Предсмертные конвульсии потребительского рынка

Предсмертные конвульсии потребительского рынка

Автор Андрей Сергеевич Дёгтев — эксперт Центра Сулакшина

В России наблюдается странная картина. Казалось бы, кризис. По всей логике население должно экономить. Меньше покупать, больше денег придерживать на руках. Но происходит прямо противоположное. Люди активно закупаются товарами. На первый взгляд, это выглядит невероятно. Но в действительности в этом нет ничего удивительного. Просто для многих из тех, кто откладывал на чёрный день, этот «чёрный день» уже наступил. И это ещё цветочки, ибо вслед за «чёрным днём» приближается полярная ночь — глубокий и продолжительный потребительский коллапс. Сейчас люди тратят те деньги, которые откладывали ранее. Но через несколько месяцев «заначки» израсходуются, и рынок столкнётся с суровой реальностью.

В марте текущего года расходы россиян на товары повседневного потребления выросли к предыдущему месяцу на 9,2%, что значительно выше месячной инфляции, равной 0,5%. По сравнению с мартом прошлого года расходы россиян увеличились на 8,4%, что также выше инфляции в годовом выражении, которая составила 7,3%.

Расходы покрываются не за счёт зарплат и других доходов. Зарплаты и доходы, наоборот, падают (рис. 1–2).


Рис. 1. Темпы роста реальных располагаемых доходов в России, к предыдущему месяцу с исключением сезонного фактора


Рис. 2. Темпы роста реальных зарплат России, к предыдущему месяцу с исключением сезонного фактора

Источником потребительских расходов на данный момент являются ранее накопленные сбережения, которые стремительно тают. По данным холдинга «Ромир» ещё в 2013 году «заначка» была у 72% россиян, в 2015 году — уже только у 31%, а на данный момент — всего лишь у 17%. Пятая часть населения признались, что полностью или частично потратили свои сбережения за последние месяцы. Согласно исследованиям Sberbank CIB доля представителей российского среднего класса, не имеющих сбережений, выросла до 41%.

При этом россияне вовсе не шикуют. Они тратят деньги в основном на обычные повседневные товары. Если о покупке крупной бытовой техники год назад заявили 29% опрошенных, то в этом году вдвое меньше — 14%. Доля россиян, купивших недвижимость, также упала вдвое — с 8% до 4%. С начала года доля россиян, перешедших на более дешёвые продукты, составила 60%. На 20% выросло количество потребителей, ориентирующихся на покупку продуктов питания по скидкам. Но почему, несмотря на сокращающийся уровень доходов, россияне усиленно потребляют? Это стало результатом изменившейся стратегии поиска товаров. Желая сэкономить, покупатели активно ходят по магазинам и ищут товары подешевле. В результате, в каждой торговой точке они в среднем оставляют меньше денег, но в общей сумме их расходы за месяц растут. Две трети домохозяйств, ставших чаще посещать магазины, при сокращении среднего чека на 4% стали в общей сумме тратить на повседневные товары на 21% больше. Шоппинг — это явление.

Но куда деваются деньги, сгружаемые россиянами в потребительский сектор? Ведь экономика это система сообщающихся сосудов. Спрос должен стимулировать предложение. Иными словами, расходы покупателей должны приводить к росту доходов производителей, а частью этих доходов являются и зарплаты населения. Но роста оплаты труда россиян почему-то не наблюдается. Дело в том, что это только сбалансированная экономика подобна сообщающимся сосудам. А в той экономике, где не налажен баланс между отраслями, появляется чёрная дыра, которая как пылесос всасывает в себя финансы из других секторов. В России эту роль в данный момент играет финансовая система. В неё деньги поступают, а обратно не возвращаются. На входе стоит однонаправленный клапан в виде высоких процентных ставок, которые превышают среднюю рентабельность в реальном секторе (рис. 3).


Рис. 3. Рентабельность проданных товаров, продукции и услуг 2014 г., %

Зачем вкладываться в материальное производство, если можно просто положить деньги в банк?

Гражданские порывы особо ответственных предпринимателей, готовых инвестировать в реальный сектор, окончательно гасятся высокой волатильностью. Идти на такие риски — себе дороже. В результате, прибыль банковской системы в первом квартале 2016 года выросла в 18 раз по сравнению с первым кварталом 2015 года. За первый квартал этого года банки получили 107 млрд рублей чистой прибыли. Годом ранее этот показатель составил 18 млрд рублей. В банках накопился свободный капитал в размере 1,8 трлн рублей. Поэтому они в меньшей степени стали нуждаться в средствах Центробанка. Доля средств, занятых у Центробанка, в пассивах банков снизилась вдвое — с 10,2% по итогам первого квартала 2015 года до 5,1%. Теперь банки уже, напротив, готовы размещать свои излишние резервы в Центробанке. В реальном секторе им кредитовать некого. Бизнесу невыгодно кредитоваться по высоким процентным ставкам, а стремительно беднеющее население кредиты не потянет. И Центробанк к такому повороту событий готов.

Его председатель Эльвира Набиуллина уже сообщила, что намечается переход от структурного дефицита ликвидности к структурному профициту ликвидности в банковской системе. В переводе на русский язык это как раз и означает, что банки свалят мёртвым грузом свой капитал на счета в ЦБ вместо того, чтобы инвестировать его в реальный сектор.

Очевидно, ЦБ готов к такому повороту событий и сопротивляться не будет. Выдавливать деньги обратно в продуктивный оборот он не намерен. Очень боится инфляции. Интересно, что в ряде стран мира существуют отрицательные процентные ставки по вкладам коммерческих банков на счетах в Центробанке. Такой практики придерживается Европейский центральный банк, а также Центробанки Дании, Швейцарии, Швеции и Японии.

В России всё происходит иначе. Покидая кошельки населения, деньги аккумулируются в финансовых активах. Но ресурс потребительских сбережений не безграничен. Он иссякает прямо на наших глазах, и как только он закончится, последует провал потребительского спроса, что является предпосылкой для скатывания в новую волну рецессии. Надеждам на то, что российская экономика достигла нижней точки спада, вероятно не суждено сбыться. Как нам и обещают, экономика оттолкнётся от неуверенно нащупанного дна. Только не вверх, а вниз, подобно прыгуну с вышки. А потребительский бум последних месяцев — это не более чем предсмертные конвульсии. Экономика имеет много общего с живым организмом, а свойство любого организма — активизироваться перед летальным концом.


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Сбережения на грани исчезновения

Экономия в условиях кризиса

Экономическое поведение россиян: реальность и фантастика

Скупой ЦБ страшнее санкций

Реальные задачи реальной оппозиции — II

Пенсионное издевательство над людьми

«Интеллектуальное сопротивление» — поиск ответа на вопрос «что делать?»

Проект реконструкции денежно-кредитной политики России

Российское бизнес-собрание 10 марта 2016 г.



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1080
4802
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика