Модернизация. Version 2.0

Дмитрий Поллит

"Для России отставание на этом треке (пути к модернизации экономики — РИА Новости) означает только одно — превращение в сырьевой придаток, глобальную или постоянную зависимость от цен на энергоносители, деградацию нашей научно-образовательной системы", — сказал Медведев на международной конференции "Россия-Европейский Союз: возможности партнерства". А совсем недавно завершился форум "Открытые инновации", где, в частности было озвучено революционное мнение, что "значительный прогресс в России невозможен без формирования независимой судебной системы, уменьшения участия государства в экономике, сокращения коррупции и обеспечения политических свобод". Озвучили такую позицию "известные венчурные инвесторы, руководители ведущих мировых университетов, рыночные аналитики и представители российских институтов развития", девизом которых является такой сладкий уху любого либерала принцип "государство следует за рынком". Меня терзают смутные сомнения, что мы уже это проходили. Так как сейчас представляет мировая элита понятие "модернизация"?

Сам термин "модернизация" в историческом ключе впервые появляется в конце 1950-х годов. По-видимому, первая работа, где он был упомянут – это работа Лернера, посвященная модернизации Среднего Востока, "Уход от традиционного общества: Модернизация Среднего Востока". И после этого в 1960-е годы термин прочно вошел в обиход. В принципе, концепция модернизации была выработана после войны как программа для освободившихся от колониальной зависимости стран, которые должны были догонять Запад, и означала перенос институтов и правил Запада в эти страны. Новый всплеск интереса к этой программе был связан с крахом Советского Союза и всего социалистического лагеря.

Собственно, наша реформа 1990-х годов и была сформулирована как программа имитации всех сторон западного жизнеустройства.

Всё, буквально все: от школы до армии, сельского хозяйства и так далее, подверглось "модернизации". Один из ведущих американских политологов С. Хантингтон сказал, что "в этом смысле модерн – это общая поведенческая система, исторически связанная с урбанистическими, индустриальными, грамотными обществами Западной Европы и Северной Америки". Согласно этой теории, человек модерна – это человек западной культуры, "western man". Мы знаем, что для многих незападных обществ программа модернизации была фатальной. Не просто приводила к тяжелым бедствиям, культурным травмам, к потерям населения, к войнам гражданским и международным, в некоторых случаях эта программа приводила просто к исчезновению, она превращалась в геноцид народа. Пример - индейцы Северной Америки. Их не истребили поголовно (все-таки 20 млн. вырезать даже Адольф Алоизович не смог бы). Они просто вымерли, когда им были навязаны общественные институты, формы, которые были несовместимы с их культурой, и они не успели адаптироваться.

Модернизация буквально – это осовременивание. Но что такое современность? Множество явлений происходит сегодня, множество процессов. Кто будет выбирать, какие процессы современные, а какие несовременные? О модернизации говорит ИНСОР – одна версия модернизации. О модернизации социалистической с соответствующим документом выступил Зюганов. О модернизации консервативной говорит Грызлов. Так что такое модернизация? По-видимому, это старый прием, когда цель по каким-то причинам не должна быть объявлена, она заменяется неким средством, которое скрывает саму исходную цель.

Модернизация в этом контексте предполагает уничтожение традиции и построение принципиально иного общества.

Традиция – это тормоз, традиция должна быть разрушена. Вариативность цивилизаций и народов – это пещерное представление, модернизация это все упраздняет. То, что сейчас происходит - это рыночно-демографический застой. Люди в массе своей не работают. В стране больше торгующих, чем людей, которые производят какой-либо продукт. Семья разваливается, и сейчас уже около половины людей до 30 лет не собираются создавать семью и не имеют этой семьи. Армия, которой так необходима модернизация и которая всегда во всех странах была исходным моментом начала любого технического прогресса, - никакая. Промышленность находится на уровне, хорошо, если 1980-х годов прошлого века во всей своей массе, включая и нефтедобычу, и газодобычу, и все прочее. Премьер-министр страны - очень убежденный человек, и он заявляет: "Я всегда об этом говорил и сейчас говорю: нашим демократическим институтам всего по 20 лет. Нас нельзя судить по гамбургскому счету, с самых высоких позиций". То есть, мы в начале пути, и наша задача – создать новую, молодую нацию, устремленную в будущее. 1000 лет истории России – это ерунда, потому что не было демократии, а вот сейчас 20 лет демократия и все хорошо.  Такое ощущение, что в этом смысле, (если я правильно понял) России предлагается модернизация по типу той самой "модернизации" североамериканских индейцев или Югославии, ну, или Ирак, например.

Благодаря высшим политическим установкам тема модернизации страны звучит сегодня как некий государственный мейнстрим. Вот несколько цитат из "Послания Президента РФ Федеральному собранию 2009 года": "В ХХI веке нашей стране вновь необходима всесторонняя модернизация". "Вместо примитивного сырьевого хозяйства мы создадим умную экономику". "Вместо архаичного общества, в котором вожди думают и решают за всех, станем обществом умных, свободных и ответственных людей". "Вместо прошлой построим настоящую Россию — современную; устремленную в будущее молодую нацию". "Вместо сумбурных действий …будем проводить умную…политику, подчиненную сугубо прагматичным целям". В этих заявлениях присутствуют ключевые позиции, которые на языке госуправления можно понимать как стартовые оценки состояния страны, требующие модернизации.

Итак, мы живем в условиях примитивного хозяйства, в некой архаичной России, вместо которой нужно построить Россию настоящую, новую. Управление — это "сумбурное действие", нужна "умная политика". Кроме того, необходимо создать "умную экономику", "общество умных и ответственных людей", "молодую нацию".

Очевидно, тысячелетняя русская нация не устраивает власть, и нужен какой-то иной, новый народ.

Очень характерная оговорка. Интересно отметить, что уже как минимум 10 лет все, что говорят президенты, неизменно поддерживается. Уточняется, что у модернизации "сугубо прагматические цели". Очень трудно понять, что это за цели, тем более на фоне того государственного управления, которое осуществляется сегодня. Поэтому требуется уточнить целый ряд вопросов с позиции научного анализа, научной системной обоснованности.

Так, какая Россия не устраивает власть? Необходимо ли модернизировать историческую Россию, Россию, воплощенную в виде СССР, или современную либерально-монетаристскую Российскую Федерацию? Критические оценки, данные в высших политических речах, относятся исключительно к  экономической, политической, партийной, социальной государственно-управленческой модели России, сформированной в 1990-е и 2000-е гг. В то же время, действующие сегодня управленческие ориентиры и подходы закрепляют именно эту модель. Противоречие, господа, на лицо!

Необходимая модернизация должна была бы привести к смене несуверенной, асоциальной, коррумпированной, либеральной, экспортно-сырьевой, монетаристской, цивилизационно неидентичной социально-экономической модели 1990-х и 2000-х гг. на другую, более успешную модель. Условно ее можно обозначить как модель идентичного и адекватного развития жизнеспособности страны. Возникает вопрос, от каких факторов государственного управления  —  экономических, социальных, внешнеполитических, оборонных  — зависит жизнеспособность страны? В первую очередь, — это наличие территории, народонаселения и единого государственного управления. Уберите любой из этих признаков — и уже нельзя говорить о стране, как о сущности. Что в этом смысле представляет собой "территория страны"? Это конечно инфраструктура, заселенность, способность государства сохранить территорию (обороноспособность), оборонозначимая наука, кадровая тематика и т. д. Что такое "народонаселение"? Количество и качество, т. е. не только демографические показатели, но и культурность, воспитанность, образованность, квалифицированность граждан. Отсюда возникает обращение к образованию, воспитанию, пропаганде и т. д. Эти области ставятся в поле государственной ответственности, в поле государственного управления. Последний в этом ряду, третий параметр — государственное управление как таковое. И главным посылом "модернизации", стало быть, должен быть принцип — "Моя страна должна быть и должна быть всегда", а вовсе не абстрактная модернизация ради самой модернизации. Так что делается сегодня для обеспечения устойчивого развития экономики?

Посмотрим на конкретные экономические показатели России. Российская экономика имеет сырьевую структуру. В рамках модернизации заявлено намерение переориентировать экономику на развитие наукоемких производств. Однако инвестиции идут преимущественно в сырьевые отрасли. В России беспрецедентный на фоне других стран мира уровень демонетизации экономики. Если бы этот уровень был таким же, как в Китае (около 200%), это бы означало введение в суверенный финансовый оборот до трех триллионов долларов США (на сегодня необоснованно выведенных), что лежит в рамках управленческих возможностей Центрального Банка России. Однако даже в условиях финансового кризиса эмиссионная функция Центробанка осуществляется по принципу Currency board, т. е. направлена не на развитие собственной суверенной финансовой системы, а на обслуживание экспорта, что фактически означает внешнее управление страной.

Удивительна политика Центробанка в части установления ставки рефинансирования, которая отличается от политик всех сопоставимых стран мира.

Неутешительные выводы свидетельствуют о том, что экономические решения в стране выбраны наихудшие из возможных. Создается ощущение, что это не ошибочность, а большой системный проект, который навязан стране. Главное в констатации этого факта заключается в том, что на фоне призывов к модернизации бюджет 2012 г. — единственный документ, планирующий развитие страны, — закрепляет существующую на сегодня модель. В бюджете не найти, например, статьи, именуемой "наука", потому что ее нет. Она растворена в других разделах расходов. Но ее можно извлечь и увидеть, что в 2012 г., по сравнению с предыдущим, финансирование науки уменьшается, так же как и в целом расходы по гуманитарным статьям. В американском бюджете, например, гуманитарная сфера расходов именуется human resources. В нее включены здравоохранение, образование, культура и т. д. У нас социальной политикой называется раздел бюджета, который содержит расходы на пенсии военнослужащим и приравненным к ним пенсионерам, которые умеют держать в руках оружие. И это при том, что для целей пенсионных выплат существует пенсионный фонд. Интересно взглянуть на партийно-политическую систему страны. Известны политические оценки, что многопартийная система в России создана, она оправдала себя, она эффективна, профессиональна и т. д. Но критерий оценки профессиональности заключаются в том, насколько многопартийная система России способствует  эффективному развитию России, в общем, в целом. В России конституционное разделение властей фактически свернуто.

С начала 2000 г. отношение количества внесенных законопроектов в парламентский механизм правительством, президентом, Госдумой, регионами к принятым законам существенно изменилось. Обсуждение правительственно-президентских инициатив исчезло как явление. Исчезло "политическое соревнование" в поиске эффективных решений. Очень опасно, что регионы отторгнуты от управления, и эта монополия нарастает. Ее, кстати, президент Медведев обозначил совершенно адекватно: мы в "архаичном обществе", в котором два вождя сидят и "решают все за всех" —  это точная характеристика. Партийный механизм нужно оценивать по классическим для него функциям участия во власти и государственном управлении. Социологические данные отражают мнение о том, кто влияет на национальные управленческие решения в России.

Ведущими акторами принятия государственных решений являются президент, премьер, крупный капитал, иностранное влияние, криминал.

Все остальные фигуранты — общество, группы интересов, регионы, партийные организации — участвуют в процессе лишь в рамках создания видимости, на уровне шума. Такое качество государственных управленческих решений и стратегий является результатом внешнего управления страной, либеральной минимизации роли государства, организации управления, кадров, лоббизма, коррупции и игнорирования научной поддержки властных решений.

Очень важна и тема цивилизационной идентичности. Мотивации труда, мотивации ведения бизнеса, мотивации внешнеполитического поведения страны в разных цивилизационных системах имеют свою специфику. Эти показатели уникальны для каждого государства. Социум рассматривается как следующая ступень по отношению к биологическому содержанию человеческого сообщества, для которого только три ценности имеют место: секс, насыщение и безопасность. Состояние "очеловеченности", цивилизационное развитие человечества обусловлены формированием гораздо большего количества ценностных показателей . Их развитость и означает, насколько цивилизация идентична в поисках своего ценностного кода выживания или оптимального набора действий для данного природно-ландшафтного, социального, исторического контекста. В интервью немецкому журналу "Шпигель" Д. Медведев заявил: "Наши ценности — те же, что и у вас на Западе. Я не вижу больших различий… Разница с Россией заключается только в том, что мы большие, очень большие, и у нас есть атомное оружие. Просто неверно говорить: вот здесь есть единая Европа, в которой демократия уже сбылась, а там — мрачная, необразованная Россия, которую пока нельзя пускать в Европу". С. Иванов на XI Петербургском международном экономическом форуме отметил: "Россия — это неотъемлемая часть европейской цивилизации, ее культурные и духовные ценности — это и наши ценности. Народ России сделал свой исторический выбор, выбор в пользу демократии, открытости, свободы общественной и деловой инициативы. Это та основа, которая не может быть подвергнута ревизии. Это — главные ориентиры нашей стратегии". Эти позиции не обоснованы.

Россия — не Европа. Россия — это самостоятельная цивилизация

со своими принципами выживания, принципами выбора управленческих, общественно-политических решений, только они и могут повысить ее историческую жизнеспособность. Если падает уровень цивилизационной самоидентификации, соответственно снижается и жизнеспособность страны. Это соотношение говорит о том, что если на сегодня русская (или российская) тема вообще отсутствует в Конституции страны и в государственном управлении, то о жизнеспособности России можно говорить только сослагательно.

"Молодую нацию" вместо исторической русской (российской) цивилизации создавать не надо. Нужно восстанавливать разрушаемую цивилизационную идентичность России. Сегодняшняя несуверенная, либерально-монетаристская, экспортно-сырьевая, асоциальная  экономическая модель России должна быть заменена на модель развития. Должно быть восстановлено социальное регулирование (прогрессивный подоходный налог и иное). Необходимо изменить имитационно-суррогатный характер политической и партийной системы для того, чтобы она способствовала эффективному развитию страны.

Итак, если говорить всерьез о причинах российского кризиса, а не только о пропагандистских трюках (типа: мы страдальцы от мировой безответственности; подождем, пока они будут ответственны, тогда наши страдания прекратятся), — то их шесть. Это сырьевая модель экономики, которая пронизывает все, вплоть до политики эмиссии Центрального банка, по типу currency board, когда рублевая эмиссия осуществляется не под проблемы ликвидности российской банковской системы и потребности развития национальной  экономики, а исключительно под обслуживание экспертно-сырьевого канала поставок сырья на Запад. Это демонетизация российской экономики, лишившая ее финансовой суверенности; это замещение оборотного финансового капитала иностранным, который управляется в связи, например, с грузинскими событиями и политической позицией, занятой вновь избранным президентом. Это аномальная для российской истории переэкспортизация страны; это сокращение доли государственных расходов в ВВП; это заниженная зарплатоемкость ВВП, которая не дает накоплениям населения быть значимыми и участвовать в контурах инвестиционного стимулирования развития и, кроме того снижает производительность труда.

Что такое "финансовый кризис"? Это нехватка оборотного финансового капитала.

И на мировой арене это так, и в российской экономике — то же. Как формируется этот самый оборотно-финансовый капитал? Он формируется прежде всего через эмиссионную функцию Центрального банка, которая в режиме currency board определяется экспортными потоками, ценой на нефть, газовыми войнами и управляется — понятно откуда. Это эмиссия, которая подавлена аномальной ставкой рефинансирования Центробанка — и аномальность ее на фоне решения по ставкам рефинансирования центробанков всех стран всего мира совершенно очевидна и, соответственно, задана. Это депозитно-кредитный мультипликатор системы коммерческих банков, в котором участвуют как бизнес со своими капиталами, так и население. Для механизма денежной эмиссии в целом в экономике страны вопрос о зарплатоемкости ВВП приобретает причинно-следственное значение. И это, естественно, заимствование, перекредитование с Запада, которое соответственным тумблером включает и отток капитала, и пресечение механизма перекредитования в заимствовании российскими резидентами.

Что мы имеем? Эмиссионная функция Центробанка до сих пор подчинена внешним интересам, а не интересам российской экономики и борьбы с кризисом. Ставка рефинансирования подчинена идее затруднить объемы и рефинансирование банков. Зарплатоемкость ВВП — понятно как работает, и понятно, как открыты шлюзы оттока капитала. В результате, в России — финансовый кризис; но, как мы понимаем, его причины позиционированы не на Западе, а в пределах национальной территории России и, значит, — находятся в своих руках. Вывод: принятых мер недостаточно для эффективного преодоления кризиса. Эти меры не предупреждают наступление следующего кризиса, о неизбежной новой волне которого нас предупреждает анализ мирового финансового кризиса.

Годы реформ, обещаний, заявлений, суровых гримас государственных мужей и популизма не дают, лично мне, надежды на какие-то возможные изменения в рамках "демократических" институтов. Бескровных вариантов, если угодно. И наметившаяся тенденция к "закручиванию гаек", к "державническому" профилю власти, вроде назначения на ключевые посты Шойгу, Рогозина, Набиуллиной – людей, мягко говоря, далеких от либерального (западного)  лагеря – еще не повод надеяться на какое-то понимание президентом всей печальности нашего положения, но это хоть что-то. До того "все в доме было краденное и даже воздух какой-то спертый", сейчас хоть намек на "сквозняк".

Источники: 1, 2, 3.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
5426
21434
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика