Кризис моногородов или кризис государственного управления?

Кризис моногородов или кризис государственного управления?

Эксперт Центра Хвыля-Олинтер Н.А.


В январе 2014 года были представлены результаты исследования, проведенного Центром стратегических разработок по заказу промышленной группы «Базового элемента». Директор департамента особых экономических зон и проектов регионального развития Минэкономразвития РФ Андрей Соколов сообщил, что неперспективные моногорода - города с узкоотраслевой специализацией (хотя юридически этот статус не определен) предлагается закрывать, а их жителей переселять в другие регионы.

Готовится специальная программа поддержки населения, предусматривающая, в частности, выкуп жилья местных жителей и выделение субсидий для аренды квартир в новых местах жительства, с поиском работы тоже обещают помочь. Список городов, готовящихся к ликвидации, собираются огласить позже.

На 2013 год в России насчитывалось 342 моногорода, развитие которых было изначально связано с градообразующим предприятием (специализацией), на котором задействована значительная часть населения города. Наибольшая часть таких населенных пунктов находится на территории Приволжского, Центрального, Сибирского и Уральского округов – см. рис.1.


Рис.1. Распределение российских моногородов по Федеральным округам, (%).

Концепция «город вокруг предприятия» активно воплощалась в СССР. По различным оценкам, два из пяти мелких и средних городов создавались для поддержки определенного производства, и около 12% городского населения страны проживала в городах подобного типа. Уровень успешности градообразующих предприятий определяет характер социальных проблем, развитие инфраструктуры, уровень жизни горожан в целом. Такая модель была довольно эффективна. Залог успешности заключался в стабильности госзаказов. Государство взамен получало устойчивое функционирование экономики, обеспечение занятости населения, концентрацию так называемых «узких специалистов», способных выполнить любую адекватную задачу.

Перестройка крайне неблагоприятным образом отразилась на моногородах – отказ от плановой экономики, стихийность социально-политических процессов и приватизация проявила их неспособность к автономному существованию в условиях новой рыночной модели.

Хотя города, расположенные в зонах освоения газовых и нефтяных месторождений, сохраняют довольно высокие темпы производства, в некоторых регионах численность населения стабильна. По оценке Минэкономразвития в 100 моногородах на сегодняшний день ситуация спокойная, в 150 – более или менее стабильная, в остальных 92 – неблагоприятная и, даже, критическая.

Выводы, сделанные аналитиками ЦСР, следующие. 56 городов включены в так называемый «кризисный список», для них предусмотрены различные программы решения проблем – от создания индустриальных парков до «управляемого сжатия», вплоть до ликвидации. Из кризисных моногородов примерно в 45% планируется диверсификация экономики, для них существует шанс преодоления зависимости от градообразующего предприятия. В 35% - планируется разработка программ малых дел (развитие инфраструктуры – в первую очередь медицины, транспорта и теплоснабжения). В 20% городов ситуация оценивается как абсолютно бесперспективная, для них государством не предусмотрено эффективных инвестиционных проектов. См. рис.2.


Рис.2. Оценка положения моногородов и предлагаемое решение их проблем.

В городах, подлежащих управляемому сжатию или закрытию, градообразующие производства или свернуты или сведены к минимуму, население хоть и пытается приспособиться, но степень социального напряжения в них растет. В основном социальные проблемы сводятся к следующему перечню: обнищание, безработица, изменение возрастной структуры местного населения, рост девиаций, ухудшение психологического климата. В случае если проблемы моногородов не будут решены, социальные последствия повлекут за собой государственные – разрушение отлаженной инфраструктуры, рост социальной напряженности (вспомним Пикалево в 2009 году), дефицит квалифицированных кадров, нарушение циклов производства, угрозы утраты территорий. Примеры того, как вследствие неумелой государственной политики умирали города, наблюдаются и на западе. Детройт после упадка американского автопрома стал проваливаться в долговую яму, квалифицированные кадры разъехались, тысячи зданий стоят пустые, а население стало в основном афроамериканским. Согласно статистике Детройт относится к самым криминогенным городам Америки. [1] Усиленное стремление российских чиновников следовать примеру капиталистических стран грозит тем, что российские аналоги Детройта появятся не в течение нескольких десятилетий, а гораздо быстрее.

Сосредоточены подлежащие закрытию города преимущественно в Сибири и на Дальнем Востоке. В современной ситуации читается прозрачное послание Китаю – «предпродажная подготовка территорий» и «приезжайте и заселяйте». Темпы экономического роста Китая и численность населения этой страны – вот предпосылки его территориальных и сырьевых аппетитов. В 2009 году была принята программа регионального сотрудничества между Восточной Сибирью и Дальнем Востоком и КНР, в основе которой лежат совместные проекты по созданию предприятий и привлечению иностранной рабочей силы. Проекты эти запланированы, прежде всего, в сырьевой области – лесной, нефтегазовой, горнодобывающей, а также в гидроэнергетике.

Малонаселенные российские территории с работающей инфраструктурой, дорогами являются реальной угрозой целостности российского государства. Перспективы того, что численность китайцев в Сибири и Дальнем Востоке в ближайшем времени может превысить численность россиян, на первый взгляд кажутся невозможными. Однако курс на «выжимание» коренного населения с привычных территорий в совокупности с демографическим кризисом, вынужденным бегством с восточных районов молодежи и неконтролируемой нелегальной миграцией китайцев в Россию создает реальные угрозы стремительного нарастания экспансии. Вот, на пример, карта исконных китайских земель, опубликованная китайцами в аналоге Википедии (см. рис.3 [2]):


Создается устойчивое впечатление бессилия власти, неспособности и  несостоятельности региональной политики решать проблему развития регионов. Такое впечатление, что государственное управление в области региональной политики в данном случае строится по принципу «лучшее средство от головной боли – это гильотина». Американский политолог Збигнев Бжезинский, комментируя проблему малонаселенных российских территорий, сказал: «Если Россия сможет привлечь на свой Дальний Восток и в Сибирь инвестиции и людей, направить туда иммиграционные потоки, что ж, тогда у вас есть будущее». Похоже, в российской практике создается прецедент, который вполне может дать начало серии аналогичных управленческих решений по целенаправленному процессу обезлюживания территорий, приводящих в итоге к сепарации наших земель.




Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
5860
23244
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика