О сближении с Китаем и санкциях Запада: Нам надо понять — какую страну мы строим?

О сближении с Китаем и санкциях Запада: Нам надо понять — какую страну мы строим? Советский министр о последних событиях: Общество ждет ответа!

Разворот России на Восток и укрепление сотрудничества со странами Азиатско-тихоокеанского региона, в первую очередь, с Китаем, имеет принципиальное политическое значение во время усложнения отношений с США. Подписание "Газпромом" долгосрочного контракта на поставку газа в Китай укрепляет позиции России на международной арене. Однако, более тесное взаимодействие экономики двух стран требует от России стратегического планирования перспектив развития минерально-сырьевого комплекса, в первую очередь, на территориях Дальнего Востока и Сибири, столь привлекательных для КНР. О том, почему российским властям пора прекратить политику "сворачивания" геологоразведочных работ и для чего в кратчайшие сроки необходима четкая программа развития граничащих с Китаем территорий, корреспонденту Накануне.RU рассказал вице-президент Российской академии естественных наук, член Высшего горного совета России, министр геологии СССР (в 1975—1989 гг.), д.т.н., профессор Евгений Козловский.


Вопрос: Существует мнение, что, заключив контракт с Китаем, мы усилили свою сырьевую зависимость, и теперь станем "сырьевым придатком" не Европы, а КНР. Согласны ли Вы с этим? Если это и является "сырьевой иглой", то как мы можем распорядиться тем, что получили в итоге? Можно ли обратить это в наше конкурентное преимущество?

Евгений Козловский: Я не стал бы рассматривать этот контракт как сырьевую зависимость. На мой взгляд, он носит, в первую очередь, явно выраженный политический характер. Обстановка в последнее время для России сложилась не лучшим образом: под давлением США страны Запада вводят различные надуманные санкции и ограничения, стараясь преподнести России "урок наказания" за ее традиционную ответственность за жизнь наших соотечественников в других странах и делая все, чтобы унизить наше национальное достоинство. Отвечать надо? Надо!

Контракт хотя и носит экономический характер, имеет принципиально политическое значение! Возьмите долю российского экспорта в Китай: нефть — 70%; древесина 7%; цветные металлы 4%, другое — 15,5%. По данным министра экономического развития России Алексея Улюкаева, объем китайских инвестиций в Россию к 2020 г. увеличится в семь раз.

Что касается цены контракта, то она, конечно, вызывает вопрос. Рентабельность газа с сибирских месторождений будет достигнута при цене выше $300-350 за 1000 кубометров газа. Но надо иметь в виду, что потребность КНР в год составляет примерно 80 млрд т сжиженного газа и 300-350 млрд кубометров трубопроводного газа, при этом собственная добыча Китая составляет 115-120 млрд кубометров. Россия будет поставлять 68-70 млрд кубометров, что является существенной импортной составляющей.

В бюджете Саудовской Аравии цена нефти заложена $85-90 за баррель, у нас $90. Это действительно объект дискуссий и сражений. Не следует забывать, что все годы так называемой "перестройки" нашу экономику за горло держит нефтегазовый сектор, который в объеме экспорта составляет до 77%. А ведь экспортный рынок нефти достаточно насыщен: Саудовская Аравия может увеличить добычу на 30%; Иран, с которого сняли экономические санкции, сможет увеличить поставки на рынок ежедневно дополнительно 2,5 млн баррелей; Ирак — примерно 9 млн баррелей в день при сегодняшней поставке 3,6. Таким образом, заключив контракт с Китаем, мы получили устойчивую позицию, хотя и не совсем выгодную по цене.

Вопрос: По словам президента Владимира Путина, в ближайшие четыре года будет развернута "самая большая стройка в мире" — трубопровод "Сила Сибири" и инфраструктурное обустройство Чаяндинского и Ковыктинского месторождений. Насколько перспективны эти месторождения?

Евгений Козловский: Оба эти месторождения были открыты в советское время. За прошедшие двадцать с лишним лет особых открытий нет. Что же касается экономики этих месторождений, то не следует забывать, что было принято решение снять практически НДПИ — налог на добычу полезных ископаемых. Этот жест снизил эффективность разработки месторождений. Китай вел себя крайне напористо и своего добился. В результате контракт обеспечивает поставку российского газа на 30 лет объемом $400 млрд. Не глядя на тайну стоимости, можно подсчитать — это около $350 за 1000 кубометров газа. А ведь цена газа для Украины в 2012 г. составляла $410-430 за 1000 кубов. Я думаю, что проблема несколько глубже и в другом.

Вопрос: Ориентация России на АТР и, в частности, на Китай стала очевидна. Это касается не только сырьевой, но и инвестиционной политики. На Ваш взгляд, что подтолкнуло страну к такому развороту?

Евгений Козовский: Мне представляется, что политически сближение с КНР было постоянной заботой наших политиков, хотя и были разные времена в этом плане. Сейчас тот период, который необходим в первую очередь нам в политическом плане, а для Китая — осуществление своих давних замыслов.

На последнем Петербургском международном экономическом форме заместитель председателя КНР Ли Юань Чиа заявил, что "подписанные на этой неделе в Шанхае более 50 документов выводят Россию и Китай на новый исторический этап в торгово-экономическом сотрудничестве". Это так. Но прозвучал призыв к использованию огромной территории Дальнего Востока с использованием трудового населения Китая. Я об этом писал еще в 2006 г. В моей книге "Дальний Восток — зона притяжения" дана развернутая картина возможностей этого региона с учетом политической оценки событий на то время. За этот период мало что изменилось.

А что же происходит на самом деле? В начале "перестройки" мы передали часть нашей акватории на Дальнем Востоке США. Позже уступили Китаю острова Тарабаров и Большой Уссурийский и еще два безымянных. Это сократило нашу территорию еще на 337 кв. км, что, по подсчетам дальневосточных экономистов, нанесло ущерб России в $3-4 млрд (потеря вложенных средств, затраты на ликвидацию укрепрайона, обустройство новой границы и пр.). На очереди переговоры о передаче двух островов Японии. Кто-то задумался над ценой последней проблемы? Что, вот так просто, можно отдать Японии полезные ископаемые, оцененные в $45,8 млрд и биоресурсы на $2 млрд в год? А складываются эти цифры из прогнозных ресурсов углеводородов на континентальном шельфе (1,6 млрд. т условного топлива), золота (около 2 тыс. т), серебра (9,3 тыс. т), титана (39,7 млн. т), полиметаллических руд, серы и т.п.

А вот недавно и на сайтах китайских реваншистов открыто обсуждалась методика, по которой Китай вернет себе "утраченные земли": Внешний Дунбэй (Приморье), Боли (Хабаровск), Хайшэнвей (Владивосток), Внешний Хинганский хребет и далее почти до Новосибирска. И даже появилась карта спорных территорий. При этом способов вернуть "отнятое царской Россией" всего два: планомерное заселение опорных территорий и наращивание своего экономического влияния. Скажите, это разве не происходит? Мне, как почетному доктору двух китайских университетов, неудобно приводить эти факты, но как говорят великие: "истина дороже!".

А вот повод для подобных действий мы даем сами. Например, как указывает один из авторов публикации, перспектив у якутского бизнеса никаких. Хотел он совместно с китайцами развернуть серьезное производство. Но ему объяснили "китайские двери открыты в одну сторону". Создать филиал фирмы в Поднебесной ему не удастся: слишком большой уставный фонд требовался для регистрации, слишком жесткие требования предъявили китайцы российским бизнесменам. При этом на всех уровнях общения с китайскими властями ему открыто говорили: "Работайте через "компанию приграничной торговли", и проблем не будет". Вот так! Но самое главное, зная это, на нашей территории китайцу создать в России легальную компанию со 100%-ным китайским капиталом элементарно просто!

Мы можем это назвать политикой? Тем более что за последние годы положение в нашем минерально-сырьевом комплексе резко осложнилось.

Специалисты утверждают, что в широком философском смысле безопасность социальной природы — это безопасность существования и устойчивость развития. В условиях глубокого экономического кризиса в нашей стране крайне важно определить те предельно допустимые параметры, достижение которых грозит разрушительными процессами и необратимой деградацией.

Высокий уровень потребления полезных ископаемых является материальной основой экономики и национальной безопасности ведущих государств мира. Россия занимает в этой области особое место. Процветающие ныне страны, не обладающие горным потенциалом, могут оказаться через несколько десятилетий совсем в иной экономической ситуации. То же грозит и нам в случае продолжения политики, направленной на ликвидацию геологоразведочных и сокращения горно-добычных работ.

Вопрос: Отсюда следует, что необходима хорошая проработка перспектив, в первую очередь, с нашей стороны…

Евгений Козловский: Что касается Китая, они это знают и ведут большую работу по прогнозированию развития экономики страны, явно выделяя политическую линию как основную. Так Китай просматривает перспективу развития на 50 и даже 100 лет!

Прошедшие двадцать с лишним лет для нас не были лучшими в отношении минерально-сырьевого развития Дальнего Востока. Это чувствуется и по конференции, прошедшей в Хабаровске, и по парламентским слушаниям "Минерально-сырьевые ресурсы Восточной Сибири и Дальнего Востока как основы регионального развития". Экономическая и философская газета опубликовала мнение экспертов Общественного совета Гражданского общества (ОСГО) о проекте программы "Социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона". Проект готовился долго! Но выводы экспертов раскрывают некомпетентность составителей программы и властей, неумение организовать профессиональную работу над документом первостепенной важности и, кроме этого, как они утверждают "…Авторы программы пытаются ввести в заблуждение общественность" и по статьям излагают свой крайне критический взгляд. И, к сожалению, подводят итог: "Промышленность Восточной Сибири и Дальнего Востока не имеет четких ориентиров развития". Что, "планирующие" органы до сих пор не разработали механизм? Да и с какой стати появилось надуманное министерство по развитию Дальнего Востока? Заглянули бы в "святцы" — проработки советского периода — там есть ответ на многие вопросы. А вот главный вопрос — почему развалили геологическую службу региона, ответа нет, кроме крайне неразумного понимания путей развития этого важнейшего региона с его природным потенциалом и возможностями.

Касаясь наших взаимоотношений, следовало бы состыковать ряд проблем развития Дальнего Востока. Ведь еще "живы" некоторые проработки советского периода, как, например, создание опорных и технологических центров с градообразующими поселениями. В Якутии геологами давно разведано крупнейшее в мире месторождение редкоземельных металлов (РЗМ) Тамтор. Китай в последние годы "захватил" мировой рынок РЗМ, а мы не можем определиться по этой проблеме для модернизации технологического производства в стране. Или развитие сельского хозяйства требует использования (в связи со структурой почвы) калийных солей. Геологи давно разведали крупнейшее месторождение на Непском своде (Иркутская область). Геологи уверены, что Япония, занимающая второе место в мире, могла бы войти в контакт по созданию крупнейшей металлургической базы на основе имеющихся крупнейших месторождений железа и коксующихся углей. Или, как сообщает пресса, в 2008 г. Алишер Усманов "купил" Удоканское медное месторождение с целью перепродать Китаю. Но это единственное медное месторождение на сегодня, учитывая истощение запасов меди на юге Урала. Промышленности не хватает для производства примерно 250 тыс. т черновой меди (на конец 20 в.) и мы ее закупаем. Примерно с такими же запасами меди, но при более высоком содержании, это месторождение Айнак (Афганистан, 42 км от Кабула). Проблема? Да! Но думать надо с учетом реалий! Это, естественно, штрихи!

Критикуя российский подход к реформированию, известнейший экономист Дж. Стиглиц с большой похвалой отозвался о китайском. Контраст между стратегиями (и результатами развития) двух крупнейших стран — России и Китая, считает он, является весьма поучительным. За десять лет (1989–1999) ВВП Китая почти удвоился, а России сократился почти в два раза. В начале периода ВВП России более чем в два раза превышал ВВП Китая, в конце его он оказался меньше на треть. Дж. Стиглиц подчеркнул, что Китай сумел выстроить свой собственный путь развития без использования "рецептов" консультантов из МВФ. Китай преуспел не только в обеспечении быстрого экономического роста, но и в создании полнокровного негосударственного сектора коллективных предприятий.

"Разрушение России" — под таким названием 9 апреля 2003 г. появилась статья Дж. Стиглица в английской "Гардиан". Без обиняков в ее преамбуле сказано: "Никакое переписывание истории не сможет изменить того факта, что неолиберальные реформы в России привели к чистейшему экономическому спаду". Длящийся два десятилетия переходный период, в течение которого значительно увеличиваются бедность и социальное неравенство, когда немногие богатеют, а все остальные нищают, — утверждает автор, — нельзя назвать победой капитализма или демократии.

В чем же дело? Мы не можем прогнозировать далее завтрашнего дня: не хватает знаний, профессионализма и политической воли. Возникает вопрос: какую страну мы строим, куда ведём общество, какие приоритеты мы выставляем, что мы ожидаем и к какой жизни нас ведут? Общество ждет ответа! Как показывает опыт жизни — ждать долго оно не может!

Вопрос: Значит, в повестку дня все упорнее стучится перспективная программа развития Восточной Сибири и Дальнего Востока?

Евгений Козловский:
Да, это так. Но я бы выделил в первую очередь минерально-сырьевой комплекс и стратегическое исследование недр по этой проблеме. К тому, что я сказал выше, хочу выделить создание крупных горнообразующих комплексов с их возможностями и длительным периодом эксплуатации. А отсюда и длительные договора по заинтересованным вопросам. Ведь китайско-американский товарооборот составляет около $500 млрд в год, а российско-китайский около $90 млрд. Поиск путей взаимных интересов — это первейшая задача и геолого-промышленное направление — одно из них.

Во-первых, при этом надо глубоко осознать, что обстановка в минерально-сырьевом комплексе (МСК) резко осложнилась. Одной из главных причин тяжелого состояния МСК является то, что в период "перестройки" произошло резкое снижение научного уровня обеспечения поиска, материальная база геологии подорвана, распались многие региональные геологические организации, потерян уровень кадровой подготовки, многие организации непродуманно переориентированы и, как результат, снизился уровень кадровой квалификации.

Во-вторых, учитывать мировые тенденции в области сырья. Специалисты в области минерально-сырьевых ресурсов утверждают, что в XXI веке будет продолжаться интенсивный рост потребления практически всех видов минерального сырья. Только в предстоящие 50 лет мировое потребление нефти увеличится в 2-2,2 раза, природного газа — в 3-3,2 раза, железной руды — в 1,4-1,6 раза, первичного алюминия — в 1,5-2 раза, меди — в 1,5-1,7 раза, никеля — в 2,6-2,8 раза, цинка — в 1,2-1,4 раза, других видов минерального сырья — 2,2-3,5 раза. В связи с этим в ближайшие 50 лет объем горно-добычных работ возрастет более чем в пять раз, главным образом за счет разведки и эксплуатации новых месторождений, разведанных в пределах континентальной суши.

Далее. В последние годы в нашу жизнь входит понятие глобализации, при этом речь идет о специфическом проекте — попытке утверждения "Нового мирового порядка". Первая практическая задача глобализации рынка — передача минеральных ресурсов под контроль "первого мира" и устранение национальных экономических границ. А это значит, что идеологи глобализации достаточно "специфически" подходят к концепции государства и перестройке системы международного права.

Наш минерально-сырьевой потенциал — это предмет не только "домашней" гордости, но и предмет зависти международного капитала. Это надо понимать!

Источник


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1158
5175
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика