Россияне о сирийской кампании: ожидания и реальность

Россияне о сирийской кампании: ожидания и реальность

Автор Надежда Андреевна Хвыля-Олинтер — эксперт Центра Сулакшина, к.соц.наук.

В ходе недавнего всероссийского опроса[1] социологи предложили россиянам высказать свое мнение о том, какими оказались последствия действий российской армии в Сирии. У большой части населения однозначного ответа на поставленный вопрос не нашлось — 16% затруднились четко определить собственную позицию (может быть полагая, что в создавшейся ситуации есть как положительные, так и отрицательные моменты), а 23% респондентов и вовсе уверены в отсутствии каких бы то ни было последствий.

Эта последняя группа не знает, что у любого самое незначительного на первый взгляд социального действия обычно есть определенный результат, вероятно, не усвоив в школьные годы смысла закона сохранения энергии или принципа детерминизма. В российском обществе сегодня примерно такое же число людей (каждый четвертый), которые вообще не интересуются происходящими в Сирии событиями, предпочитая придерживаться принципа «меньше знаешь, лучше спишь». Довольно комфортный подход — не интересоваться политикой, ни внешней, ни внутренней, слегка удивляясь только, к примеру, росту цен. Теоретически право на него имеет каждый, тем более что согласно новостям, доносящимся из официального рупора, страна по-прежнему впереди планеты всей, даже процветает и развивается, а власть неусыпно заботится о благополучии народа.

Большинство опрошенных россиян (40%) считают, что последствия военной операции для нашей страны оказались положительными. Да и как иначе, если частота сообщений по федеральным каналам о сирийской операции, естественно в позитивном контексте, вот уже почти год как чрезвычайно высока (рис. 1).

Рис. 1. Частота упоминания Сирии в российских СМИ

Информационные потоки, призванные укреплять веру в безусловную успешность выбранного вектора внешней политики, ежедневно обрушиваются на головы россиян, попутно отвлекая их от нарастающих экономических проблем. Бесконечный видеоряд с эффектными вылетами ракет, пилотажем наших военных самолетов, речами отечественных политиков на фоне освобожденных сирийских культурных реликвий вызывают у одних прилив чувства национальной гордости, а у других — опасение оказаться белой вороной, войти в конфликт с властью и обществом. И в конечном итоге рисуют определенную картину мира, формируют то самое общественное мнение об успехах военного участия в сирийском конфликте.

Интересно, что, по данным компании «Медиалогия» [2], параллельно с наращиванием интенсивности анонсирования успехов российской авиации в Сирии (читай, успехов российской политической элиты) происходил последовательный слив темы Новороссии, к которой в апреле текущего года обратились на телевидении скромный единственный раз. Действительно, тема русского мира и идеи его единства куда как менее выгодна и удобна для политического истеблишмента с точки зрения поддержания его реноме в глазах населения. А на сирийском конфликте политические бонусы зарабатывать до сих пор удавалось довольно легко.

Есть часть россиян, которая сомневается в успешности российской миссии в Сирии, считая результаты проведенной кампании негативными — таковых примерно пятая часть. Как показывают проведенные на начальной стадии военной операции опросы, больше всего сомневающихся в успехах военного вмешательства оказывается среди людей с высшим образованием. Само по себе наличие такового, естественно, не гарантирует особых аналитических способностей, но, по всей вероятности, все-таки приучает мыслить немного более критично, иметь собственную позицию и не принимать на веру все, что транслируется в массы. При ответах на вопросы о результатах военной операции в Сирии скептические оценки чаще высказывали респонденты, чей уровень образования относительно более высок (рис. 2).

Рис. 2. Мнения россиян с разным уровнем образования о последствиях сирийской кампании[3]

Итак, опрос 2015 года выявил ожидания российского общества относительно российских действий на сирийской территории[4]. Большая часть населения ожидала позитива, а если конкретно, то мнения были следующими:
70% россиян прогнозировали окончание войны и урегулирование конфликта в Сирии стараниями российской армии;
45% — ожидали ликвидацию угрозы со стороны ДАИШ (ИГИЛ, запрещенной в РФ террористической организации);
34% — были уверены, что операция не скажется на отношениях России и США;
69% — предсказывали последующий рост влияния нашей страны в мире (рис. 3).

Рис. 3. Прогнозы последствий военной операции в Сирии, сделанные россиянами в ноябре 2015 года (построено по данным всероссийского опроса[5])

Теперь можно по пунктам проследить, оправдались ли ожидания населения, поскольку руководство нашей страны уже отчиталось, что все поставленные цели в Сирии были достигнуты.

1. Очевидно, что война в Сирии продолжается, и окончания ее в ближайшем будущем не предвидится. Хаотизация на Дальнем Востоке осуществлялась преднамеренно, была предварительно хорошо спланирована и попросту не могла быть прекращена только в результате импровизированного военного вмешательства российской стороны. На сегодняшний день режим прекращения огня не соблюдается, жилые кварталы и гражданские объекты по-прежнему подвергаются обстрелу, местное население и российские военные продолжают гибнуть[6], а точное число погибших остается засекреченным.

2. ДАИШ не только не ликвидирована, но продолжает наращивать свое влияние на Дальнем Востоке. Предполагать, что можно эффективно бороться с этой организацией только с помощью оружия, нелепо. В основе ее деятельности — идеология, предполагающая глобальный геноцид «неверных». А если смотреть еще глубже, то ДАИШ — лишь одна голова гидры (как и Аль-Каида, Хамас и т. д.), возникшей как часть англо-саксонского проекта[7]. Противостоять ему реально только с помощью альтернативной идеологии[8], которую российская элита на данный момент предложить не в состоянии. Царская Россия вступала в мир с идеей собирательства народов, соборности, защиты христиан, Советская Россия предлагала коммунистическую модель развития, а сегодня власть по большому счету лишь апеллирует к западному мировоззрению.

3. Прогноз о том, что сирийская кампания не отразится на отношениях между Россией и США, тоже оказался несостоятельным. Если рассматривать военную операцию в качестве попытки российских властей продемонстрировать свою лояльность Штатам (как и открещивание от союзничества с сирийским лидером, и принятие резолюции ООН по Сирии) и завуалировать вольность в виде присоединения Крыма, то и та провалилась. Поскольку на этот жест НАТО не постеснялось отреагировать усилением своего присутствия рядом с нашими границами, увеличив военный контингент в Польше и странах Прибалтики.

4. Надеяться на то, что операция в Сирии может улучшить образ нашей страны, сформированный у международного сообщества, также абсолютно неоправданно. Ни Сирия, ни трагедия Донбасса этому уже не поспособствуют, поскольку здесь вопрос принципиальный и окончательный, идеологический. Информационная война ведется много лет, и, как показывает опыт, любые действия российской стороны трактуются сейчас конъюнктурно — Россия, даже будучи в глубоком реверансе перед Западом, предстает агрессором, неадекватным и непоследовательным политическим субъектом.

Тренд на ухудшение отношения к нам со стороны населения других стран уже зафиксирован[9]. И, несмотря на то, что российский лидер последние два года попадает на топовые позиции различных, часто сомнительных, иностранных рейтингов[10], к возглавляемой им стране неприязнь растет. Не является ли это показателем того, что «маленькие победоносные войны» по большому счету призваны укреплять авторитет не России, а ее сегодняшнего руководства?

Кроме того, действия России в Сирии практически наверняка станут еще одним поводом для публичной порки нашей страны в международных организациях по примеру уже инициированного процесса[11] в отношении РФ Международным Уголовным Судом за российско-грузинский конфликт семилетней давности.

Ожидания населения мало имеют общего с реальностью. Но пока люди в массе своей этого не осознают. Власти все еще удается заставлять большую часть россиян верить в успех проводимой внешней политики, а, следовательно, и в мудрость политических элит, отвлекать от экономических проблем, и ловко играть на образе врага в целях формирования предвыборного поведения граждан. Вот такой Хитрый План.


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] http://wciom.ru/index.php?id=236&uid=115624

[2] http://www.mlg.ru/

[3] Построено по данным опроса Фонда «Общественное мнение» http://fom.ru/Mir/12397

[4] http://fom.ru/Mir/12397

[5] http://fom.ru/Mir/12397

[6] http://ria.ru/syria/20160619/1449184800.html

[7] http://rusrand.ru/analytics/halifatostroiteli

[8] http://rusrand.ru/library/monographs/rossija-i-mir-rossijskij-mirovoj-proekt

[9] http://rusrand.ru/docconf/otnoshenie-k-rossii-za-rubejom-dinamika-i-prichiny

[10] http://rusrand.ru/analytics/vvp-v-rejtingah-ili-trizhdy-vlijatelnyj

[11] http://rusrand.ru/analytics/mejdunarodnyy-ugolovnyy-sud-dlya-rossii



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
2709
8322
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика