Кому нужен проект Антироссия?

Кому нужен проект Антироссия?

Вардан Багдасарян – заместитель генерального директора Центра научной политической мысли и идеологии, д.и.н., профессор

Несмотря на перемирие, тема войны на Украине не утрачивает по сей день своей актуальности. Там, где без оглядки на экспертов, политтехнологов и кремлевских бюрократов, действуют русские люди, там достигается победа – такой парадокс. 

Дух победителя, несмотря на все годы реформ и выхолащивание цивилизационной идентичности, до сих пор не утрачен. И, наоборот: там, где начинаются советы правительственных бюрократов, экспертов от Высшей школы экономики и круга, взращенных на западной методологической платформе советчиков, все гибнет, все уходит в песок.

Очень любят сегодня власти цитировать Ильина, Бердяева. Но позабыли еще одну фигуру из русского зарубежья – Ивана Солоневича. Солоневич ссылался в своей «Народной монархии» на ситуации, когда правительство оказывалось прозападное, антинародное, когда в правительстве действовали непрофессионалы. Так было в «Смутное время», так воспроизводилась ситуация не раз и в XVIII веке. Но народ тогда брал все на себя и проявлял свою субъектность. Солоневич ссылался на опыт русской колонизации. Ермак олицетворял народное продвижение России на Восток. Россия та, которой она предстает в геополитическом плане сегодня, это, по сути дела, народное создание и народное творение.

Сравнительно недавно был подготовлен доклад, в котором участвовали представители Международного валютного фонда. Аналитики МВФ пытались ответить на вопрос - почему прогнозированный в конце 90-х годов распад России, ее фактическая гибель, не состоялись. А ответ, который был получен, очень интересен. Не состоялось это потому, что не полностью были утрачены те ценностные основы, которыми, жил русский народ в более ранний период. Мы говорим о том, что, конечно, народное сознание было поражено, имела место ценностная эрозия. Но все равно инерция той ценностной традиции, которая исторически складывалась в России, стала тем фактором, оказавшимся в этой ситуации наиболее действенным.

Ополченцы создали Дебальцевский котел, в котором оказались силы украинской армии. Но и сама Россия сейчас находится в неком геополитическом котле. Успехи на Донетчине – и неуспехи в глобальной политике. Вывод в этой ситуации очень прост: если там успехи, здесь неуспехи, значит, следует дух Донетчины перенести в Кремль.

Еще в 2014 году мы говорили, что минские договоренности были ошибкой. И сегодня ошибочность этих договоренностей подтверждается. Напомню ситуацию. Победы ополченцев, наступление, победа под Иловайском. Прогнозировалось, что еще день-два – и ополченцы бы взяли Мариуполь. Но время было упущено. А что такое Мариуполь? До 2014 года он входил в топ-5 наиболее сильных промышленных городов Украины. На него приходилось 8% промышленного производства Украины. Это важнейший в стратегическом плане пункт. Но, противнику за счет заключения перемирия удалось перегруппироваться. В феврале 2015 г. вернулись к той же самой ситуации, которая была достигнута в сентябре 2014.

Есть тип противника, который понимает только язык силы. И олигархи типа Коломойского или Порошенко, которые создавали свой криминальный капитал в 90-х годах, никакие гуманистические доводы не признают. На них эти доводы, по-видимому, не действуют. Дебальцевская ситуация и кризис минских договоренностей №1 подтверждают старую истину, что в необходимости мира не убеждают, а к миру принуждают. 

Виктор Балога, фактический хозяин Закарпатья, равно как и заместитель Коломойского Геннадий Корбан, вдруг заговорили в один голос о том, что надо договариваться с ополченцами, и о том, что, по-видимому, уже Донетчину не вернуть. И, судя по всему, когда стала возникать реальная угроза удара по бизнесу того же Коломойского и дальнейшее продвижение ополченцев на Мариуполь, эти риски принципиально усиливало олигархи начали говорить прямо противоположное тому, что они говорили некоторое время тому назад.

Конечно, Киев сам по себе на мир, не пойдет. Почему? Тут может быть два уровня объяснений. Первый уровень. Если идти на мир, то обессмысливается объяснения. сам замысел Майдана. И понятно то, что Майдан затевался не в Киеве. Затевался он, прежде всего, в Вашингтоне. И замысел состоял в том, чтобы создать геополитическую зону напряженности в отношении России, создать конфликтное пространство на российском пограничье. Не было смысла тогда в затее 2014 года, чтоб сегодня заключить мир. Мир не в интересах США, а именно из Соединенных Штатов идет управление ситуацией на Украине.

Второй более глубинный исторически довод для рассмотрения – это сам украинский проект. Ведь что такое украинский проект? Он имеет смысл только в своем антироссийском позиционировании. Суть его в том, что надо убедить часть русского народа, что она русским народом не является, она иная. А как это можно сделать? Только через антироссийскую мифологию. На всех стадиях развертки украинского проекта данная мифологема, и воспроизводится. И Украина, сама по себе, как проект и замысливалась, по сути, как анти-Россия. Будь Порошенко, будь кто-то другой у власти в Киеве, тема «украинство как антирусскость», будет, по-видимому, заявляться в любом случае.

Раньше с тем же самым геополитическим позиционированием выступала Польша. И это был тоже исторически масштабный проект. Польша формировалась как форпост Запада по отношению к России. Ф.М. Достоевский высказывался в 70-е годы XIX в., что «ужиться с Россией Польша никогда не сможет». Почему не сможет? «Ее идеал, – отвечал Ф.М. Достоевский, - стать на месте России в славянском мире. Россия, – пояснял он, – защищаясь, взяла Польшу. Если бы она не взяла Польшу, то Польша бы взяла Россию». Соперничество тут велось на онтологическом уровне за то, где будет цивилизационный центр, кто будет позиционироваться в качестве главной силы славянского мира.

Приближается  о 70-летие Победы. Польские и украинские политические деятели соревнуются между собой в адресации обвинений в развязывании войны к СССР. А ведь неочевидно было даже в 1930-е годы то, что и главный враг на Западе – это Германия. Неоднократно фиксировались провокации с польской стороны. Очень многие тогда, рассматривали в качестве главного потенциального агрессора – Польшу. Польша и тогда выступала как лаборатория антирусскости. Сегодня ситуация немного поменялась. Конечно, Польша не будет сегодня первой, кого запад бросит в воронку войны. Для этого есть Украина. Она и рассматривается в настоящее время в качестве главного расходного материала.

Таким образом, в геополитическом плане борьба может закончиться только в Киеве, в матери городов русских. И в этом качестве его и надо позиционировать. Конечно, речь не должна идти о прямой агрессии России. Это должно быть национально-освободительное движение, которое развернется на Украине, национально-освободительное движение за восстановление русских идентичных цивилизационных потенциалов. Но для этого должно быть поднято знамя. Пока в идеологическом смысле оно не поднято. А для того, чтобы его поднять должна быть, соответственно, и надлежащая идеология, соответствующая артикуляция ценностей.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3076
14736
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика