Есть ли в России стратегическое планирование?

Есть ли в России стратегическое планирование?

Гаганов Александр Андреевич — эксперт Центра научной политической мысли и идеологии, к.ю.н..

Закон о стратегическом планировании был принят полтора года назад. Учел ли он ошибки прежнего закона? Появилась ли в России стройная система стратегических документов?

В 2014 году на смену Федеральному закону от 20 июля 1995 года № 115-ФЗ «О государственном прогнозировании и программах социально-экономического развития Российской Федерации», который был правовой основой государственного прогнозирования и программирования, пришел Федеральный закон от 28 июня 2014 года № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации». Некоторые аспекты нового закона мы проанализировали в статье «Процесс стратегического планирования: правовой аспект».

Закон вступил в силу в июле 2014 года, то есть полтора года назад. Успел ли закон как-то повлиять на систему стратегических документов или мы сохраняем бессистемную кучу концепций и стратегий по различным направлениям? Повторяет ли новый закон ошибки прежнего закона о государственном прогнозировании?


ОШИБКИ СТАРОГО ЗАКОНА О ГОСУДАРСТВЕННОМ ПРОГНОЗИРОВАНИИ

В соответствии с Законом № 115-ФЗ разрабатывались государственные прогнозы социально-экономического развития РФ на долгосрочную, среднесрочную и краткосрочную перспективы, а также концепции социально-экономического развития РФ на долгосрочную перспективу и программы социально-экономического развития на краткосрочную и среднесрочную перспективы. Аналогичные документы принимались на уровне субъектов Российской Федерации.

Однако указанный Закон № 115-ФЗ действовал не в полной мере. Например, в 2008 году Минэкономразвития России подготовило проект Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года (утверждена распоряжением Правительства РФ от 1 ноября 2008 года № 1662-р), это так называемая «Стратегия 2020». «Стратегия 2020» разрабатывалась не по правилам Закона № 115-ФЗ, а в соответствии с поручением Президента РФ, данного по итогам заседания Государственного совета РФ 21 июля 2006 года. Но и этот труд рисковал остаться не законченным, если бы не очередное поручение Президента РФ на совещании с Правительством РФ по экономическим вопросам 1 ноября 2007 года, которым предписывалось активизировать работу над Концепцией.

Из предусмотренных Законом № 115-ФЗ прогнозов и программ регулярно принимались только среднесрочные программы социально-экономического развития РФ. Но периодичность их принятия не была связана с требованиями Закона, а скорее была обусловлена политической необходимостью.

Закон № 115-ФЗ не конкретизировал правовой статус концепций социально-экономического развития Российской Федерации на долгосрочную перспективу. Вопросы разработки и содержания долгосрочных программ должны были регулироваться Правительством РФ. Такое понижение статуса концепций до уровня постановлений Правительства РФ создавало опасность их неисполнения федеральными министерствами и ведомствами, что и происходило на практике. Это касалось и среднесрочного, и краткосрочного прогнозирования и программирования. Например, после принятия Закона № 115-ФЗ вышло распоряжение Председателя Правительства РФ о разработке программы социально-экономического развития на 1997-2000 годы, однако оно было проигнорировано.

Тут надо вспомнить, что именно в 1998 году был дефолт, и это не могло быть случайностью. Такие результаты могли быть связаны с полным отсутствием среднесрочного прогнозирования в тот период, либо сознательным желанием некоторых должностных лиц уйти от возможной ответственности неисполнение Закона № 115-ФЗ и поручений Председателя Правительства РФ. Связь между дефолтом 1998 года и отсутствие системы прогнозирования нужно иметь в виду при анализе текущей экономической ситуации.

Есть несколько причин отсутствия системы прогнозирования и программирования на долгосрочную перспективу, то есть фактической неработоспособности Закона № 115-ФЗ. Во-первых, это коллизии в законодательстве, в частности, противоречия с Бюджетным кодексом РФ. Во-вторых, это отсутствие механизма реализации закона в самом законе: ряд норм требовал принятия подзаконных актов. Ряд норм оставался неопределенным: например, это касалось определения ряда процедур Правительством РФ. Статус этих подзаконных актов оставался неоднозначен, что не позволяло создать в рамках Бюджетного кодекса РФ систему среднесрочного бюджетного планирования для перехода на трехлетние бюджеты.


РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

Анализ недостатков прежнего законодательного регулирования вопросов прогнозирования и программирования позволяет дать несколько рекомендаций по его совершенствованию.

Во-первых, необходимо определить статус долгосрочных программ развития и орган исполнительной власти, ответственный за их реализацию. Нужно прямо предусмотреть меры ответственности за ненадлежащее выполнение органом своих функций и соответствующий контрольный механизм.

Во-вторых, законодательство о стратегическом планировании должно быть гармонично встроено в единую законодательную систему. Нельзя допускать противоречий с Бюджетным кодексом РФ и другими законами. Иерархия документов стратегического планирования должна быть четко выстроена в рамках системы нормативных правовых актов. Это облегчит, в том числе, разрешение коллизий, если таковые случатся.

В-третьих, для того, чтобы закон работал, нужно принять все необходимые подзаконные акты. И это надо делать быстро, чтобы реализация закона не зависала из-за отсутствия механизма его воплощения в жизнь.

В-четвертых, должны быть конкретизированы полномочия органов власти, в том числе отраслевых министерств. В частности, надо детализировать функции Минэкономразвития и Минфина России в сфере проведения экономической политики и закрепить их ответственность за проведение государственной экономической политики в пределах их компетенции.


ЧТО БЫЛО СДЕЛАНО?

Закон о стратегическом планировании, с помощью которого нужно было провести работу над ошибками, имеет многоступенчатую систему введения в действие. На самом деле, эта система только вводит отсрочку для начала работы закона.

Как мы уже сказали, закон был введен в действие через 10 дней после его опубликования, 11 июля 2014 года. Но заключительные положения закона предусматривают следующее.

До 1 января 2015 года должен быть принят план подготовки документов стратегического планирования, содержащий сроки разработки и утверждения (одобрения) документов стратегического планирования. Поиск по правовой базе данных не выдал такого плана на уровне Федерации. У ряда субъектов РФ такие планы, действительно, утверждены.

До 1 января 2016 года должны были быть приняты акты, определяющие порядок разработки и корректировки документов стратегического планирования, а также осуществления мониторинга и контроля реализации документов стратегического планирования. Тут все хорошо: было принято постановление Правительства РФ от 29 октября 2015 года № 1162 «Об утверждении Правил разработки, корректировки, осуществления мониторинга и контроля реализации отраслевых документов стратегического планирования Российской Федерации по вопросам, находящимся в ведении Правительства Российской Федерации».

Далее, предписано создать федеральный государственный реестр документов стратегического планирования. Такой реестр также был создан совсем недавно постановлением Правительства РФ от 27 ноября 2015 года № 1278 «О федеральной информационной системе стратегического планирования и внесении изменений в Положение о государственной автоматизированной информационной системе «Управление».

По существу, в соответствии с заключительными положениями Закона № 172-ФЗ (статья 47) Закон может заработать лишь после принятия подзаконных актов, на основании которых будут разрабатываться документы стратегического планирования. Сами документы стратегического планирования должны быть разработаны до 1 января 2017 года. Так или иначе получается, что пока эти документы не разработаны, действуют прежние стратегии и прогнозы, принятые не в соответствии с новым Законом. Иными словами, результатов работы нового закона пока не видно, и еще долго не будет видно.

Например, в настоящее время действует «Стратегия 2020», о которой мы писали выше. Однако по новому Закону № 172-ФЗ должна приниматься Стратегия социально-экономического развития Российской Федерации сроком на шесть лет. Стратегический прогноз Российской Федерации разрабатывается по поручению Президента Российской Федерации на двенадцать и более лет. Эти документы не разработаны. Есть Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года, разработанный Минэкономразвития в 2013 году, то есть до принятия закона о стратегическом планировании.

В то же время сохраняет действие ряд документов, принятие которых вообще не предусмотрено Законом № 172-ФЗ (Военная доктрина Российской Федерации, Концепция внешней политики Российской Федерации и многие другие). Их статус остается не встроенным в систему стратегического планирования. В статье 1 Закона сказано, что он регулирует отношения, возникающие между участниками стратегического планирования в процессе целеполагания, прогнозирования, планирования и программирования социально-экономического развития РФ, субъектов РФ и муниципальных образований, отраслей экономики и сфер государственного и муниципального управления, обеспечения национальной безопасности РФ, а также мониторинга и контроля реализации документов стратегического планирования. 

В части стратегического планирования в сферах обеспечения национальной обороны, государственной и общественной безопасности Закон применяется с учетом специального законодательства РФ. Что это означает? Закон ограничивает свое действие социально-экономической сферой и сферой обеспечения национальной безопасности. Однако из стратегических документов в сфере национальной безопасности Закон упоминает лишь Стратегию национальной безопасности РФ. К слову сказать, сейчас действует утвержденная Президентом РФ в 2009 году Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 года (тоже не в соответствии с Законом № 172-ФЗ). А как же иные сферы? В них не требуется долгосрочное планирование?

Анализ стратегических и концептуальных документов по всем сферам государственного управления показал, что не существует ни одной сферы жизнедеятельности страны, ни одного направления государственного управления, которое не нуждается в тщательной, глубокой, профессиональной коррекции и оптимизации. Для большинства направлений государственной политики существуют официальные стратегические документы. Однако эти программные и доктринальные документы имеют характер скорее не правовых (управленческих, рассчитанных на реализацию), а политических документов (рассчитанных более на пиар), зависящих от воли конкретных высших лиц государства, а не обусловленных естественной и согласованной в обществе необходимостью государственного строительства и общественного развития.


БЫЛА ЛИ РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

Проанализируем новый Закон о стратегическом планировании с точки зрения путей исправления ошибок предыдущего закона.

Во-первых, конкретные ответственные органы (кроме Президента РФ и Правительства РФ) не определены. Самое главное — меры ответственности за ненадлежащее выполнение органом своих функций не установлены.

Во-вторых, встраивание законодательства о стратегическом планировании в систему действующего законодательства произведено нечетко. Сохраняют свое действие множество программных и стратегических документов в различных сферах, в том числе в сферах экономики и национальной безопасности. На данный момент о коллизиях между ними и новым законом даже нет речи, но это не значит, что коллизий нет. О согласовании стратегического планирования с бюджетным процессом нужно было думать сразу при принятии нового закона и предусматривать прямые корреспондирующие нормы.

В-третьих, принятие подзаконных актов во исполнение нового закона проходит явно неспешно, что приводит к тому, что закон до сих пор не работает. Перечни полномочий в законе пестрят отсылочными нормами, что плохо для любого нормативного правового акта.

В-четвертых, конкретизация полномочий министерств должна производиться в том числе на уровне их регламентов. Работа с полномочиями должна в том числе решать задачу исключения дублирования. Сейчас такое дублирование сохраняется в некоторых сферах.


ВЫВОДЫ

1. Закон о стратегическом планировании есть, но толку от него пока нет.

2. Органы исполнительной власти заняты преимущественно тактическим решением острых проблем. Функция стратегического планирования реализуется бессистемно, на среднесрочную и краткосрочную перспективы, что не позволяет сделать действующие акты реальными стратегическими инструментами управления.

3. Отсутствие долгосрочного планирования привело к тому, что подавляющее большинство проблем во всех сферах жизнеустройства страны остались за последнее десятилетие не решенными.

4. Отсутствуют политические механизмы и институты, обеспечивающие ответственность органов исполнительной власти за результаты своей деятельности. Это негативно влияет на любую сферу государственного управления и. в частности, это тормозит развитие стратегического планирования.

5. Дефолт 1998 года был обусловлен отсутствием среднесрочного прогнозирования. Срок отсутствия прогнозирования и планирования можно исчислять с 1991 года, то есть до дефолта прошло 7 лет, и эти 7 лет тоже не были спокойными в плане экономики (мягко говоря). Сегодня с 1991 года прошло 25 лет, и уже можно говорить о глубоком системном кризисе, ситуативном и случайном регулировании практически во всех сферах госуправления. И на этом фоне полтора года мы живем фактически без государственного стратегического планирования — по старым разрозненным концепциям и стратегиям.




Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
4004
14370
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика