Управление массовым сознанием: психологическая война

Управление массовым сознанием: психологическая война Отрывок из главы «Состояние и особенности российской (русской) цивилизации. Пассионарность народонаселения, пропаганда и мобилизация 2-го тома «Национальной идеи России». Окончание. Начало читайте в первой части материала  или в шеститомнике «Национальная идея России».

ХХ в. был переломным в деле манипуляции общественным сознанием. С одной стороны, сложилась наука, которая занималась этой проблемой, — социальная психология, один из краеугольных камней которой заложил Ле Бон в своем учении о толпе. Возникли и теоретические концепции. Параллельно развивалась новаторская и жесткая практика «толпообразования», превращения больших масс людей в толпу и манипуляции ею. Возникли новые технологические средства, позволяющие охватить интенсивной пропагандой миллионы людей одновременно. Возникли и организации, способные ставить невероятные ранее по масштабам политические спектакли — и в виде массовых действ и зрелищ, и в виде кровавых провокаций.

В последние десять лет в России наблюдаются целенаправленные действия по превращению народа в толпу — через изменение типа школы, ослабление традиций и осмеяние авторитетов, воздействие рекламы, телевидения и массовой культуры, разжигание несбыточных притязаний и пропаганду безответственности. Имеют место все признаки тех методов и технологий «толпообразования», на которые обращали внимание изучавшие это явление философы. Дело пока что идет медленно, но если общество не осознает опасность, то стихийные механизмы защиты не справятся с таким нажимом.

Во второй половине ХХ в. возник совершенно новый тип общественной жизни: СМИ стали использовать технологии психологической войны.
Первоначально, после Первой мировой войны, этим термином обозначали пропаганду, ведущуюся именно во время войны, так что начало психологической войны даже рассматривалось как один из важных признаков перехода от состояния мира к состоянию войны. Американский военный словарь 1948 г. дает такое определение психологической войне: «Это планомерные пропагандистские мероприятия, оказывающие влияние на взгляды, эмоции, позиции и поведение вражеских, нейтральных или дружественных иностранных групп с целью поддержки национальной политики».

Г. Лассуэлл в «Энциклопедии социальных наук» (1934) отметил важную черту психологической войны: она «действует в направлении разрыва уз традиционного социального порядка». То есть как вид воздействия на сознание

психологическая война направлена прежде всего на разрушение тех связей, которые соединяют людей в данное общество как сложную иерархически построенную систему. Атомизация людей — вот конечная цель психологической войны.
В другом руководстве (1964) говорится, что цель такой войны — «подрыв политической и социальной структуры страны-объекта до такой степени деградации национального сознания, что государство становится не способным к сопротивлению». Именно это и произошло с СССР.

В литературе используется типология пропаганды в зависимости от «цвета». Между тем, изначально эта типология была развернута в наставлении армии США «Ведение психологической войны». Именно там даны определения трех типов операций:

1. «Белая» пропаганда — это пропаганда, которая распространяется и признается источником или его официальными представителями.

2. «Серая» пропаганда — это пропаганда, которая не идентифицирует специально свой источник.

3. «Черная» пропаганда — это пропаганда, которая выдается за исходящую из иного источника, чем подлинный.

В СМИ все чаще используются приемы «серой» пропаганды — «информация из первых рук, высосанная из пальца». Ради них СМИ долго боролись и добились законного права «не раскрывать источник информации».

Не просто обычными, но господствующими стали ссылки на «высокопоставленного чиновника из кругов, близких к…, который пожелал остаться неизвестным». Таким образом, источник не идентифицируется, и никакой ответственности СМИ за ложное сообщение не несут. В России общество эти приемы уже испытало на себе в полной мере.

Во многом именно из-за проигрыша в информационно-психологической войне СССР потерпел поражение в холодной войне. Следующим шагом был ликвидирован существовавший в СССР общественный строй и политическая система и начата форсированная деиндустриализация. Фактически идет уничтожение большой страны как «геополитической реальности», причем создаются такие условия жизни населяющих территорию СССР народов, чтобы сильная независимая страна не могла возродиться. Не раз была декларирована цель реформ — создание необратимостей.

Опубликованные в последние годы сведения о доктрине холодной войны, выработанной в конце 1940-х гг. в США, показывают, что эта война с самого начала носила характер «войны цивилизаций».
Но за годы перестройки советское общество убедили, что холодная война была порождена угрозой экспансии со стороны СССР, который якобы стремился к мировому господству. Это — недавний миф, в послевоенные годы никто из серьезных людей в него еще не верил. Выбор между войной и миром был сделан именно на Западе.

Ненависть к России, которой наполнены программные документы холодной войны, можно сравнить с ненавистью крестоносцев к Византии в 1204 г. — а ведь ту ненависть затрудняются рационально объяснить дажефундаментальные монографии по истории. Вот как трактуется, например, в одном важном документе 1948 г. противник Запада: «Россия — азиатская деспотия, примитивная, мерзкая и хищная, воздвигнутая на пирамиде из человеческих костей, умелая лишь в своей наглости, предательстве и терроризме». Никакой связи с марксизмом, коммунизмом или другими идеологическими моментами здесь нет. Это именно война, причем война тотальная, против мирного населения.

Для темы данного исследования и для понимания места пропаганды как управления массовым сознанием в структуре жизнеспособности России важно отметить тот факт, что поражение СССР было нанесено именно в духовной сфере, в общественном сознании — и прежде всего в сознании правящей и культурной элиты.

Обычные объяснения краха СССР экономическими причинами несостоятельны — это попытка найти простое и привычное толкование необъяснимому. До начала радикальной реформы в 1988–1989 гг. экономического кризиса в СССР не было. Поддерживался ежегодный рост ВВП 3,5%, а главное — делались не только очень большие капиталовложения в производство, но наблюдался и их рост.

Эти данные были подтверждены в 1990 г. в докладе ЦРУ США о состоянии советской экономики (этот доклад потом часто цитировался американскими экономистами). Свидетельством отсутствия кризиса был и тот надежно установленный факт, что даже в 1989 г. более 90% граждан не предвидели в ближайшем будущем никаких экономических затруднений. Страна была на пике своей экономики. Очевидно, что поражение в холодной войне не было связано и с отставанием в военной области. Напротив, СССР разбил сильнейшую армию Германии и ее сателлитов, поддержанную ресурсами всей Европы, а потом добился надежного военного паритета с Западом, имел сильную боеспособную армию и самое современное вооружение. Сама возможность уничтожить СССР военным путем была на Западе снята с повестки дня как стратегическая линия.

Необходимо обратить внимание и на показательное замалчивание еще одного факта: даже те, кто смутно припоминает, что против СССР велась настоящая война (холодная), до сих пор не верят в то, что важной частью этой войны была война психологическая. Даже если этот термин и применяют, его считают метафорой. Дело в том, что ведение психологической войны против СССР (а главным в ней была именно манипуляция сознанием) замалчивают российские СМИ — как раз те, что и послужили и продолжают служить оружием манипуляторов. Между тем, в литературе противников в холодной войне и сама доктрина психологической войны, и факт ее ведения против СССР обсуждаются спокойно. Важен сам факт, что западные пропагандисты официально признавали допустимость «черной» пропаганды в мирных условиях. Но «черная» пропаганда — средство войны.

Иными словами, психологическая война, которая была частью холодной войны, — не метафора. Термин «психологическая война» входит в энциклопедии. Для темы нашего исследования ближе всего такое ее определение: «планомерное наступательное воздействие политическими, интеллектуальными и эмоциональными средствами на сознание, психику, моральное состояние и поведение населения и вооруженных сил противника в целях снижения его жизнеспособности». Именно такое воздействие и оказывалось на население. Следует также принять тот факт, что вслед за верхушкой «переворот в установках» совершили и широкие массы трудящихся. Трудящиеся пассивно приняли главные изменения и для этого не потребовалось никакого насилия со стороны «предателей» — только воздействие на их сознание.

Согласие на изменение общественного строя в СССР было дано не на основании рационального расчета или практического опыта. Желание этого изменения было внушено массе советских людей, это был результат воздействия на их сознание.
Сегодня есть достаточно материалов и длительный временной ряд изменений, чтобы вполне обоснованно утверждать: согласие населения было получено посредством манипуляции его сознанием, а не благодаря свободному волеизъявлению большинства граждан.

В манипуляции сознанием советских людей не было использовано никаких принципиально новых технологий. Все они были освоены идеологическим персоналом по учебникам, загодя переведенным с английского языка (обычно под видом «критики буржуазной пропаганды»), а также с помощью консультантов. Высокая эффективность программы связана с двумя ее особенностями. Первая заключается в том, что население СССР, а потом России, не было готово к такому воздействию, у него не было иммунитета против него. Вторая особенность состоит в том, что программа манипуляции была проведена как тотальная война против населения с такой мощностью и безжалостностью, какой не приходится видеть в других странах. В то же время нет никаких оснований считать, что воздействие на российское общество механизмов по управлению сознанием прекратилось с крушением СССР.

В целом за последние пятнадцать лет общество России было подвергнуто едва ли не более сильному давлению прямой и сознательной лжи, причем нагнетаемой СМИ с использованием авторитета официальных должностей и научных титулов. Но все же крупная прямая ложь внутри страны используется редко, поскольку в какой-то мере с развитием и все большим распространением Интернет-технологий достоверная информация доходит до слишком большой части населения. Другое дело «серая» пропаганда — непрерывная мелкая ложь со ссылкой на неопределенные источники. Она эффективна и безопасна в силу незначительности ложных сведений и в силу очень большого их количества.

«Серая» пропаганда используется всеми каналами российского телевидения практически непрерывно,
а в особые периоды ее интенсивность резко возрастает. «Серая» пропаганда часто не преследует цели внедрить в сознание какую-то мысль или установку. Она создает условия для какого-то другого манипулятивного воздействия — рассеивает и отвлекает внимание, что-то стирает из краткосрочной памяти, а главное — порождает в обществе обстановку общей нервозности. Вот эта постоянная нервозность (стресс) и служит средством разрушения психологической защиты человека против манипуляции.

Не гнушаются российские СМИ и «черной» пропагандой. Еще ведомство Геббельса стало применять прием, который раньше как-то стеснялись использовать, — изобретение фальшивых цитат (иногда с указанием точного «источника», вплоть до страницы). Во время перестройки и реформы в обиход было введено множество таких цитат (на них М. Шатров даже строил целые пьесы, которые шли на сцене Художественного театра). Широко обсуждалось «изречение» Ленина о том, что «государством должна управлять кухарка», или афоризм Сталина «нет человека — нет проблемы» (введен А. Рыбаковым).

Для понимания современных центробежных процессов постепенного распада российской государственности важно отметить, что до настоящего времени не произошло признания крушения СССР как следствия реализации комплексного проекта.

В последние годы «реформаторы» от умолчания цели, социальной цены и сроков проекта перешли к тотальному, доходящему до абсурда утверждению, что проекта вообще не существовало. Эта мысль сначала обкатывалась в узком кругу самих идеологов перестройки и реформы, а в последнее время вводится в широкий оборот. Замалчивается наличие четко поставленной задачи сломать все жизнеустройство, сменить «тип цивилизации», попросту уничтожить страну как «империю зла».

Ничто не указывает на то, что для современной России подобная задача перестала быть актуальной. В стране нашлась малая, но влиятельная социальная группа у власти, которая ненавидела свою страну, ее народ и ее культуру. Наивно было бы полагать, что отдельные члены этой группы не пребывают у власти на высшем уровне по настоящее время. А все утверждения, что никакого проекта не существовало и реформаторы «хотели как лучше», что никакой программы не было — так все само собой пошло кувырком, потому что народ «негодный» — то раб, то вор — абсолютно ложны. Когда речь идет о проектах масштаба перестройки как слома цивилизации, даже холодная война на этом фоне представляется частной операцией, техническим средством. В настоящее время на Западе рассекречиваются и публикуются многие документы периода холодной войны.

Видно, какая это была грандиозная программа, сколько в нее было вложено денег и какая огромная армия образованных специалистов работала.

В годы перестройки в обществе также оперировал широкий круг агитаторов — от А. Сахарова до Г. Хазанова. Фигуры, подобные В. Новодворской, имеющие имидж людей, способных озвучить любую «правду», используются манипуляторами и в настоящее время.
Во время перестройки кто-то уклончиво говорил о возврате в мировую цивилизацию, а В. Новодворская заявила попросту: «Холопы и бандиты — вот из кого состоял народ. Какой контраст между нашими самыми зажиточными крестьянами и американскими фермерами, у которых никогда не было хозяина!. Может быть, мы сожжем наконец проклятую тоталитарную Спарту? Даже если при этом все сгорит дотла, в том числе и мы сами…» [1].

А это и есть суть замалчиваемого проекта: Россия — тоталитарная Спарта, которую надо сжечь. И это такая великая задача, что и себя не жалко, а не только народ, состоящий из холопов и бандитов. Почему же, когда страна  действительно утратила жизнеспособность, это преподносится как неизбежность, случившееся «само собой», а не по проекту новодворских? Почему буквально все действия перестройщиков и реформаторов вели к этому? Само собой подобное случиться не могло.

Конечно, при научном исследовании проекта перестройки и реформы приходится изучать не тексты Новодворской (хотя и это ценный материал для понимания того, как действовала вся машина). Главные мысли — в трудах видных экономистов, философов, историков: Аганбегяна и Заславской, Мамардашвили и Гефтера. Они меньше известны широкой публике, высказывания их не так скандальны. Казалось бы, уже можно было бы без гнева и пристрастия восстановить замысел той программы, которая поставила Россию на грань гибели. Тогда можно было бы найти путь к спасению современной России. Тем не менее, наличие масштабной программы по ликвидации СССР не признается.

Что же следует понимать под «проектом перестройки и реформ»? Если установлено, что такой проект имеется, то все шаги (например, А. Чубайса) видятся по-иному.

Это не «ошибки молодых реформаторов», и нельзя надеяться, что они их станут исправлять. Это — последовательное выполнение общего большого замысла.
Отсюда и следует исходить при разработке мер по повышению жизнеспособности России.

Таким образом, управление сознанием — это психологическая атака или, в зависимости от субъекта манипуляции и конечной цели, — масштабная война. Очевидно, что влияние управления сознанием на жизнеспособность совместимо с влиянием полномасштабных боевых действий. Задача общества, и в первую очередь государства, — создать механизмы защиты населения от пропагандистских манипулятивных воздействий.





[1] Новодворская В. Новый взгляд. № 110. 1993


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
153
512
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика