Внешняя политика

Согласие Асада

Согласие Асада

Автор Анатолий Евгеньевич Несмиян (Эль Мюрид) — публицист, аналитик, писатель. Эксперт по ближневосточной проблематике

Власти Сирии согласились с заявлением России и США о прекращении боевых действий, если борьба с ИГ и другими террористами будет продолжена. Также правительство Сирии заявляет о готовности координироваться с Россией для определения территорий, где военные действия будут прекращены. При этом Дамаск оставляет за собой право отвечать на любое нарушение перемирия со стороны вооруженных группировок в отношении мирных граждан или военнослужащих.

Похоже, что Асад без особого восторга встретил сговор Кремля и Белого дома за своей спиной. Формулировка «согласились» вместо «поддержали» говорит о многом — в том числе и о том, что Дамаск дистанцируется от этого соглашения, но вынужден учитывать его, как фактор.

Деваться Асаду, в общем-то, некуда — он сейчас в положении донбасского ополчения, которое было практически разгромлено в августе 2014, но от окончательного разгрома его спасли 11 тактических групп «отпускников». Спасли для того, чтобы остановиться сразу после того, как ВСУ утратили наступательные возможности.

Партнер Путин не стал возить мордой по столу партнера Порошенко и унижать его процедурой капитуляции и бегства в женском платье с Банковой. Примерно так же сегодня Россия сбила наступательный порыв террористов, но по-партнерски решила дать им возможность передохнуть и подумать над идеей — а не добиться ли своих целей более цивилизованным путем — через переговоры, к примеру. А там, глядишь, мы назовем какого-нибудь заляпанного по самые брови кровью террориста «лучшим выбором сирийского народа», предварительно купив ему шампунь и выделив с барского плеча цивильный костюмчик. Технология предательства оттачивается с каждым разом, но порядок и последовательность действий остаются шаблонными. Тем не менее, самый главный вопрос во всей этой неприглядной истории — что дальше.

Согласно официальным заявлениям российских официальных лиц, «…военной целью операции является исключительно воздушная поддержка сирийских правительственных сил в их противодействии ИГИЛ…» К этой исключительной задаче явочным порядком была добавлена задача бомбить не только ИГИЛ, которая затем тоже явочным порядком вообще сменила заявленные приоритеты — ИГИЛ чувствовал себя все последние пять месяцев вполне комфортно — удары российской авиации по его территории носили строго медийный характер. Если бы не скандал России и Турции, после которого нашим военным пришлось во исполнение воли взбешенного первого лица лепить фальшивки, касающиеся контрабанды нефти, об ИГИЛ вообще никто бы и не вспоминал.

Но это в прошлом. Теперь-то будет Россия воевать с ИГИЛ? Или нет? Вот в чем вопрос.

«Умеренные» террористы сегодня тоже согласились присоединиться к перемирию — правда, до сих пор весьма сложно определить, кого из них называть умеренными, а кого нет. Боевые порядки и территории под контролем самых разных отрядов и группировок (а их вообще-то в Сирии насчитывается около 1200–1400) настолько перемешаны, что вести осмысленную войну в этой чересполосице практически невозможно.

Отдельный вопрос — итоги наступления сирийской армии. Несмотря на ежедневные рапорты о захвате стратегических холмов, дорог и населенных пунктов, не выполнена даже оперативная задача наступления — не захвачены узлы связности, не взята под контроль северная граница. Ключевые города, которые контролируют границу, остаются под контролем боевиков — это и Джиср-аш-Шугур, и Идлиб, не блокирован Алеппо, боевики уцепились и так и не отдали Аазаз. Их положение ухудшилось, но совершенно не критически. Во всяком случае нынешняя линия фронта даже не подошла к той линии, с которой в прошлом году боевики сумели развернуть свое наступление и взять под контроль провинцию Идлиб и выйти на расстояние артиллерийского выстрела к Хаме. Не ликвидирован анклав в Ар-Растане, не деблокирован Дейр-эз-Зор и не взят Тадмор — узел связности дорог в пустыне.

Те несколько тысяч квадратных километров, которые возвращены сирийцами, имеют определенное тактическое и даже оперативно-тактическое значение — но в целом о переломе говорить просто не приходится. И если сегодня с «умеренными» наступает перемирие, то можно понять Асада — он не сумел решить ни одной из реально существующих военно-политических задач, а потому на будущих переговорах его позиция остается не доминирующей. Возможно, в этом и заключался гениальный замысел Кремля — не дать проиграть, но при этом ни в коем случае не дать победить Асаду. Ровно та же задумка, что и на Донбассе — когда разгромленные ВСУ были готовы откатываться за Днепр просто потому, что украинской армии в сентябре уже не существовало. Но так далеко Кремле заходить не спешил — победа ему была не нужна, ему была нужна война на измождение. То, что при этом гибли сотни и тысячи людей, наших стратегов беспокоило мало.

Сегодня, поздравляя армию и флот, Путину в первую очередь нужно было поздравить женщин и детей — как первую линию обороны современной российской армии. Так что адресат сегодняшнего поздравления выбран немножко не тот. Это советскую армию нужно было поздравлять с днем защитника отечества. Сегодня у нас другие защитники.

Возвращаясь к Сирии, можно сказать, что пока не озвучен ключевой вопрос — что будет дальше с ИГИЛ. Воевать с ИГИЛ армия Асада не способна — она не сможет высвободить сколь-либо серьезные силы для отдельной войны с Исламским государством. Локальные бои, которые ведутся в Дейр-эз-Зоре, возле Тадмора и восточнее Алеппо, ведут в основном силы наемников. Вчерашний захват (точнее, перехват) важнейшей трассы снабжения показывает, что у Асада нет сил даже для контроля территории, не говоря уже о наступательных действиях. Кто будет вести войну с ИГИЛ, ради которой мы по официальной версии и влезли в эту войну?

Источник


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

Перемирие в Сирии

«Минск» для Дамаска

Сирийский «блицкриг» и афганские грабли



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments


Loading...

Новости партнеров

Loading...
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru