Какой закон нам нужен?

Какой закон нам нужен?

Фракция КПРФ в Думе внесла на обсуждение проект федерального закона «Об основах национализации в Российской Федерации», устанавливающий условия и порядок принудительного изъятия имущества, находящегося в собственности юридических или физических лиц, в пользу государства. В своем официальном отзыве на проект Правительство РФ указало, что «понятие и порядок национализации в настоящее время закреплены в законодательстве Российской Федерации.

Статьей 235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Гражданский кодекс) определяются понятие национализации и основания ее осуществления, а в статье 306 Гражданского кодекса раскрывается соответствующий порядок национализации».

Возможно, проект нового закона определяет какие-то нюансы, но, во всяком случае, понятие и порядок национализации не является какой-то зияющей дырой в законодательстве, и с какой целью предлагается новый проект, не вполне ясно. Вместе с тем удивительно, что фракция КПРФ не замечает действительный пробел в гражданском законодательстве. Речь идет об условиях и правилах приобретения права собственности на изделия (продукцию), появляющиеся в результате деятельности предприятий. Рассмотрим простую схему отношений при производстве. При изготовлении изделия вступают в некоторые отношений: собственник производственного оборудования, собственник материалов и непосредственный изготовитель. Кроме того, необходимы правила изготовления, умение изготовлять (технология изготовления), что является собственностью некоторых сторонних лиц (общественная собственность). Вопрос: кто является собственником произведённого изделия. Каковы порядок и условия приобретения права собственности на изделие.

Вопрос о приобретение права собственности на вновь созданное изделие рассматривается в статьях 218 и 220 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.199451-ФЗ (ред. от 18.07.2019). Статья 220 рассматривает отношения собственника материала и изготовителя при изготовлении вещи и определяет что, в зависимости от ситуации собственником изготовленной вещи может быть тот или другой участник процесса с возможной выплатой компенсации. Сформулированные условия приобретения прав собственности в результате изготовления или переработки позаимствованы из кодекса Юстиниана, во времена которого, по-видимому, не было необходимости выделять собственника производственного оборудования (инструментов).

Статья 218 определяет, что «Право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на плоды, продукцию, доходы, полученные в результате использования имущества, приобретается по основаниям, предусмотренным статьей 136 настоящего Кодекса». Обращаемся к статье 136 и читаем: «Плоды, продукция, доходы, полученные в результате использования вещи, независимо от того, кто использует такую вещь, принадлежат собственнику вещи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений».

Можно интерпретировать написанное в статье 136, что производственное оборудование являются вещью, при использовании которой изготовляется продукция, так что собственником продукции, «если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, договором или не вытекает из существа отношений», является собственник производственного оборудования, независимо от того, что фактическое использование оборудования произведено наёмными работниками, а для изготовления были использованы материалы и применены доступные способы изготовления. Однако в духе статьи 220 права собственности на продукцию приобретаются собственником производственного имущества при условии выплаты компенсации, в данном случае — наёмным работникам, собственникам материалов и изобретателям способов изготовления. При сложившейся практике наёмные работники получают зарплату, собственники материалов — стоимость материалов, изобретателям способов изготовления достаётся кое-что, когда собственники производственного имущества приобретают патенты, лицензии и различные know-how.

Между собственником и его контр-агентами существуют договорённости о размере компенсаций; всё делается по взаимному согласию и на основе закона. Тем не менее, оказывается, что выгода собственника производственного имущества в результате производственной операции значительно превышает выгоду наёмных работников (к которым также следует отнести и изобретателей способов изготовления); богатые богатеют, а наёмные работники нищают.

Что же заставляет физическое лицо соглашаться на заведомо невыгодные для него условия? Для разрешения этого парадокса нам следует обратиться к обстоятельствам заключения договора: участники договорных отношений находятся в неравных ситуациях. На представителей «рабочей силы» оказывается неперсонифицированное воздействие, создаётся атмосфера страха, неуверенности и беззащитности. Типичная ситуация для представителя «рабочей силы» сводится к необходимости найти хоть какую-нибудь работу, чтобы только обеспечить своё существование. Другая сторона осознает это и использует ситуацию в свою пользу. Несправедливость и угнетение заключаются не в том, что человек владеет орудиями труда или земельным участком в большем количестве, а в том, что собственники средств производства злоупотребляют своим положением. Сделку на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась, признаётся кабальной сделкой.

Конечно, не все сделки в России являются кабальными, но существующее неравенство в доходах демонстрирует, что очень часто представителям «рабочей силы» приходится под давлением обстоятельств заключать несправедливые соглашения. Согласно п. 3 ст. 179 ГК РФ кабальная сделка может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, и убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной, но в этом мало утешения для потерпевших.

Нам необходим закон, который мог бы быть назван «О приобретении права собственности на продукцию предприятий». Закон отделяет право собственности на средства производства от право собственности на результаты производства и устанавливает условия и правила приобретения права собственности на продукцию хозяйствования. Закон должен ликвидировать атмосферу страха, неуверенности и беззащитности, при которой бы исключалась возможность заключения кабальных сделок. Он начинается с того, что продукция признаётся совместной собственностью всех участников производства и регулирует отношение между ними. Закон устанавливает правила оценки имущественного и трудового вклада участников производства и устанавливает механизм, который позволил бы обществу контролировать распределение результатов производственной деятельности. Закон, который нам нужен, — закон о разумных правилах хозяйствования.

Возможно, фракция КПРФ в Думе при внесении проекта федерального закона «Об основах национализации в Российской Федерации» на обсуждение руководствовалась добрыми намерениями. По-видимому, фракция КПРФ была убеждена, что право собственности на результаты производства определяется правом собственности на средства производства, и такой порядок, когда владение средствами производства позволяет диктовать всем свои условия, сохранится навсегда. Но возможны и другие механизмы контроля, которые надо изучать и испытывать. Разработка такого механизма и соответствующего закона требует несколько бóльших усилий нежели предложение закона о национализации, который, как выясняется, и не нужен, также как и не нужна сама национализация.

Если бы меня спросили: нужно ли для общественного процветания принудительно национализировать частные предприятия (хотя бы крупные, системообразующие), я бы ответил: «Нет! Ни в коем случае!». Эффективное управление производственными фондами — дело тяжелое и удается только истинным талантам предпринимательства, так что при введении разумных правил хозяйствования современные олигархи сами выстроятся в очередь с просьбой о национализации.


Автор Покровский Владимир Николаевич, доктор физ.-мат. наук, профессор.



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН)), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть»


Comment comments powered by HyperComments
4642
25043
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика