Донбасс. Обострение

Донбасс. Обострение

Автор:  Анатолий Евгеньевич Несмиян — писатель, публицист, аналитик, блогер

Горловка и Донецк под огнем. Идет жесткий обстрел городов, на окраинах боестолкновения. Пока все говорит о продолжающихся действиях, более похожих на разведку боем.

Политические мотивы происходящего — проверка предела устойчивости в Кремле. Разговоры о наступлении ВСУ в таких условиях неизбежны, однако сугубо военные мотивы такого наступления выглядят смутно. Достичь решительной победы Киев не может — перемирие, более похожее на предательство, разлагает ополчение, и сегодня его способность к атакующим действиям вряд ли высока. Однако обороняться оно может, и никакого «Дранг нах остен» у ВСУ не просматривается.

Возможно повторение прошлогоднего сценария, когда каратели прорывались по открытой местности, входя в населенные пункты лишь по необходимости. Но в этом случае нелепо предполагать, что не повторится ситуация с Зеленопольем, когда ударную группу ВСУ накрыли ударами артиллерии «смежники», как называли их на совещаниях у Стрелкова. Вряд ли украинские генералы забыли тот опыт и уж тем более вряд ли горят желанием его повторять. Альтернатива прорыва по степям — бои в городской застройке, что выглядит еще менее соблазнительным.

На сегодняшний момент ВСУ не выглядят столь сильными, а ополчение (пардон, народная милиция) столь слабым, чтобы украинское наступление имело хоть какой-то военный смысл. Однако обострение налицо — и это означает, что для Киева оно имеет значение не в военном отношении. Голая политика, ничего другого — причем цели у обострения могут быть как точечными, так и комплексными.

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что максимум, на что могут сегодня пойти ВСУ — локальные бои без попыток серьезно изменить сложившееся положение на «линии соприкосновения». Целью может быть реакция ополчения и Кремля.

В случае, если реакция последует, она не будет иметь сколь-либо серьезного продолжения — у ополчения нет возможностей для наступления и прорыва хорошо организованной обороны ВСУ. Как показали зимние события, «отпускники» принимают участие в событиях строго локально и непродолжительное время, стараясь как можно быстрее передать ответственность ополчению. Это означает, что каких-то особых опасений у Киева возможные контрудары не вызывают: плюс-минус пара километров в любую сторону от нынешней линии некритичны. Однако ответ ополчения может дать возможность поднять крик о нарушениях со стороны Донецка и стоящей за ним Москвы. Что вынудит Запад вновь подключаться к событиям, чего в Москве явно не хотят.

В случае, если ополчение не станет отвечать, Киев может вполне справедливо рассчитывать на начало бунтов внутри него — ситуация и так на грани. Люди не понимают и не принимают «перемирия», и хотя борьба с «махновщиной» принесла плоды, стихийные протесты против откровенного предательства в складывающихся обстоятельствах неизбежны. Разложение на руку Киеву, и если есть шанс его ускорить — то почему бы и нет.

Ситуация пока вся целиком за Киев. Предательская политика Кремля с его тысячами «хитрых планов» довела ее до классического цугцванга. Что бы Москва ни делала, она неизбежно ухудшает положение для себя. Положение может быть исправлено только решительным наступлением с главной целью — нанесения тяжелого поражения группировке ВСУ на одном из трех ключевых участков — в районе недоликвидированного до конца Дебальцевского котла, на западе и юго-западе Донецка, в районе Мариуполя. Район аэропорта и линия Пески-Опытное «в лоб» не берется, но немедленно провисает в случае, если удары севернее или западнее Донецка приведут к разгрому ВСУ, поэтому это направление бесперспективно для прямых атак.

Однако в том и заключается тупиковость стратегии за ополчение: Кремль почти год разлагал ополчение бессмысленными мероприятиями по слиянию и «обригаживанию», ликвидацией лидеров ополчения и, наконец, предательскими минскими переговорами. Армия Новороссии плавно исчезла и теперь стала неким бесформенным милиционным образованием, куда местные идут в основном за зарплатой, идейная составляющая вымывается. Такая армия может еще воевать за свои огороды, но наступать — вряд ли. В общем-то логично: какой смысл строить армию, если ты ее предаешь и готовишься сдать партнерам в минимально боеспособном виде к концу года?

В итоге инициатива полностью за Киевом, а любой ответ (или отсутствие ответа) со стороны Кремля и ополчения не принесет никакого сколь-либо значимого результата. В таких условиях тактика Киева выглядит предельно разумной при всех минусах и издержках для него. Если противник позволяет делать что ты считаешь нужным — то почему ты должен сидеть и зевать?

Горловка:

«На провокации украинских силовиков не реагируем. Полностью соблюдаем минские договоренности» — сказал Басурин вечером 12 августа:

Пушилин: контактная группа по Украине встретится 26 августа. Новости ДНР 13.08.2015:

Источник


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Вот такой Минск 2.0

Украина. Впихнуть невпихуемое

Война и мир в российских окнах Овертона

Дееспособность государства. Три фактора

Донбасский гамбит или Кремлёвский эндшпиль?

Уроки Новороссии для будущего России. Материалы научно-экспертной сессии

Могут ли военные преступники Украины быть партнёрами Кремля?

Российская «пропаганда» не уступает украинской и работает на одну цель

Андрей Ваджра. Белая Руанда: план США для Украины

Загадай, чтоб сбылась Новороссия!


 


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
2104
8463
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика