Узбекское чудо: кот в мешке или троянский конь?

Узбекское чудо: кот в мешке или троянский конь?

Владимир Викторович Волк — эксперт Центра научной политической мысли и идеологии

Узбекистан по численности населения, насаждённым националистическим ценностям, присутствию большого количества молодых радикалов вполне сравним с нынешней Украиной.

Мой собеседник Амон Адгаров переехал из Узбекистана в Россию около года назад. Воспользовался программой переселения соотечественников, так как родился в РСФСР. В Ташкент в 1966 году переехали его родители. Тогда многие советские семьи прибыли в столицу Узбекской ССР для восстановления города, разрушенного хозяйства и инфраструктуры после сильного землетрясения. Но прошли годы, выросли уже свои дети и перспективы жизни в родной России показались более привлекательными. Это несмотря на то, что в целом об экономике, социальном укладе и уровне госуправления Узбекистана в РФ сложилось достаточно позитивное мнение. Информация об узбекском экономическом чуде и огромных успехах государства в деле привлечения иностранных инвестиций сегодня пестрит со всех информационных ресурсов.

Амон Адгаров — сын крупного по советским лекалам руководителя, получил достойное образование, работал журналистом в одном из ташкентских изданий, и помнит все вехи становления молодого узбекского государства, начиная от распада СССР и заканчивая вхождением Узбекистана в число мировых лидеров по темпам роста ВВП. Вообще считает, что руководство республики в свое время взяло правильный курс в деле консолидации нации и здоровой государственной пропаганды.

Дело в том, что большинство узбекистанцев без энтузиазма восприняли распад Великого и Могучего. Появились общественные движения, разъясняющие гражданам об искусственности создания УССР и национальности «узбек» в 1924 году, это когда специальная комиссия по изучению племенного состава населения СССР пошла на явный подлог, выдав представителей разных племен и родов тюрко-монгольского происхождения за исторически несуществующих этнических узбеков. Узбеками комиссией были назначены и хивинские каракалпаки, и ферганские кипчаки, и самаркандские и ферганские тюрки. Узбекистан был таким же территориальным понятием, как Дагестан, где проживает более 40 народностей. Их единение во времена СССР было условным. После обретения независимости Узбекистана оно стало более ощутимым.

Впрочем, появились некоторые «но». И главное из них — возросший уровень несвойственного в былые годы национализма и нетерпимости со всеми вытекающими последствиями. По словам Амона Адгарова, представители не титульной нации, оставшиеся после распада Союза в Узбекистане, буквально в считанные годы почувствовали себя людьми второго сорта. В 1989 году в Узбекистане проживал 1 миллион 660 тысяч русских — 8,4% всего населения республики, составлявшего около 20 миллионов человек. Сейчас — примерно 590 тысяч, при общей численности населения 31 миллионов. Остальные либо вымерли, либо выехали.

Бывшие узбекские партократы в первые годы независимости пытались оседлать националистические настроения. Но в дальнейшем эта работа стала менее результативной, а сейчас и вовсе национализм признан позитивным фактором консолидации общества.

Впрочем, старое поколение узбекистанцев считает, что власть, навязывая новые стереотипы, пытается просто занизить значимость советского периода, который был более комфортен для большинства населения республики. Русское население проживает в основном в Ташкенте и столичной области, небольшие русские «островки» сохранились в Фергане, Самарканде и Навои. Причины, по которым русские остались, больше экономические — уровень жизни людей, как и четверть века назад, невысокий. У многих остались пожилые родители, вывезти которых в Россию уже не представляется возможным в силу возраста и состояния здоровья. Узбекистанские русские, к слову, обижены на Владимира Путина, который когда-то сказал: «Те, кто хотел, уже давно уехали, а остались лишь те, кому там нравится».

По словам собеседника, массовая государственная пропаганда за последнее десятилетие в Узбекистане достигла небывалого уровня. Практически все СМИ подконтрольны госструктурам. Как пройти мимо заголовка в СМИ: «Узбеки заявляют, что добились крупнейшего в мире экономического роста», «Тайны прорыва «азиатского льва», «Узбекское экономическое чудо»? Главный посыл этих публикаций сводится к констатации, что на фоне глобального экономического кризиса и всеобщего мирового спада Узбекистан демонстрирует значительный рост. При этом людям очень сложно соотнести свой уровень жизни с льющейся полноводными реками официальной информацией об успехах экономики.

Возможно, отсюда растут ноги любопытных рейтинговых данных. Например, среди жителей Узбекистана 89% довольны тем, как им живется в своей стране. Уровень поддержки президента Каримова по официальным данным превышает 90%. Пятерка стран, где значительная часть населения положительно оценивает экономическое положение своей страны, такова: Узбекистан (49%), Азербайджан (32%), Таджикистан (23%), Казахстан (19%), Киргизия (12%). При этом средняя зарплата в Узбекистане составляет в эквиваленте немногим более 200 долларов США. Причём это в городах, в кишлаках, где практически нет официально работающих предприятий, уровень зарплат определить невозможно. В государственных и стратегических компаниях отмечается рост количества случаев задержки выплаты (http://catoday.org/centrasia/20780-vlasti-uzbekistana-ne-platyat-vovremya-zarplatu-dazhe-silovikam.html) .

Главным «богатством» и «инвестором» страны является очень дешевая рабочая сила. По разным данным, в настоящий момент на заработках за пределами 31-миллионного Узбекистана находятся от 5 до 7 миллионов человек (почти треть работоспособного населения этой страны), преимущественно в РФ. По мнению доктора экономических наук Евгения Винокурова, размер денежных поступлений от трудовых мигрантов Узбекистана достигает 15% ВВП страны. Считается, что они высылают на родину только через банковскую систему ежегодно от 1 до 2 млрд. долларов. А реально, трансфертом поступает до $7 млрд.

Тем не менее, согласно данных международных агентств и даже ЦРУ, Узбекистан действительно вошел в минувшем году в двадцатку стран по темпам роста ВВП — 7%.

Республика демонстрирует впечатляющую динамику экономических успехов на протяжении двух десятилетий, которую ряд экспертов сравнивает с китайской. Впрочем, рост любой экономики, как правило, ведет к повышению уровня жизни населения, росту потребительского спроса, расцвету бизнеса и мощным бюджетным поступлениям. Рост цифр узбекской экономики не демонстрирует столь ощутимых изменений в реальном секторе. В этом и есть загадка «узбекского чуда» для экспертов, разгадку которой знают только в администрации президента Ислама Каримова.

Пожалуй, основным мерилом экономических и социальных показателей в среднеазиатском регионе на сегодня становится новый виток передела мира.

Поэтому политическая и экономическая ситуация в этом регионе становится своеобразным флюгером, по которому можно судить о ветре перемен в глобальном геополитическом противостоянии. Средняя Азия входит, с одной стороны, в зону интересов Китая и США, а с другой — России, причем не только как союзника Китая по БРИКС, но и как конкурента. И от разворачивания борьбы за Среднюю Азию зависит как перспектива построения «Экономического пояса Шелкового пути», то есть успех Китая в борьбе с США за рынки, так и то, в какой мере Россия будет в состоянии ставить какие-то свои условия, подчиняясь общей политике Китая. Иначе о России как о самостоятельном субъекте вообще говорить не придется. Глобальный конфликт интересов накладывается на региональную специфику, определяющуюся борьбой местных элит за свои экономические и политические привилегии.

Узбекистан занимает особое место в стратегически важной Центральной Азии, долгие годы считавшийся центральной республикой СССР этого региона, и потенциал сохраняется до сих пор. Самая населённая страна Центральной Азии в СНГ. По природным ресурсам Узбекистан, если и не превосходит своего ближайшего негласного конкурента Казахстан, то на равных с ним конкурирует, имея почти 74% запасов газового конденсата, более 30% нефти, 40% газа и 55% угля всего Центральноазиатского региона.

По данным издания «Биржевой лидер», страна находится в числе мировых лидеров по обеспеченности запасами серебра, вольфрама, фосфоритов и редкоземельных металлов. По разведанным запасам золота она находится на 4-ом месте, урана — 6-7-ом, по подтвержденным запасам меди — на 10-ом, природного газа — 14-ом месте в мире; входит в первую десятку золотодобывающих стран мира. По производству хлопка и шёлка-сырца находится на 6-ом месте.

Минерально-сырьевые ресурсы Узбекистана оцениваются в $3,3 трлн. Ежегодно добываются полезные ископаемые на сумму около $5,5 млрд. Длительный период благоприятной конъюнктуры мировых цен на сырьё, внёс свой вклад в рост узбекской экономики. В структуре экспорта на сегодняшний день наибольшая доля (около 32%) приходится на энергоносители и нефтепродукты. Сюда же относится природный газ. Государственный газодобывающий гигант — компания «Узбекнефтегаз» — занимает 11 место в мире по добыче. По некоторым данным ежегодная добыча газа составляет 60–70 млрд. м³.

У Узбекистана имеются планы увеличить экспорт газа за счет снижения внутреннего потребления, в частности, за счет постройки и ввода в эксплуатацию АЭС на территории республики. В Узбекистане работает 45 электростанций общей мощностью более 12,4 тысячи МВт. 83,8 процента электроэнергии в Узбекистане производят тепловые электростанции, из которых около 75 процентов работают на газе. Установленная мощность электростанций Узбекистана составляет порядка 50% генерирующих мощностей всей объединённой энергосистемы Центральной Азии. Снижение внутреннего потребления газа в случае реализации проекта построения атомной электростанции позволит отдавать  большую часть газа на экспорт. Всё, что идёт на продажу за границу, узбекскими властями буквально лелеется — есть налоговые и таможенные послабления.

Немаловажным фактором роста экономики и незначительного влияния мирового кризиса в Узбекистане является закрытость экономики. Власть защищает местного производителя, из-за очень высоких таможенных пошлин, импорт завозить в республику просто невыгодно. Промышленные товары из-за границы пробиваются на местный рынок с большим трудом. В стране официально, причём давно, проводится политика импортозамещения. В рамках этой политики, для стимулирования отечественных производителей правительство, например, предоставляет им скидку при госзакупках товаров и услуг. Узбеки сами делают автомобили, строят собственные самолеты. На улицах в основном автомобили местного производства. Выгодное геостратегическое положение на Евразийском континенте способствует росту транспортного и транзитного потенциала Узбекистана. Достаточно сказать, что республика находится в лидерах из всех постсоветских стран по строительству новых железных дорог.

Серьезные подвижки произошли и в налоговой сфере, где несколько лет назад было значительно снижено налогообложение малого бизнеса, почти в 2 раза. Были упрощены и удешевлены регистрация, и получение кредитов. Налог на доходы физических лиц 11%, а налог на прибыль юридических лиц — 9%.

Страна во многом остаётся изолированной и закрытой от международных рынков кредита и капитала. Многие эксперты уверены, что кризис не оказал заметного влияния на Узбекистан не потому, что его экономика «сильная», а потому что она «закрытая». Узбекские банки не участвовали в спекулятивных операциях, что позволило им сохранить стабильные рейтинги и не копить внешних долгов. К слову, Узбекистан давно ушёл от расчётов физических лиц в СКВ при покупках недвижимости, автомобилей. Здесь за это предусмотрена уголовная статья. В республике существует своеобразный культ местной валюты — сума. Но рыночный и официальный курс доллара значительно отличаются. Многие эксперты полагают, что если сум отпустить, то все сегодняшние макроэкономические выкладки окажутся дутыми, а темпы роста быстро улетучатся.

Международные банкиры подвергали сомнению данные узбекских властей, с таким же не меньшим желанием они утверждают обратное. С тем же удивлением на лице они говорят о правильных мерах узбекского правительства во время кризиса, фантастических темпах роста и блестящих перспективах всей узбекской экономики. Столь резкий переход от перцовой критики к елею можно объяснить тем, чем объясняется почти все, что происходит в мире: финансовыми интересами, прагматизмом и желанием использовать узбекские возможности для приращения капитала.

Узбекистан — это одна из двух стран бывшего СССР, где лидер страны остаётся неизменным со времён СССР. Этот факт, по мнению экспертов, один из важнейших в вопросах управляемости экономики со стороны государства и даже привлечения инвестиций. В некотором смысле Узбекистан сохранил советскую модель правления, что позволило ему сохранить регулирующую роль государства в экономике в период кризиса, при том, что около 50% ВВП производится в секторе малого и среднего предпринимательства.

Рейтинг экономической свободы стран мира 2015 года:

После долгих лет политической нестабильности, массовых погромов, насилия, грабежей и убийств (ошско-узгенские события 1990 года, беспорядки 1991, 1992, 1997 годов, андижанские бесчинства и массовые убийства людей в 2005 году) в стране установился фактически авторитарный режим Ислама Каримова. Им было заявлено об особом узбекском пути обновления и прогресса: приоритете экономики над политикой, осуществлении реформ не снизу, а со стороны правительства, поэтапном осуществлении реформ и сильной социальной политике. В таких условиях любое проявление инакомыслия расценивается как расшатывание устоев стабильности и межнационального согласия. Не случайным выглядит 166-е место Узбекистана из 180-и возможных в рейтинге свободы слова «Репортёров без границ».

Рейтинг стран по уровню коррупции:

Но влияют ли данные оценки на внешнеполитическая поддержку узбекской власти?

Каримова, гласно или негласно, но поддерживает большинство политических тяжеловесов мира, включая США, Россию, Китай и Корею. Произошло явное сближение Ташкента с Вашингтоном. США 10 лет назад вводившие санкции за андижанские события, выступавшие с жёсткой критикой Каримова по вопросам прав человека, сегодня предпочитают проводить «политику невмешательства».

Узбекистан, точно так же как и Туркменистан, не спешит вступать в Таможенный союз, членом которого является Казахстан и настороженно относится к перспективам дальнейшего развития на его базе Евразийского экономического союза. Напомним, что 29 мая в Астане руководители России, Казахстана и Беларуси договорились о его создании на базе ТС. Ислам Каримов выступил с критикой, в которой главным аргументом было то, что это может привести к потере странами-участницами политической независимости: «Они говорят, что создают лишь экономический рынок и ни в коей мере не откажутся от суверенитета и независимости. Скажите мне, разве может быть политическая независимость без экономической независимости?». Каримов не раз делал подобные заявления. И здесь он явно разбирается в вопросе, так что отношения с Астаной во многом зависят от отношений с Москвой. А узбекские элиты находятся с последней в довольно сложных и противоречивых отношениях как экономически, так и политически. В связи с этим показателен, например, факт выхода Ташкента в 2012 году из возглавляемого Россией военного блока Организации Договора о коллективной безопасности.

Однако экономические связи с РФ довольно сильны. По состоянию на 2012 год в Узбекистане работали более 850 предприятий с участием российского капитала. В РФ существует более 450 предприятий с участием узбекского капитала. Общая сумма российских инвестиций в экономику Узбекистана с 2007 по 2013 год составила более 6 млрд. долларов США. Крупными иностранным инвестором в Узбекскую экономику являются ЛУКОЙЛ и Газпром. Товарооборот между Узбекистаном и Россией по итогам 2014 года, по данным узбекской стороны, составил $6,1 млрд. По российским статистическим данным, двусторонний товарооборот в 2014 году снизился на 1,6% до $4 млрд. Подобные нестыковки в цифрах наблюдаются не только во взаимоотношениях с Россией, но и с другими партнёрами. По словам собеседника, в Ташкенте очень щепетильно относятся к цифрам и нередко выдают в СМИ желаемое за действительное. Такова политика.

Помимо России основные инвесторы экономики Узбекистана — Япония, Корея и Китай. Товарооборот между Узбекистаном и Японией не просто ниже, чем с Россией, а не идет с ним ни в какое сравнение. По итогам 2013 года он составил всего $215 млн. долл. Тем не менее, общий объем финансово-технического вложений Японии в узбекскую экономику уже составляет более $2 миллиардов. Этот показатель гораздо больше свидетельствует о заинтересованности Японии в Узбекистане, чем прямой товарооборот. То же самое можно сказать и о США. По итогам 2013 года товарооборот Между США и Узбекистаном составил $348 млн. Но прямые инвестиции США в экономику Узбекистана с каждым годом имеют тенденцию к росту, в 2012 году они составили 71 млн долларов. Свои интересы в стране отстаивает также Корея. В Узбекистане работают 412 предприятий с участием южнокорейского капитала. Объем взаимного товарооборота между Узбекистаном и Южной Кореей составил более $ 2,1 млрд США, что намного больше, чем между Узбекистаном и Японией, а так же Узбекистаном и США вместе взятыми. Впрочем, во взаимоотношениях с Кореей аналитики отмечают коррупционную составляющую экономических отношений, связанных с корейской диаспорой в Узбекистане.

Крупнейшим инвестором в Узбекскую экономику является Китай. Объемы торговли между двумя странами постепенно растут. За последние шесть лет этот показатель увеличился в три раза и составил 4,7 млрд долларов США в 2014 году, а в первой половине 2015 г. рост двустороннего товарооборота достиг 11,7%. В Узбекистане действуют 582 совместных китайско-узбекских предприятия, из них более 80 созданы полностью за счет инвестиций из Китая. Кроме того, свыше 70 китайских компаний открыли свои представительства в Узбекистане.

Среди примеров успешной реализации крупных инвестиционных проектов в Узбекистане — газопровод Центральная Азия — Китай, электрифицированная железная дорога Ангрен — Пап, а также производственные мощности, размещенные в индустриальных зонах «Навои», «Джизак» и «Ангрен». В частности, Национальная нефтегазовая корпорация Китая принимает активное участие в поисково-разведочных работах и разработке углеводородных месторождений в Узбекистане, ведется совместная работа по увеличению мощностей газопровода Центральная Азия — Китай, обеспечению бесперебойной поставки природного газа в Китай, глубокой переработке природного газа на Мубарекском газохимическом комплексе. Железная дорога Ангрен — Пап, строящаяся АО «Узбекистон темир йуллари» совместно с китайской компанией «China Railway Tunnel Group», должна стать важнейшим звеном кратчайшей железнодорожной магистрали между Узбекистаном и Китаем. Ожидается, что ее сооружение послужит дальнейшему расширению торгово-экономического сотрудничества между двумя странами.

Немаловажное наблюдение, что активизация китайско-узбекских торговых отношений происходит на фоне снижения объемов двусторонней торговли между Китаем и Россией. По данным Главного таможенного управления КНР, в январе—июне 2015 года объем китайско-российской торговли составил 31,1 млрд долларов США, сократившись на 30,2% по сравнению с аналогичным периодом 2014 года. В частности, экспорт из Китая в Россию уменьшился на 36,3%, до 14,6 млрд долларов США, а импорт из России — на 23,9%, до 16,5 млрд долларов США.

Одним из наиболее резонансных политических событий последнего времени в Узбекистане стал визит командующего Центральным командованием Вооруженных сил США генерала Ллойда Джея Остина. Узбекские СМИ ограничились скупыми сводками, но главный вопрос, который не дает покоя многим аналитикам — будет ли открыта на территории страны американская военная база. Некоторые ресурсы распространили слух, что американский генерал привез с собой заманчивое финансовое предложение в размере 1 миллиарда долларов ежегодной арендной платы. Не будем гадать, правда это или нет, однако вопрос об американском базировании стоит действительно довольно остро, тем более, что Кыргызстан уже разместил перевалочную базу американцев в аэропорту «Манас».

Пока что можно лишь говорить о том, что если между сторонами будет достигнута договоренность, военная база разместится в городе Термез. Неудивительно, что такая база может стать одним из ключевых факторов для установления и поддержания контроля в Центральноазиатском регионе и при условии размещения военного контингента и техники (включая авиацию) стать опорным пунктом США, выполняя задачи военного и разведывательного характера. Учитывая активизацию борьбы на «евразийском фронте», США крайне нужен здесь военный и транспортный узел, и Узбекистан, в этом смысле, — одна из наиболее приемлемых кандидатур как географически, так и политически.

Несмотря на то, что он в свое время был достаточно близок к России, а официальный Ташкент даже присоединился к Организации Договора коллективной безопасности государств СНГ, впоследствии, как сказано выше, Узбекистан вышел из ОДКБ, задекларировав свой «особенный путь» в вопросе обеспечения безопасности в регионе. Большинство постсоветских соседей, за исключением Туркменистана, продолжают состоять в ОДКБ.

Не стоит сбрасывать со счетов и собственные вооруженные силы Узбекистана, которые, в случае чего, также могут сильно повлиять на расклад сил в регионе. В недавнем докладе под названием «Индекс военной мощи государств мира», который подготовило американское рейтинговое агентство «Global Firepower», вооруженные силы Узбекистана заняли 48-ое место. Они признаны самыми дееспособными и мощными в Центральной Азии. Этому, в том числе, способствуют и США, предоставляя в рамках совместных проектов оборудование, средства индивидуальной защиты, программное обеспечение для силовиков.

Собеседник Амон Адгаров, к примеру, отмечает, что Узбекистан по численности населения, насаждённым националистическим ценностям, присутствию большого количества молодых радикалов вполне сравним с нынешней Украиной. И при всей запредельности государственного вмешательства в жизнь граждан и коррупции безопасность в регионе во многом обеспечивается как раз этими непопулярными мерами. С одной стороны Каримов — диктатор, с ярко выраженной самостоятельностью, майдан в Узбекистане при этом лидере с его методами и убеждениями невозможен априори. С другой стороны Узбекистан является лакомым куском не только для экономических игроков, но и для разжигателей геополитических конфликтов. И в этом смысле чрезмерная централизация власти опасна её непредсказуемыми внешнеполитическими поворотами. Пока еще Каримов фактически соблюдает определенный баланс, который и позволяет ему и его окружению держаться на плаву в столь неспокойных условиях. Однако этот баланс весьма шаток.

Позиция же России, у которой достаточно рычагов воздействия на ситуацию в Узбекистане — и политических и экономических (трудовые мигранты, бизнес, рынок сбыта хлопка, интересы узбекской элиты в России) на данный момент недостаточно убедительная. Достаточно вспомнить, что несмотря на поддержку со стороны России в 2005 году, когда Узбекистану объявили бойкот все западные страны, сегодня в государственной идеологии этой страны Россия — едва ли не главный враг, а сами русские — «потомки оккупантов». Ничего не напоминает в свете последних событий на Украине и в Новороссии?


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Постсоветское пространство в контексте Украинского кризиса

Правовые аспекты формирования русского мира

Мир без России

Кого финансирует ЕС на постсоветском пространстве

Путин о постсоветской интеграции




Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
4370
25900
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика