Франция платит за свою несуверенность

Франция платит за свою несуверенность

Багдасарян В.Э. — д.и.н., проф., зам. главы Центра научной политической мысли и идеологии.

Франция заплатила человеческими жизнями за свою несуверенность. Списки джихадистов были еще до парижского теракта переданы французским спецслужбам Сирийской Арабской Республикой. В этих списках находились и будущие исполнители террористической атаки в Париже. Уровень же работы асадовских спецслужб считался всегда высоким. Франция отвергла предложенную помощь. Списки, как теперь стало очевидно, проработаны не были. Теракт, который мог быть своевременно осуществлен, произошел. Франция не могла принять помощь от Асада, потому что Асад номинирован как враг. Сотрудничество с асадовским режимом могло бы не понравиться в Вашингтоне.

Несуверенна, по большому счету, вся европейская политическая элита и, в том числе, французская. Факт лоббизма в политике возник, как известно, не сегодня. В Соединенных Штатах Америки он — легитимный институт. Политический истэблишмент в западных демократиях был-де-факто скуплен уже к началу двадцатого столетия. За спиной любого из более менее заметных политиков стоял некий актор финансового мира. В марксизме это описывалось как процесс захвата власти буржуазией. Восточным автократиям противостоит на Западе, в действительности, не демократии, корпоратократические олигархии. Главный вопрос в этой связи — кто стоит за ширмой? Подчинение европейских политиков американскому капиталу произошло достаточно давно. И эта констатация не является чем-то новым.

Сравнительно новым является появление наряду с американским капиталом второго денежного мешка — арабских шейхов. Финансовые ресурсы шейхов — это не ресурсы государств, где существуют определенные процессуальные ограничители расходования средств. Частный предприниматель может расходовать собственные средства, как считает нужным. Он может их пустить в развитие своей страны, может купить популярный футбольный клуб, а может купить через персональную оплату и политическую партию. Оценить весомость шейховых денег в мировых политических процессах еще предстоит. Во Франции политический класс оказался распределен по источникам финансирования-де-факто между США, Саудовской Аравией и Катаром. Понятно, что при таком раскладе национальные интересы Франции оказываются в политике Пятой Республики не причем. Внешнее лобби сыграло, очевидно, немаловажную роль в сверхактивной позиции Франции по свержению М. Каддафи в Ливии.

Удивление, на первый взгляд, может вызвать расхождение в оценках сложившейся политической ситуации между европейскими действующими и отставными политиками. Действующие политики все, как один, идут под знаменами Вашингтона, отставники же критикуют проамериканский вектор Европы. Создается впечатление, что при смене нынешней политической обоймы европейских политиков ситуация поменяется. Стоит только подождать…. Не поменяется! Европейские политики находятся на внешнем содержании и озвучивают позицию заказчика. Отставники же сняты с содержания и вольны в своих высказываниях. Если же их вновь вернуть в категорию действующих, без сомнения, они опять перейдут под американские знамена.

Усилиями ряда европейских политологических школ, таких как, в частности, Австрийская школа, сложилась в свое время теория тоталитаризма. Она была направлена против СССР, и данной направленностью и определялась. Но сегодня настоящим тоталитарным обществом является общество западное. Свободы СМИ на Западе уже давно не существуют. Пойти против определенной предписанной из американских посольств в европейских странах линии невозможно. Такое оппонирование означало было для издания фактическое самоубийство. Такая же тоталитарность установлена и в научном, и в образовательном сообществе. Оказавшись за пределами Европы, многие европейские ученые используют, как сговорившись, один и тот же образ — глотка свободы. Ранее, следует напомнить, для того, чтобы получить глоток свободы надо было, наоборот, ехать в Европу.

Франция, равно как и Германия, платит за свое несуверенное положение и принимая все возрастающие потоки мигрантов. То что миграционные потоки целевым образом направляются в определенные европейские страны и что за форматированием этой направленности стоит США не вызывает сомнений. Хаотизация Арабского Востока имела не в последнюю (а может быть в первую) очередь поражение Европы. При том уровне расчета в социальном проектировании, который есть в США, полагать, что американцы не прогнозировали такой исход (не ведали, что творили) было бы наивно. США настаивают, чтобы Европа принимала беженцам. Как выясняется, массовая рассылка с приглашением беженцам перебраться в континентальную Европу идут не из принимающей стороны, а, в первую очередь, из Великобритании и США. Англосаксы приглашают беженцев не к себе, а в Германию, или Францию. Абсурд… Если не предположить, что через нанесения удара по Европе, затевается некая глобальная трансформация.

Западное сообщество не является союзом равных. Это вернее вообще не союз. Французам и немцам сегодня показывают их место. Им дают понять, что реально во главе Запада стоят англо-саксы, а все остальные могут иметь какие-то права только на условиях признания их превосходства. И такое отношение возникло не сегодня. После Второй Мировой войны Германия была реально спасена, а Франция выведена в круг великих держав только благодаря СССР. По плану, предложенному министром финансов США Гансом Моргентау («план Моргентау»), Германия должна была быть полностью лишена промышленности, а ее население подвергнуто деквалификации. Черчилль и Рузвельт одобрили этот план, против был Сталин. Лидеры двух англо-саксонских держав были против включения в круг Совета Безопасности ООН Франции. Их позиция состояла в отсечении от Победы всех кроме англо-саксов и СССР. В пропорции переговоров 2:1 они получали бы преимущества. И опять-таки именно Сталин настоял о включении Франции, также как и Китая, в круг великих держав — победителей.

Фултонская речь Черчилля…. С нее, принято считать, началась «холодная война». Обращает внимание, что в Фултонской речи Черчилль обращался не к Западу, а к странам англоязычия. Впоследствии, в целях борьбы с СССР англо-саксам пришлось, привлекая на свою сторону европейские страны, создавать представление о благодатности бытия под зонтиком американской защиты. Сегодня держать Европу на уровне американского потребления уже, очевидно, не кажется в США рациональным.

Итак, Франция — несуверенна. Европа — несуверенна. Ну и что? Что из всего этого следует для России? Нет никаких оснований считать, что Европа станет суверенной завтра, нет. Все надежды, что она порвет вдруг с Вашингтоном, и повернется к России, не имеют под собой почвы. Европейский элитогенез находится под контролем американцев.

Чтобы Россия могла осуществлять лоббирование во вне своих геополитических интересов, ей нужны для начала соответствующие институты. Эти институты могут быть либо финансовые, либо идеологические. Внешние элиты либо покупаются, либо кооптируются из приверженцев некой идентичной идеологии. Ни того, ни другого института у России сегодня нет. Первого нет, ввиду включенности самой российской Федерации в мировую долларовую финансовую систему. Второй отсутствует ввиду сохраняемого в России запрета на идеологию. А без того и без другого шансы выиграть в глобальной борьбе отсутствуют.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
859
4362
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика