Государственная культурная политика: состоится ли идеологический поворот России?

Государственная культурная политика: состоится ли идеологический поворот России?

Симптомы ценностного разворота

Принципиальное значение представленного документа для современной России определяется реконструируемым контекстом. До настоящего времени для документов высокого государственного уровня была характерна доминация либерально-космополитической идеологии. Однако в последнее время все очевиднее со стороны высшей государственной власти и общества возникает запрос на артикуляцию россиецентричной ценностной платформы. Представленный документ является, по сути, первым на уровне российского законодательства ответом на этот запрос. Его идейный контент определенно диссонирует с прежней либерально-космополитической линией государствостроительства. Ниже приводится перечень новых  в аксиологическом плане положений, отраженных в документе. (Табл. 1)

Табл. 1. Новые ценностные положения в проекте «Основ государственной культурной политики»

Ценностное положение

Фрагмент документа

Реабилитация понятия «идеология». Указывается на то, что принимаемая идеология должна носить общенациональный характер. Фактический отказ от либерального запрета на наличие государственной идеологии России.

«В равной степени невозможно утверждение общенациональной идеологии развития без формирования нравственной, ответственной, самостоятельно мыслящей, творческой личности».

Принятие Россией «собственной модели общественного развития». Фактический отказ от апелляции к позиционируемому в качестве универсального западному опыту цивилизационогенеза.

«Целью Российского государства и общества на современном историческом этапе является сильная, единая, независимая во всех отношениях Россия, приверженная собственной модели общественного развития и при этом открытая для сотрудничества и взаимодействия со всеми народами, государствами, культурами».

В противоречии с прежней космополитической линией десуверенизации в культурной сфере в качестве целевого ориентира провозглашается – национальное самоопределение России на основе потенциала отечественной культуры

«Цель государственной культурной политики - духовное, культурное, национальное самоопределение России, объединение российского общества и формирование нравственной, самостоятельно мыслящей, творческой, ответственной личности на основе использования всего потенциала отечественной культуры».

Указывается, что воспитание и просвещение должны вестись не на основе аксиологических универсалий, а именно традиционных ценностях России. Легитимизируется само понятие традиционные ценности.

Легитимизируется также на уровне документов высокого уровня понятие патриотизм.

Еще одной легитимизируемой категорией является понятие нравственность (10 раз используется в документе).

«Содержанием современной государственной культурной политики России является создание и развитие системы воспитания и просвещения граждан на основе традиционных для России нравственных ценностей, гражданской ответственности и патриотизма посредством освоения исторического и культурного наследия России, мировой культуры, развития творческих способностей личности, способностей к эстетическому восприятию мира, приобщения к различным видам культурной деятельности».

Перечень ценностей, реабилитация в документе высокого уровня традиционных добродетелей. Большинство из перечисленных добродетелей оказались в морали постсоветского общества либо нивелированы, либо, более того, стали рассматриваться как препятствие индивидуальной успешности.

«Это, прежде всего, честность, правдивость, законопослушание, любовь к Родине, бескорыстие, неприятие насилия, воровства, клеветы и зависти, семейные ценности, целомудрие, добросердечие и милосердие, верность слову, почитание старших, уважение честного труда».

В противоположность либеральному определению высшей ценности прав и свобод человека, демонстрируется холистский подход, отдается приоритет общего над частным, общества над индивидуумом.

«Приоритет права общества на сохранение материального и нематериального культурного наследия России перед имущественными интересами физических и юридических лиц»

Реабилитация темы русскости. Говорится об акцентированном развитии именно русской культуры. Слово русский используется в документе – 37 раз (!), что явно диссонирует с выхолащивающими русскую тему другими законодательными документами, равно как и образовательными стандартами.

«Сохранение наследия русской культуры и культур всех народов России…»

Используется понятие «жизнеспособность», что позволяет разработчикам акцентировать бытийственный критерий существования страны. Россия должна существовать, и то, что максимизирует ее существование должно оцениваться в плюс, минимизирует – в минус. Такой критерий мог бы стать основой дифференцированного подхода к культурным образцам, одни из которых повышают потенциалы жизнеспособности страны, другие их подрывают.

«самобытность и жизнеспособность российского народа».

Россия определяется как цивилизация. Говорится об особых российских цивилизационных накоплениях. Понятие цивилизация в отношении к России используется, помимо президентского послания Федеральному Собранию, впервые. Этого понятия нет даже в получившем широкую информационную поддержку историко-культурном стандарте.

«Таким образом, понимаемое культурное наследие России является средоточием всего духовного, нравственного, исторического, культурного опыта, накопленного российской цивилизацией».

«роль русского языка как основы существования российской цивилизации»

Документ ставит задачу противодействия внешней языковой экспансии. Под вытеснением русского языка государственными языками других стран, очевидно, понимается английский язык. До настоящего времени недиверсифицированное распространение английского языка рассматривалось как необходимая компонента культурной интеграции России в мировое пространство, без оценок вероятных последствий языковой десуверенизации.

«Развитие русского языка включает в себя расширение присутствия русского языка в Интернете, в том числе борьбу против его вытеснения государственными языками иных стран»

До настоящего времени государство фактически отказывалось от цензурирования интернет. Но опыт «цветных революций» показал, что интернет-коммуникации являются основным механизмом революционных мобилизаций населения. В представленном документе заявляется фактически о целесообразности цензуры в интернет.

«Сегодня в киберпространстве все, кто имеет доступ к компьютеру и Интернету, что-то создают и распространяют вне зависимости от образования, кругозора, жизненного опыта, знания предмета, психического здоровья и их истинных намерений. В результате информационное пространство загрязнено, и воздействие на нас этих загрязнений пока ещё плохо осознаётся, но их уже можно сравнивать с загрязнением воздуха, которым мы дышим, и воды, которую мы пьем».

До настоящего времени на высшем государственном уровне фактически игнорировалась тема социального расслоения населения в России. Между тем, расслоение ведет объективно к распаду социума, а потому содержит прямые вызовы в отношении к национальной безопасности. В представленном документе негласный запрет на поднятие темы социального неравенства оказывается снято. Говорится о сложившемся социальном неравенстве граждан при реализации права на доступ к культурным ценностям и участие в культурной деятельности.

«Одной из самых сложных для практического решения задач государственной культурной политики в России является преодоление территориального и социального неравенства граждан при реализации права на доступ к культурным ценностям и участие в культурной деятельности».

Впервые на высоком государственном уровне заявляется о необходимости смены самой модели государственного управления. Культура оказывается той цепочкой, потянув за которую логически подвергаются изменению все иные составляющие государственного и общественного бытия современной России.

«Достижение поставленных в Основах государственной культурной политики целей и успешное решение сформулированных задач невозможно в рамках существующей системы государственного управления. Необходима достаточно глубокая реформа этой системы, в процессе которой она должна быть сущностно перенастроена на иные приоритеты, в основу оценки ее эффективности должны быть положены иные - ориентированные на приоритеты культурной политики показатели. Должен появиться и субъект вырабатывающий, координирующий, корректирующий государственную культурную политику, обладающий достаточными правами для преодоления барьеров межведомственного и межрегионального уровня, необходимыми кадровыми и финансовыми ресурсами».

Проект «Основ государственной культурной политики» как государственно-управленческий документ

Выход проекта «Основ…» явился принципиально важным событием в современном внутрироссийском общественном дискурсе. Ввиду того, что он выходит от лица власти, этот документ играет и роль пролонгации модели властного самопозиционирования. В качестве фактора борьбы за дискурс проект «Основ…» в целом реализует свою миссию. Однако при рассмотрении его через призму требований, предъявляемых к государственно-управленческому документу, функциональность оказывается недостаточна. Очевидны направления возможной переработки текста проекта по его функциональной нагрузке, как государственно-управленческого документа.

Разработка государственно-управленческих документов имеет свою методологию.

На первом этапе необходимо ответить на вопрос – во имя чего формируется соответствующая государственная политика? Ответ на этот вопрос приводит к определению базовых ценностей управляющего субъекта. Они могут быть различны. Определение их это есть, по сути, определение идеологии. На основании принятых ценностей устанавливаются цели.

Устанавливаемые цели продуцируют на втором этапе формирования перечня управленческих задач. Задачи понимаются как решение возникающих на пути управляющего субъекта проблем. В свою очередь под проблемами понимаются в качестве препятствий к достижению установленных целевых ориентиров. На этом этапе государственно-управленческого проектирования определяется детализированный перечень проблем и выявляются причины возникающих препятствий.

Решение проблем приводит на третьем этапе к нахождению перечня государственно-управленческих решений. Формируется соответствующая управленческая матрица. При  этом определяется: какими нормативно-правовыми актами воплощаются соответствующие государственно-управленческие решения, как воплощаемые решения развертываются во времени, как системно должно быть выстроено взаимодействие основных акторов. На этом же этапе оцениваются риски и угрозы. Формируются PRи GR задачи в отношении принимаемого к реализации управленческого проекта.

При формировании государственно-управленческого документа разработчик должен ответить и на другие вопросы:

определение имеющихся ресурсов;

определение коридора возможностей;

определение субъекта реализации государственной политики;

определение предмета управления (управляемой сферы);

определение базовых категорий, раскрывающих управляемую сферу;

определение сроков – в различных временных развертках реализации государственной политики;

определение противоречий, связанных с реализацией соответствующей государственной политики, с действующей нормативно-правовой базой;

определение мониторируемых количественных показателей для оценки эффективности реализуемой государственной политики и др.

Посмотрим, в какой мере методология государственно-управленческого проектирования раскрывается в представленном проекте. (Табл. 2)

Табл. 2. Проект «Основ государственной культурной политики РФ» как государственно-управленческий документ

Методологические компоненты государственно-управленческого проектирования

Степень отраженности методологических компонент в содержании документа

Ценности

Предложен следующий перечень ценностей:

честность,

правдивость,

законопослушание,

любовь к Родине,

бескорыстие,

неприятие насилия, воровства, клеветы и зависти,

семейные ценности,

целомудрие,

добросердечие и милосердие,

верность слову,

почитание старших,

уважение честного труда.

Очевидно, что перечень носит несистемный характер. Отсутствует интегральный ценностный ориентир. Различие между такими номинированными ценностями как честность и правдивость, добросердечие и милосердие не очевидно.

Цель

«Цель государственной культурной политики - духовное, культурное, национальное самоопределение России, объединение российского общества и формирование нравственной, самостоятельно мыслящей, творческой, ответственной личности на основе использования всего потенциала отечественной культуры».

Дана формулировка цели, объединяющей три целевых ориентира. Однако: а) цель не связывается с ценностями, не является производной от них, формулируется перед ценностями; б) цель не связывается с решаемыми задачами, или связь опосредованная.

Перечень проблем

Отсутствует.

Задачи не вытекают из проблем, а потому имеют точечный характер.

Определение базовых категорий, раскрывающих управляемую сферу

Определение базовой для документа категории «культура» отсутствует.

Определение других значимых для документа понятий, таких как цивилизация и нравственность, отсутствует.

Очевидная необходимость выработки категориального аппарата.

Определение предмета управления (управляемой сферы)

Ввиду отсутствия раскрытия базовой категории «культура» отсутствует и четкое определение предмета управления. Поэтому рассматриваются, к примеру, вопросы о русском языке и литературе, но не рассматриваются вопросы о национальной истории. И это при том, что принятый образовательный стандарт носит название не просто исторического, а историко-культурного. Нет многих других значимых вопросов, относимых к культурной сфере: мировоззрение; символы; обряды; национальный героический пантеон; устное народное творчество и др.

Определение имеющихся ресурсов

Отсутствует

Определение коридора возможностей

Отсутствует

Определение сроков – в различных временных развертках реализации государственной политики.

Сроки реализации не определены.

Определение противоречий, связанных с реализацией соответствующей государственной политики, с действующей нормативно-правовой базой

Представляемый документ вступает в противоречие с целым комплексом принятых ранее законов, связанных со сферой культуры. Прежде всего, это «Основы законодательства Российской Федерации о культуре», утвержденные еще Верховным Советом РФ в 1992 году. Так, к примеру, проект утверждает приоритет интересов общества над интересами отдельных лиц. В тоже время статья 9 «Основ законодательства Российской Федерации о культуре» заявляет прямо противоположное – «Приоритетность прав человека по отношению к правам государства, организаций и групп».

Между тем, существуют еще: 1. Закон РФ от 15.04.1993 № 4804-1 «О вывозе и ввозе культурных ценностей».  2. Федеральный закон от 29.12.1994 № 78-ФЗ «О библиотечном деле».  3. Федеральный закон от 17.11.1995 № 169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации».  4. Федеральный закон от 22.08.1996 № 126-ФЗ «О государственной поддержке кинематографии Российской Федерации».  5. Федеральный закон от 17.06.1996 № 74-ФЗ «О национально-культурной автономии».  6. Федеральный закон от 26.05.1996 № 54-ФЗ «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации».  7. Федеральный закон от 06.01.1999 № 7-ФЗ «О народных художественных промыслах».  8. Федеральный закон от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».  9.  Федеральный закон от 22.10.2004 № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации», а также законы «О культуре» в 50 субъектах РФ. Очевидно, что в связи с принятием «Основ государственной культурной политики» все названные документы должны быть пересмотрены.

Определение мониторируемых количественных показателей для оценки эффективности реализуемой государственной политики

Отсутствует

Оценка рисков и угроз.

Отсутствует

PR и GR задачи

Отсутствуют

План деятельности

Планирование отсутствует, конкретные меры не приводятся

Определение субъекта реализации государственной политики

О том, что субъект реализации государственной политики должен появиться указывается в заключении документа. Из этого следует, что на настоящее время этого субъекта нет, а потому и сама политика невозможна.

«Должен появиться и субъект вырабатывающий, координирующий, корректирующий государственную культурную политику, обладающий достаточными правами для преодоления барьеров межведомственного и межрегионального уровня, необходимыми кадровыми и финансовыми ресурсами».

Критические проблемы состояния культуры современной России

Какие же проблемы должны быть решены в рамках реализации государственной культурной политики России? Эти проблемы могут быть представлены в рамках двух угрожающих тенденций. Первая заключается в биологизации бытия, разрушении культурных норм, отказе от высоких культурных образцов в пользу примитивности, подмене духовных ориентиров материальными.

Вторая тенденция состоит в замещении цивилизационно идентичной культуры иноцивилизационными культурными стандартами. Обе тенденции выражают угрозы в отношении национальной безопасности. Они взаимосвязаны друг с другом. Посредством биологизации низвергается цивилизационноидентичная культура, а уже вторым этапом ее место занимают иноцивилизационные культурные образцы.

Критические проблемы - биологизация:

культ потребления, навязывание потребительской моды;

гедонизм, пропаганда «удовольствий»;

пропаганда садизма, тиражирование садистских образов и сцен;

пропаганда секса, добрачная и внебрачная сексуальность как норма;

пропаганда сексуальных извращений, позиционирование гей-поведения как проявления креативности;

утрата ценности знания, образование для получения диплома, но не для расширения когнитивных потенциалов;

нормативизация сквернословия, мат на телевидении, в СМИ, повседневной жизни;

отсутствие системы общественных идеалов;

пропаганда девиантных типов поведения – наркотики, пьянство, курение;

эрозия ценности труда, нормативность нетрудовых доходов, спекулятивный капитал, отсутствие позитивного образа трудового человека в массовой культуре;

развитие индустрии развлечений;

кризис семейных ценностей, разводы;

утрата ценности высокой детности, депопуляция;

изменение традиционных гендерных ролей и типов поведения;

девальвация у большинства населения ценности здорового образа жизни;

распространение представлений о прибыли как главном критерии эффективности на уровне государственного и корпоративного управления;

жестокость (прежде всего в молодежной среде);

утрата ценностной нормативности милосердия;

эгоизм, утрата ценностной нормативности альтруизма;

перенос норм и символов криминальной субкультуры на общество в целом;

игромания, компьютерная зависимость, негативные психологически и психиатрические последствия компьютеризации;

неравенство в доступе к высоким культурным образцам;

недофинансирование культурно-досуговых учреждений;

кризис традиционной библиотечной системы, тенденция сокращения численности библиотек;

кризис инфраструктур российских музеев, низкие доходы музейных работников;

высокая конфликтогенность на бытовом уровне, конфликтная лексика, рост немотивированной агрессии;

высокая частотность сцен насилия и секса в художественной киноиндустрии;

жестокость и насилие в компьютерных играх, психическая травма, наносимая подросткам;

индивидуализм, эрозия солидаризационных ценностных ориентиров;

гипертрофированное понимание идеи свободы, восприятие свободы как отсутствие социальных обязательств;

дезавуирование идеи государственного служения;

отсутствие системы текущего мониторирования состояния культуры.

Критические проблемы - цивилизационная подмена

цивилизационная деидентификация, разрушение цивилизационного уровня идентичности, отсутствие единого цивилизационного маркера;

проблемы формирования единой гражданской идентичности, приоритетность локальной и региональной идентичности над общегражданской, отсутствие определенной ценностно-мировоззренческой платформы формирования российской гражданской нации;

несформулированность на государственном уровне перечня высших ценностей российского государства, отсутствие «культурной хартии» современной России;

заимствование и нормативизация западных культурных образцов поведения;

пропаганда представлений об универсальности западного пути развития и связанных с ним ценностных ориентиров;

голливудизация сознания, герои подражания по образу американского супергероя, герой – индивидуалист вместо традиционного для России понимания героического;

культ силы, разрыв с традиционным русским пониманием «Не в силе Бог, а в правде»;

кризис исторического сознания, отсутствие преемственной исторической памяти;

отсутствие национального пантеона героев;

распространение инокультурных конфессий и сект, прозелитизм, компания дезавуирования РПЦ;

рост суеверий, подмена суррогатом суеверий традиционных систем религиозной веры;

этнический сепаратизм, сепаратистская этническая мифология;

английская языковая экспансия, недиверсифицированность обучения языкам;

замещение русских традиционных игрушек игрушками «нового типа», не связанными с цивилизационной семантикой воспитания;

отказ от традиционной российской педагогики;

десакрализация, отсутствие сфер сакрального в современной России;

поколенческая ценностная инверсия, межпоколенческие разрывы;

доминирование западных культурных образцов на рынке культурной продукции в России;

распространение мифов, дезавуирующих историю России, негативизация российского прошлого;

эмиграционные мотивы, высокая доля желающих в молодежной среде выехать из России на ПМЖ за рубеж;

ценностная релятивистичность, постмодерн, размытость категорий добра и зла;

эрозия патриотичности, россиефобия и русофобия в СМИ и интернет;

предпочтительность внешнего туризма перед внутренним;

замещение русских национальных сказок анимационными версиями по типу «Уолт Дисней»;

отсутствие идентификатора «русские» в государственных документах и образовательных стандартах;

перенос в российскую гуманитаристику подходов, выработанных применительно к западному социуму и утверждающих западно-центристскую парадигму мироустройства;

болонский процесс, переход к системе образования, соотносимой с западным культурным контекстом;

выхолащивание русской темы в литературе, искусстве, кинематографе;

ориентация на западные рейтинги и индексы в сфере культуры, в т.ч. на западные базы индекса цитирования;

деградация центров народно-художественных ремесел;

межэтнические и межконфессиональные конфликты, разрушение традиционной для России модели отношений между этносами и конфессиями;

доминация в современной музыкальной культуре течений музыки, связанных с западным культурным контекстом;

отсутствие акцентированной поддержки цивилизационно идентичной культуры, недифференцированность при государственной финансировании, опережающая по темпам эрозия традиций русского народа;

этническая избирательность демографического кризиса, преимущественное поражение народов православного культурного ареала;

создание псевдорусских брендов (водка, икра, балалайка, матрешки);

глокализация, распад русского народа на отдельные локальные группы – казаки, поморы, сибиряки, вымышленные народы, утрата национальных обрядов, потеря их семантики;

замещение традиционных русских представлений о красоте;

искаженные представления о России в мире, низкая эффективность применения технологий «мягкой силы» во внешнеполитической деятельности.

По своим причинным основаниям все перечисленные тенденции сводятся и двум интегральным фактором. Первый - устранение государства от целевого управления в сфере культуры. При устранении государства на культуру были перенесены принципы функционирование рынка. Но что такой перенос катастрофичен для культуры хорошо известно во всем мире.

Второй интегральный фактор – целенаправленная деятельность, направленная на разрушение культурных потенциалов и осуществление инокультурных трансферов. Целевой замысел может быть осмыслен в качестве геокультурной экспансии, сопряженной с экспансией геополитической. Русская, российская культура в логике этой борьбы подавляется, западная – транслируется. Ключевой метод – прямая пропаганда.

Ввиду фиксации этих двух факторных линий, должна выстраиваться, как противовес, и российская государственная политика в сфере культуры. В противовес действию фактора устранения государства, должна быть принята стратигема активной государственной включенности в управление культурой. Фактический отказ от государственного управления в сфере культуры связан с распространенным представлением о нераспространяемости влияния государства на ниши бытия человека, связанные с творчеством и духовной жизнью. Идеологически этот подход либеральный. Для того, чтобы он был сформирован длительное время, начиная с перестроечного периода, шел поток публикаций, направленных на дискредитацию исторической практики проявления тоталитаризма в сфере культуры.

Продуцировалась искусственная дихотомия – художник и власть. Обман состоял в сведении государственной политики, как таковой, исключительно к методам директивного управления.

Очевидно, что директивные методы в отношении к сфере культуры имеют известные изъяны. Но государственная политика ими не исчерпывается. Существуют и иные – лабильные методы (косвенного управления, контекстного управления и т.п.). Культура не может развиваться, в частности, без соответствующего финансирования. Обеспечить его за счет рынка – невозможно. Рынок ориентирован на получение прибыли, но далеко не всякая культурная продукция прибыльна. Соответственно, без государственного участия в развитии культуры не обойтись.

Противодействие в осуществлении инокультурной экспансии может и должно заключаться в акцентированной поддержке собственной цивилизационно идентичной культуры и в установлении фильтров на распространение экспансионной продукции. С одной стороны, цивилизационно идентичная российская культура должна получить в России преференции. Надо реализовать евангельскую интенцию по отделению «зерен от плевел». Другая сторона проблемы заключается в необходимости установления цензурирующих механизмов, препятствующих деятельности по подрыву культурных потенциалов. Третья составляющая состоит в целесообразности создания собственной системы культурной пропаганды, проведение собственной культурной экспансии. Культурная экспансия означает в данном случае трансляцию лучших российских образцов культуры. Состояние культуры должно увязываться с состоянием национальной безопасности России и оцениваться, наряду с иными оценками, через призму последней.

Текст концепта «Основ государственной культурной политики» содержательно двойственен. С одной стороны, он, безусловно, оппонирует прежнему либеральному и космополитическому курсу. С другой, к нему есть и значимые претензии как к управленческому документу.

Вопрос – состоится ли принятие проекта? Космополитические круги не случайно начали атаку еще на ранней стадии подготовки. Патриотические силы должны, в свою очередь, заявить поддержку и приятие заявляемого поворота. Но этот поворот должен обеспечиваться соответствующим профессиональным фундированием. В противном случае, если эффективность принятого документа окажется нулевой, это будет означать дезавуирование соотносимой с ним ценностной платформы.

Скачать презентацию Вардана Багдасаряна в Совете Федерации >>>


Доклад замглавы Центра, д.ист.н. В.Э. Багдасаряна, представленный на Парламентских слушаниях в Совете Федерации 2 июля 2014 г.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
2595
10534
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика