Развитие человека в СССР (сопоставление с нацистской Германией)

Развитие человека в СССР (сопоставление с нацистской Германией)

Автор Ольга Олеговна Горянина (г. Санкт-Петербург).

Национал-социализм и коммунизм различаются отношением к возможности развития человека: национал-социализм предполагает развитие физических (животных) качеств и инстинкта, коммунизм — человеческих качеств (очеловечивания). Эти мировоззренческие установки кардинальным повлияли на практическую реализацию социальных идей в нацистской Германии и Советском Союзе. Более того, в СССР, строившем коммунизм, условия для формирования морально-нравственного стержня человека были более благоприятны, чем в нынешней России — обосновывает автор в своей крайне актуальной статье, которую мы приводим ниже.

Статья опубликована в издании:

Историческое место советского общества. Материалы Всероссийской научной конференции. 6 ноября 2015 г.; Московский педагогический государственный университет. Институт истории и политики / Под общ. ред. А.Б.Ананченко. — М.: МПГУ, 2016.


В настоящее время усиливаются попытки антикоммунистических сил уравнять СССР с нацистской Германией. Отдельные политики, опираясь на внешнюю схожесть форм (коллективизм), делают вывод об идентичности содержания. Поэтому сегодня важно показывать содержание данных идеологий на теоретическом уровне и на уровне реализации идей на практике.

Макс Шелер писал о фундаменте исторических концепций: «Глубочайшую причину нынешней ожесточенной борьбы столь многочисленных и столь различных исторических и социологических концепций следует усматривать в том, что в основе всех этих воззрений на историю лежат принципиально различные идеи о сущности, структуре и происхождении человека. Ибо каждая историческая концепция имеет своим фундаментом определенного рода антропологию — безразлично, сознает ли ее историк, социолог, философ истории, известна ли она ему или нет» [25, с. 73]. Фундамент неизбежно накладывает решающий отпечаток и на саму концепцию, и на характер реализации ее на практике. Поэтому различие во взглядах на сущность и природу человека, лежащих в основе концепций, показывает неправомерность приравнивания этих концепций.

Для сравнения концепций на идеологическом уровне сопоставлялись работы и высказывания по национал-социализму — Гитлера, по коммунизму — Маркса и Ленина. Для сравнения целей и реализации идей на практике использовались программы правящих партий, программные выступления лидеров, декреты, энциклопедии. Оценка условий развития в СССР морально-нравственных качеств человека проведена по результатам опроса общественного мнения ВЦИОМ.


1. СУЩНОСТЬ И ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА

Гитлер видел человека как часть природы, участвующей в естественном отборе, о чем писал в своей книге «Моя борьба». Он считал, что мир должен управляться согласно естественным законам силы, и что самым важным для выживания является инстинкт.

Гитлер с презрением относился к человечности: «Природа не признает политических границ. Она дает жизнь человеческим существам на нашей планете и затем спокойно наблюдает за свободной игрой сил. У кого окажется больше мужества и прилежания, тот и будет ее самым любимым дитятей и за тем она признает право господства на земле. <…> В последнем счете всегда побеждает только инстинкт самосохранения. Под давлением этого инстинкта вся так называемая человечность, являющаяся только выражением чего-то среднего между глупостью, трусостью и самомнением, тает как снег на весеннем солнце». Он утверждал, что природа господствует над человеком, и борьба человека против природы неизбежно приводит к его собственной гибели.

По Гитлеру, необходимо подчиниться природе, действовать по тем же законам, по которым действуют животные, борясь за существование, и только в этом случае возможно выживание человеческих рас: «Испытания судьбы выдерживают в этом случае только те, кто к этому приспособлен. Именно они, прошедшие через тысячи испытаний и все же выжившие, имеют право производить новое потомство, которое опять и опять подвергается основательному отбору. Природа оказывается таким образом очень жестокой по отношению к отдельному индивидууму, она безжалостно отзывает его с этой земли, раз он неспособен выдержать ударов жизни, но зато она сохраняет расу, закаляет ее и дает ей силы даже для больших дел, чем до сих пор» [6]. Маркс же считал нужным не подчиняться природе, а устранять противоречие между природой человека (его общественной сущностью) и его существованием при капитализме, вынуждающим человека действовать согласно природе только в случае, когда он осуществляет животные функции, а не тогда, когда он совершает человеческие действия (трудится):

«В результате получается такое положение, что человек (рабочий) чувствует себя свободно действующим только при выполнении своих животных функций — при еде, питье, в половом акте, в лучшем случае еще расположась у себя в жилище, украшая себя и т. д., — а в своих человеческих функциях он чувствует себя только лишь животным» [16, с. 91].

По Марксу, когда человек будет трудиться для общества (а не для капиталиста), произойдет «подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека, <…> полное, происходящее сознательным образом и с сохранением всего богатства предшествующего развития, возвращение человека к самому себе как человеку общественному, т.е. человечному. Такой коммунизм, как завершенный натурализм, = гуманизму, а как завершенный гуманизм, = натурализму; он есть действительное разрешение противоречия между человеком и природой, человеком и человеком, подлинное разрешение спора между существованием и сущностью, между опредмечиванием и самоутверждением, между свободой и необходимостью, между индивидом и родом» [16, с. 116].


2. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТЬ РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕКА

Взгляды на сущность и природу человека влияют на представления о должных человеческих отношениях. Различие проявляется в отношении к идее равенства людей и возможности совершенствовать человека.

Нацизм отрицает равенство, утверждая аристократизм и в природе, и в обществе. Гитлер писал, что аксиому неравенства следует применять внутри каждого народа: «Раз мы объявляем непримиримую войну марксистскому принципу „человек равен человеку“, раз мы оцениваем человека прежде всего с точки зрения принадлежности его к определенной расе, — то мы должны уметь сделать из этого все необходимые логические выводы до самого конца. <…> Раз мы говорим, что один народ вовсе не равен другому народу, то эту аксиому приходится применить и к отдельным людям внутри каждого народа».

Гитлер утверждал необходимость человеческого отбора для совершенствования человека, выделяя наиболее ценные в расовом смысле элементы и в области физического здоровья, и в области интеллектуальных способностей для обучения (причем указывал, что в первом случае это легко сделать механически, а во втором случае для отбора необходима повседневная борьба) [6]. Среди деятелей, чье наследие важно для будущего, Гитлер называет Мартина Лютера — реформатора, утверждавшего, что человек, будучи худым деревом, может делать только зло, а на добро он способен только в подчиненном состоянии [12, 13].

Отрицание возможности благого развития человеческих качеств и провозглашение обязательности борьбы за существование в человеческом обществе неизбежно ведет к утверждению необходимости развития животных качеств человека. В «Моей борьбе» Гитлер писал, что главная задача государства — вырастить молодых людей здоровыми, а из духовных способностей (развитие которых он считал второстепенным) требовал развивать волю. В 1935 году, выступая на Нюрнбергском партийном съезде, Гитлер так сформулировал воспитательные критерии нацизма: «Нам не нужны интеллектуальные упражнения. <…> По нашему мнению, молодой немец будущего должен быть стройным и ловким, резвым как борзая, гибким как кожа и твердым как крупповская сталь» [3, с. 185].

В противоположность нацизму коммунизм провозглашает равенство людей, у идеологов коммунизма нет даже намеков на отбор людей по каким-либо признакам. В 1844 году Маркс писал: «Равенство есть не что иное, как немецкая формула „Я=Я“, переведенная на французский язык, т. е. на язык политики. Равенство как основа коммунизма есть его политическое обоснование. Это то же самое, что имеет место, когда немец обосновывает для себя коммунизм тем, что он мыслит человека как всеобщее самосознание» [16, с. 135].

Интересно, как формулировка «Я=Я» соотносится с христианской заповедью «Возлюби ближнего как самое себя», практически это одно и то же. Равенство в марксизме не означает тождества людей во всех их проявлениях (в противном случае была бы формула «Я=Ты»), т.е. отсутствует умаление индивидуальности. По Марксу, индивид не противопоставляется обществу: «Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни — даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного, совершаемого совместно с другими, проявления жизни, — является проявлением и утверждением общественной жизни» [16, с. 119.].

Маркс писал, что"само общество производит человека как человека» [16, с. 118], и придавал большое значение становлению и изменению человека во времени: «Величие гегелевской „Феноменологии“) и ее конечного результата — диалектики отрицательности как движущего и порождающего принципа — заключается, следовательно, в том, что Гегель рассматривает самопорождение человека как процесс, <…> понимает предметного человека, истинного, потому что действительного, человека как результат его собственного труда» [16, с. 158–159].

Таким образом, коммунистическая идеология предполагает возможность развития каждого человека, т. е. его совершенствования. По Марксу, совершенствование это должно идти в сторону развития человеческих чувств и свойств. Именно для этого необходимо упразднение частной собственности, поскольку: «Частная собственность сделала нас столь глупыми и односторонними, что какой-нибудь предмет является нашим лишь тогда, когда мы им обладаем, т. е. когда он существует для нас как капитал или когда мы им непосредственно владеем, едим его, пьем, носим на своем теле, живем в нем и т. д., — одним словом, когда мы его потребляем <…>. Поэтому на место всех физических и духовных чувств стало простое отчуждение всех этих чувств — чувство обладания. <…> Поэтому уничтожение частной собственности означает полную эмансипацию всех человеческих чувств и свойств; но оно является этой эмансипацией именно потому, что чувства и свойства эти стали человеческими как в субъективном, так и в объективном смысле» [16, с. 120]. Маркс утверждал, что человеческие качества могут развиваться только в обществе других людей, и считал нужным «с одной стороны, очеловечить чувства человека, а с другой стороны, создать человеческое чувство, соответствующее всему богатству человеческой и природной сущности» [16, с. 122].

В Манифесте коммунистической партии 1848 г. коммунизм описан как «ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех» [17, с. 447]. Именно развитие каждого (а не механический и естественный отбор, как это было при нацизме) положен в основу совершенствования человека при коммунизме.


3. МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЕ ЦЕЛИ

Представления о природе человека неизбежно влияют на цели политиков. Общим моментом в устройстве германского и советского общества было использование тяги человека к коллективности и обращение правящих партий к активности человеческих масс. Однако этот организационный принцип использовался для принципиально различающихся мировоззренческих целей.

Главными целями для нацистов было объединение германцев, установление в немецком государстве преференций для лиц германского расового корня и расширение территорий для них. Соответствующие пункты присутствовали в Программе Национал-социалистической германской рабочей партии (НСДАП) «25 пунктов», впервые оглашенной 1920 году и объявленной в 1926 году незыблемой:

«1. Мы требуем объединения всех немцев в Великую Германию на основе права самоопределения народов.

2. Мы требуем равноправия немецкого народа с другими нациями, отмены Версальского и Сен-Жерменского мирных договоров.

3. Мы требуем территории и земли (колоний) для пропитания нашего народа и для поселения нашего избыточного населения.

4. Гражданином государства может быть только тот, кто принадлежит к немецкому народу. Принадлежать к немецкому народу может только тот, в чьих жилах течет немецкая кровь, без различия вероисповедания. Поэтому евреи не могут принадлежать к немецкому народу. <…>

6. Право участвовать в управлении и законодательстве государства может принадлежать только гражданину государства. Поэтому мы требуем, чтобы каждую общественную должность, безразлично какую и безразлично на службе ли империи, одного из союзных государств или общины, могли занимать только граждане государства» [5, с. 16–18].

Требование колоний для немецкого народа в дальнейшем было заменено требованием расширения государства на восток.

У коммунистов главная цель заключалась в уничтожении эксплуатации одной части общества другою и построении бесклассового общества. Из Программы Российской коммунистической партии (большевиков) 1919 года: «Заменив частную собственность на средства производства и обращения общественною и введя планомерную организацию общественно производительного процесса для обеспечения благосостояния и всестороннего развития всех членов общества, социальная революция пролетариата уничтожит деление общества на классы и тем освободит все угнетенное человечество, так как положит конец всем видам эксплуатации одной части общества другою» [22, с. 8]. В соответствии с этой целью в программе РКП(б) были определены задачи развития просветительства, привлечения всего трудящегося населения в основу государственного аппарата, уничтожения следов неравенства людей и привилегий для каких-либо наций.


4. РЕАЛИЗАЦИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ИДЕЙ ЗАБОТЫ ГОСУДАРСТВА О ЧЕЛОВЕКЕ

И в нацистской Германии, и в Советском Союзе проводилась социальная политика заботы государства о народе. Однако разница во взглядах на сущность человека в нацистском и коммунистическом мировоззрениях проявилась в кардинальном различии реализации этих социальных идей на практике.

Так, в обеих странах развивалась система доступной медицинской помощи. В Германии это была заложенная еще Бисмарком система социального медицинского страхования, в Советском Союзе — система Семашко с упором на профилактику и доступность государственных клиник.

Однако в Германии практиковалась принудительная стерилизация для предотвращения наследственных болезней и эвтаназия, с помощью которой избавлялись от инвалидов. Принудительной стерилизации было подвергнуто около 350–400 тысяч людей (по некоторым оценкам, в результате операций погибло до 5 тысяч женщин) [21, с. 277–279], общее число жертв эвтаназии в период между 1939 и 1945 гг. доходит до 180 тыс. человек [14]. Кроме того, в Германии практиковалось использование расово «неполноценных» людей для медицинских опытов [26, с. 1031–1045]. В СССР подобной практики не было.

Политика образования населения также различалась. В обеих странах стремились сделать образование доступным независимо от социального положения граждан, однако содержание образования было разным. Первостепенным Гитлер видел заботу о здоровье и воспитании силы духа, знаниям отводилась второстепенная роль.

Еще в 1923 году Гитлер утверждал: «Необходимость изменения характера образования вызывается тем, что мы ныне страдаем от избытка образования. Ценны только знания, но всезнание является врагом действий. Что сейчас необходимо, так это инстинкт и воля» [19, с. 43]. На уже упоминаемом Нюрнбергском партийном съезде он заявил: «Знание разрушительно для моей молодежи» [3, с. 185]. Учебные программы Германии менялись в соответствии с этой установкой. В общую программу включались только те предметы, которые могут быть использованы в дальнейшей практической деятельности и специализации. Соответствующий пункт содержался в программе НСДАП «25 пунктов»: «п. 20. <…> Учебные планы всех учебных учреждений должны быть приспособлены к практическим потребностям» [5, с. 16–18].

Заявлялось, что доступность высшего образования не должна зависеть от социального положения молодых людей, однако это образование предназначалось только для особо одаренных.

Когда гитлеровцы пришли к власти, одним из первых мероприятий явилось ограничение доступа учащейся молодежи к высшему образованию. В декабре 1933 года было сокращено число абитуриентов в высших учебных заведениях на 15 тыс. человек. В дальнейшем к началу Второй мировой войны это число сократилось вдвое — до 60 тыс. [23, с. 219]. В СССР существовал противоположный подход к образованию — получение народом знаний рассматривалось как необходимая основа для построения коммунистического общества. Ленин так озвучил этот подход 2 октября 1920 года на III Всероссийском съезде Российского коммунистического союза молодежи: «Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество» [10, с. 305]. Задачей ставилось освобождение школы от тупого натаскивания и зубрежки в пользу продуманного освоения знаний. В соответствии с этим и велась политика в сфере образования. По всей стране ликвидировалась безграмотность, открывались новые школы и вузы.

В отличии от Германии, в которой количество немецких студентов вузов уменьшалось, в СССР количество студентов высших учебных заведений увеличивалось [18, с. 136, табл. 11]:


5. РАЗВИТИЕ СПОСОБНОСТЕЙ ЧЕЛОВЕКА РАЗМЫШЛЯТЬ

Сравнение политики в образовании показывает, что в нацистской Германии правящая партия формировала примитивные массы, так как опиралась на чувства, фанатизм и слепую веру людей. В Германии реализовывались на практике требования Гитлера: «От солдата мы требуем одного: чтобы он был строжайше дисциплинирован и фанатически верил в правоту и силу нашего дела. Только этого же требуем мы и от рядового сторонника нашего движения», «Организация вообще возможна лишь тогда, когда базой для высококачественного руководства служит более широкая масса, руководящаяся преимущественно чувством. Военный отряд, состоящий, скажем, из двухсот одинаково развитых 190 людей, труднее поддается прочной дисциплине, нежели отряд, состоящий из менее развитых и одного десятка более развитых людей» [6].

Напротив, в СССР людей развивали, так как опирались на сознательность масс. Разница в подходе двух режимов к развитию людей выразилась в отношении к книгам как к хранилищам знаний и средству учиться размышлять.

В обеих странах печать использовали для привлечения масс на сторону правящей партии, однако по разному относились к мировому культурному наследию. В Германии после прихода к власти Гитлера было устроено демонстративное сожжение книг. Кроме неугодных марксистских политических изданий уничтожались книги Томаса Манна, Генриха Манна, Эриха Марии Ремарка, Альберта Эйнштейна, Джека Лондона, Стефана Цвейга и других выдающихся представителей немецкой и мировой прогрессивной литературы [23, с. 215; 15, с. 257].

В России наблюдалась обратная тенденция.

Сразу после революции большевики хотя и пресекли выпуск контрреволюционных изданий, но одновременно приняли меры для выпуска доступных по цене изданий русской классической литературы и массовых учебников. Из Декрета ВЦИК о Государственном издательстве от 29.12.1917 (11.01.1918): «поручается Народной комиссии по просвещению через ее литературно-издательский отдел […] немедленно приступить к широкой издательской деятельности. В первую очередь должно при этом быть поставлено дешевое народное издание русских классиков. Сочинения тех из них, срок авторского права которых истек, должны быть переизданы <…> Государственное издательство должно затем озаботиться массовым изданием учебников» [7]. Ленин считал необходимым «даже при теперешней нищете — дать народу, по 2 экземпляра на каждую из 50 000 библиотек и читален, все необходимые учебники и всех необходимых классиков всемирной литературы, современной науки, современной техники» [11, с. 332].

В тяжелый послереволюционное время с мая 1918 г. по май 1919 г. литературно-издательский отдел издал 142 книги русской классической литературы общим тиражом более 8 миллионов экземпляров [24]. Кроме того, Советская власть оказывала духовную и материальную поддержку издательству «Всемирная литература», созданному при Наркомпросе по инициативе Горького специально для перевода и выпуска зарубежной классики [24]. До слияния в 1924 году с Ленгизом издательство выпустило 120 томов избранных произведений зарубежных писателей в старых и в новых переводах [4].

Одновременно советская власть занималась обеспечением сохранности имеющегося книжного фонда и доступности книг для населения. 17 июля 1918 г. был издан декрет «Об охране библиотек и книгoхранилищ Российской Социалистической Федеративной Советской Республики» [8, с. 41–42]. Библиотеки создавались при заводах, профсоюзах, домах культуры. В 1939 г. в СССР было уже около 250 тыс. библиотек всех типов с фондом более 500 млн. книг [1]. Количество массовых библиотек увеличилось с 14 тыс. в 1913 г. до 95 тыс. в 1940 г. [18, с. 137, табл. 12].

В СССР существовала цензура, но она касалась идеологических моментов и осуществлялась в целях сохранения государственного строя, а не в целях уничтожения культуры или ограничения доступа населения к ней. Случавшиеся злоупотребления цензурой не могут быть закономерностью, вытекающей из идеологии, которая ратовала за свободное развитие каждого.


6. МОРАЛЬНО-НРАВСТВЕННЫЙ КЛИМАТ В СССР

Развитие человеческих качеств неизбежно сказывается на морально-нравственном климате в обществе, ибо мораль как система регуляции отношений возникает именно в человеческих сообществах и облегчает взаимодействие людей (мораль направляет и корректирует практическую деятельность человека с точки зрения учета интересов других людей [9, с. 4]). Морально-нравственный климат в обществе сложно выразить цифрами, например, статистикой по преступности, потому что количество преступлений зависит не только от морального состояния членов общества, но и от поведения потенциальных жертв, от мер предотвращения преступлений, от работы правоохранительных органов по раскрытию преступлений. Нам кажется более адекватной оценка морально-нравственного климата общества по результатам опроса членов общества в сравнительном аспекте (это интегральная оценка ощущения изменений обстановки в обществе). Оценка морального климата в целом, безусловно, зависит от развития человеческих качеств окружающих респондента людей.

Пропаганда коллективизма, отсутствие частной собственности, доступ к культурному наследию играли свою роль в развитии человеческих качеств членов общества при советской власти.

После перестройки, в результате изменения характера производства, критики коллективизма и форсированного вброса в общественное сознание индивидуалистических идей, условия формирования человека изменились. Изменился и морально-нравственный климат. Опрос ВЦИОМ в 2007 году [20] показал, что для большинства опрошенных граждан (61%) этот климат за последние 15 лет изменился в худшую сторону. Показательно распределение ответов в разных возрастных группах по поводу возможности преступать морально-нравственные нормы. Респондентам предлагали выбрать из двух суждений более близкую им точку зрения.

Доля людей (% от всего количества людей возрастной группы), выбравших одно суждение из двух приведенных [20, c. 79, табл. 32]:

Распределение ответов в разных возрастных группах показало тенденцию уменьшения доли людей, считающих невозможным преступать моральные нормы, с уменьшением возраста: от 73% среди пожилых людей (старше 60 лет) до 33% среди молодежи (18–25 лет).

Психологи указывают, что система моральных принципов и норм складывается в старшем школьном возрасте [2]. Процесс формирования морального сознания может вообще не завершиться — человек может до конца жизни оставаться человеком без твердых жизненных убеждений, однако именно с возрастом в процессе формирования мировоззрения человек отходит от односторонности и узости суждений, свойственных подросткам (смелость во всех условиях хороша, гордость всегда плоха и т.д.) [2, с. 192]. Поэтому предположение, будто наблюдаемая тенденция может быть объяснена возрастными изменениями, не имеет оснований. Скорее, наоборот, более вероятно, что эта тенденция связана с изменением условий, при которых формируется морально-нравственный стержень человека. Можно предположить, что эти условия после разрушения СССР ухудшились.

Национал-социализм и коммунизм различаются отношением к возможности развития человека в течение жизни: национал-социализм предполагает развитие физических (животных) качеств и инстинкта, предполагая совершенствование человека путем отбора. Коммунизм настаивает на необходимости развития человеческих качеств всех членов общества. Различия во взглядах на возможность развития человека сказались при реализации на практике социальных идей заботы государства о народе — организации здравоохранения и образования. На основании анализа результатов опроса ВЦИОМ можно предположить, что в СССР, строившем коммунизм, условия для формирования морально-нравственного стержня человека, зависящего от развития человеческих качеств, были более благоприятны, чем в нынешней России.


ЛИТЕРАТУРА

1. Библиотеки в СССР // Советская историческая энциклопедия. Т. 2. М., 1962. Колонки 403–404.

2. Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. СПб, 2008.

3. Воропаев С. Энциклопедия Третьего Рейха. М., 1999.

4. Всемирная литература // Литературная энциклопедия. Т. 2. М., 1929. Колонки 325–326.

5. Гейден К. История германского фашизма. Москва — Ленинград, 1935.

6. Гитлер А. Моя борьба.

7. Декреты Советской власти. Т. 1. М., 1957. С. 296–298.

8. Декреты Советской власти. Т. 3. М., 1964. С. 41–42.

9. Кобликов А. С. Юридическая этика. М., 1999.

10. Ленин В. И. Задачи союзов молодежи (Речь на III Всероссийском съезде Российского Коммунистического Союза Молодежи 2 октября 1920 г.) // Полн. собр. соч. Т. 41. М., 1963. С. 298–318.

11. Ленин В.И. О работе Наркомпроса // Полн. собр. соч. Т. 42. М., 1963. С. 322–332.

12. Лютер М. Диспутация против схоластической теологии // Verbum. Вып. 15. 2013. C. 377–383.

13. Лютер М. Гейдельбергские диспутации // Verbum. Вып. 15. 2013. C. 384–420.

14. Кранах М. Уничтожение психически больных в нацистской Германии в 1939–1945 // Независимый психиатрический журнал, 2006, 3 квартал. С. 5–14.

15. Макнаб К. Третий рейх. 1933–1945. М., 2010.

16. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // Карл Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 42. М., 1974. С. 41–174.

17. Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии // Карл Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 2. М., 1955. С. 419–459.

18. Миронов М. Б. История в цифрах. Математика в исторических исследованиях. Ленинград, 1999.

19. Моссе Дж. Нацизм и культура. М., 2003.

20. Образованных больше, честных — меньше? // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены, 2007, No 1 (81). С. 76–79.

21. Пленков О. Ю. Третий Рейх. Социализм Гитлера (Очерк истории и идеологии). СПб, 2004.

22. Программа Российской Коммунистической Партии (большевиков). Петроград, 1919.

23. Розанов Г. Германия под властью фашизма. М., 1964.

24. Хлебникова Л. М. Из истории горьковских издательств «Всемирная литература» и «Издательство З. И. Гржебина» // Литературное наследство. Т. 80. В. И. Ленин и А. В. Луначарский. Переписка, доклады, документы. М., 1971. С. 668–699.



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3634
16846
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика