Внешняя политика

Историческая встреча патриарха Кирилла с папой Римским Франциском

Историческая встреча патриарха Кирилла с папой Римским Франциском

Андрей Басманов, эксперт Центра Сулакшина.

5 февраля 2016 г. мировое информационное пространство было взбудоражено новостью о первой встрече римского папы Франциска и патриарха Московского Кирилла. СМИ, официальные лица и эксперты отметили историческое значение предстоящей встречи, однако насчет её причин и возможных последствий мнения разделились. Попробуем разобраться, в каком историческом контексте пройдёт встреча предстоятелей ведущих христианских церквей, и какое она будет иметь значение.

Следует согласиться, что встреча патриарха и папы станет историческим событием, ведь до неё в истории не было прецедентов личного общения глав Римско-католической и Русской церквей (если не считать эпизода с униатским митрополитом Исидором в 1439 году). Однако открытым остаётся вопрос, продвинет ли она отношения между церквями на новый уровень или же сведётся к формальному обмену любезностями?

Согласно заявлениям чиновников Московского патриархата, встреча папы и патриарха готовилась давно, при этом основным препятствием её проведению объявлялась агрессия греко-католиков Украины в отношении православных приходов. С другой стороны, такая встреча чревата имиджевыми потерями для патриарха среди некоторой части его паствы: известно, что в РПЦ существует активное фундаменталистское крыло, в котором распространены фобии в отношении католической церкви и крайне болезненно воспринимаются любые контакты с представителями других конфессий. При общей пассивности верующих, чаще всего именно голос консерваторов звучит особенно громко. Не случайно большая часть выступлений представителей РПЦ в связи с предстоящей встречей посвящена её оправданию перед возможными обвинениями в экуменизме.

Можно, конечно, вспомнить о прежней репутации митрополита Кирилла (Гундяева) как главного либерала и экумениста РПЦ, однако с того времени утекло много воды, филокатолицизм, унаследованный Кириллом от его наставника Никодима (Ротова), на практике свёлся к утверждению модели патриаршего единовластия над всеми епископами русской церкви (своеобразной версии православного папизма). При этом никаких движений в сторону серьезных церковных реформ, подобных тем, что происходили в Римско-католической церкви в XX веке, не было сделано. Напротив, после ряда нашумевших скандалов вокруг РПЦ («пыльное дело», «история с часами», «Pussy Riot» и др.) в церковном официозе наметился консервативный, в том числе антиэкуменический, тренд. 

Ярким его свидетельством стала, например, канонизация без каких-либо оговорок архиепископа Серафима (Соболева), идеолога православного фундаментализма, между прочим, предлагавшего казнить за атеизм (в своей ключевой работе работе «Русская идеология»). Характерными шагами в этом направлении стало приближение к Московской патриархии молодёжных движений ультраконсервативной направленности и резкое усиление цензуры; ряд известных церковных публицистов были уволены за свои суждения, идущие вразрез с позицией священноначалия, другим же запрещено публиковаться. Патриарх Кирилл неоднократно отвергал возможность соединения церквей, ссылаясь на то, что даже в случае подписания документа, верующие люди его не примут.

Учитывая ту осторожность, которую проявляют церковные власти в отношении православных антиэкуменистов, у патриарха должны быть весомые причины согласиться на встречу с папой Франциском. Эти причины можно обнаружить, если рассмотреть грядущую встречу в контексте международной политики РФ и амбиций патриарха в отношениях с главами других православных церквей.

В этом году состоится наиболее ожидаемое событие в жизни православного мира — Великий Всеправославный собор, местом проведения которого избран остров Крит. Подготовка к собору проходит на фоне соперничества двух фигур — патриарха Московского и всея Руси Кирилла и Вселенского патриарха Варфоломея — за первенство среди глав православных церквей. С одной стороны — Константинопольский архиепископ, который обладает всеми признанным первенством чести и имеет претензии на укрепление статуса первенствующего епископа. С другой — патриарх Московский, предстоятель хоть и более «молодой», но самой многочисленной, сильной и богатой православной церкви. Амбиции патриарха Кирилла уже выражались в его своеобразных трактовках церковных правовых установлений древности — в частности, он утверждал, что именно Московский патриарх избран вместо отпавшего от православия Папы Римского, занимавшего первенствующую кафедру в христианском мире.

В соперничестве двух первоиерархов весомую роль играет их международный и медийный статус, поддерживаемый личными встречами с крупнейшими политическими и религиозными деятелями. Безусловно, главной фигурой для большинства христиан мира является Римский епископ, глава миллиардной по численности католической церкви.

Но если у Константинополя с Римом давно налажен контакт на уровне предстоятелей (с 1964 года), то встреча Московского патриарха с папой, хоть и обсуждалась, но откладывалась в неопределенное будущее. Теперь, перед Всеправославным собором, патриарх Кирилл попытается продемонстрировать своё равенство с Римским Папой и лично возглавить диалог православия с католичеством, оттеснив с этой роли патриарха Варфоломея. Конечно, вероучительные и догматические вопросы, наиболее чувствительные для консерваторов обеих конфессий, будут обойдены, к тому же здесь всякий возможный прогресс связан с неприемлемыми для церквей уступками. Спикеры русской церкви стараются развеять конспирологические опасения о кознях католиков и отпадении РПЦ от истинной веры.

Надо отметить, что папа Франциск всегда выражал готовность к встрече с патриархом Кириллом, как равным себе «братом», и высоко оценивал роль православия. При том, что реальное влияние этих двух фигур очень неодинаково, римский понтифик уже в силу своего сана является авторитетом для гораздо большего числа верующих на планете.

Конечно, есть и важные объективные основания для встречи папы и патриарха, требующие их личного сближения. Трагические события на Ближнем Востоке и в Африке, связанные с деятельностью исламистских террористических группировок, привели к новой волне преследований христиан: каждый год гибнут десятки тысяч людей, само существование христианства в Сирии, Ираке и других странах оказалось под угрозой. Террористы и фанатики не разбирают кого убивать: православных, католиков или протестантов. Перед лицом этой угрозы и папа Франциск, и патриарх Кирилл выражают готовность отстраниться от противоречий между церквями и выступить против мирового зла единым словом и единой позицией. Скорей всего, она и будет выражена в готовящейся к подписанию совместной декларации и станет главным положительным итогом встречи.

Нельзя не отметить, что рассматриваемое событие безусловно выгодно российским властям и логичным выглядит предположение, что Кремль так или иначе стоит за её организацией. Московский патриарх, во многом благодаря его активной поддержке внешнеполитических действий Кремля, воспринимается в мире как представитель российского государства. В условиях международной изоляции страны, ограничения контактов между руководством России и стран Запада, участие патриарха в общении на столь высоком уровне будет свидетельствовать о сохранении Россией своих позиций в мире. Нет сомнений, что российские официальные лица и СМИ выжмут максимум пропагандистского эффекта из этой встречи. Это понимают и противники российского государства — не случайно новость о встрече понтифика и патриарха вызвала бурю негодования у либералов и украинских националистов.

Здесь уместно провести параллель с политикой советской власти, которая использовала Русскую Православную Церковь для налаживания контактов с политическими кругами капиталистических стран и влияния на общественное мнение стран Запада. В этих целях советское руководство поддерживало и зачастую инициировало диалог между церквями. Тогда ведущей фигурой в экуменическом движении был митрополит Никодим (Ротов), который играл тонкую роль, стараясь и оправдать ожидания партийных властей, и при этом укрепить саму Русскую Православную Церковь, поднять её статус в стране и мире. 

Нынешний патриарх Кирилл, ближайший ученик и последователь Никодима, умело ориентируется в этой модели взаимоотношений Церкви и государства. Как церковный администратор, он сформировался в системе, находящейся под неусыпным контролем государства, и привык сочетать решение государственных и собственно церковных задач. В силу этих качеств, патриарх Кирилл является довольно удобной фигурой для продвижения интересов кремлевского режима на международной арене.

Однако, несмотря на наличие неоднозначного политического подтекста, встреча патриарха Кирилла с папой Франциском будет иметь положительное историческое значение. Это, безусловно, значимое событие, как с точки зрения взаимоотношения двух церквей, здесь оно позволит преодолеть важный психологический рубеж, так и в деле сплочения всех христиан и международной общественности перед угрозами религиозного экстремизма.


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл о солидарном обществе и нравственном государстве

Халифатостроители



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments


Loading...

Новости партнеров

Loading...
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru