Факторы

Факторы

Дикий случай в Нарьян-Маре, где психопат зарезал ребенка в детском садике, предсказуемо вызвал новый всплеск дискуссии про смертную казнь и обязательность ее применения для некого перечня преступлений. Чем хороши такие дискуссии — так это своей бесплодностью и возможностью выпустить хоть немножечко пара, накопленного населением по самым разным поводам и отчетливым бессознательным ожиданием неминуемой катастрофы, которая ощутимо приближается, несмотря на все более лучшие показатели жизни, безудержного роста экономики, блестящие внешние победы и неумолимый рост доверия к власти.

Проблема в том, что смертна казнь (и уж тем более применительно к этому конкретному случаю) — совершенно не панацея. И уж точно не способ предотвращать подобного рода преступления. Если (условно) завтра ввести ее в качестве исключительной меры, то даже в нарьян-марском случае казнить придется довольно много народу. А иначе никак — преступление психопата произошло не в безводушном пространстве, ему прямо и косвенно поспособствавал целый набор факторов, каждый из которых вел к гибели ребенка.

Садик находился под охраной. Не бабушки-божьего одуванчика, а вполне серьезной структуры — местного ЧОПа, получавшего за свой труд вполне полновесные деньги, которые выплачивал ему садик, а значит — бюджет и родители. У нас миллион здоровых мужчин, если не больше, заняты в охранной деятельности в такого рода структурах. Но как правило, мы слышим о результатах их деятельности, когда они убивают очередную бабушку в супермаркете за неоплаченный плавленный сырок или когда они без малейших проблем пропускают на охраняемую территорию вооруженных людей, как это было в Керчи или вот сейчас — в Нарьян-Маре. Откуда возникает вопрос — а есть ли толк в существовании этих бесполезных организаций?

Что еще они могут делать, кроме как убивать старушек, обирать бездомных или закрывать глаза на реальные преступления? Охранник в детском садике в Нарьян-Маре дистанционно впустил через закрытую дверь убийцу и никак не участвовал в дальнейших событиях, не защитил и не спас ребенка. А значит — вопросы не только к нему, а к руководству его ЧОПа, к курирующим структурам местного УВД и вообще — к смыслу существования этой странной, но весьма денежной деятельности в целом.

Воспитатели тоже были рядом. И просто пили чай. И появились, когда всё уже произошло. Проще говоря — не контролировали порученных им детей. Не пришел бы психопат, так просто ребенок встал, полез в окно и выпал — результат тот же. Воспитатели все равно ничего не видели и пили чай. Вопросы, конечно, к ним. Но и к руководству садика, а также ко всем курирующим и надзирающим структурам, которых имеется бесчисленное количество, которые все заняты важным делом, но в итоге мы имеем, что имеем.

Есть вопрос и к самому психопату и окружающей его среде. У него, видите ли, голоса в голове позвали на совершение чего-то такого. А где был участковый, который должен держать на карандаше соответствующий контингент у себя на участке? А где руководство этого участкового, который понятия не имеет, что у него на территории проживает реальный псих с голосами?

Там много и много чего. Вопрос простой — если расстреливать конкретного психа, то одного или в дружной компании тех, кто каждый в итоге оказался тем фактором, который и привел к кровавому событию?

А если понять, что провинциальные города — это во многом депрессивные и социально нездоровые территории, которые стали таковыми просто потому, что власть — и местная, и региональная, и центральная — ведет целенаправленную политику, итогом которой становится появление чудовищной социальной и психологической атмосферы, производящей таких психопатов в непрерывном режиме — то расстреливать ли еще и их? Самый простой и самый тупой вариант — свалить все на одного конкретного психопата, поставить его к стенке и думать, что на этом справедливость восторжествовала. Ни черта подобного.

Справедливость — это когда ликвидированы условия, плодящие таких людей. Когда охранники охраняют, воспитатели воспитывают, а немногочисленные, но эффективные контролирующие структуры контролируют и держат руку на пульсе. Но создать такую справедливость, не переформатировав всю существующую ситуацию, наверное, невозможно. И главное — сложно.

Поэтому самый простой вариант — а давайте кого-нибудь расстреляем. И все будут довольны. До следующего случая. Не обязательно такого же под копирку. Другого, но к нему ведут все те же факторы, которые и создали конкретно это преступление.

Анатолий Несмиян

Источник


Автор Анатолий Евгеньевич Несмиян (Эль Мюрид) — публицист, аналитик, писатель. Эксперт по ближневосточной проблематике. (Санкт-Петербург).



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН)), «Азов»


Comment comments powered by HyperComments
2239
7087
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика