Регионы России: итоги 2015 года

Регионы России: итоги 2015 года

Валерия Петровна Войтенко — эксперт Центра научной и политической мысли и идеологии, кандидат философских наук

2015 год подошел к концу. Как он отразился на самочувствии регионов и чем запомнится россиянам? Давайте вспомним.


1. ОТМЕНА ПРЯМЫХ ВЫБОРОВ ГЛАВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ.

Федеральным законом от 27 мая 2014 года № 136 — ФЗ были внесены изменения в ряд статей закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». На основании принятых поправок власти муниципальных образований уже более чем в половине субъектов отказались от всеобщих выборов мэра в пользу его назначения представительным органом. В целом реформа коснулась 71% муниципальных образований в Российской Федерации. Разрыв воли народа и формирования властей растет.

В 2015 году данная антидемократическая волна отмены конституционно гарантированных муниципальных выборов захлестнула власти Республики Карелия, Приморского края, Амурской, Иркутской, Омской и Челябинской областей, а также Ханты-Мансийского автономного округа — Югра, что вызвало массовое недовольства населения, вылившееся в митинги и жалобы в Конституционный Суд Российской Федерации. Однако высший судебный орган Конституционного контроля, например, в случае Иркутской области, признал не противоречащим Конституции РФ областной закон, согласно которому мэр избирается из состава представительного органа. А в случае Самарской и Челябинской областей вообще отклонил жалобы, заявив, что граждане руководствуются не желанием реализовать свои права и свободы, а защитить «субъективно-понимаемый заявителями общественно-политический интерес». А почему у людей отобрано право именно на их интерес?

Отмена прямых выборов глав муниципалитетов — это дальнейший шаг усиления властной вертикали и очередная мера по «страховке» правящей «Единой России» от прохождения во власть оппозиции. Новые метастазы политической опухоли монополии и несменяемости власти. Путь к деградации политической системы.


2. СИТУАЦИЯ В КРЫМУ ИЛИ ОЧЕРЕДНОЙ «УДАР В СПИНУ».

В прошедшем году Крым, уже будучи полноправным субъектом Российской Федерации, пережил торгово-продовольственную блокаду, а затем и настоящую гуманитарную энергетическую катастрофу, в результате которой 1 миллион 800 тысяч жителей Республики Крым остались на две недели без света. Эту антироссийскую провокационную акцию провернуло руководство Украины при поддержке западных «советников» и руками радикально-настроенной части крымскотатарского населения в целях создания зоны нестабильности в самом Крыму.

Пережив второй «удар в спину», аналогичный турецкому, руководству РФ ничего не оставалось делать, как прекратить поставки газа на Украину и направить все политические и финансовые усилия на ускоренное строительство энергомоста из Кубани в Крым, первая очередь (240–265 МВт) которого была запущена 02 декабря 2015 года, вторая (230 МВт) — 15 декабря 2015 года. Степень готовности третьей очереди энергомоста к концу 2015 составляет более чем 50%. Для обеспечения полной энергонезависимости Крыма от Украины российским руководством запланировано также строительство ТЭС в Симферополе (471 МВт), Севастополе (471 МВт) и на Тамани (660 МВт).

Сложившаяся патовая ситуация лишний раз продемонстрировала России ее «ахиллесовы» места, включая нерешенность межнационального вопроса, который постоянно оборачиваются против нас. Присвоение крымскотатарскому языку статуса официального языка наравне с русским и украинским в рамках Конституции Республики Крым и введение представителей Крымских татар во властные региональные органы Республики Крым, чего не было в Крыму на Украине, не обеспечили должной лояльности радикально настроенной части крымскотатарского населения, чем Западу и Украине просто грех не воспользоваться.


3. РЕАКЦИЯ РОССИЙСКИХ МУСУЛЬМАН НА ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ РФ ИЛИ ТРЕЩИНЫ ФЕДЕРАЛИЗМА.

Начавшаяся в 2015 году российская кампания в Сирии стала весьма негативным фактором, влияющим на политический климат в мусульманских республиках РФ. По оценкам заместителя директора ФСБ России Сергея Смирнова, 2400 граждан России участвуют в боевых действиях на территории Сирии на стороне ИГИЛ. Директор ФСБ России Александр Бортников называет цифру в 5000 человек. Этнополитолог Ахмед Ярлыкапов утверждает, что только дагестанцев в Сирию уехало от 2000 до 5000 человек, чеченцев — около 3000. Более того, по хронике Кавказского Узла, в Чечне 16 апреля 2015 года был отменен режим КТО, введенный еще в 1999 году, однако 8 октября был введен новый режим контртеррористической операции. В Республике Дагестан в 2015 году во время спецопераций убито около 100 человек, а режим КТО вводился 29 раз. Эта негативная тенденция свидетельствует об очередном рецидиве в российском организме болезни нетрадиционного ислама, вызванном современной геополитической ситуацией и нерешенностью проблемы отечественной системы исламского религиозного образования в России.

Ситуация усугубляется еще и родственными связями российских мусульман в Сирии и Турции. На сирийской территории проживают целые диаспоры дагестанских и адыгских (черкесских) мухаджиров, покинувших родину после поражения в Русско-Кавказской войне 1763–1864 годов. В Турции же зафиксирована самая многочисленная крымскотатарская диаспора, насчитывающая несколько сотен тысяч человек, которые занимают территории около 50 турецких населенных пунктов. Периодически поступающие из СМИ сообщения о бомбежке российской авиацией мирных сирийских жителей и введение Россией санкций против турецкого государства в связи со сбитым Су-24 формируют соответствующее отношение к проводимой Президентом РФ внешней политике. Пантюркистская солидарность отразилась и на действиях крымскотатарских радикалов в Крыму и на нежелании Республики Татарстан прекращать деловые контакты с Турцией.

В сложившейся напряженной межнациональной обстановке, сформированной действиями высшей российской власти, российское руководство ничего не делает, кроме как латает «трещины» федерализма, проводя политику лояльности по отношению к мусульманским республикам. Например, помещая на лидирующие позиции в прокремлевских рейтингах губернаторов Рамзана Кадырова и Рамазана Абдулатипова. Что это меняет в пространстве причин напряжения? Ничего, только лакирует картину.


4. ГУБЕРНАТОР-КОММУНИСТ ИЛИ ТРЕВОЖНЫЙ СИГНАЛ КРЕМЛЮ.

По результатам выборов Губернатора Иркутской области 27 сентября 2015 года с перевесом в 15% победил кандидат от КПРФ Сергей Левченко, набрав 56,39% голосов. Это уже третий по счету прецедент в России, когда пост Главы субъекта Федерации занимает не член правящей «Единой России». На данный момент 70 Глав субъектов РФ — «единороссы»; 12 — беспартийные; 2 — члены партии КПРФ; 1 — член партии ЛДПР.

В единый день голосования 13 сентября 2015 года приличный результат продемонстрировал также кандидат от партии КПРФ в Республике Марий Эл Сергей Мамаев, набрав 32,31% голосов избирателей, и кандидат от партии ЛДПР в Амурской области Иван Абрамов, собравший 28,3% голосов.

Все это резонансные показатели того, что монополия власти может пошатнуться и в других регионах, а это значит, что возможны перемены там, где «Единая Россия» дискредитировала себя настолько, что оппозиционные партии вполне могут убедить избирателя в своей правоте. Особенно в преддверии выборов в Государственную Думу Российской Федерации в 2016 году.


5. АРЕСТ ГУБЕРНАТОРА САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ ИЛИ ПОЛИТИКА ДВОЙНЫХ СТАНДАРТОВ.

4 марта 2015 года во время следственных оперативных действий Александр Хорошавин — Губернатор Сахалинской области — был арестован при получении взятки в размере 5,6 миллионов долларов за заключение госконтракта на строительство одного из блоков Южно-Сахалинской ТЭЦ. После этого 25 марта 2015 года, находясь в СИЗО, Глава Сахалинской области был снят с поста Указом Владимира Путина с формулировкой «в связи с утратой доверия Президента Российской Федерации». Странно: значит доверие было… И что это за кадровая политика?

Аналогичная история разворачивается вокруг Губернатора Белгородской области Евгения Савченко. В конце ноября 2015 года Федеральная антимонопольная служба завила, что намерена проверить законность заключения соглашений Главы Белгородской области с рядом местных фондов и хозяйствующих субъектов на предмет нарушения статьи 16 Федерального Закона «О защите конкуренции». Рассмотрение уголовного дела состоится 27 января 2016 года. На время проведения следственных мероприятий Евгений Савченко от должности не освобожден.

В 2015 году в методику расчета Рейтинга эффективности губернаторов, проводимого прокремлевским Фондом развития гражданского общества, был введен, так называемый, понижающий коэффициент — фактор аффилированности, в основе которого лежит оценка способности Глав субъектов РФ обеспечивать условия для транспарентного экономического развития в условиях честной конкуренции и анализ их невовлеченности в деятельность бизнес-структур. В октябрьском рейтинге ФоРГО к 20-ти из 85-ти губернаторов Российской Федерации был применен вышеуказанный понижающий коэффициент, демонстрирующий их связь с местными бизнес-элитами.

В частности, по методологическим объяснениям ФоРГО Сергей Жвачкин — Глава Томской области — понизил свое место в Рейтинге по причине «дружеских отношений» с главой «Томской домостроительной компании», которая из федерального и регионального бюджетов Томской области получила 450 миллионов рублей. Более того, в марте 2015 года местная томская телекомпания обнародовала данные о владении Губернатором доли в ООО «Таежное». По данному факту Департамент информационной политики областной администрации пояснил, что Сергей Жвачкин действительно владеет долей в уставном капитале ООО «Таежное», которую он в 2012 году в полном соответствии с законом передал в доверительное управление сроком на пять лет, что по закону не лишает его права собственности. Также в Администрации Томской области подчеркнули, что публиковать сведения о доходах от этой деятельности Глава региона не обязан, так как они не превышают общий доход С. Жвачкина за три последних года.

В целом вывод один — в политической игре Кремля одних сажают, а других — всего лишь понижают в Рейтинге. Хотя это можно рассматривать как предупреждение. Правда в кругах с «понятиями» это называется иначе.


6. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РЕГИОНОВ РФ ИЛИ ИМИТАЦИЯ БУРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СФЕРЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ.

При общей слабой положительной динамике естественного прироста в РФ — всего 6,8 тысяч человек на 146 миллионов человек — в 45 субъектах наблюдается естественная убыль населения. Особенно это характерно для Центрального федерального округа (естественная убыль — 54296 человек), где в 17 регионах число умерших превысило число родившихся. Самые высокие показатели рождаемости и естественного прироста зафиксированы в Республиках Северного Кавказа (Республика Дагестан +27944 человек, Чеченская Республика + 18806 человек), Ямало Ненецком автономном округе (+4477 человек) и Республике Тыва (+3243 человек). Эффект означает, что хуже всего в России дела у русского народа. А это 80% населения.

Более чем в половине субъектов, а именно в 46-ти, наблюдается миграционная убыль населения. Особенно ярко миграционный отток проявляется в Дальневосточном (17071 человек) и Приволжском (12510 человек) федеральном округах. Рекордсменами по миграционному притоку является г. Москва (+66994 человек), Московская область (+63434 человек), Краснодарский край (+44856 человек), Тюменская область (+14416 человек), Республике Крым (+13586 человек) и г. Севастополь (+14236 человек). Сильный миграционный отток наблюдается в Ямало-Ненецком автономном округе (8663 человек), Республике Дагестан (8195 человек), Республике Коми (6138 человек), Архангельской области (5323 человек) и Хабаровском крае (5183 человек). Явление, однозначно говорящее о болезненности региональных процессов.

Уровень безработицы в России в октябре 2015 года вырос на 0,3% по сравнению с октябрем 2014 года и составил 5,5%. Велико число субъектов, где показатель безработицы превышает и 7%, и 10%. Остро вопрос стоит для Приволжского (17,4%), Сибирского (17,2%) и Северо-Кавказского (11,7%) федеральных округов. Самые высокие показатели безработицы у Республики Ингушетия (30,6%), Республики Тыва (17,3%), Чеченской Республики (17%) и Карачаево-Черкесской Республики (13,6%). Самые низкие показатели безработицы в Москве (1,8%) и Санкт-Петербурге (2,0%).

Среднемесячная начисленная номинальная заработная плата работников организаций в России в октябре 2015 года составила 33240 рублей, что на 5,1% выше октября 2014 года. Но реальная заработная плата упала на 9,3%. При этом размер среднемесячной начисленной номинальной заработной платы с учетом годового прироста в Северо-Кавказском (21258 рублей) и Приволжском (25087 рублей) федеральных округах ниже общероссийских показателей. Самые высокие заработные платы (выше 60000 рублей) получают в Москве, Магаданской области, Чукотском и Ямало-Ненецком автономных округах. Самые низкие зарплаты (ниже 20000 рублей) — в Республике Дагестан, Республике Калмыкия и Алтайском крае.

Базовый индекс потребительских цен в Российской Федерации за 2015 год вырос на 11,2%. При этом самый сильный рост цен наблюдается в Крымском федеральном округе (124,1% к декабрю 2014 года) и Северо-Кавказском федеральном округе (112,4% к декабрю 2014 года). Самые низкие цены зафиксированы в субъектах Сибирского федерального округа (110,0% к декабрю 2014 года).

За январь—октябрь 2015 года оборот розничной торговли в целом по России упал на 8,8% в сравнении с соответствующим периодом 2014 года. Существенное сокращение оборотов розничной торговли наблюдается в Крымском (-17,6%), Приволжском (-12,5%), Уральском (-10,8%) и Сибирском (- 10,6%) федеральном округах. Увеличение объемов розничной торговли состоялось лишь в 8 субъектах РФ: Чукотском автономном округе (+4,3%), Республике Дагестан (+3,6%), Республике Бурятия (+3,6%), Республике Саха (Якутия) (+1,6%), Чеченской Республике (+1,1%), Хабаровском крае (+0,9%), Республике Ингушетия (+0,7%) и Республике Тыва (+0,4%).

Объемы промышленного производства в 2015 году в целом по России упали на 3,3%. Падение промышленного производства характерно для Центрального (индекс промышленного производства равен 97,4% к январю—ноябрю 2014 года), Северо-Западного (96,3% к январю—декабрю 2014 года), Приволжского (96,3% к январю—декабрю 2014 года) и Уральского федеральных округов (97,9% к январю—декабрю 2014 года). Заметный рост промышленного производства наблюдается в Ростовской области (139,6% к январю—октябрю 2014 года), Республике Алтай (132,3% к январю—октябрю 2014 года) и Сахалинской области (114,4% к январю—октябрю 2014 года). Существенный спад промышленности состоялся в Республике Северная Осетия-Алания (87,8% к январю—октябрю 2014 года) и Чукотском автономном округе (88% к январю—октябрю 2014 года.

Объемы производства продукции сельского хозяйства в целом по России выросли в 2015 году на 2,2%. Спад сельскохозяйственного производства наблюдается в Приволжском (индекс производства продукции сельского хозяйства 96,7% к третьему кварталу 2014 года), Дальневосточном (87,4% к третьему кварталу 2014) и Крымском федеральном округах (99,2% к третьему кварталу 2014). Заметный рост сельского хозяйства произошел в Тверской области (118% к третьему кварталу 2014 года), Тульской области (116,1% к третьему кварталу 2014 года), Карачаево-Черкесской Республике (113,4% к третьему кварталу 2014 года), Псковской области (113,4% к третьему кварталу 2014 года) и Новгородской области (112,3% к третьему кварталу 2014 года). Самый сильный спад показали Республика Северная Осетия-Алания (75% к третьему кварталу 2014 года) и Архангельская область (84,7% к третьему кварталу 2014 года).

В условиях санкций, расширения зоны военных действий и непредусмотренных затрат на электрификацию Крыма 2015 год показал, что социально-экономические показатели России и регионов падают. Действительно, положительная тенденция касается только сокращения региональных диспропорций, чего опять же нельзя сказать о диспропорциях объемов валового регионального продукта на душу населения, которые продолжают с каждым годом увеличиваться. В 2014 году региональная дифференциация по ВРП за 13 лет достигла своего пика, который в условиях социально-экономического кризиса в России в 2015 году явно побил рекорд. В 2015 году из 79 дотационных субъектов РФ более половины — 49 — имеют дефицит консолидированных бюджетов. То есть более половины субъектов РФ — банкроты.


7. УПРАЗДНЕНИЕ МИНИСТЕРСТВА РФ ПО ДЕЛАМ КРЫМА ИЛИ «ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД И ИНТЕГРАЦИЯ ЗАВЕРШЕНЫ».

Указом Президента Российской Федерации от 15 июля 2015 года Министерство Российской Федерации по делам Крыма было упразднено. Одновременно была упразднена Государственная комиссия по вопросам социально-экономического развития Республики Крым и г. Севастополя, функции которой впрочем были впоследствии делегированы новообразованной Правительтсвенной комиссии по вопросам социально-экономического развития Республики Крым и г. Севастополя.

Причина ликвидации Министерства обозначена следующим образом: «В связи с завершением переходного периода, предусмотренного Федеральным конституционным законом от 21 марта 2014 г. № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов — Республики Крым и города федерального значения Севастополя».

Примечательно, что через два месяца после того, как высшие чины заявили о завершении переходного периода и интеграции Крыма, начались первые эпизоды торгово-экономической блокады Крымского полуострова со стороны Украины и радикально настроенного крымскотатарского меджлиса, а также последующей за ней энергетической блокады со всеми вытекающими последствиями. Это наводит на мысль, что учреждение и упразднение ведомств в России не имеет ничего общего с политическими и социально-экономическими реалиями. А реалии таковы, что вместо 200 чиновников Минкрыма проблемами Крыма на федеральном уровне стали заниматься 15 человек в Минэкономразвитии. Результат? Срыв федерального финансирования ФЦП, вызвавший публичный скандал на уровне Аксенова и Москвы.

Напомним, что федеральных ведомств, так или иначе курирующих региональную политику, в России за последние 25 лет существовало аж семь. То больше, то меньше. В настоящее время, помимо Федерального агентства по делам национальностей, в стране осталось два территориальных министерства: Министерство Российской Федерации по делам Дальнего Востока и Министерство Российской Федерации по делам Северного Кавказа, ликвидацию которых, по мнению Премьер-министра Дмитрия Медведева, пока проводить рано. Более того, вопросы региональной политики находятся также в ведомстве института Полномочного представителя Президента РФ в федеральных округах.

В общем, по каким критериям создают и упраздняют, называют и переименовывают ведомства, курирующие территориальное развитие регионов, остается загадкой. И несут они, к сожалению, только одну нагрузку — аккумулируют бюджетные вливания в свое создание и упразднение. Единой региональной государственной политики как не было, так и нет.


ВЫВОД. 2015 год ярко продемонстрировал все ляпы региональной политики предыдущих годов. Русское население вымирает, естественный прирост держится только благодаря высокой рождаемости в национальных республиках РФ, население мигрирует, растет безработица, падают объемы розничной торговли и промышленного производства, растут цены, повышаются региональные диспропорции в объемах валового регионального продукта на душу населения. В Российской Федерации 79 бюджетов являются дотационными, а 49 из них имеют серьезный дефицит консолидированных бюджетов. Ситуация с мусульманскими республиками становится все более напряженной. Вертикаль власти усиливается, а качество управления падает.

Региональная политика, к сожалению, в последнее время осуществляется только в виде затратных мегапроектов по типу строительства энергомоста в Крыму, объектов АТЭС на Дальнем Востоке, проведения Олимпиады или будущего Чемпионата мира по футболу, для которых приоритетным является по сути престиж руководства первых лиц России на международной арене. Социально-экономическая и политическая целесообразность данных действий понятна только Кремлю и остается за пределами научного понимания экспертного сообщества страны. Ситуация будет только ухудшаться, если двойные стандарты и имитация деятельности не перестанут быть правилом и руководством к деятельности российских властей.

Таковы итоги регионального развития России… Если это можно называть развитием.


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ:

Отечественная система исламского религиозного образования в России: теория, история и современные реалии

И снова рейтинг… 

Правительство имитаторов

Национально-энергетический коллапс

Региональная политика России — слова и дела



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
294
688
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика