Враг государства

Враг государства

Эксперт Центра научной политической мысли и идеологии, к.соц.н., Надежда Хвыля-Олинтер

Есть такая эффективная политическая технология, позволяющая властной элите существенно укрепить свои позиции и получить дополнительную поддержку населения, - создание образа врага. По сути это способ манипуляции сознанием, который работает как на межличностном уровне, так и на политической арене.

В периоды консолидации народа на основе враждебных образов, как правило, наблюдается рост рейтингов политиков, олицетворяющих собой противостояние мнимой или реальной угрозе. Кроме того, достигается еще один важный эффект – внешний враг заслоняет врага внутреннего, и такие проблемы, как несовершенство экономической и финансовой политики, коррупция, непрофессионализм чиновников и т.д., начинают казаться не столь важными и отодвигаются на второй план.

Если сопоставить пики рейтингов ключевых политических фигур с тем, как менялось отношение россиян к западным странам и некоторым странам постсоветского пространства, то несложно заметить следующий эффект. Резкий рост рейтингов правящей элиты сопровождался столь же резкой эскалацией численности россиян, негативно относящихся к какому-либо государству.

Такие пики наблюдались весной 2003 года, когда в связи с началом бомбардировок Ирака американскими вооруженными силами, Владимир Путин выступил с заявлением с осуждением подобных акций (см. рис.1, 2).

Еще более значительный рост поддержки власти наблюдался в августе 2008 года, что снова произошло на фоне обострения отношений России с США и вооруженного конфликта в Южной Осетии (см. рис.1, 2, 4).

И сегодня мы наблюдаем беспрецедентный рост рейтингов российского Президента, что во многом обусловлено критической ситуацией на Украине (см. рис.1, 3).


Рис.1. Динамика одобрения / неодобрения деятельности Владимира Путина, в %.[1]


Рис.2. Динамика отношения россиян к США, в %.[2]


Рис.3. Динамика отношения россиян к Украине, в %.[3]


Рис.4. Динамика отношения россиян к Грузии, в %.[4]

Примечательно, что когда в 1989 году россиянам задавался вопрос о том, есть ли у России враги, только 13% респондентов ответили утвердительно (некоторые эксперты полагают, что отсутствие образа внешнего врага явилось значимым фактором, способствовавшим развалу СССР).[5] А спустя четверть века ситуация поменялась кардинально – только 13% опрошенных заявили, что врагов у нашей страны нет.[6]

Конъюнктурные основания процесса поиска врагов – история, свойственная многим государствам. На Западе – это перманентная борьба с такими угрозами как распространение коммунизма, угроза терроризма, угроза использования оружия массового поражения, которая практически развязала правительству США руки в области формирования военного бюджета, разработки технологий шпионажа, развязывания информационных войн и вмешательства во внутренние дела других суверенных государств.

Несмотря на то, что создание образа врага – это политическая технология, реальное наличие недоброжелательно настроенных по отношению к России государств, никто не подвергает сомнению. Главный вопрос заключается в следующем – будет ли использован данный инструмент консолидации в целях объединения граждан вокруг мегазначимой идеи (единое суверенное ответственное государство), или это только способ утверждения во власти политиков и получения ими политических дивидендов.

В первом случае процессы консолидации на фоне внешней угрозы вполне понятны, обоснованы и полезны в первую очередь с точки зрения преодоления негативных тенденций в собственной стране (исправления кадровых ошибок, стремления к обретению суверенитета, отказа от ошибочной финансовой и экономической политики и так далее). В такие периоды происходит рост самосознания граждан, национального самоуважения и наблюдается потребность в сильном лидере.

Во втором случае механизм «негативной консолидации» разрушителен для страны, так как степень искусственной консолидации имеет свои пределы, а рост недовольства в случае, если население осознает, что его надежды не оправдались, неизбежен. Нерешенные социальные, региональные и внутриполитические проблемы послужат катализатором, и волна протеста станет нарастать.




Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
2181
6953
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика