Конец халявной экономики

Конец халявной экономики

 Автор Андрей Сергеевич Дёгтев — эксперт Центра Сулакшина

В России наступил конец потребительского бума. Цены на нефть упали и источник дармовых нефтедолларов, ещё недавно казавшийся неиссякаемым, начал глохнуть. Заглох и поток иностранных инвестиций. Их сальдо и так было отрицательным, но раньше оно компенсировалось всё теми же нефтедолларами. Теперь же, когда экспорт упал на треть, компенсировать особо нечем. Поэтому в середине января глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев заявил, что переход населения от потребительской модели поведения к сберегательной является одним из главных рисков для экономики.

Несмотря на постоянный отток капитала и вывоз государственных валютных резервов за рубеж, в тучные годы денег хватало на всех. Более крупная их часть доставалась элите — тем, кто находится на верхушке пирамиды финансовых потоков. Но и населению перепадало достаточно, чтобы почувствовать вкус потребительского образа жизни. С 2000 по 2013 год реальные доходы населения выросли в 2,7 раза. Только вот назвать такую экономику потребительской язык не поворачивается. В потребительской экономике по логике вещей спрос стимулирует развитие производства, благодаря чему на рынок поступают новые товары. В России же спрос приводил преимущественно не к росту внутреннего производства, а всего лишь к поступлению на рынок новых импортных товаров, купленных за нефтедоллары. К такой модели больше подходит определение халявной экономики.

Конечно, нельзя сказать, что в России развивался только ТЭК. Величина произведённой в обрабатывающей промышленности добавленной стоимости на душу населения выросла с 2000 по 2010 год в полтора раза. Однако в то же самое время Китай увеличил этот показатель в 2,7 раза, а Польша и Словакия удвоили. Будучи на седьмом месте в мире по показателю ВВП (по ППС) Россия находится в шестом десятке стран по объёму производимой добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности на душу населения.

Если рассмотреть структуру российского ВВП, то можно предположить, что Россия стремится к состоянию полноценной постиндустриальной экономики, в которой промышленность занимает лишь малую долю производства и обеспечивает материальными благами всё население, а самая большая часть экономики приходится на сферу услуг (рис. 1).

Рис. 1. Структура ВВП отдельных стран мира

Но сфера услуг ещё несколько лет назад была сильно деформирована в пользу торгово-посреднических операций. Их доля в 2008 году составляла 20% в структуре валовой добавленной стоимости. Для сравнения, в США этот показатель равняется 12%. Сейчас в связи с усыханием потока живой валюты экономика приходит в новое равновесие и ранее раздутая торговля постепенно сжимается. В позапрошлом году она составила 16% от ВДС. Что же касается обрабатывающей промышленности, то мало того, что её производительность невысока, так она ещё и не столь велика по объёму. Ведь на ТЭК приходится аж половина промышленного производства.

Одним словом, Россия не была в состоянии обеспечить себя материальными товарами, а покупала их за деньги, вырученные от продажи нефти и газа. И вот теперь, когда нефть и газ подешевели, Халявная экономика начала сыпаться. Ещё бы! Реальные располагаемые доходы россиян за 2015 год снизились на 4%, а реальная зарплата — на 9,5%. Кроме того, люди начали экономить — кризисные времена всё-таки. Россияне понимают, что кредит лучше не брать. Да и транжирить скудные запасы тоже не стоит. В любой момент можно лишиться работы и небольшая заначка может оказаться спасением хотя бы на первое время.

Кстати, недавнее муссирование сообщения о том, что по статистике Росстата россияне стали тратить больше своих доходов, оказалось результатом неправильного прочтения поданной статистической службой информации. На самом деле сбережение рассматривается в приведённой статистике как один из видов расходов. Вот и выходит, что расходы россиян превысили их доходы. В действительности по данным ВЦИОМ 61% россиян убеждены, что в настоящий момент лучше экономить деньги и откладывать часть в копилку.

В прошлом году произошло самое значительное за последние три года снижение расходов на товары и услуги. Этот показатель упал на 4 п.п., до 71,3% от общих расходов. Хотя среди россиян есть и те, кто считают, что лучше поскорее тратить заработанные средства. Но они составляют меньшинство (28%) и объясняется такое поведение, вероятно, желанием сделать важные покупки до того как инфляция сделает это невозможным.

На фоне того, как те россияне, которые могут себе позволить экономить и складывать деньги в банк, сберегают, другая их часть живёт за счёт ранее накопленных средств. По собственной оценке граждан, в среднем сделанных накоплений людям хватит на четыре с половиной месяца. А потом наступит дальнейший провал потребления.

Как в этой ситуации будет дальше развиваться российская экономика? А очень просто. Она будет не развиваться, а деградировать. Примерный сценарий уже виден из пока что официально не обнародованного, но уже попавшего в руки журналистов прогноза Минфина до 2030 года. Если цена нефти не восстановится, российская экономика сможет выйти на положительные темпы роста лишь в 2017 году. Затем ВВП будет медленно ползти вперёд темпами 1–1,3% в год. Таким образом он сможет прийти к уровню 2014 года лишь к 2020 году. А реальный уровень зарплат вернется к планке 2014 г. только в 2025 г. Мировой ВВП будет расти это время более высокими темпами. Получается, Россия будет всё больше отставать от развитых стран и приближаться к бедным африканским и азиатским аутсайдерам. Далеко не самая приятная перспектива. Конечно, инсайдеры из Минфина отмечают, что это пессимистичный вариант прогноза. Есть и позитивные. Например, если нефть подорожает или будут проведены реформы.

Что касается цены на нефть, то попытки Минфина её спрогнозировать вряд ли можно рассматривать всерьёз. И Минфин, и остальные многочисленные ответственные органы не смогли предвидеть того падения цен на нефть, которое мы наблюдаем сейчас. Это связано с тем, что важнейшим фактором нефтяного ценообразования, насколько можно судить, является не рыночная конъюнктура, а политическое вмешательство. А этот фактор стопроцентно предсказать вообще невозможно, так как он зависит от воли манипулятора. Поэтому все потуги Минфина в этом направлении надо честно называть не стратегическим прогнозированием, а любительским гаданием. На чём оно основано — на кофейной гуще или же на лепестках цветов (полюбит нас опять Вашингтон — не полюбит?), этого мы знать не можем.

Хотя, конечно, справедливости ради стоит отметить, что и политическую волю противника при желании и умении можно с определённой вероятностью спрогнозировать. Однако для этого требуются достаточно высокие профессиональные качества аналитиков, которые за Минфином пока замечены не были.

Что же касается реформ, то ещё вопрос, будет ли от них лучше. В либеральной среде под реформами принято подразумевать структурные изменения: приватизацию и сокращение бюджетных расходов. Собственно приватизацией наше государство занимается уже давно (рис. 2).

Рис. 2. Доля госсобственности в полной учётной стоимости на конец года

Только вот каких-либо чудесных эффектов от этого не наблюдается. Конечно, если государство коррумпировано и безответственно, то частный собственник будет эффективнее. Но мы всё-таки надеемся на то, что рано или поздно российское государство оздоровится и начнёт восстанавливать потенциал страны. Но за счёт чего оно будет это делать, если в его распоряжении не останется никаких активов, если все они будут приватизированы? Как оно будет возрождать экономику, не имея достаточных рычагов воздействия на неё? А если активы окажутся в руках иностранных корпораций? Российское государство или ТНК будут распоряжаться экономикой?

Сокращение бюджета якобы снимет нагрузку с бизнеса и государства. Но как быть с мировой практикой — во время кризиса страны стараются наращивать расходы? Будущее за странами с развитой наукой и высококвалифицированными специалистами. Но как можно их воспитать, не инвестируя в человеческий капитал, не финансируя науку и образование? Найдутся ли деньги на эти направления в бюджете, который собираются сокращать?

Картина ближайшего будущего выглядит удручающе. Надо срочно менять ситуацию — переходить к иной экономической политике и наводить порядок в среде элиты, давно потерявшей совесть и чувство меры. Можно, конечно, и просто ждать, пока само рассосётся. Этим власть и занималась последние полтора десятилетия. Но в таком случае хрупкая несуверенная либеральная конструкция может окончательно покоситься и рухнуть. Под её обломками может оказаться погребена и власть, и множество обычных людей. И старательно подготовленные запасные аэродромы помогут не всем — после Мюнхена, Валдая и Крыма стало ясно, что кому-то бежать уже некуда.


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Какая эмиссия нам нужна

Вредные продукты кушать будете, но дороже

Макробаланс страны как инструмент и реальность

Что происходит с российской медициной. Часть 3. Что делать?



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
129
394
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика