Стратегия латания бюджетных дыр

Стратегия латания бюджетных дыр

Автор Степан Степанович Сулакшин — генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор.

Странные картины рождает современная путинская Россия. Например, «стратегия латания…». В нормальном случае эти понятия вообще никак не стыкуются. Либо стратегия, либо латание. Поскольку в стране стратегией не пахнет, то остается одно латание.

Страна испытывает бюджетный кризис. Цены на нефть упали примерно вдвое и казне перестало хватать доходов для исполнения всех обязательств. Если ещё несколько лет назад доходы федерального бюджета от нефти и газа превышали половину, то уже в прошлом году они достигли примерно 40% (рис. 1).

Рис. 1. Доля нефтегазовых доходов федерального бюджета

В этом году дефицит бюджета составит 3,66% ВВП, или 3,034 трлн. рублей. К концу года дефицит может взлететь и до 3,9% ВВП. В следующем году дефицит планируется в размере 2,745 трлн. рублей, или 3,2% ВВП. В этих обстоятельствах необходимо разобраться, какова стратегия преодоления сложившейся ситуации с бюджетным дефицитом. Таких стратегий может быть три. Это, во-первых, изыскание новых доходов вопреки сохранению стагнационных тенденций в экономике. Во-вторых — сокращение расходов бюджета. И, наконец, развитие налогооблагаемой базы для получения дополнительных источников в бюджет в виде новых производств. Ну, еще влезать в долги.


ИЗЫСКАНИЕ НОВЫХ ДОХОДОВ

Эта стратегия проста. Можно просто возложить на население и бизнес массу новых налогов и обязательных платежей. Что касается бизнеса, правительство пообещало не увеличивать его налоговую нагрузку до 2018 года. Формально этого и не происходит. Однако сам бизнес утверждает, что испытывает повышенное давление со стороны налоговых органов и вынужден отдавать государству все больше за счёт всевозможных неналоговых платежей. Показателен пример системы «Платон», из-за которой владельцы большегрузных автомобилей столкнулись с тройным налогообложением — топливным акцизом, транспортным налогом и самим «Платоном».

Давление на кошелёк простых граждан тоже растёт. Например, идет сбор (точнее сказать — поборы) на капитальный ремонт в так называемый «общий котёл», расходы из которого нельзя «пощупать». Полным ходом идёт переход на кадастровую стоимость в оценке недвижимости, в результате чего налоговая нагрузка увеличивается порой в разы. Ещё один пример: срок владения недвижимостью, после которого владелец освобождается от уплаты НДФЛ при её продаже, продлён с 3 лет до 5.

У правительства есть ещё один соблазн — набрать долгов. Особенно учитывая тот факт, что скоро может появиться способ занимать не только у бизнеса, но и у граждан. До конца года правительство рассмотрит возможность выпуска облигаций федерального займа (ОФЗ) для населения. Невольно напрашивается аналогия с советскими облигациями внутреннего займа. Тогда, правда, во времена сталинских деформаций, можно было и серьезно пострадать, если не выкупишь этих «добровольных» облигаций. Но во времена путинских деформаций уже не так далеко до подобного остается.

Правительство пока что воздерживается от наращивания долгов. Ясно, что ненадолго. Правда в условиях мировой блокады России за рубежом особо и не позаимствуешь, как ранее. Планируется установить лимит на обслуживание госдолга в 0,8–1% ВВП. И это положительный момент, потому что безудержная распродажа государственных долговых обязательств может повлечь за собой долговую пирамиду и дефолт, как в 1998 году. Даже относительно умеренный долг может наносить существенный ущерб бюджету по причине необходимости его обслуживания. Кризисные явления в экономике снижают спрос на российские государственные облигации. Поэтому их доходность приходится устанавливать на высоком уровне. В результате образуется разница в доходности российских государственных облигаций и государственных облигаций западных стран. Если десятилетние бонды США дают доходность в 1,8–1,9%, то российские государственные облигации с примерно таким же сроком обращения обеспечивают уже 4,3–4,9% доходности. Если учесть то, что российские резервы в основном размещены в западных ценных бумагах, складывается поразительная картина. Деньги уходят из России за рубеж на одной только разнице в процентах. И это правителями за вывод капиталов из страны не признается.


НАЛОГОВОЕ ТВОРЧЕСТВО

То и дело возникают предложения ввести новые налоги. Налоговое творчество законодателей не знает границ. Например, предлагается ввести так называемый «налог на тунеядство», подразумевающий выплату взносов на медицину неработающими гражданами в размере 20 тысяч рублей в год. Такой налог должен вроде как выводить работников из «тени». Только почему-то не учитывается тот факт, что «серая занятость» — это, как правило, сфера ответственности работодателя, а вовсе не работника. При существующем размахе «серой занятости» в России у последнего вообще часто нет выбора. Приходится либо соглашаться на зарплату в конверте, либо сидеть без работы. В итоге получается странная логика. Виноват работодатель, а отдуваться должен работник. Кроме того, нарушаются социальные гарантии государства — оно ведь по Конституции у нас социальное. А каким-то категориям граждан почему-то хотят отказать в медицинском обслуживании. Хороша социальность, формирующая в обществе «изгоев».


БРАТЬ С БОГАТЫХ ИЛИ С БЕДНЫХ?

Если верить Министерству труда, то количество безработных в России составляет около миллиона человек. Минтруд формирует данные на основе статистики региональных центров занятости. Если опираться на данные Росстата, который использует методологию Международной организации труда — то безработных более 4 млн. А вот по словам вице-премьера Ольги Голодец, более 25 млн. человек «непонятно, где заняты, чем заняты, как заняты», потому что официально трудоустроены и платят налоги и взносы в Пенсионный фонд только 48 млн. человек. Какая часть из 25 миллионов россиян не работает, а какая трудоустроена в теневом секторе, остаётся только гадать. Но даже если все эти 25 млн. человек будут платить государству 20 тыс. руб. ежегодно, доходы бюджетной системы увеличатся на полтриллиона рублей. А сколько бюджет мог бы получить от введения прогрессивной шкалы налогообложения? Расчёты показывают, что такая мера позволит выручить в бюджет по минимуму 4 трлн. руб. Иными словами, налог с богатых мог бы дать бюджету в восемь раз больше денег, чем побор с вынужденно «тунеядствующих» бедных россиян. Но почему-то введение прогрессивной шкалы НДФЛ не обсуждается. Возможно потому, что такая мера коснется как раз тех, кто решение и должен принять. Ну не бить же членам кооператива Озеро и их посланцам в Госдуме и т. д. по собственному карману.

Пока с бедных трясут последнюю копейку, богатые отсиживаются в стороне. Более того, олигархи успешно покидают российскую налоговую юрисдикцию. За последние годы примерно два десятка крупных бизнесменов расстались с российским налоговым резидентством. Последним это сделал Алишер Усманов. Тот самый Усманов, который ещё в 2014 году вернул свои крупные активы (дочерние активы «Мегафона» и «Металлоинвеста») в Россию в соответствии с законом о деофшоризации. Активы-то в России, а вот налоги с личных доходов Усманов теперь будет платить не в России, потому что в прошлом году он провёл в нашей стране менее 183 дней.


СОКРАЩЕНИЕ БЮДЖЕТНЫХ РАСХОДОВ

Сокращением расходов правительство занялось, как только начались проблемы с бюджетом. В 2013 году премьер-министр Медведев объявил о намерении правительства сократить расходы бюджета в 2014–2016 годах по 5% ежегодно и даже больше. В декабре 2014 года на фоне стремительного падения нефти президент Путин распорядился в 2015–2017 годах ежегодно сокращать расходы федерального бюджета не менее чем на 5% в реальном выражении. В 2015 году прямо посреди года вносились серьёзные коррективы в бюджет. В 2016 году расходы бюджета в реальном выражении должны были сократиться относительно предыдущего года. Однако настолько порезать не смогли, и недавно всё-таки решили увеличить расходы с запланированных 16,098 трлн. рублей до 16,402 трлн. рублей. Но дальше всё равно будет секвестр. Согласно проекту «Основных направлений бюджетной политики» в ближайшие три года расходы федерального бюджета планируется сократить и в реальном, и в номинальном виде относительно уровня 2016 года.


РАЗВИТИЕ НАЛОГООБЛАГАЕМОЙ БАЗЫ

Самым лучшим способом получения дополнительных денег в бюджет было бы создание новой налогооблагаемой базы — то есть учреждение новых предприятий, строительство фабрик и заводов. Но для этого должен работать инвестиционный механизм. Его не могли нормально запустить даже в благополучные годы. А теперь инвестиции падают стремительно и неумолимо (рис. 2).

Рис. 2. Темпы роста инвестиций в основной капитал в России в 2015 году, к предыдущему месяцу с исключением сезонного фактора

К тому же инвестиции — процесс длительный. Они окупаются постепенно и не сразу. Если вдруг правительству и удастся сейчас нарастить инвестиции (что при сохранении нынешней экономической политики маловероятно), то отклик наступит лишь через несколько лет. Время для продуктивных инвестиций в прошлом упущено. А дыру в бюджете надо латать уже сейчас.

Получается, что основная стратегия преодоления дефицита складывается из двух слагаемых: увеличения налоговой нагрузки и сокращения расходов бюджета. Восполнение потерянной налоговой базы за счёт развития остаётся лишь на уровне риторики официальных лиц.



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
4370
19135
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика