Внешняя политика

Как достичь геофинансового суверенитета

Как достичь геофинансового суверенитета

Замглавы Центра Багдасарян В.Э.


Угрозы санкций со стороны Запада предельно остро поставили перед Россией вопрос о государственной суверенности. На властном уровне России приходит наконец понимание, что суверенитет не сводится к возможности власти править по своему усмотрению. Суверенность государства опирается на множество факторных составляющих.

Перечислим важнейшие из них:

  1. военная суверенность;
  2. финансовая суверенность;
  3. экономическая суверенность;
  4. суверенность лекарственного обеспечения;
  5. суверенность кадровой селекции;
  6. ресурсная суверенность;
  7. суверенность избирательных процессов;
  8. суверенность внутреннего ценообразования;
  9. суверенность мировоззренческо-ценностного выбора;
  10. суверенность цивилизационной самоидентификации;
  11. идеологическая суверенность;
  12. суверенность культуры (западная культурная продукция);
  13. суверенность науки;
  14. суверенность образования;
  15. информационная суверенность (суверенность СМИ);
  16. суверенность системы семейных отношений и воспитания ( в т.ч. поражение суверенитета через внедрение ювенального права);
  17. суверенность контроля за психо-соматическим состоянием населения (зависимость от импорта табака, зависимость от ввозимых из вне наркотиков);
  18. правовая суверенность (проблема подчиненности нормам «международного права»);
  19. технологическая суверенность;
  20. суверенность в функционировании систем связи;
  21. суверенность в реализации внешней политики;
  22. суверенность продовольственного обеспечения;
  23. религиозная суверенность;
  24. суверенность управления регионами;
  25. суверенность нациостроительства и этнических процессов (в т.ч. защита и лоббирование интересов определенных этносов из вне);
  26. суверенность системы профессионального спорта;
  27. экологическая суверенность;
  28. суверенность в реализации правоохранительных функций;
  29. языковая суверенность;
  30. суверенность управления социальными процессами (суверенность регулирования социальных диспаритетов);
  31. демографическая суверенность;
  32. суверенность управления миграционными процессами;
  33. суверенность интерпретации национального прошлого;
  34. суверенность использования национальных символов (суверенность конструирования символического пространства).

Одно из важных составляющих государственного суверенитета в современных условиях развития денежного обращения – ее виртуализации является суверенность платежной системы. Задача суверенизовать платежную систему России в кратчайшие сроки уже сформулирована. Идет оппонирование в отношении затратности этого перехода. Но само направление дискурс говорит о том, что суверенизация мыслится пока в достаточно умеренных формах. Цена затрат измеряется в долларах и евро, при том, что источник несуверенности финансовой сферы и состоит в привязке к валютной системе Запада.

Мы живем в финансовом отношении в эпоху Ямайской модели. Ее идеология – отсутствие единого универсального эквивалента стоимости, в качестве которого выступало исторически золото. Реальная цена на мировом рынке определяется плавающим курсом соотношения валют. Казалось бы, справедливый закон рыночной конкуренции. Однако, мировых резервных валют – менее десятка. Доллары и евро совокупно занимают 85,4 % мировых валютных резервов. Де-факто установлен финансовый диктат Запада. Выйти из сферы доллар-евро чревато применением различных приемов давления, включая военное. При том, что денег при новых не связанных с золотом правилах финансообразования можно эмитировать в любом объеме, реализуется механизм глобального паразитизма. Государства – мировые эмитенты выпускают не стоящую почти ничего бумагу, получая за нее физически реальные блага от других государств.

Принципиальный вопрос актуальной повестки – смогут ли страны полупериферии создать собственные суверенные геофинансовые системы. О формировании региональных резервных валют заявляют уже и Россия – рублевая зона, и Китай – зона юань, и ряд стран ислама – динар залива. Предположим, такие региональные системы окажутся, действительно, построены. Но дальше возникает вопрос — посредством какой из валют будет вестись товарооборот между суверенными геофинансовыми системами.

Россия – Китай – выбор в пользу любой из валют – рубля или юань может означать лишь новую версию десуверенизации. Вернуться, как советуют многие эксперты к золоту? Сценарий такого перехода в глобальном масштабе обсуждается. Но при оценке этой перспективы надо иметь в виду, что рынок золота в современном мире монополизирован. Основной актор в нем клан Ротшильда и связанные с ним группы. Курс на золотой стандарт – ротшильдовский курс. Победа его будет означать не более чем акторную переконфигурацию в системе глобального паразитирования, не отменяя самой ее сущности.

Возникает патовая ситуация. Любой из сценариев переконфигурации денежной системы будет сопряжен с десуверенизацией в отношении к мировому центру.

Выход из тупика видится в том, чтобы сменить саму парадигму. Не искать пути оптимизации системы денежных расчетов, а поставить вопрос об отказе от самой идеи денег. Напомню, что именно в этом состоял вызов коммунистической альтернативы. Данный концепт не огранивался временем написания «Манифеста коммунистической партии». Стратагема перехода к безденежному обращению сохраняла свою актуальность еще в позднесталинские годы. Она разрабатывалась непосредственно «отцом народов», что, по одной из версий, и стало причиной его убийства. Паразитарная цепочка деньги – товар – деньги была, согласно К.Марксу, запрограммирована эволюцией системы товар – деньги – товар. Появление денег было ключевым историческим моментом генезиса мирового паразитаризма. Соответственно, возвращение на новом уровне развития к системе товар – товар казался практическим выходом. О том, что такие отношения возможны, свидетельствует отчасти опыт СЭВ. Часть товарооборота между странами социалистического лагеря осуществлялось в формате бартерного обмена.

Мир сегодня находится в преддверии тектонических сдвигов. Ситуация напоминает ту, которая сложилась между двумя мировыми войнами. Модель Ямайской системы имела исторические аналогии. После победы Антанты в Первой мировой войне вместо золотого паритета была установлен режим плавающих управляемых валютных курсов. Универсальными резервными валютами стали доллар и фунт-стерлинг. Установилась де-факто финансовая гегемония англо-саксонского мира. Однако мировой кризис и появление геополитических акторов, бросающих вызов англо-саксонскому гегемонизму, привел в 1930-е годы к обрушению установившейся было системы. А далее – Вторая мировая война, Бреттон-Вудс и установление принципа доллар-золото, как основы международного денежного обращения. Будет ли сопряжен новый финансовый переход с сопоставимыми геополитическими потрясениями? Вероятность такого сценария, как показывают происходящие события, возрастает.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments

1190
4888
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика