Россия на пороге мятежа. Усвоим ли мы уроки истории?

Россия на пороге мятежа. Усвоим ли мы уроки истории?

Автор Дмитрий Игоревич Буянов — публицист, аналитик, корреспондент ИА Регнум.

Популисты, провокаторы, борьба элитных кланов… Как не стать жертвой манипуляций и все-таки заставить власть себя услышать? замечательный анализ Д.Буянова сути навальнизма и необходимости просвещенной гражданской консолидации.

Фото: Оноре Домье. Восстание. 1860 г.

После просмотра сегодняшних российских новостей хочется перефразировать классика: «Призрак бродит по России…» Только вот призрак этот — не коммунизм, а нечто иное, гораздо более примитивное, невнятное и — тревожное? Накал политической ситуации растет, люди испытывают все большее недовольство окружающим безобразием — но еще не понимают, как его выразить, и нужно ли вообще его выражать?

В современной России почему-то считается, что политика — «дело грязное», и отдать его нужно на откуп каким-то сторонним людям (очевидно, плохим — хороший же в нее не пойдет?). В результате в ситуации растущего недовольства мы ожидаем появления «героев», людей-символов, которые выразили бы наш протест — вместо нас.

И такие люди находятся: они выступают вперед, кричат что-то невнятное, их запускают в «распространение» (в СМИ, в интернете), к ним водят «оппозицию» и отдельных представителей элиты (условного Чубайса) — и вот очередной популист, готовый замкнуть на себя реальное недовольство, готов. Что будет делать он с полученной верой, энергией, толпами, вышедшими на митинг? Не станет ли реализовывать интересы свои или какой-то элитной группы? Этого народ уже не определяет: он не участвует в политике, он не стремится быть в ней «компетентен». «Хорошие люди» придут, а мы их поддержим.

Не надо думать, что эта ситуация специфична для постсоветской России. Она разыгрывалась много где и много когда, но каждый раз — с одним и тем же результатом. Однако прежде чем проводить аналогии, давайте разберемся в политической ситуации, сложившейся у нас на Родине.

Значительная часть российской элиты находится в натянутых отношениях с президентом: вместо того, чтобы вести ее на Запад (куда хотели попасть еще с доперестроечных времен), он все больше и больше настраивает «западных партнеров» против себя. Конечно, в этом виноваты и сами эти «партнеры», не очень-то ждущие Россию в своих рядах. Однако они, конечно, не будут просто рвать с российской элитой все отношения. С одной стороны, Запад реализует свои интересы и накаляет свои отношения с Россией. С другой — обещает ее элите, что все еще можно поправить, стоит только убрать некоторые неугодные фигуры, отказаться от кое-каких территорий (не только Крыма — ранее говорили и о Северном Кавказе). Поступиться международным влиянием, «сдать» пару союзников на Ближнем Востоке и Украине… Показательно, с каким трудом наша элита признает наличие новой холодной войны. Признать ее — значит отказаться от идеи «влиться в Запад». А хочется именно этого.

Элитные «терки» решаются классическим способом: задействованием народного недовольства. Так они решались в США, так они решались у нас, то же происходило и во Франции, и в Латинской Америке, и где угодно еще. Ставка делается на какого-нибудь популиста (необязательно даже прямо «агента») — требующего не перестройки системы и смены всей элиты, а удаления каких-то отдельных фигур, подкупа народа и косметических преобразований. Он не требует смены строя, не выдвигает даже тех «хороших людей», которые должны прийти на смену «жуликам и ворам» (или выдвигает уже побывавших у власти и провалившихся либералов). Он связан и с текущей элитой, и с «западными партнерами». У него нет партии или широкой организации, которая может заявить свои «права» на протест и куда-то увести процесс. Впрочем, он заигрывает с «правыми» силами: ему нужна хоть какая-то низовая поддержка и силовой блок, им — имеющее связи в элите «прикрытие». Допустим, зовут его Навальный (случайное совпадение).

Алексей Навальный на шествии памяти Бориса Немцова / Дарья Антонова © ИА REGNUM

Популист становится «говорящей головой», которую возят по всем каналам и пиарят из всех щелей. «Оппозиционные» каналы (с финансированием из государства) выдвигают его как в доску «своего», международные СМИ — тоже. «Нейтральные» площадки, вроде «аполитичных» развлекательных порталов и групп в социальных сетях, покупаются. На главных страницах и в «трендах» висят ролики Навального, блоги предлагают его вновь регистрируемым в качестве «страницы, близкой Вам по убеждениям» и т.п. Группы условного «ВКонтакте» в нужный момент переформатируются из «смешных картинок» в «Навальный — наш президент»…

Возможности (и без того скудные) государственного пропагандистского аппарата — блокируются. Передачи журналистов, способных сказать что-то внятное (вроде Андрея Караулова), внезапно снимаются с эфира. Вообще объявляется запрет всем «сторонникам» власти говорить что-то о Навальном — под провокаторским предлогом, мол, «не надо его пиарить». Митинги и марши объявляют незаконными, подкатывают к ним «страшную» технику и каждые две минуты трубят собравшимся, что они нарушают закон… Но мало того, что позволяют им собраться, — так еще и не разгоняют, пока не закончится задуманная организаторами программа. После чего осторожно «утаскивают» пару «жертв режима». Для повышения накала идиотии начинаются элитные провокации. На рассмотрение в Думу вносятся законы, запрещающие самые неожиданные вещи (типа работы гипермаркетов по выходным).

В школы и другие госучреждения приходят люди «из властного аппарата», объясняющие людям, что Навального не надо поддерживать, потому что он «против власти» (и разве что не ухмыляются при этом многозначительно и не подмигивают).

Неизвестные осуществляют теракты. В них обвиняется власть — не потому, что ей это выгодно (зачем ей накалять ситуацию?), а «просто потому что». Благо, «цензура» работает против сторонников власти, а не ее противников.

Остается только подключить к созданной системе реальный народный протест — например, по поводу «социалки» или частной собственности, — и результат обеспечен. Не нужно, конечно, создавать для народа низовые структуры, организовывать его, просвещать. Достаточно вывести пару раз на площадь — и, под коллективным давлением части местных и иностранных элит, отодвинуть от власти отдельных элитариев, не вписавшихся в новый «мейнстрим».

Алексей Навальный и Илья Яшин на марше в Москве в июне 2013 / Bogomolov.PL

Система сохранена, убранные элементы сразу же заменяются ничуть не более «честными». Навальному лично перепадает что-то от власти — а, может быть, и нет. Протест слит, позиции элиты укрепляются, народ остается «за бортом» политической системы, выходящие по инерции протестующие жестко подавляются… Хочется сказать «и так до следующего раза». Да вот только его уже может и не быть.

Почему о существовании таких схем можно говорить с уверенностью? Потому что они являются «классикой» не только российской политики, но и мировой. Давайте присмотримся к схожему и хорошо изученному примеру из страны, с которой патриотическая пресса часто связывает Навального.

***

К 1930-м годам обстановка в Соединенных Штатах накалилась до градуса поистине неприличного. Армии безработных, голод, повсюду растут трущобы («Гувервилли» — по имени президента). Поняв, что проблемы не «рассосутся» ни сами, ни после силового подавления, элита США решает немного попридержать стремительно растущие правые силы — и выпустить к народу «левого» популистского политика с командой, имеющей связи в среде профсоюзов и растущего рабоче-фермерского движения. Идеальной «фишкой» для этой игры казался Франклин Делано Рузвельт. Семья его из аристократов перешла в крупную буржуазию. Сам Рузвельт имел репутацию франта, «бабника», человека предельно ветреного. Более того, в 1921 году он заболел полиомиелитом, сделавшим Франклина инвалидом. Короче говоря, сладострастный и слабовольный калека — был почти что карикатурным «марионеточным президентом».

Видя реальную опасность победы в Штатах фашизма (буквального), местные «левые» круги — включавшие не только элитариев, но и, например, находившихся на «вторых ролях» евреев, — также сделали ставку на Рузвельта. Сам президент тоже доказал, что ни инвалидность, ни ветреная юность не определяют человека — и продемонстрировал такую прыть в проведении социалистических лозунгов в жизнь, что якобы контролировавшая его элита назначила Франклина врагом №1.

В долгой истории противостояния президента и элиты нас интересует период, связанный с неким сенатором — Хью Лонгом. Этот человек активно поддерживал Рузвельта во время выборов, но когда стало ясно, что Франклин вышел из-под контроля элиты, «внезапно» стал главным его противником. Присмотримся к тому, как определенный круг элитариев США вел свою борьбу с избранным народом президентом через Хью.

Во-первых, Лонг выдвинул свою популистскую социальную программу, «боровшуюся» с «Новым курсом» Рузвельта. Суть ее заключалась в том, что экономику и «социалку» Штатов нужно поднимать через введение прогрессивной шкалы налогов — то есть с богатых денег брать больше, с простых людей и малого бизнеса — собирать мало или не собирать совсем. Конкретно Хью запомнился своими обвинениями в адрес крупных корпораций, «жирующих» за счет коррупции и не желающих делиться доходами с другими слоями общества.

Хью Лонг — «правый» популист — в 1935

Почему программу Лонга называют популистской? Дело в том, что проблемы 1930-х годов возникли не вследствие козней масонов или инопланетян. Они являлись результатом «работы» существовавшей в США экономической системы. Но Хью вместо изменения системы предлагал просто «откупиться» от народа деньгами, немного снизить уровень политической накаленности и продолжить жить, как прежде. Максимум — публично выпороть пару «ритуальных жертв», на место которых сразу же придут точно такие же порождения системы.

«Новый курс» Рузвельта же предполагал именно системные изменения — и были правы его противники из Республиканской партии, утверждавшие, что он «противоречит интересам бизнеса». Правда, они забывали добавить: крупного бизнеса, в значительной степени сросшегося с властью. Вместо того чтобы «отнять и поделить» — или залить все деньгами, Франклин предлагал принять целый ряд организационных, политических и иных мер, включавших сознательный контроль государства за экономикой для решения возникших в стране проблем. Он создавал другую систему управления, подбирал под нее кадры и давал им особые права, проводил реформы денежной системы, сельского хозяйства, создавал специальные организации вроде трудовых лагерей. Был принят первый в истории США закон о социальном обеспечении…

Говоря короче, системным изменениям Рузвельта был противопоставлен подкуп народного протеста со стороны Лонга. Особо стоит отметить, что наше государство, даже ссылаясь на опыт больших строек Рузвельта (который ссылался, в свою очередь, на СССР), тоже не понимает этого противопоставления. Или не хочет понимать. Власти кажется, что единственный метод управления — это выделение денег. Чем больше денег — тем больше управления. Естественно, что все они уходят на что угодно, только не на настоящую цель. Вопрос же всегда в том, как изменить устройство системы, откуда взять новые кадры — и каким образом (особыми полномочиями, законами и пр.) не дать им «раствориться» в окружающих «нехороших» чиновниках. Решение его требует комплексного подхода, создания низовых структур, взращивания нового политического субъекта, на что в современной России, к сожалению, способны немногие.

Во-вторых, Лонг активно заигрывал с «правыми» силами — националистами, расистами, фашистами. Тут были и скандалы по поводу поддержки ку-клукс-клана, и деятели, создававшие аналоги нацистских штурмовых отрядов. В то же время против Рузвельта устраивались теракты, погромы, сторонников его вырезали.

Хью Лонг

В 1935 году, через 2 года после избрания Рузвельта, министр внутренних дел США публично заявил, что группа могущественных (то есть входящих в элиту) капиталистов планирует осуществить в стране фашистский переворот. Этот вывод подтверждали и сторонние наблюдатели, вроде Георгия Димитрова, выступавшего в том же году на конгрессе интернационала. Тогда политическая борьба закончилась убийством Лонга и перестановками в элите — например, один из лидеров «правого» ее крыла, генерал Дуглас Макартур, был сослан на Филиппины.

***

«История учит человека тому, что человек ничему не учится из истории». Этот парадокс когда-то изрек крупный немецкий философ, считавший, что мир закончил свое движение, исчерпал новизну. А людям пора от творчества переходить к систематизации знаний. Прошедшие века показали, что простой народ (да и сама История) видел свою судьбу немного не так, как немецкий академик. Политическая мысль развивалась, и то, что не получилось у Боливара в Латинской Америке и якобинцев во Франции, было реализовано в России. Революции охватили мир, ХХ век во всех отношениях стал совсем иным, нежели эпохи предшествующие.

И вот, весь этот багаж достался нам, людям XXI века. Но мы живем при господстве капитализма, СМИ и массовой культуры. Политика из общего дела стала профессией (да еще и «грязной», которой занимаются только презренные люди — почему-то, правда, при этом самые богатые и могущественные). Мы отдали наши судьбы в руки элиты — часть которой вроде бы выбирается нами (из предложенного кем-то списка), часть же — переходит из года в год по неким внутренним, не совсем прозрачным механизмам. И все бы хорошо (мы же не хотим сами лезть в «грязную» политику — значит, за нас это должен делать кто-то другой), да вот только…

Растет недовольство: «социалка», экономика, правопорядок, культура — пожалуй, нет уже сферы жизни, состояние которой не вызывало бы у народа опасений (назовем это так, осторожно). А энергии народного недовольства никогда не растворяются в воздухе. И вот, мы видим — идут митинги (прочувствуйте это слово — «идут», как бы сами), тут и там мелькают ролики с Навальным. Обстановка накаляется: взрывы, злорадство, шквал запрещающих все на свете законов. Сцены, когда не слезающий с экранов политик под прицелом телекамер обменивается с ведущим прайм-тайма центральных телеканалов обвинениями a la: «Нет, это ты потворствуешь тотальной цензуре!» Сообщения о странных людях, «борющихся» с оппозицией через собрания в школах… Непонятно что — но что-то происходит. В такие-то моменты и пригодилась бы политическая грамотность. Но, поскольку она была «делегирована» массами кому-то еще, — а этот кто-то тоже участвует в «странностях», — нам остается проводить аналогии и вспоминать чужой опыт — недавний и исторический…

Рузвельта впоследствии критиковали за то, что он все-таки спас правую элиту США. Там все закончилось репрессиями против коммунистов, евреев и вообще левых сил. Франклин не создал даже партию, не говоря уже о каких-то сильных низовых структурах. Профсоюзное и рабоче-фермерское движение, которое претендовало уже на политическую власть, не оформлялось, а сводилось на нет. Иными словами, если бы Рузвельт не пришел — или бы его победил ставленник элиты Лонг — США, сохранившие старую систему, пришли бы к катастрофе.

Выступление Рузвельта по радио, 1934

Наша страна тоже не «встает с колен», что бы кто ни говорил. «Социалка» рушится, наука отмирает, промышленность встала. Давление «мирового сообщества» усиливается — а проявляется оно не только в санкциях, но и в усилении бандеровцев и исламистов, угрожающих целостности государства. Идет опасная игра с сепаратизмом — не только на Северном Кавказе, но и в регионах вроде Сибири и Поволжья.

Навальный не только не собирается что-то существенно менять — он критикует сам принцип вмешательства государства в дела рынка (то есть капиталистов, разворовывающих страну), госкорпораций (то есть реализации крупных экономических проектов не в интересах крупного, зачастую международного бизнеса, а в интересах народа) и так далее. Вместо всего этого он предлагает элите немного «скинуться» деньгами на народ. В принципе, вся эта ситуация прекрасно ложится в лекала перестройки. Под Ельцина тоже собирались митинги «против коррупции», его сторонники разоблачали коррупционеров и так далее. При этом сама правящая партия выступала против власти партии, а главный «коммунистический» идеолог — Александр Яковлев — весь аппарат цензуры направил на сторонников советской власти, а весь пропагандистский аппарат — на продвижение перестройки. О чем сам впоследствии с гордостью и писал.

***

Какова же альтернатива новой перестройке и марионеткам в руках элит? Как я и говорил, корень проблемы — в существовании самой системы: политической, экономической, социальной. Единственной прививкой от популистов, действующих в чьих-то интересах, является самоорганизация народа. Необходимо отбросить идею, что политикой должны заниматься политики: отдельные личности «не значат ни черта» и всегда зависят от элитной конъюнктуры. Также и борьба с отдельными чиновниками и капиталистами — это борьба с ветряными мельницами.

Борис Ельцин поднимает кулак, призывая своих сторонников в Москве к забастовке. 19 августа 1991 года / Dima Tanin

Широким массам необходимо не ходить на организованные кем-то «хорошим» митинги, а затем расходиться. Нужно собираться в комитеты, советы, клубы. Создавать общественные организации и собственные (не под эгидой директора предприятия) профессиональные союзы. Лучше — если эти все структуры будут гражданскими, а не вписанными в формы, предлагаемые властями, муниципалитетами и так далее. Необходимо просвещаться, получать политическую грамотность, учить историю (в том числе разобраться с событиями перестройки и перерождения советской системы). Изучать законы, прописанные там трудовые, гражданские и иные права.

Люди — не фигуры на шахматной доске элиты, не игрушки в руках популистов или администрации. Люди — граждане, способные сами решать свою судьбу. Слух о «тоталитарности» власти, к счастью, значительно преувеличен — в России еще с советских времен осталось много законов и демократических институтов, которыми граждане могут воспользоваться, если они выступают не поодиночке, а в виде организованной силы.

Существующие политические и общественные движения, отдельные интеллигенты — должны помочь народу в самоорганизации. Не выводить его на митинги и единичные акции, а создавать постоянные гражданские структуры, через которые народ может диктовать свою волю и власти, и любым популистам.

Да, этот способ сложен. Но иначе народ так и останется растерянной толпой, надеющейся на то, что ситуацию в стране исправят популисты, капиталистические элиты, мифические «хорошие люди» или стечение случайностей. Не стоит переоценивать идеальность мира. «Никто не даст нам избавленья», кроме нас самих.

Источник


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Навальный и «Он вам не Димон»

День Навального: системная внесистемность

Что хочет Навальный?

Проект «Навальный» — это проект цветной революции

Путин, Навальный, коррупция. Как победить?

Осторожно, Гапон возвращается!

Власть готовит революцию

Три фазы русской революции



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1606
6703
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика