Россия и мир

Россия и мир

Наверное, каждый русский человек хоть раз задавал себе вопрос: «Что представляет собой моя Родина, в чем ее назначение и какова ее роль в мире?» И мы не исключение. Центр научной политической мысли и идеологии проводит множество обширных исследований, касающихся словосочетания «Россия и мир». Не мы первые, еще гениальный Толстой обратил внимание на глубину короткого русского слова «мир». Объект наших исследований — это не просто положение России в современном мировом пространстве. Это не просто проблемы мировой политики или экономики. Это даже не просто мир как ансамбль локальных цивилизаций, одной из которых является Россия. Но это мир как человечество, как эволюция. Мир как вся окружающая нас реальность. Так что же такое Россия, не просто в сопоставлении с иными странами, но что она есть в своей идентичности, в своей сущности? В чем смысл существования и назначения России? В чем ее современные болезни? Эти вопросы неизбежно влекут за собой проекцию на более обширные и сложные проблемы. Что есть добро и зло? В чем заключается главный критерий для оценки проблем, поставленных нами? Какова идея прогресса человечества?

Для начала следует разобраться, каким образом сегодня функционирует мировая система. Развитие мира, как и России, сегодня определяется тремя крупными факторами: экономическими, военными ресурсами и информационно-психологическим воздействием на массовое сознание не только простого народа, но и государственных деятелей. На рис. 1 видно, что эти ресурсные планы являются производным одного мощнейшего фактора — денег.


Не вызывает сомнений, что на сегодняшний день валютой, управляющей миром, является доллар. Долларом же управляет достаточно локальная счетная группа людей, фамилии которых в большинстве своем неизвестны. В этой части схемы управление производится в пространстве всем известных и всем понятных ценностей: денег, материального успеха, материальных благ, либерализма, обеспечивающего этот ценностный выбор. Россия сегодня также склоняется к этому выбору. Но ведь существует и другое направление, другое пространство, в котором возможно думать о смысле жизни человечества, его существования и развития. Почему России запрещен этот правый путь, условно обозначенный как «мировоззрение, идеология, нравственность»? Хотя бы потому, что Конституция РФ запрещает государству всякую официальную идеологию. Сегодня главный вопрос в том, способна ли Россия переломить тенденцию отказа от духовных ценностей, поменять стратегию постепенного выхода из традиционного ценностного пространства? Важно и то, насколько мир способен сделать выбор в метаисторических координатах на развилке двух ценностных парадигм. Над Россией производится очевидный, реконструируемый, масштабнейший эксперимент, который может стоить стране жизни. Шкала ценностей перестраивается кардинальным образом.

Профиль России пытаются подогнать под идеологию западных стран.

Оппоненты, конечно, могут говорить о том, что значительная часть мира живет в рамках ценностного пространства, основанного на критериях материального успеха, и притом живет неплохо. Но Россия в этом пространстве задыхается. Наши результаты в Ванкувере — яркое тому подтверждение. После окончания Олимпиады Владимир Путин с удивлением задал вопрос: «Что такое?» Действительно, в чем дело? Почему денег вложили в 10 раз больше, а результаты получили в 10 раз хуже? На самом деле, никакого парадокса здесь нет, а есть попытка назначить олимпийцам-соседям максимальные денежные вознаграждения за призовые места. При этом в странах-лидерах спортсменам выплачиваются минимальные суммы наградных. Удивительно, но именно победители — канадцы, немцы, американцы — размахивали в Ванкувере национальным флагом, помнили о родине и о миллионах болельщиков, а не о причитающемся вознаграждении. (Собственно, выдающиеся результаты игр в Сочи, во многом обусловлены введением в риторику не просто формальных концептов "спортивной гордости", "чести страны" и др., а тем, что к ним добавилась реальная ответственность перед своими болельщиками, на своей земле, перед высшим руководством страны, которое было с командой, как на этапе подготовки, так и на протяжении всего соревнования).


Невозможность существования России в рамках навязанных ценностных парадигм проявляется и в ее уязвимости перед внешними воздействиями. На рис. 3 показано, что в России результаты по спаду валового производства и по безработице вследствие кризиса наихудшие из показателей всех стран.


Демографические исследования также свидетельствуют о том, что скорость распада страны объясняется именно ее ориентацией на материальные жизненные факторы, материальные стимулы и мотиваторы поведения. На рис. 4 и 5 представлена корреляция с задержкой по времени между фактором и демографическим результатом. Россия вымирает, потому что ей предложен такой выбор. Это кажется неправдоподобным, ведь Запад, Америка живут и работают очень производительно.


Действительно, если смотреть на материальный мотиватор индивидуальной производительности труда, то российский показатель в этом соревновании совершенно неконкурентоспособен (рис 6). Но если анализировать духовную, нематериальную мотивацию индивидуальной производительности, то четко видно, что у России этот ресурс максимален (рис 7). Однако сейчас именно нематериальная мотивация максимальным образом и подавляется.


Возникает вопрос: может ли Россия исторически выжить, в условиях этого эксперимента? И может ли в этих условиях выжить все человечество? Учеными Центра вводится новый научный оборот, понятие «жизнеспособность страны». Жизнеспособность — композитный показатель, он измерим.

КЖС = Терр × Н/насел × Кг/у (по форме)

КЖС = F1 (фактор 1) + F2 (фактор 2) +… + Fn (фактор N);

где n — количество выявленных значимых факторов (по содержанию)

Терр — территория; Н/насел — народонаселение; Кг/у — качество государственного управления

Требование единства формы и содержания формализуется в этом случае как совпадение коэффициента жизнеспособности, полученного из требования существования формы, и коэффициента, полученного из конкретного содержания. Совпадение при описанном способе выявления значимых факторов программируется автоматически, однако в силу ошибок статистики необходимо подогнать подстраиваемые параметры и коэффициенты в Fn. Сделать это возможно при максимизации корреляции:

КЖС (терр, н/нас, кач. г/у, t), назовем его КЖСф (ф — от форма)

И КЖС (Fn, t), назовем его КЖСс (с — от содержания).

Ккорр (КЖСф, КЖСс) = мах

Согласно графику (рис. 8), дважды в истории: в 1917 и 1991 году КЖС был равен нулю, в остальное время он имел некое положительное значение. Сегодня показатели падают, они устремлены к значениям столь низким, что возникает угроза существованию страны. Серьезный анализ этой кривой дает возможность предложить управленческие решения — что можно предпринять на уровне государственного управления, на уровне общественного развития страны, чтобы вылечить ее современные болезни.


Ответам на эти вопросы посвящен целый цикл работ Центра. В частности, важнейшая область жизнеспособности страны — это ее экономика. Ученые центра предложили творческое ноу-хау — «поверхность успешности сложных социальных структур». Этот параметр перекликается с успешностью идеологических структур и включает в себя комплементарные особенности реального мироустройства. Факторов экономической успешности много: это и доля государственных расходов ВВП страны, и коэффициент монетизации экономики, и ставка рефинансирования (рис 9). Часть из них является управляемой. Но для каждой цивилизации поверхность успешности уникальна. Пытаться применить американские, западные модели к России, это то же самое, что надеть на русскую буренку седло и заставить ее скакать по тонкому льду.


По существу, как видно на рис. 10, сегодняшние государственные решения, современный факторный управленческий выбор приводят к тому, что страна находится далеко не на пике своей успешности, притом, что точка оптимальных решений абсолютно реальна и достижима. Результаты исследований говорят сами за себя. На графиках (рис. 11–16) представлены показатели России по важнейшим факторам экономической успешности.


Складывается впечатление, что все без исключения системные решения принимаются не во благо государству, а наоборот. Следует еще раз взглянуть на сечение той самой многомерной поверхности успешности, чтобы убедиться, что такой вывод является результатом уникального непротиворечивого анализа. Регрессия свидетельствует о том, что монетизация в стране необоснованно занижена (рис. 17). Логично было бы ее увеличить.


На фоне оптимальных характери-стик стран мира мы увидим, что в России возможно это сделать не на уровне 25%, когда нет ни кредитных ни оборотных ресурсов, а на уровне 150–200%. Именно так поступает Китай, в России же этого не происходит. Аналогична ситуация и по ставке рефинансирования (рис. 18). Выбор России катастрофичен — оптимальное значение ставки рефинансирования совершенно не соответствует фактическому.


Вывод: в этом эксперименте Россия направляется не в сторону успеха. На трехмерном сечении поверхности успешности России еще более показателен реальный выбор страны, но видна и потенциальная точка успешности, к которой можно прийти (рис. 19). Россия, к сожалению, идет в другую сторону.


А ведь верные решения существуют, и наша обязанность, наш долг сделать их достоянием научного, политического, управленческого сообщества, настоять на принятии именно таких национальных решений. Учеными Центра вычислена степень ошибочности государственного управления в ансамбле стран мира (рис. 20). Ситуация в России выглядит совершенно аномально. Если смотреть на историческую динамику социально-политических решений, то возникает предположение, что это далеко не ошибочность (рис. 21). Это системный антипроект, реализующийся в России.


В чем же настоящий смысл жизни в мире? В деньгах? — Нет. — В либерализме и фарисейских номинациях прав и свобод для 2% человечества? — Сомнительно. Вычислен коэффициент жизнеспособности, его динамика в истории России показывает, что СССР развалился практически на пике своего могущества (рис. 22).


Тонкие препарации процесса распада государства показывают, что причиной развала страны, по сути, стало предательство верхушки. Гибелью СССР мы обязаны профессионально организованному внешнему воздействию на страну. Сегодняшний спад жизнеспособности России, ее конвульсии на уровне угрозы оборонной безопасности заставляют задуматься. Более того, траектория спада жизнеспособности в самые последние годы заставляет задать вопросы: а не является ли этот подрывной эксперимент опасным не только для России, но и для всего человечества в целом?

Второй пласт исследований Центра касается самых важных цивилизационных вопросов.

Каков ход развития человечества, в чем смысл его существования, в чем его успех? Центр выдвигает самостоятельную методологию и теорию цивилизационного генеза. Человек, группа, сообщество руководствуются в своей деятельности определенными мотивами, которые являются производными от ценностей. Оказывается, ценностей-мотиваторов, в отличие от ценностей эталонов и созерцания, не так уж много. Конечный, необходимый набор, который мы называем «ценностным, мотивационным пакетом» включает в себя 12 позиций (рис 23, 24). Труд, душа, любовь, семья, дети, инновационность, альтруизм, терпимость, ценность человеческой жизни, сострадание, стремление к совершенству — эти ценностные мотиваторы отличают человека от животного. У животного их всего три: чувство опасности, необходимости репродукции, голод.


Эволюция человечества — это уход все дальше от точки одушевления, оразумливания. Получается, что, оценивая ценностный уровень сообщества или человечества в целом, можно ответить на вопрос, прогрессирует оно или нет. Уходит ли оно от животного состояния или напротив? Возникнув 40 тыс. лет назад, человечество через какое-то время перейдет в некое другое качество. Если Россия, США, мир продвигаются в своем развитии, то именно это мы можем считать критерием успеха, прогресса (рис. 25). И именно это является ключом к выживанию страны. Динамика среднего ценностного пакета для России и мира показывает, что на самом деле этим набором можно управлять (рис. 26).


В истории «человеческий» характер ценностного пакета рос при обращении к духовным ценностям и убывал при доминировании денег и материальных ценностей. Складывание религий — однозначный фактор «очеловечивания»: его вклад 45–50%, вклад образования — 17%, науки — 10%, искусства — 7%, традиций и воспитания — 16%. Однако если точки рождения мировых религий: христианства, иудаизма, буддизма, ислама всегда повышали этот белый уровень человеческого ценностного пакета, то, например, изобретение частной собственности привело к резкой деградации человечества. Рождение паразитической финансово-экономической системы также явилось причиной отката. Жизнеспособность любой страны зависит от уровня этого ценностного мотивационного пакета.

Современные беды России — от попытки ее расчеловечить, лишить духовного, идейно-мировоззренческого начала, пристрастить к материально-денежной либеральной культуре. Этот же вызов стоит и перед всем человечеством!

Можно рассмотреть генез ряда цивилизаций начиная с двадцатого тысячелетия до н. э. и заканчивая форсайтными временами (рис. 27–33).


Анализ графиков позволяет предположить, что на перепутье сегодня находится не только Россия (рис. 34). В более детальном историческом окне видно, как нагибают сегодня цивилизационную идентичность России. Ее очеловеченный цивилизационно-ценностный пакет целенаправленно сдвигают вниз, в сторону животного состояния. Но выход для России в историческом будущем может быть найден в восстановлении собственных духовных позиций.


Важно понять, что Россия это не Америка, не Европа. Цивилизационно-ценностный профиль России не совпадает с европейским (рис. 35). Зато европейский и американский профили во многом схожи (рис 36). Это логично. Но игнорирование и непонимание этого ключа развития России является одним из ответов на вопрос, почему со страной происходит то, что происходит.


Поэтому крайне тревожны заблуждения, возводимые в ранг политического императива. В интервью немецкому журналу «Шпигель» Д. Медведев заявил: «Наши ценности — те же, что и у вас на Западе. Я не вижу больших различий… Разница с Россией заключается только в том, что мы большие, очень большие, и у нас есть атомное оружие. Просто неверно говорить: вот здесь есть единая Европа, в которой демократия уже сбылась, а там — мрачная, необразованная Россия, которую пока нельзя пускать в Европу». С. Иванов, на XI Петербургском международном экономическом форуме отметил: «Россия — это неотъемлемая часть европейской цивилизации, ее культурные и духовные ценности — это и наши ценности. Народ России сделал свой исторический выбор, выбор в пользу демократии, открытости, свободы общественной и деловой инициативы. Это та основа, которая не может быть подвергнута ревизии. Это главные ориентиры нашей стратегии». 

Еще одним объяснением ситуации является феномен мировой информационно-психологической войны.

Согласно социологическим и компаративным замерам,Запад, США обладают невероятными возможностями информационного воздействия. Мировоззренческое сознание россиян, как и граждан других государств,угнетается массированными информационными атаками. Как следует из графика (рис. 37), точки сформированного и фактического состояния ценностей почти совпадают только у Китая. Печальна судьба полуколониальной Индии, Японии. Показательно, что состояние Европы наихудшее в этой системе координат.


Российская цивилизационная картина складывалась тысячелетиями. Попытки сменить исконную ценностную парадигму могут окончится фатально. Россия, как и все человечество, в современном универсуме может выжить, только если будет руководствоваться не материальными ценностями, а ценностями человечности. Поэтому важно понимать, что именно происходит сейчас. Цивилизационная идентичность России, которая складывалась тысячелетиями, уничтожается (рис. 38). Вместе с тем падает жизнеспособность страны (рис. 39).


Эта корреляция цивилизационной идентичности и жизнеспособности — регрессионная, устойчивая связь, выверенная путем многоэтапного научного анализа. Она отчетливо демонстрирует, что, если Россия не отвергнет навязываемые ей либерально-меркантилистский проект и модель страны, и не вернет себе свои исконные ценности, то историческое существование нашего государства окажется под угрозой. Но еще более страшно то, что эта корреляция верна для любого государства, а потому игнорирование этих обстоятельств — есть путь к гибели не только России, но и мира.

Доклад Генерального директора Центра научной политической мысли и идеологии С.С. Сулакшина на конференции "Россия в мире: гуманитарное, политическое и экономическое измерение" в 2010 г.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
858
3674
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика