Цифровое общественное место: постановка проблемы

Цифровое общественное место: постановка проблемы

Авторы:  Степан Степанович Сулакшин — генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор; Александр Андреевич Гаганов — эксперт Центра Сулакшина, к.ю.н.

Технический прогресс влечет за собой новые вызовы юридической науке и общественным отношениям. Сами общественные отношения порой становятся существенно иными. Растет скорость информационных обменов, формы коммуникаций и влияния. От эпистолярного жанра общения письмами 19 века в 20 веке перешли к телеграммам и телетайпу, телефонной и радио связи, 21 век по видимому открывает переход в новое «физическое пространство» общения — цифровое.

Сейчас многие проводят в интернете значительную часть свободного времени — гораздо большую, чем посвящается прогулкам в парках, посещению выставок, театрам и прочим культурным развлечениям и общению. Собрания людей и непосредственное общение кажется уходит в прошлое, но ведь объем информационных обменов только растет! Некоторые люди в принципе чаще пребывают в социальных сетях и на форумах, чем за пределами собственной квартиры или офиса — в так называемых общественных местах.

Новый вид общения порождает новые проблемы. Если правила поведения в общественных местах более менее отработаны, в цифровом пространстве их пока нет. И при взгляде на культуру этого рождающегося пространства иногда удивляешься, не на одесском ли Привозе 19 века или на московской Хитровке ты находишься. Мат, грязь, ругань, оскорбления, неприличия… То, что запрещено людям в традиционных привычных общественных местах, а именно: нецензурная брань, появление в нетрезвом виде, «антиобщественное поведение», — дозволено в интернете. До недавнего времени пользователи сети не заботились даже о том, чтобы не оскорблять друг друга. Напротив: анонимность в интернете позволяла оскорблять друг друга без риска получить по физическому «лицу».

Народ с энтузиазмом упражнялся в красноречии и мерялся всем, чем возможно, в комментариях и на форумах. Но в последние годы появилась судебная практика, демонстрирующая возможности по привлечению к ответу за оскорбления и в сети. Интернет перестает быть площадкой полной анонимности и безнаказанности. Далеко не всем это нравится. Если органы государственной власти спят и видят, как бы сделать вход в интернет «по паспорту», то простые пользователи против такой идентификации. Правда, для выхода в сеть через общественные точки доступа (например, вай-фай в московском транспорте, в аэропортах, в интернет-кафе) пройти идентификацию все же требуется. Такая же практика существует и за рубежом. То есть первые шаги к входу в сеть «по паспорту» мы уже сделали.

Не исключено, что в регулировании интернета надо делать и следующие шаги, направленные на защиту нравственного облика и общения человека. Скорее всего, технологическое развитие повлечет и новые регуляции.

Что такое общественное место в административном праве, примерно понятно. Но опять же, только примерно: точного определения нет. В статье 20.1 КоАП РФ содержится наказание за мелкое хулиганство, включающее в себя нецензурную брань в общественном месте, однако там не поясняется, что такое общественное место. В статье 20.20 КоАП РФ запрещается распивать алкогольные напитки, употреблять наркотики на улицах, стадионах, в скверах, парках, в транспортных средствах общего пользования и других общественных местах. Отсюда уже примерно вырисовывается, что такое общественное место. Статья 12 Закона 2013 года, ограничивающего курение табака, содержит внушительный перечень территорий, на которых запрещено курить. Все эти территории — вплоть до лифтов, лестничных клеток домов и рабочих мест — можно считать общественными местами. В итоге формула, которую любят правоохранительные органы: «общественное место — это все, что за пределами вашей квартиры», — воплощается в законодательстве.

По аналогии можно предположить, что цифровое общественное место — это любое пространство в интернете, к которому есть публичный доступ: сайты, социальные сети, приложения и др. Тогда что же не является цифровым общественным местом? Каков аналог личной «квартиры» в интернете? Вероятно, к такому пространству может быть отнесено все, что защищено неприкосновенностью частной жизни, неприкосновенностью переписки: любая закрытая информация в соцсетях, «подзамочные» посты только для себя, непубличная переписка пользователей. По существу какой-то колоссальной разницы между обычным публичным местом и цифровым нет. Те или иные действия, «нарушающие общественный порядок», запрещены в общественных местах потому, что они оскорбляют других граждан, причем вовсе не обязательно персонально. Речь идет о возможном оскорблении неопределенного круга лиц.

Например, статья 20.21 КоАП РФ запрещает появление на улицах, стадионах, в скверах, парках, в общественном транспорте, в других общественных местах, в состоянии опьянения, оскорбляющем человеческое достоинство и общественную нравственность. Закон не поясняет, до какой степени надо быть пьяным, чтобы оскорблять человеческое достоинство и общественную нравственность. И в этом смысле есть некая правовая неопределенность этой нормы, что может повлечь произвольное ее применение. Сотрудник полиции по своему усмотрению будет определять, оскорбляет ли пьяный своим видом общественную нравственность. Важно другое: закон запрещает оскорблять человеческое достоинство и общественную нравственность. Конституционное право на достоинство влечет за собой также обязанность соблюдать собственное человеческое достоинство, оставаться человеком, не терять человеческий облик.

Учитывая универсальность положений о человеческом достоинстве, эти нормы можно распространить и на правила поведения в сети. Например, логично было бы запретить использовать нецензурную брань и в цифровых общественных местах. Потому что такая брань в интернете оскорбляет других людей не меньше, чем просто на улице. Не говоря уж о том, что в интернете тексты с бранными словами свободно могут прочитать дети. Распространение клеветнической и оскорбляющей адресной информации. Сейчас в российской практике стало довольно заметно, что законодатель и правоприменитель озаботились вопросом критики властей. Появились соответствующие статью уголовного кодекса и практика, в рамках которой уже более 1000 осужденных, иногда за одну фразу или вовсе в связи с чьим-то неким «впечатлением» даже в отсутствие самого цитируемого текста в приговоре. Эта практика показывает извечное «русское» — ну может же, если захочет. Оградить власти от критики уже «захотели». Когда «захотят» оградить граждан от грязи в интернете?

Есть и еще одна проблема, свойственная нашему цифровому веку: мы сами искажаем русский язык и все меньше заботимся о грамотности наших сообщений, передаваемых в социальных сетях, в смс-сообщениях. Считается нормальным не поставить нужную запятую, начать предложение с маленькой буквы. Можно не следить за орфографией: никто не придирается к опечаткам. А Т9 вообще творит чудеса. Считается нормальным использовать особый интернет-сленг, коверкающий русский язык. Вспомним хотя бы «падонкафский» сленг, «олбанский» с его «аффтар жжот, пеши есчо». Кто-то просто посмеется, прочитав такие сообщения, а людям старшего поколения будет не до смеха. И тем, кто понимает, что русский язык, как фактор цивилизационной идентичности, даже один из факторов состояния демографии! Распад языка — это шаги к распаду смой ткани народной жизни, культуры, потенциалов государственности страны.

Если запрет нецензурной брани реализовать будет сравнительно несложно (например, внедрением соответствующих фильтров — матерные корни известны, их количество ограничено), то защитить русский язык от искажений — уже сложнее. Вряд ли за искажение языка можно наказывать в юридическом смысле: кажется, что в каждом конкретном случае общественная опасность деяния будет стремиться к нулю. Однако в целом, с учетом массовости таких деяний, опасность нельзя недооценивать: мы теряем свой язык, свою идентичность. Здесь на первый план должны выйти иные социальные регуляторы — не только и не столько право. Нужно воспитывать детей в духе уважения к языку и друг друга.

Пока законодатель не задумывается о таком ужесточении правил поведения людей в интернете. Ужесточение вызвало бы лишь негодование со стороны пользователей сети.

Однако не исключено, что понятие цифрового общественного места (или аналогичное) рано или поздно появится в праве. Бескультурью и оскорблению не место ни в физическом пространстве общения и коммуникаций, ни в цифровом. Возможно, правила поведения в общественных местах просто будут распространены на цифровое пространство. Пока же этого не произошло, нам самим надо позаботиться о том, чтобы не оскорблять человеческое достоинство и общественную нравственность в интернете — чтобы оставаться людьми.


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Жизнь в Сети: что запрещено блогерам и журналистам

Жизнь в Сети: обязанности блогера

Жизнь в Сети: права блогера и права журналиста

Жизнь в Сети: правовой статус блогера и журналиста

Профилактика правонарушений и презумпция невиновности

Ответственность за «троллинг» в Интернете



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1136
4424
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика