промышленности в неконкурентоспособную на мировом рынке, перешла на потребление импортных товаров, обрабатывающая промышленность пришла в упадок, особенно машиностроение, выросли региональные и отраслевые диспропорции, Россия отстала по показателям развития науки от остальных стран. И когда эра роста цен подошла к концу, стало очевидно, что скрывать эти проблемы более невозможно. Тогда и заговорили о структурных проблемах в российской экономике.

Поворотный момент произошел на прошлой неделе – у страны появился новый потребитель ее энергоресурсов, фактически гарантировавший закупку газа на 30 лет. Это означает, что экономика и дальше будет расти за счет экстенсивного производства – вырастут объемы поставок сырья, Россия останется поставщиком ресурсов, но при этом уже будет обеспечивать не только европейскую, но и китайскую экономики.

Условия заключенных договоров доказывают, что Россия продолжает себя позиционировать как сырьевой придаток: мы обязуемся поставлять газ, предоставляем Китаю право разработки месторождений, строим перерабатывающие заводы на территории Китая, привлекаем инвестиции в основном в добывающий сектор. Выступление Путина на Петербургском экономическом форуме это подтверждает. В начале своей речи президент осветил вопрос о сотрудничестве с Китаем в газовой сфере, акцентировав тем самым внимание инвесторов на достижениях российской дипломатии и обозначив значимость, которую руководство по-прежнему придает газовой отрасли. Конечно, в тексте выступления были и слова о технологическом развитии, импортозамещении, однако все они относились к будущему – к тому, что должно быть сделано, разработано, в то время как сотрудничество, инвестиции в энергетику – свершившийся факт. Страна будет развиваться, укрепляя свой энергетический потенциал, создавая инфраструктуру под обслуживание газовой отрасли, обеспечивая загрузкой производственные мощности тех отраслей, которые выступают обслуживающими к газовому сектору – к примеру, производство труб. Несырьевой экспорт с темпом роста в 6%, обещанный президентом, вероятно, будет реализован посредство выпуска нефтехимической отрасли, а не производства машин и оборудования.

Ранее, ставившая под сомнение экономический рост тенденция снижения цен на энергоресурсы отныне отброшена, теперь президент уверен, что «углеводородное сырье не будет дешеветь, потому что хоть запасов и много, но они уже являются трудно извлекаемыми». Подобным маневром он фактически опроверг целесообразность смены модели, подверженной рискам ценовых колебаний. Он призвал инвестировать в газовую отрасль, что должно остановить падение инвестиций в основной капитал. Но кто подумает о качестве экономического роста? Как долго еще стране развиваться экстенсивно? Пока не будут истощены все запасы? Где тезисы об инновационной экономике, инновационном развитии Дальнего Востока? Теперь о его развитии говорится в контексте освоения новых месторождений.

Но кто же главный бенефициар в такой ситуации помимо газовых и нефтяных компаний? Президент укрепил свой авторитет, доказав Европе, что на любые угрозы санкций он готов отвечать асимметрично. Компании, участвующие в цепочке производства трубопроводов – Северсталь и Магнитогорский меткомбинат - могут ожидать крупных заказов. А что от этого получает не властная или олигархическая верхушка, а государство? Ресурсы газа и руды должны принадлежать государству, но находятся в пользовании и распоряжении олигархии, которая затем, получая прибыль, переводит средства в оффшоры (конкретно в данном примере обе компанию работают через оффшоры), налоги в бюджет поступают по минимуму, обогащается узкая группа лиц, а государство остается без ресурсов, и без должной компенсации за них (закон об оффшорах еще не принят), с структурным дисбалансом развития, поскольку инфраструктура, рабочие места создаются под газовую отрасль, инвестиции привлекаются в большей степени в эту сферу. Государство инвестирует газовый сектор в ущерб развитию собственного производства, которое теперь будет финансироваться по остаточному принципу – «то, что выделит правительство в бюджете страны».

Накануне кризиса перед страной стояла задача – диверсификация экономики, выход на рынки АТР. В итоге произошла подмена этой задачи диверсификацией торговых партнеров, усилением зависимости от китайской экономики, которая теперь станет не только на выгодных условиях закупать российский газ, но и расширит свое присутствие на российском внутреннем рынке, которое и без того достигло уже 16,7 % (доля импорта из Китая в структуре импорта).

А это значит, что на среднесрочную перспективу страна подтвердила свою приверженность сырьевой модели и в очередной раз упустила свой шанс вырваться из плена «проклятия ресурсов».


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
2154
40069
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика