О сравнительной успешности развития Белоруссии, Украины и Молдавии после 1994 г.

О сравнительной успешности развития Белоруссии, Украины и Молдавии после 1994 г.

Доклад эксперта Центра научной политической мысли и идеологии Игоря Путинцева на научно-экспертной сессии "Успешность развития социальных систем и государственная политика и управление".


Существуют группы государств, в отношении которых сложно сделать вывод о сравнительной успешности развития за определённый период времени. Такие страны изначально находятся на принципиально разных уровнях развития, у них могут быть совершенно разные социально-экономические, демографические, политические реалии, особенности исторического опыта и др.

Ограничения такого рода не распространяются на попытку сравнить успешность развития Белоруссии, Украины и Молдавии после распада СССР. Эти страны объединяет общий исторический опыт (длительное пребывание в составе единого государства), географическое расположение, сопоставимый уровень социально-экономического развития, с некоторыми оговорками – этническое родство, характер демографических процессов, конфессиональная общность и лингвистический фактор (всеобщее владение русским языком). После 1991 г. все эти страны оказались и в схожей геополитической ситуации. Поэтому сравнение между ними правомерно.

В 1991 г. распад СССР произошёл обвально. Для многих республик получение независимости оказалось совершенно неожиданным.

В известной степени, для 1991 – 1994 гг. был характерен управленческий хаос. В 1994 г. произошли важные политические перемены: в Белоруссии пришёл к власти А.Г. Лукашенко, на Украине – Л.Д. Кучма, в Молдавии была принята новая конституция. За некоторыми исключениями, к этому времени произошло обособление военных и финансовых структур новых государств, создание на базе бывших органов союзного подчинения новых структур, подконтрольных новым властям. С 1994 г. в Белоруссии стала выстраиваться автократическая политическая система, на Украине и в Молдавии – олигархическая. Это предопределило ключевые особенности политических систем этих стран, существующие в настоящее время. Более того, в 1994 г. власти всех трёх стран декларировали схожие политические цели: выход из системного кризиса, развитие отношений в рамках СНГ, сохранение гармоничных межэтнических отношений и др. Поэтому 1994 г. берётся в качестве точки отсчёта в рамках данной работы (при этом большинство статданных целях приводятся с 1991 г. – в иллюстративных целях).

Начиная с 1994 г., на Украине и в Молдавии последовательно выстраивались олигархические политические режимы, вначале проводившие многовекторную внешнюю политику, но со временем ставшие открыто прозападными. В Белоруссии, в свою очередь, возник автократический строй, во внешней политике делавший ставку на развитие отношений с Россией (при сохранении элементов многовекторности). Олигархическая природа власти в Молдавии и на Украине предопределила эволюцию формы правления этих стран от полупрезидентской республики к парламентской или парламентско-президентской. У олигархов возникали группы влияния во власти, что приводило к снижению качества государственного управления, исполнительской дисциплины, усилению коррупции и др. В Белоруссии же олигархического строя не возникло, т.к. не было масштабной приватизации. Соответственно, эффективность работы государственных структур стала значительно выше, чем на Украине и в Молдавии: существует «вертикаль власти», возможность контролировать и координировать работу различных государственных органов.

На Украине и в Молдавии значительная часть заработанных олигархами денег выводилась в западные страны. Поэтому неудивительно усиление зависимости государственного руководства от Запада, что в полной мере проявилось на Украине в 2004 г., 2007 г. и 2014 г., а в Молдавии – в 2003 г., 2009 г. и 2010 в. Эти страны стали жертвами поддерживаемого извне сценария «цветных революций», когда даже не сами волнения, а их угроза становились эффективными инструментами принуждения политической элиты к уступкам в интересах западных стран. США и страны ЕС фактически стали арбитрами, которые разрешали исход споров между различными политическими группами этих стран. Попытки руководства выйти из-под западного влияния (на Украине в 2013 г. и в Молдавии в 2003 г.) жёстко пресекались. Во внешней политике правительства Украины и Молдавии с 2000-х гг. провозгласили курс на интеграцию с ЕС, несмотря на то, что перспектив вступления в ЕС у этих стран нет: интеграция с ЕС возможна лишь на неравноправной основе.

В свою очередь, Белоруссия, развивая сотрудничество и интеграцию с Россией, в полной мере сохранила самостоятельность как во внешней, так и во внутренней политике. В интеграционных проектах с Россией (ТС, будущий ЕАЭС) Белоруссия участвует на равноправной основе, как полноправный участник. Попытки осуществить в Белоруссии «цветную революцию» в 1999 г., 2006 г. и 2010 г. провалились.

На Украине длительное время происходило осложнение национального вопроса, межэтнической обстановки, которое в 2014 г. запустило процесс развала страны: были потеряны Крым и часть Донбасса. Произошла гражданская война: события в Одессе в мае 2014 г. и танковые бои на Донбассе в августе 2014 г. превзошли по трагизму самые худшие ожидания. В стране произошёл всплеск влияния ультранационалистической идеологии, создающий предпосылки для окончательного распада страны.

В Молдавии ситуация с национальным вопросом обстоит значительно лучше, чем на Украине, но проблемы сохраняются и усугубляются. Не достигнут компромисс с Приднестровьем: страна остаётся расколотой. В стране по-прежнему существует политически активное панрумынское меньшинство. Осложнилась обстановка в регионах с особым этническим составом – Гагаузии, Бельцах, Тараклии, что особенно ярко проявилось в начале 2012 г.

В Белоруссии проблемы такого рода не имеют существенного политического значения: удалось сохранить гармоничные межнациональные отношения, характерные для предыдущей эпохи.

Всё вышесказанное позволяет прийти к достаточно определённым выводам о сравнительной успешности развития трёх стран. Некоторые из приведённых утверждений бесспорны. В то же время, другие из них могут быть подвергнуты сомнению. Например, сторонники европейской интеграции могут не согласиться с тем, что интеграция с Россией более выгодна и перспективна, чем интеграция с ЕС. Другие оппоненты могут не согласиться с утверждениями о влиянии автократической политической системы в Белоруссии на качество государственного управления.

Поэтому необходимо также сравнить некоторые показатели успешности, которые поддаются количественному измерению. Теоретически этих показателей могут быть десятки и даже сотни. Из них выбраны пара десятков, относящихся к числу наиболее важных и позволяющих прийти к обоснованным выводам.

Сравним, для начала, ключевой показатель, свидетельствующий о уровне жизни – ВВП (по ППС) на душу населения (рис. 1). Как видно, к 2014 г. Белоруссия более чем в два раза превзошла советский уровень, в то время как Украина и Молдавия так и не достигли его. Показатель Украины в настоящее время почти в 1,5 раза ниже, чем показатель Китая, а Молдавия стала беднейшей страной в Европе, уступив Албании, Македонии и прошедшей тяжёлую войну Боснии и Герцеговине.


Рис. 1. ВВП (по ППС) на душу населения в 1991 – 2013 гг. (в постоянных ценах 2011 г.).

Источник: Всемирный банк (ВБ)

Рассмотрим, в какой степени страны затронула депопуляция – общая проблема для большинства постсоветских и постсоциалистических государств Европы. Официальные статданные представлены на рис. 2. Они мало отражают реальное положение дел вследствие, во-первых, масштаба трудовой миграции, а, во-вторых, того, что Украина и Молдавия не осуществляют контроля над частью своей территории. О размахе трудовой миграции свидетельствует, например, доля денежных переводов из-за рубежа в ВВП стран (рис. 3). С учётом ряда официальных и оценочных данных, можно, во-первых, сравнить реальную численность постоянного населения с численностью населения 1991 г., а, во-вторых, отобразить, какую долю от населения 1991 г. составляет фактическое население территорий, находящихся под контролем правительства – без Крыма, Приднестровья, ДНР и ЛНР (рис. 4). Второй из этих показателей неверен статистически (т.к. сравниваются территории в пределах разных границ), но отображает политическую реальность. Как видно из приведённых данных, реальный масштаб депопуляции на Украине и в Молдавии значительно более существен, чем в Белоруссии.


Рис. 2. Отношение численности населения к аналогичному показателю 1991 г. (по официальным данным)

Расчёты по данным Национального статистического комитета Белоруссии (НСК РБ), Государственной службы статистики Украины (ГССУ) и Национального бюро статистики Молдавии (НБС РМ).


Рис. 3. Доля денежных переводов из-за рубежа в ВВП (2013 г.)

Источник: ВБ


Рис. 4. Отношение реальной численности населения в 2013 – 2014 гг. к аналогичному показателю 1991 г.

Расчёты по данным НСК РБ, ГССУ, НБС РМ, ФМС России, Евростата, а также по оценочным данным.

Данные об изменении важных демографических показателей (естественном приросте/убыли населения, средней продолжительной жизни) представлены на рис. 5 и 6. На рис. 5. заметно, что после того, как естественная убыль населения достигла максимальных показателей в 2000 – 2002 гг., восстановительный процесс наиболее активно протекал в Белоруссии. Динамика средней продолжительности жизни в трёх странах была, в целом, схожей. На рис. 7 отображены данные об уровне урбанизации – показателе, во многом характеризующем процессы социально-экономической модернизации. То, что рост этого показателя остановился или замедлился во многих постсоветских и постсоциалистических странах, является показательным. Характерно, что в Белоруссии, в отличие от Молдавии и Украины, рост уровня урбанизации после 1991 г. не прекращался.

Рис. 5. Естественный прирост (убыль) населения в 1991 – 2013 гг.

Источник: ВБ

Рис. 6. Средняя продолжительность жизни в 1991 – 2013 гг.

Источники: ВБ (для Белоруссии, Украины), НБС РМ (для Молдавии)


Рис. 7. Уровень урбанизации в 1991 – 2013 гг.

Источники: НКС РБ, ГССУ, НБС РМ

Рассмотрим также данные об индексе человеческого развития (ИЧР) – производном показателе, который, помимо ВВП на душу населении и средней продолжительности жизни, учитывает также уровень грамотности и ожидаемую продолжительность обучения (рис. 8). Данные за большую часть рассматриваемого периода отсутствуют.


Рис. 8. ИЧР в 2005 г, 2008 г. и 2010 – 2013 гг.

Источник: Программа развития ООН (ПРООН)

Большую важность представляют также данные по инфляции и безработице. Данные по инфляции представлены на рис. 9, 10 и 11, данные по безработице – на рис. 12. На протяжении рассматриваемого периода в Белоруссии был значительно более высокий уровень инфляции, но значительно более низкий уровень безработицы, чем на Украине и Молдавии.


Рис. 9. Инфляция в 1993 – 1995 гг.

Источник: Международный валютный фонд (МВФ)


Рис. 10. Инфляция в 1996 – 2000 гг.

Источник: МВФ


Рис. 11. Инфляция в 2001 – 2013 гг.

Источник: МВФ


Рис. 12. Безработица в 1993 – 2013 гг.

Источник: МВФ

Показательными являются данные о количестве ЗВР на душу населения (рис. 13), о доле золота в них (рис. 14), об объёме экспорта  импорта на душу населения (рис. 15). Для полноты картины приведены также данные об объёме импорта на душу населения (рис. 16), из которых следует, что сальдо внешнеторгового баланса является отрицательным для всех стран. При этом интенсивность внешней торговли Белоруссии значительно выше, чем на Украине и в Молдавии, что положительно сказывается на уровне потребления и качестве жизни.


Рис. 13. ЗВР на душу населения в 1994 – 2013 гг.

Источник: ВБ


Рис. 14. Доля золота в ЗВР на 1 янв. 2014 г.

Источник: ЦБ России


Рис. 15. Объём экспорта на душу населения в 1995 – 2013 гг.

Источники: НКС РБ, ГССУ, НБС РМ


Рис. 16. Объём импорта на душу населения в 1995 – 2013 гг.

Источники: НКС РБ, ГССУ, НБС РМ

Большое значение имеет также набор показателей, который позволяет судить о том, насколько развитой и высокотехнологичной является структура экономики. Это, например, доля продукции с относительно высокой добавленной стоимостью (машин, оборудования, транспортных средств) в экспорте (рис. 17). У всех трёх стран она составляет от 15 до 20 %, но при этом необходимо отметить, что объём подушевого экспорта из Белоруссии значительно превышает аналогичный показатель Украины и Молдавии. В результате, Белоруссия, население которой в четыре раза меньше, чем население Украины, является сопоставимой с ней по значению промышленной державой (рис. 18). Белоруссии удалось сохранить большинство крупных промышленных предприятий, в т.ч. Минский автозавод (МАЗ), Белорусский автозавод (БелАЗ), Минский тракторный завод (МТЗ), Гомсельмаш, Минский завод колёсных тягачей (МЗКТ) и др. На этом фоне вызывает особенное сожаление гибель или упадок многих крупных промышленных предприятий на Украине и в Молдавии. По объёму добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности на душу населения Белоруссия занимет первое место в СНГ, в полтора раза превосходя Россию, в 2,5 раза – Казахстан, в 4 раза – Украину и в 15 раз – Молдавию (рис. 19). Доля этого показателя в ВВП в Белоруссии является высокой и стабильно растёт (рис. 20).


Рис. 17. Доля машин, оборудования и ТС в товарной структуре экспорта (2013 г.)

Источник: Минэкономразвития России (МЭР России)


Рис. 18.Абсолютный объём экспорта машин, оборудования и ТС (2013 г.)

Источник: МЭР России


Рис. 19. Объём добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности на душу населения (2012 г., в постоянных ценах 2005 г.)

Источник: Огранизация Объединённых Наций по промышленному развитию (ЮНИДО)


Рис. 20. Доля добавленной стоимости, произведённой в обрабатывающей промышленности, в ВВП в 2000 г., 2005 г. и 2008 – 2011 гг.

Источник: ЮНИДО

Рассмотрим частный пример, связанный с производством добавленной стоимости, – подушевое производство бензина в Белоруссии и на Украине. После распада СССР нефтеперерабатывающие мощности Украины были в два раза больше, чем у Белоруссии. Соответственно, в Белоруссии подушевое производство бензина должно было быть больше, чем на Украине, в 2 – 2,5 раза. Производство бензина – процесс, не требующий слишком сложных технологий, а производимый продукт пользуется гарантированным спросом. Поэтому стимулы для сохранения и развития отрасли были налицо независимо от структуры собственности предприятий. С этой задачей могли справиться как государство, так и крупный бизнес или даже криминалитет. Однако если Белоруссии удалось сохранить и модернизировать оба имеющихся НПЗ, то на Украине с течением времени было остановлено производство почти на всех НПЗ. В итоге, для Белоруссии экспорт бензина является одной из важнейших статей экспорта, а Украина вынуждена импортировать более 80 % потребляемого бензина. В настоящее время подушевое производство бензина в Белоруссии превышает производство на Украине более чем в 15 раз (рис. 21).


Рис. 21. Подушевое прозводство бензина в Белоруссии и на Украине в 1995 г. и 2000 – 2013 гг.

Источники: НКС РБ, ГССУ

Конечно, можно было бы привести ещё много количественных показателей, но ясные выводы можно сделать и на основании приведённых данных. За исключением инфляции, ключевые показателя развития Белоруссии либо превосхоодят аналогичные показатели Украины и Молдавии, либо являются сопоставимыми. Это подтверждает мнение о том, что Белоруссия в последние 20 лет развивалась значительно более успешно, чем Украина и Молдавия. Несмотря на это, на Западе стремятся создать Белоруссии негативный образ («последней диктатуры Европы»), в то время как Украину и Молдавии представить в привлекательном виде – как «историю успеха». Но пропаганда не может подменить реальность. Украина и Молдавия, ставшие прозападными государствами с олигархическим политическим строем, не случайно потерпели неудачу в самых разных сферах общественного развития. Выбор этих стран противоречил их историческому опыту, был в значительной степени навязан извне и претворён в жизнь оторванным от общества меньшинством. Неудачи этих стран на фоне достаточно успешного опыта Белоруссии показательны, а причины, которые к ним привели, должны быть тщательно изучены в России.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
2955
12066
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика