Регионы России

Регионы России

В последние месяцы мы стали свидетелями многочисленных поправок в конституцию. По существу, конечно, не было достойных идей, направленных на экономическое и иное возрождение России, без внимания как обычно осталась одна из ключевых проблем развития страны — региональные дисбалансы. Иными словами, Россия — страна неравномерно развитых регионов, которые в силу не только своих исходных условий, но и государственной политики продолжают наращивать неравенство.

Региональная дифференциация приводит в итоге к тому, что ряд регионов становится центрами концентрации ресурсов, капиталов, людей, в то время как основная масса субъектов сталкивается с демографическим вымиранием, экономическим ослаблением и постепенным обезлюживанием на фоне неблагоприятных тенденций. В результате этих процессов целые географические районы становятся депрессивными — Дальний Восток, Сибирь, Урал, а это в свою очередь создаёт риски территориальной целостности нашей страны.

На рисунке 1 видно, что большая часть населения сконцентрирована в нескольких регионах: Москва (8,6% населения страны), Московская область (5,2%), Краснодарский край (3,8%), Санкт-Петербург, Свердловская область, Ростовская область, Республика Башкортостан. На эти семь регионов приходится 30% населения страны. В 50 наименее заселенных регионах проживает 26% населения страны.


Рис. 1. Численность населения на 1 января 2019 г., тыс. человек

В тридцати субъектах плотность населения меньше 10 человек на квадратный километр, что говорит о низком уровне освоения этих территорий. Если в советское время существовала система материальных стимулов и высокий уровень поддержки таких малонаселенных регионов, стратегически важных с точки зрения геополитики, но в либеральной России развитие регионов было пущено на самотек, все надбавки были сведены к минимуму, что только ускорило процесс миграции из этих регионов. В шести регионах страны плотность населения напротив выше 100 человек на квадратный километр, а в 69 регионах она составляет менее 50 чел на квадратный километр.

Подобное демографическое распределение в том числе обусловлено экономическим фактором. На графике 2 видно, что большинство регионов России вносят небольшой вклад в ВВП. Валовый региональный продукт низкий, в то время как на десять субъектов приходится 55% совокупного ВРП. На Москву -21%, на Тюменскую область (вместе с автономными округами) — 9,3%, на Санкт-Петербург — 5,16%, Московскую область -5%. Как видим, одну пятую ВРП дает исключительно столица, на втором месте — главный нефтегазовый регион России.


Рис. 2. Валовой региональный продукт в 2017 г., млн руб.

И что самое примечательное, пятерка экономических лидеров-драйверов не совпадает с пятеркой крупнейших по территории субъектов (за исключением Тюменской области). На первом месте — Республика Саха (18% площади России), затем Красноярский край (14%), Тюменская область (9%), Хабаровский край (5%) и Иркутская область (5%). Это доказывает, что дисбалансы развития в стране обусловлены не столько географическими факторами, сколько ошибками государственного управления.

Эти причины порождают цепь территориальных дисбалансов. На рисунке 3 представлено распределение регионов в зависимости от доли инвестиций в региональном продукте. Как обычно, около 10 субъектов показывают высокий уровень, в то время как в большинстве инвестиции находятся в границе 10–20%, что недостаточно для задач экономического развития и создания рабочих мест.


Рис. 3. Доля инвестиций в ВРП в 2017 г.

В 2018 году также небольшое количество регионов показало внушительный — свыше 10% рост промышленного производства, в то время как в десяти регионах мы видели промышленное падение — отрицательные показатели роста, в 44 субъектах рост был не выше 5%. На рисунке 4 красная точка — это среднее значение промышленного роста по стране. В 2018 году ниже среднего рост был только в 36 регионах, хотя обычно эта цифра выше.


Рис. 4. Промышленное производство, 2018 г., в %

По динамике цен мы видим более равномерное распределение, хотя разница между ценами двух крайних регионов (с самой высокой и низкой инфляцией) составляет 4,2%. Цены ниже среднего были только в 38 регионах, то есть для большинства субъектов инфляция оказалась выше средней по стране (рис. 5).


Рис. 5. Индексы потребительских цен, 2018 г.

Для населения главным фактором регионального развития выступает оценка уровня жизни. Именно доходы россиян определяют социальную успешность или провал регионов. На рисунке 6 представлены данные о росте реальных доходов населения в 2018 году. Как видим, вновь небольшое количество субъектов оказалось на лидирующих позициях, однако и в них рост не достиг даже 7%, что в целом низкий показатель. В тридцати субъектах реальные доходы продолжили падать, что в целом говорит о том, что во многих субъектах кризисные тенденции так и не были преодолены.


Рис. 6. Реальные денежные доходы населения, темпы роста, 2018 г., в %

На рис. 7. видно, что даже по показателю среднедушевых доходов регионы развиты неравномерно. Только в двадцати регионах доход выше среднего (33178 руб.). Для оставшихся субъектов среднее значение составило бы менее 25 тысяч, притом в восьми субъектах доходы ниже двадцати тысяч. Однако даже высокие номинальные доходы еще не говорят о качестве жизни — нередко это суровые районы, где жизнь стоит дороже, и относительно высокие доходы быстро съедаются высокой стоимостью жизни.


Рис. 7. Среднедушевые денежные доходы (в месяц), руб.

Аналогично обстоят дела и со средним размером пенсий. На рисунке 8 видно, что в большинстве регионов средний размер пенсий ниже 15 тысяч рублей.


Рис. 8. Средний размер назначенных пенсий, в руб., 2018 г.

Важным компонентом экономического развития является показатель уровня занятости. На рисунке 9 видно, что в целом по стране уровень занятости (доля занятых людей в возраст от 15 лет и старше к общему количеству людей этого возраста) невысокий — как правило ниже 63%, исключение составляют лишь финансовые лидеры — Москва и Тюменская область и регионы с крайне суровыми условиями — Чукотский автономный округ, Магаданская область, Югра, Камчатский край, Сахалинская область. В преимущественно аграрных районах уровень занятости низок. Такое распределение во многом объясняется проблемами рабочих мест, когда в депрессивных регионах люди не могут найти работу по специальности или с достойным уровнем оплаты труда, именно тогда, как правило, жители региона уезжают на вахтовые заработки, в первую очередь в те регионы, где мы отметили самый высокий уровень занятости населения.


Рис. 9. Уровень занятости населения, 2018 г., в %

На рисунке 10 показано, что за исключением нескольких регионов у нас равномерно распределен показатель численности занятых, приходящихся на одного пенсионера. Как правило он находится в границах от одного до двух, но такое невысокое значение во многом обусловлено проблемой занятости, когда люди трудоспособного возраста не могут найти работу в своем регионе.


Рис. 10. Численность занятых, приходящихся на одного пенсионера, 2018 г.

Среди других показателей, определяющих уровень жизни, можно вспомнить долю расходов на приобретение недвижимости в общей структуре расходов. Чем выше этот показатель, тем успешнее регион — его жители могут позволить на свои доходы приобретать жилье. И здесь картина крайне печальная — менее 2% мы видим в 56 субъектах, как правило люди в них не могут позволить купить жилье в ипотеку, доходов хватает в основном на покупку продуктов питания и в лучшем случае товаров длительного пользования. Свыше 4% — это показатель всего четырех регионов — Магаданская область, Югра, Тюменская область, Московская область.


Рис. 11. Приобретение недвижимости в структуре расходов, 2018 г.

Негативное влияние на качество жизни россиян оказывает также рост обязательных платежей. Как видно на рисунке 12, почти во всех регионах выросла доля расходов на обязательные платежи в структуре расходов, в ряде регионов превысив 15%. В среднем россияне тратят от 10 до 15% своих доходов на обязательные платежи, хотя есть регионы-рекордсмены как в сторону повышения, так и в сторону снижения этих платежей.


Рис. 12. Обязательные платежи и разнообразные взносы в структуре расходов населения, % в 2018 г.

Очень схожую тенденцию мы наблюдаем на графике числа легковых автомобилей на 1000 человек (рис. 13). Буквально 10 субъектов имеют высокое значение, столько же ниже среднего, а остальные составляют золотую середину.


Рис. 13. Число собственных легковых автомобилей на 1000 человек населения, 2018 г.

На рис. 14 видно, что есть достаточно много регионов, где удельный вес аварийного жилищного фонда превышает 1%. И хотя цифра не такая большая, но в переводе на население она означает, что почти 1,5 миллиона человек живут в непригодных для жизни условиях, подвергая свою жизнь риску. Не стоит забывать, что власти стремились сократить только показатель аварийного жилищного фонда, в то время как ветхий жилищный фонд не попал в поле зрения, а там цифры имеют уже двузначные значения. Но пока одни строят себе роскошные дворцы или хранят в многокомнатных квартирах миллиарды, другие вынуждены жить в нечеловеческих условиях -в ветхом жилье, которое так же как МРОТ кто-то посчитал пригодным для жизни и не стал включать в государственную программу поддержки.


Рис. 14. Удельный вес аварийного жилищного фонда в общей площади всего жилищного фонда, в %

Крайне неравномерно представлено распределение регионов по общей площади жилых помещений на одного жителя. Здесь разрыв достигает двух раз. Сам показатель отражает уровень жизни — чем меньше площадь, тем хуже условия проживания. Как правило дороговизна жилья и низкие доходы являются главным препятствием для улучшения жилищных условий. Интересно, что в среднем на одно жителя приходится 25,7 квадратных метра (рис. 15). По закону норма предоставления площади жилого помещения в собственность или по договору социального найма на одного человека составляет 33 квадратных метра, то есть среднестатистический россиянин живет в условиях, не соответствующих даже нормам (хотя в среднем в расчете на человека минимальная норма — 6 квадратных метров, если речь не идет о жилье в соцнайм).


Рис. 15. Общая площадь жилых помещений, приходящаяся в среднем на одного жителя, в м2

Демографическая ситуация в регионах с одной стороны закрепляет неравномерность развития, а с другой сама является следствием такой неравномерности. На рисунке 16 видно, что менее чем в 20 регионах естественный прирост положительный, в то время как в большинстве — демографическая убыль. Она обусловлена в первую очередь экономическими условиями, и в то же время закрепляет еще больше демографические дисбалансы.


Рис. 16. Коэффициенты естественного прироста населения на 1000 человек населения, 2018 г.

На рисунке 17 и 18 представлены обеспеченность детей дошкольного возраста местами в детсадах и численность студентов на 10 000 человек населения. Разрыв по регионам крайне высокий. В первом случае — до 2,5 раз, во втором почти в 6 раз. Если для первых регионов причина в основном кроется в высоком уровне рождаемости, когда инфраструктура не успевает за демографическими тенденциями, то во втором случае речь идет о том, что многие выпускники школ не связывают свою жизнь с регионом рождения и стремятся устроиться на новом месте через социальный лифт — университет. Таким образом, уже изначально закладывается основа для дисбаланса человеческого ресурса.


Рис. 17. Обеспеченность детей дошкольного возраста местами в организациях, мест на 1000 детей, 2018 г.


Рис. 18. Численность студентов на 10 000 человек населения, 2018 г.

Аналогичная картина характерна для здравоохранения. На рисунках 19 и 20 представлены данные по численности населения на одну больничную койку и на одного врача. Разница между регионами составляет 2,5–3,5 раза. Традиционно немного регионов имеют хороший показатель, но как правило это характерно для субъектов с низкой плотностью населения, в то время как более густонаселенные сталкиваются с нехваткой в результате той оптимизации, которая привела к сокращению числа медицинских организаций, больничных коек и медицинского персонала.


Рис. 19. Численность населения на одну больничную койку


Рис. 20. Численность населения на одного врача

Итак, региональный разрез показал, что страна развивается (или деградирует более точно) неравномерно, так сказать идет разно уровневая дисбалансирование во всех сегментах. Игнорирование этой проблемы ведет к подрыву национальной безопасности и падению уровня жизни людей, которые не готовы менять место своего проживания, а приспосабливаются к местной специфике. За годы либерального управления дисбалансы только выросли, вновь поставив вопрос, а зачем России такая власть, которая ведет страну к гибели?


Людмила Кравченко



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
334
938
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика