Проект «Антироссия» как ключевое направление глобальной стратегии антиморали: реконструкция и перспективы

Проект «Антироссия» как ключевое направление глобальной стратегии антиморали: реконструкция и перспективы

Игорь Никифорович Тяпин — доктор философских наук, профессор кафедры философии Вологодского государственного университета.

Выступление на научно-экспертной сессии «Проект Антироссия»: реконструкция и вероятность «успеха», состоявшейся 23 сентября в Москве.

Фото: оскверненный неонацистами памятник Воину-Освободителю в Харькове

Духовно-нравственная эволюция человечества предстаёт как древний конфликт морали и антиморали, находящий выражение в борьбе общественно-политических взглядов и теорий и воплощении последних в различных моделях государственно-политического устройства. В этом смысле добро и зло выступают объективной реальностью с позиций любой философской системы, приобретают статус онтологических сил.

В противостоянии с антиморалью и её институциональным воплощением — либерально-тоталитарным сверхгосударством, чьи центры управления локализованы в пределах Западной цивилизации, деспотические или олигархические режимы, опирающиеся на прежние формы государственности и практики социального управления, обречены на поражение в идеологической, информационно-технологической войне. Эффективно сопротивляться западнистской гегемонии, тенденциям либерального тоталитаризма в принципе может только крупное по занимаемому пространству и численности населения государство, ориентированное на заповеди национально выраженной абсолютной морали, строящее на её основе политическую и правовую деятельность, обладающее самостоятельной идеологией и стратегией развития на базе национальной идеи, чуждое коррупции.

Использование словосочетания «Проект «Антироссия» для описания процессов и механизмов внешней изоляции нашей страны, отпадения от её территории важных в экономическом и геополитическом отношениях регионов, а в конечном итоге — её раскола на множество псевдосуверенных образований представляется вполне корректным и оправданным, отражая не конкретный тактический план, а многовековую стратегию Мирового Зла.

Сравнение «этического наполнения» национальных идей и идеологий различных стран показывает, что именно Россия была и остаётся едва ли не единственным геополитическим субъектом, хранящим в себе потенциал справедливого арбитража в мировых делах и обеспечивающим планетарное миротворчество и баланс сил (в этом смысле, к примеру, Китай представляет собой пример относительной морали — национального эгоизма, большинство стран Восточной Европы — безморального псевдонационального подражания, ведущие страны Запада — скрытого или открытого выражения антиморали).

Однако российская власть, практически целиком состоящая на всех уровнях из либеральных глобалистов либо беспринципных приспособленцев, упорно игнорирует огромный массив наработок национальной мысли, предпочитая в лучшем случае сводить национальную идею к приземлённым частным задачам. Само использование понятий патриотизма и национальной идеи во властных кругах — явление редкое, ситуативное, происходящее на общем фоне бессистемности, отсутствия стратегии и даже тактики государственного строительства, регулярных заявлений о неизменности выбранного в 1990-е гг. курса «реформ».

Между тем, стратегический план России как особой цивилизации в основном определен идейным наследием 3-х направлений философии Русской идеи — либерального, славянофильского и «правого» (охранительный консерватизм, евразийство) — и осознаётся национально мыслящей частью современной российской интеллигенции. С учётом исторического опыта XX в. и современных реалий он вполне выражается в концептуальной модели централизованного, но одновременно нравственного государства. Системную концептуализацию ядра идеологии нравственного государства можно представить в следующим 7 положениях

1. Взаимодействие личности, социальных общностей и государства в рамках модели «национальной ответственности» и «соборной демократии»; 

2. Признание идеала гармонично развитой личности и создание условий для его массового распространения; 

3. Социальная справедливость (не сводящаяся к примитивной уравнительности); 

4. Признание положений абсолютной морали в качестве основы социально-нормативной (в т. ч. правовой) системы; 

5. Официально признанный приоритет социальных и духовных ценностей (знания, творчества, долга, чести и достоинства) над материальным благополучием. Единство материально-технического и нравственно-эстетического прогресса; 

6. Стремление к стратегической устойчивости, максимально возможной технико-экономической самодостаточности, политическому суверенитету и внешнеполитическому влиянию; 

7. Культурная самодостаточность и оригинальность, ведущая к выработке единой коллективной идентичности. Признание безусловной значимости национальной духовной традиции.

Это должно быть государство имперского типа, отличающееся как от средневековых империй Востока и европейских колониальных держав Нового времени, так и от «империи наоборот» СССР: с твёрдым русским этническим ядром, устойчивым соотношением численности этносов и их локализацией, жёстким контролем за евразийским геополитическим пространством.

Вероятным (требующим только минимальной политической воли субъектов) вариантом такой империи может быть «конфедерация Русь» в составе Российской Федерации, Белоруссии и Новороссии (хотя бы в пределах сегодняшних ДНР и ЛНР). Для начала, сохраняя базовые элементы государственного суверенитета своих составных частей (вертикаль исполнительной власти, законодательство, финансы), конфедерация могла бы иметь публично действующие координирующие органы, обладающие хоть какими-то реальными полномочиями, единую символику, общую денежную единицу, а также выступать на международной арене единым субъектом в таких областях деятельности, как культура и спорт.

На остальных территориях бывшего СССР необходимы военный контроль и внятное политическое признание этнических автономий (Придестровье, Абхазия, Южная Осетия), систематическая и реальная поддержка русских диаспор в Прибалтике, Украине, Казахстане, Средней Азии, публичное обсуждение с руководством стран-членов ЕАЭС их идеологической политики для пресечения культивирования русофобии, ограничение миграции из Закавказья, Средней Азии и её жесткое пресечение из Китая.

Россия, которая, отвергнув заблуждения либерального эксперимента, демонстрируя иной подход к базовому содержанию нравственности применительно к государственным структурам, т. е. официально объявив нравственную идею идеей государственной, смогла бы радикально сменить внутреннюю модель, а во внешней политике начать последовательно ориентироваться на единство принципов самодостаточности и консолидации с частью мирового сообщества (странами, чьи национальные идеи находятся в «пространстве» абсолютной или ограниченной морали или по крайней мере тяготеют к нему), положила бы тем самым начало реализации Великого нравственного проекта.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3788
15268
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика