Религиозный фактор разрушения государственности

Религиозный фактор разрушения государственности

Эксперт Центра научной политической мысли и идеологии, к.социол.н. Надежда Хвыля-Олинтер

Без Бога нация – толпа,
Объединенная пороком,
Или слепа, или тупа,
Иль, что еще страшней, жестока.

(Иеромонах Роман)


Социологическое агентство Pew Research Center опубликовало результаты исследования [1], согласно которому Римско-католическая церковь теряет свое влияние в странах Латинской Америки. Несмотря на то, что большинство опрошенных воспитывалось в семьях с католическими традициями, на данный момент каждый пятый латиноамериканец называет себя протестантом и заявляет, что перешел в протестантизм в возрасте до 25 лет.

Рис. 1. Динамика религиозной принадлежности жителей Латинской Америки.

Падение популярности католицизма в Латинской Америке действительно неожиданно, если вспомнить, что главой Римско-католической церкви сейчас является именно латиноамериканец, родившейся в Буэнос-Айресе, что должно было способствовать популяризации этого религиозного течения у его соотечественников. Но протестантские движения набирают последователей даже быстрее, нежели атеизм, что тоже несколько парадоксально в современном мире, так как доля верующих людей во многих странах уменьшается.

По численности протестантов первое место в мире занимает США. Несмотря на то, что зародилось религиозное направление, идеологом которого стал Мартин Лютер, в Европе, центром его распространения на сегодняшний день является Америка. О степени его влияния на жизнь государства говорит хотя бы то, что среди всех президентов США только один (Джон Кеннеди) принадлежал к Католической церкви, остальные сорок три являлись протестантами. По данным исследовательской группы Gallup протестантизм – крупнейшая религиозная конфессия в США [2].

Можно предположить, что распространение протестантизма и особенно неопротестантизма на территориях, над которыми США хотели бы усилить свой контроль, не случайно. В частности, в Латинской Америке, с начала ХХ века во многом переориентировавшей свою внешнеполитическую активность со Штатов на другие страны, и в лоне которой периодически формируются различные антиимпериалистические движения. Не является ли изменение религиозной ситуации результатом использования духовно-религиозного инструмента в рамках политики мягкой силы? И что можно сказать об изменениях религиозной ситуации в нашей стране?

Если проследить изменение численности протестантов и неопротестантов на территории постсоветской России, то становится очевидна динамика увеличения. В период с 1990 года по 2014 число протестантов увеличилось в три раза.

Рис. 2. Численность протестантов и неопротестантов в России. [3]

Члены этих религиозных групп чуть ли не самая социально активная категория граждан в России – по данным социологического опроса[4] в три раза чаще среднего показателя по РФ они отмечают, что способны вести свое дело, и в два раза чаще – что готовы участвовать в общественной работе. Однако есть еще одна любопытная особенность – сторонники протестантизма являются лидерами среди религиозных течений по силе выраженности желания покинуть страну, равны им по этому показателю только иудеи, на третьем месте находятся атеисты. То есть миграционные установки в протестантской среде одни из самых сильных.

Рис. 3. Доля респондентов, согласившихся с приведенным утверждением, %.

Все это может показаться несколько надуманным, но идеологическая война в отношении нашей страны ведется, и в ходе нее применяются самые различные методы. А провоцирование религиозных разногласий – один из них, и даже не специфический для России. Единая вера объединяет народ в единое целое, укрепляет государственность страны, даже многоконфессиональной. Чем больше оснований для сепарации, чем незащищенней ценностно-идеологическое пространство, тем легче расколоть общество и спровоцировать его на протестные выступления.

Кстати, известны исторические примеры оказания влияния на объект именно духовно-религиозным способом. В частности, создание в 60-х годах ХХ века  американским и южнокорейским ЦРУ движения мунитов, целенаправленно проводившей деструктивную подрывную деятельность на территории различных государств, в том числе и в России. Или деятельность организации «Фальгун» в Китае – после ее разоблачения и запрета лидер группы эмигрировал в Америку. Если обратиться к недавним событиям на Украине, то можно вспомнить, что единственной религиозной организацией, оказывавшей поддержку легитимной власти во время Майдана, была Украинская Православная Церковь Московского патриархата, все другие выступили на стороне протестующих и, тем самым, содействовали политическим трансформациям, следствием которых явился вооруженный конфликт и дестабилизация украинского государства.

Представляет интерес сравнение одной из карт гипотетического развала России и сфер региональной представленности нетрадиционных религий на территории нашей страны. Оказывается, таковые наиболее распространены именно на тех территориях, на которые предположительно претендуют Штаты.

Рис. 4. Религиозность россиян, распределение по регионам [5]


Рис. 5. Религиозность россиян, распределение по регионам (в том числе, неопротестантские течения) [6].

Рис. 6. Вариант карты распада РФ.

По всей вероятности, не случайно то, что наибольшее распространение нетрадиционные христианские течения имеют на тех территориях, на которые планирует распространить свое влияние США. Эта гипотеза может показаться фантастичной, но в свете неэффективности проводимой в стране региональной политики, плачевного состояния инфраструктуры и катастрофической социально-демографической ситуации в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке, отбрасывать ее преждевременно.



[1] Опрос проводился в 18 странах Латинской Америки, всего в период с октября 2013 по февраль 2014 года было опрошено 30000 человек. См.: http://www.pewforum.org/2014/11/13/religion-in-latin-america/

[2] См.: http://www.gallup.com/poll/167120/mississippi-alabama-protestant-states.aspx

[3] См.: Религиозные объединения Российской Федерации: Справочник / Под общ. ред. Прусака М.М., Борщева В.В.;. — М.: Республика, 1996. — С. 112; Филатов С., Лункин Р. Статистика религиозной и конфессиональной принадлежности россиян: каким аршином мерит // Науч. ред. и сост. С.Б. Филатов Религия и российское многообразие : Сборник статей. — М. СПБ.: Летний сад, 2011. — С. 22; Р. Лункин Российский протестантизм: евангельские христиане как новый социальный феномен // Современная Европа : журнал. — М.: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт Европы Российской академии наук, 2014. — № 3 (59). — С. 133-143.

[4] Полевые работы: МегаФОМ, 2012 г.; выборка 56 900 респондентов, охват 98,8% населения РФ, 2010 год. См.: https://docviewer.yandex.ru/?url=ya-disk-public%3A%2F%2FDbds%2BM92aC84azs09uSK0nE41IAOUdUNwj6gRnk9XpQ%3D&name=Sreda_blok_press_sm2.pdf&c=547ff0d8598a

[5] См.: http://www.pravmir.ru/atlas-religij-vo-chto-i-kak-veryat-rossiyane-infografika/

[6] См.: http://www.pravmir.ru/atlas-religij-vo-chto-i-kak-veryat-rossiyane-infografika/


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3923
15964
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика