Выступление Барака Обамы на пресс-конференции после саммита «большой семерки»

Выступление Барака Обамы на пресс-конференции после саммита «большой семерки»

Перевела эксперт Центра Шишкина Н.И.

Недавно завершился саммит «большой семёрки» в Германии, прошедший без участия России и названный одним из самых закрытых для прессы. Полный перевод выступления Барака Обамы на пресс-конференции после саммита «большой семёрки».

Добрый день. Позвольте мне ещё раз поблагодарить канцлера Меркель и народ Баварии и Германии за их необычайное гостеприимство на саммите «большой семерке». Моё пребывание здесь было замечательным, я бы хотел остаться тут подольше. Один из плюсов быть президентом заключается в возможности узнать места, в которые хотелось бы вернуться, когда не потребуется всё время проводить в зале конференции. Окружающий пейзаж захватывает дух. Наши немецкие друзья прекрасно справились с организацией саммита, и его успех – это результат их труда.

Большая семерка включает в себя некоторые из наибольших экономик мира. Но среди партнеров большой семерки, Соединенные Штаты также находят некоторых из сильнейших своих союзников и ближайших друзей в мире. Так что хотя мы и работаем на продвижение (экономического) роста и создания рабочих мест и возможностей, мы собрались здесь также и для поддержки фундаментальных принципов, которые мы, как демократические страны, разделяем: свобода, мир, право наций и народов на самоопределение, всеобщие права человека и защита человеческого достоинства. И я рад, что здесь, в Крюне, мы показали единство Америки и союзников перед лицом наиболее тяжелых глобальных вызовов.

Мы единодушны, что лучший способ сделать восстановление глобальной экономики устойчивым это сконцентрировать внимание на создании рабочих мест и экономического роста.  Это то, на чем сконцентрирована и моя работа в Соединенных Штатах. В пятницу (5 июня) мы получили данные, что в мае в нашей экономике было создано ещё 280 тысяч рабочих мест – наибольшее количество с начала года – и более 3 миллионов новых рабочих мест за последний год. Это почти рекордные показатели роста количества рабочих мест за последнее десятилетие. Сейчас пятый год подряд идет рост рабочих мест в частном секторе – создано 12,6 миллионов новых рабочих мест – и это рекорд по времени. Уровень безработицы в США почти достиг наименьших показателей за последние семь лет. Заработная плата рабочих продолжает расти. И с тех пор, как я вступил в должность, Соединенные Штаты сократили дефицит (бюджета) на две трети. Так что в глобальной экономике Америка – главный ресурс сил.

В то же время, мы признаем, что глобальная экономика, пока развивается, не использует весь свой потенциал. И мы пришли к соглашению о тех мерах, которые должны быть приняты. Здесь, в Европе, мы поддерживаем усилия по поиску путей поддержки, способной обеспечить проведение ключевых реформ в Греции и вернуться к росту сильной, стабильной и развивающийся Еврозоны. Я уведомил партнеров о наших усилия в Конгрессе по передаче полномочий по содействию торговле, чтобы было возможно развивать Транс=Тихоокеанское партнерство в Азии и Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство в Европе. Эти соглашения – высшие стандарты защиты рабочих, общественной безопасности и окружающей среды.

Мы делаем успехи на пути заключения соглашения по глобальному климату в этом году в Париже. Все страны большой семерки ускорили достижение цели по сокращению выбросов парниковых газов после 2020 года. Мы продолжим настаивать на принятии таких же мер другими странами, выбрасывающими парниковые газы. Мы продолжим исполнять свои финансовые обязательства по предоставлению транзитов развивающимся странам для организации экономического роста с минимальными выбросами в атмосферу.

Как и в США, большая семерка согласилась с необходимостью внести климатические риски во все программы развития и инвестиционные программы, а также расширить доступ к страхованию рисков, чтобы помочь развивающимся странам в предотвращении и восстановлении после бедствий, связанных с изменениями климата. А в целях развития проекта PowerAfrica, который я инициировал два года тому назад, большая семерка будет предоставлять больше финансовых ресурсов для проектов чистой энергии в Африке.

В отношении безопасности, большая семерка решительно занимает единую позицию по поддержке Украины. Мы продолжим поставлять экономическую помощь и техническую поддержку, необходимых Украине для проведения важнейших реформ по переформатированию экономики и укреплению демократии. Как мы могли видеть в прошедшие несколько дней, российские войска продолжили операции в восточной Украине, разрушая украинский суверенитет и территориальную целостность. Второй год подряд большая семерка проводит саммит без России – ещё один пример российской изоляции – и каждый член большой семерки продолжает сохранять санкционный режим в отношении России за её агрессию на Украине.

Сейчас важно признать, что российская экономика серьезно ослаблена. Рубль упал, иностранные инвестиции сократились, поднялась инфляция. Российский центральный банк потерял более 150 млрд. резервов. Российские банки и фирмы фактически отрезаны от международного рынка. Российские энергетические компании находятся в бедственном положении без возможности импорта необходимых для комплексных энергетических проектов услуг и технологий. Российские оружейные компании отрезаны от своих ключевых технологий. Россия в глубокой рецессии. Так что российские действия на Украине ударяют по России и российскому народу.

Здесь, на саммите большой семерки, мы согласились, что даже если мы продолжим поиски дипломатического решения, санкции против России всё равно не будут сняты до тех пор, пока Россия будет нарушать свои обязательства по Минским соглашениям. Наши Европейские партнеры вновь подтвердили свое намерение сохранять режим санкций против России пока Минские соглашения не будут исполнены в полном объеме, что означает продление существующих секторальных санкций ЕС на июль. И большая семерка ясно дала понять, что в случае необходимости мы готовы выдвинуть дополнительные, существенные санкции против России.

Что касается Европы, мы обсуждали наши переговоры по Иранской ядерной программе и мы сохраняем единство касательно главных финансовых сторон переговоров. У Ирана есть историческая возможность развеять опасения международного сообщества по поводу своей ядерной программы и мы согласны, что Ирану необходимо использовать эту возможность.

Наши переговоры с премьер-министром Ирака Абади, президентом Туниса Каид Эссебси и президентом Нигерии Бухари стали шансом по устранению угрозы ИГИЛ и Боко Харам. Страны большой семерки согласились вместе и с партнерами работать над дальнейшей координацией антитеррористических усилий.

Как и многие ведущие партнеры в мире по глобальному развитию – в том числе лидеры Эфиопии, Либерии, Нигерии, Сенегала и Африканского союза – мы обсудили, как максимизировать результаты развития нашего партнерства. Мы согласились продолжать развитие нашей новаторской инициативы продвигать проекты по обеспечению продовольственной безопасности и питания – что является частью наших усилий по помощи 500 миллионам людей, страдающих от голода и  недоедания к 2030 году. Мы продолжим работать с нашими партнерами в Западной Африке, чтобы свести количество зараженных вирусом Эбола до нуля. И я рад, что, как часть нашей повестки дня по глобальной безопасности в области здравоохранения,  большая семерка взяла на себя главные обязательства по помощи 60 странам в последующие 5 лет в достижении специальных целей по улучшению профилактики, обнаружения и реагирования на возможные вспышки заболеваний до того, как они переросли в эпидемии.

Наконец, я хотел бы засвидетельствовать свое почтение канцлеру Меркель за гарантию включения в повестку саммита вопроса расширения образовательных и экономических возможностей для женщин и девочек. Большая семерка обязалась расширять карьерную подготовку для женщин в наших странах и увеличивать техническую и профессиональную подготовку в развивающихся странах, что позволит процветать всем нашим нациям.

Итак, я снова хочу поблагодарить Ангелу и народ Германии за их удивительное гостеприимство. Я уезжаю отсюда с уверенностью, что когда дело дойдет до ключевых вызовах современности, Америка и наши ближайшие союзники будут стоять плечо к плечу.

Закончив на этом, я отвечу на некоторые вопросы. Начнем с Джеффа Мэйсона из «Рейтерс».

Вопрос: Благодарю, мистер Президент. После прошедших здесь встреч, Вы упомянули Грецию в своем открытом выступлении. Вы верите, что европейцы слишком решительны на переговорах по Греции? И что ещё требуется сделать с обеих сторон, чтобы договор гарантированно был заключен и гарантировано не было бы нанесено неправомерного вреда финансовым рынкам, о котором Вы предупреждали?

И на отдельную и косвенно связанную с поднятой тему. Из французской прессы репортеры сегодня узнали, что Вы рассказали о своих опасениях по поводу слишком сильного укрепления доллара партнерам по «большой семёрке». Что точно Вы сказали? И действительно ли Вы обеспокоены укреплением доллара?

Ответ: Во-первых, не верьте безымянным цитатам. Я этого не говорил. И я не практикую комментирование ежедневных колебаний курса доллара или любой иной валюты.

Что касается Греции, я думаю что не только наши партнеры по «большой семерке», но и МВФ и другие структуры, которые были представлены на саммите, чувствуют срочную необходимость найти способ разрешить ситуацию. И что требуется признать, так это то, что Греция серьезно настроена на проведение некоторых важнейших реформ не только чтобы удовлетворить кредиторов, но, что более важно, для создания платформы для развития и процветания греческой экономики. И это то, чему Греция должна будет следовать, а в некоторые моменты делать сложный политический выбор, который стратегически будет выгоден.

Я также думаю, что для международжного сообщества и международных финансовых агентств важно признать необычайность тех вызовов, с которыми столкнулись греки. И если обе стороны демонстрируют значительную гшибкость, то тогда, я думаю, можно будет назвать проблему решенной. Но это потребует сложных решений для всех, кто вовлечен в происходящее, и мы продолжим консультации со всеми вовлеченными сторонами для стимулирования именно такого итога.

Вопрос: Вы уверены, что это произойдет вовремя?

Ответ: Я думаю, что все стремятся к такому исходу событий и каждый делает всё возможное для его достижения.

Недра.

Вопрос: Спасибо, мистер Президент. Скажите, насколько Вы были расстроены, когда после личного обсуждения с президентом Китая, на котором Вы выразили озабоченность кибербезопасностью, оказалось, что массированная атака на персональные данные в Америки вероятно нанесена из Китая? Было ли вовлечено китайское правительство? И наконец, как спортивный фанат, спрошу: можете рассказать о своей реакции на коррупционный скандал в ФИФА? Спасибо.

Ответ: Касательно ФИФА, я не могу прокомментировать дело рассматриваемое нашим Генеральным прокурором. Я могу сказать, что во время переговоров, которые состоялись здесь, в Европе, я узнал, что люди считают очень важным для ФИФА быть в состоянии работать, основываясь на принципах честности, прозрачности и подотчетности.

И так как обвинения в ходе расследования продолжаются, я думаю, мы должны помнить, что футбол не только игра, но и огромный бизнес. Это источник необыкновенной национальной гордости, и люди хотят быть уверенными, что игра честна.

Соединенные Штаты, между прочим, показывая всё лучший и лучший результат на играх за Кубок Мира, желают быть уверенными что спорт, приобретающий популярность, ведется по честным правилам.

Я не хочу обсуждать – потому как мы публично не раскрыли кто, по нашему мнению, причастен к этим кибератакам – но я могу сказать, что нам давно известно о серьезных проблемах. Количество этих уязвимых мест будут увеличиваться с течением времени, как в государственном, так и частном секторе. Поэтому так важно, чтобы Конгресс разработал законодательство в информационной сфере и кибербезопасности и принял наши предложения, и поэтому я последние несколько лет разрабатываю новые механизмы внутри правительства для исследования происходящего и поиска наиболее эффективных решений.

Частично эта проблема связана с тем, что используемые нами информационные системы устарели. И мы нашли это новое упущение в отделах кадров именно потому, что было инициировано изобретение новых систем и обновление старых в целях устранения существующих недостатков. Сейчас мы выявляем во всех агентствах наилучшие практики по организации компьютерной гигиены персонала, и находим, где требуются новые системы и инфраструктура для защиты информации. Это относится не только к государственным служащим и деятельности, но, что более важно, к сфере взаимодействия государства и американского народа.

Это должно стать большим проектом, и мы намерены работать над ним, потому как и государственные и негосударственные акторы стараются сделать всё для разрушения информационных систем. В некоторых случаях, это негосударственные акторы, вовлеченные в криминальную деятельность и потенциальное воровство. В случае государственных акторов деятельность направлена на шпионаж, а иногда, когда речь идет о внешнеполитических целях, на разрушение информационных систем. В любом случае, мы вынуждены действовать более агрессивно и внимательно, чем раньше.

И эта проблема не исчезнет, а развивается ускоренными темпами. А это значит, что мы должны быть настолько же ловкими, агрессивными и обеспеченными ресурсами, как и те, кто пытается проникнуть в эти системы.

Джастин Синк.

Вопрос: Спасибо, мистер Президент. Я хотел бы спросить о двух вещах, которые были в повестке дня саммита. Первый касается исламского государства. Вчера перед встречей с премьер-министром Дэвидом Кэмероном Вы сказали, что Вы будете оценивать, что эффективно, а что нет. Поэтому меня интересует, прямо скажу, что не работает в борьбе с Исламским Государством. И на сегодняшней двухсторонней встрече с премьер-министром Абади Вы заверили в оказании помощи Ираку. Включает ли эта поддержка переброску дополнительных военных сил?

Отдельно, касательно торговли, канцлер Меркель сегодня сказала, что она была рада услышать, что Вы в скором времени получите соответствующие полномочия. Значит ли это, что Вы заверили её и других лидеров в гарантированном принятии этой инициативы Белым домом. А если нет, то что это значит применительно к Вашей способности достигнуть важного соглашения с Конгрессом в течении оставшегося времени на посту Президента?

Ответ: Ну, касательно последнего вопроса, я не собираюсь строить гипотезы о том, что сделать ничего не получится. Я намерен добиться своего. И, надеюсь, голосование пройдет в ближайшее время, потому как я считаю это правильным.

Касательно ИГИЛ, мы достигли больших успехов, отбросив ИГИЛ от районов, которые они оккупировали и где использовали местное население, но всё же остались районы, как Рамади, где они дислоцируются и куда возвращаются после деятельности в других местах. Они ловки, агрессивны и беспринципны.

Так что одной из наших задач становится увеличение скорости тренировок иракской армии. Там, где мы проводим подготовку иракских военных, снабжаем их снаряжением, и где армия находится в подготовленном состоянии, она (иракская армия) действует эффективно. Где нет нашей помощи, мораль, недостаток снаряжения и так далее могут подрывать эффективность иракских сил безопасности. Поэтому мы желаем, чтобы ещё больше иракских военных были натренированы, подготовлены, оснащены и сосредоточены. Президент Абади желает того же.

Поэтому мы пересматриваем различные планы по увеличению числа иракских сил, которые обучены должным образом, экипированы и имеют целенаправленную стратегию и грамотное руководство. Когда Пентагон представит мне доработанный план, то я поделюсь им с американским народом. У нас пока ещё нет целостной стратегии, потому как требуются обязательства со стороны иракцев, а также сведений о том, как должно построить набор в армию и проходить обучение. Такие детали пока ещё не проработаны.

Вопрос: Справедливо ли говорить, что перспектива отправки дополнительных американских военных частей находится на стадии рассмотрения?

Ответ: Я думаю, что справедливо будет сказать, что все страны в международной коалиции будут готовы предоставить дополнительную помощь в обучении Иракских военных, если они почувствуют что такая поддержка необходима. И в Ираке мы можем наблюдать, что там, где мы больше тратим на обучение, там больше и новобранцев. Поэтому одной из тем моей дискуссии с премьер-министром Абади была тема посика новобранцев и увеличения их количества. Ответ по большей части заключается в масштабе нашего охвата суннитских племен.

Мы видим суннитские племена которые не только хотят и готовятся, но и успешно сражаются в ИГИЛ. Но их борьба не настолько быстра, как того требуют обстоятельства. И в числе усилий, которые, я надеюсь, предпримет премьер-министр Абади и законодательные органы Ирака, когда начнется сессия, есть продвижение закона о Национальной Гвардии. Он бы помог передать некоторые из функций институтов безопасности местным людям в таких местах, как Анбар, и тем самым быстрее задействовать суннитские племена.

Такие меры уже помогли побелить иракское подразделение Аль-Каиды – предшественника ИГИЛ – во время войны в Ираке в 2006 году. Без такого рода местного вовлечения в происходящее даже если в краткосрочном периоде и есть успехи, то удержать районы будет трудно.

Ещё один момент, над которым мы будет работать – это меры по остановке потоков иностранных бойцов. Вспомните, что я специально останавливался на этом вопросе  на собрании Совета Безопасности ООН. Успехи уже есть, но их недостаточно.  До сих пор мы наблюдаем тысячи иностранных наемников, устремляющихся чаще через Сирию, а иногда и прямиком в Ирак. 

Не всё возможно предотвратить, но многое - если улучшить сотрудничество, координацию, разведку, эффективность слежения за происходящим на турецко-сирийской границе. В этом регионе мы ищем более тесное сотрудничество с турецкими властями, которые признают это проблемой, но не в полной мере обладают необходимыми средствами. На это мы потратили достаточно большое количество времени.

Если бы мы могли пресечь поток иностранных наемников, то смогли бы изолировать и истощить силы ИГИЛ в этом регионе. Потому как многие из них остаются на поле боя, но если они имеют возможность пополнить свои силы, то в долгосрочной перспективе проблема не решается.

В заключение встречи с премьер-министром Абади я подчеркнул, что включение вопросов политической повестки дня настолько же важно, как и военная борьба. Если сунниты, курды и шииты поймут, что их проблемы решаются, и что законная политическая структура способна удовлетворить их потребности в безопасности, процветании, не дискриминации, тогда  нам будет значительно легче (бороться с ИГИЛ).

Хороша новость в том, что премьер-министр Абади поддерживает этот принцип. Но, очевидно, он получил в наследство недоверия различных групп в Ираке друг к другу и вынужден брать на себя множество политических рисков. В некоторых случаях возникает противодействие его усилиям со стороны других группировок в Ираке. И потому мы должны продолжать следить и поддерживать тех, кто держится правильной стороны в этом вопросе.

Коллин Нельсон.

Вопрос: Благодарю, мистер Президент. Вы упомянули, что США и их европейские союзники достигли консенсуса в отношении ужесточения санкций против России. А существует ли соглашение о том, что конкретно будет предпринято в случае, если Россия продолжит нарушать Минские договоренности? Можете ли Вы сдерживать российскую агрессию в других частях Восточной Европы без постоянного американского военного присутствия?

Отдельно я хотел бы спросить Вас о возможности судебного разбирательства касательного действий по иммиграции, которые могут быть предприняты Вами в дальнейшем. Как Вы думаете, есть ли что-то ещё, что можно сделать, для людей, которые участвовали в программе иммиграции и сейчас находятся в подвешенном состоянии? И как Вы оцениваете возможности достижения поставленных целей по иммиграции до окончания Ваших полномочий?

Ответ: По поводу Украины, России и Минска -  существует согласие о необходимости подталкивать Россию к выполнению Минских договоренностей и о необходимости продолжать поддерживать и воодушевлять Украину к исполнению своих обязательств по Минску. Пока этого не будет достигнуто, санкции останутся в силе.

Было обсуждение о дополнительных мерах, которые могут потребоваться в случае если Россия руками сепаратистов усилит агрессию на Украине.  Обсуждения проходили пока ещё на техническом, а не политическом уровне – потому как я думаю, что первая цель в этом вопросе, обсуждаемом в Европейском Совете, заключается в продлении существующих санкций. Но я думаю, что технически мы должны быть подготовлены.

Мы надеемся, что дополнительных мер не потребуется в связи с исполнением минских договоренностей. И я хотел бы выразить свое уважение канцлеру Меркель и президенту Олланду, которые проявили исключительное упорство в достижении цели и терпение.

В конечном счете это становится вопросом для Путина. Он должен принять решение: продолжит ли он и дальше разрушать экономику своей страны и изоляцию России в погоне за ошибочным желанием воссоздать величие Советской империи? Или же он признает, что величие России не зависит от нарушения территориальной целостности и суверенитета других стран?

Как я уже упоминал ранее, потери, которые несет российский народ, серьезны и дают о себе знать. Не всегда можно понять причину страданий, благодаря государственным СМИ в России и пропагандистским СМИ в России и за её пределами. Но правда в том, что это (исполнение минских договоренностей) пойдет на пользу российским людям. А, по иронии судьбы, одним из обоснований вторжения России на территорию Украины Путин называл защиту русскоговорящего населения. Что ж, русскоговорящие на Украине стали теми, кто главным образом и несет бремя боевых действий. Экономика потерпела крах. Жизнь разбита. Многие из них – перемещенные лица. Дома могут быть уничтожены. Они страдают. И лучший  способ прекратить страдания – выполнить минские договоренности полностью.

О, иммиграция. Относительно иммиграции, я недоволен решением районного суда, благодаря которому усложнился апелляционный процесс. Мы были настолько настойчивы, насколько это было возможно в рамках закона, чтобы, прежде всего, обжаловать это решение, а затем осуществить те исполнительные действия в области иммиграции, которые в суде не оспаривались.

Но, очевидно, одно из ключевых положений для меня заключалось в том, чтобы обеспечить возможность провести проверку данных  - в том числе по преступлениям – людей, оказавшихся без документов, и возможность получить легальный статус. А это требует применения подобных практик всем административным аппаратом и признания.

Я принял решение, которое считаю правильным, но мы не должны принимать заявки, пока правовой статус на уточнении. Я абсолютно уверен, что принятое решение вполне входило в мои полномочия, и полномочия Департамента национальной безопасности. Если вы посмотрите на прецедент и на традиционные полномочия, которыми обладает исполнительная власть, когда речь заходит об иммиграционных законах, вы поймете, почему я и наши юристы убеждены в законности наших действий.

Но Соединенные Штаты являются государством верховенства закона и разделения власти, и даже если речь идет о конкретном решении районного суда, который выносит такое определение, мы должны пройти через процесс и оспорить это решение. И пока ясности в этом вопросе нет, я не хочу втравливать в это людей, заставлять их подавать заявки и проходить через множество препятствий только для того, чтобы решение о легальном статусе было снова отложено.

Конечно, самым лучшим решением для этой проблемы станут действия Конгресса, которые избавили бы от необходимости исполнительных действий. Большинство американцев, думаю, хочет увидеть, как это произойдет. Я подозреваю, что это станет главной темой для следующей президентской кампании.

И поэтому мы будем продолжать настаивать на восстановлении сломанной иммиграционной системы. Административно мы будем готовы к моменту, когда мы получаем постановление,  и я думаю мы должны получить постановление в первую очередь касающееся нашей власти, чтобы идти вперед и реализовывать решения. Но, в конечном счете, это постановление никогда полностью не заменит необходимость Конгресса действовать. И я надеюсь, что после ряда других вопросов, которые были прояснены в процессе нашей работы, заново начнутся спокойные обсуждения, особенно с республиканцами, о том близоруком подходе в отношении иммиграции, который существует.

Ладно. Кристи Парсонс.

Вопрос: Благодарю, мистер Президент. Более шести миллионов американцев могут в скором времени лишиться своей медицинской страховки, если Верховный Суд в этом месяце оспорит последние поправки в закон о доступном медицинском обслуживании. Всё большее количество штатов ищут поддержки, осознав, что в перспективе их резиденты могут лишиться федеральных страховых выплат и их страховой рынок обвалится. Однако Ваша администрация мало что сделала для того, чтобы дать штатам руководство к подготовке. Что Вы можете сказать губернаторам и адвокатам, которые волнуются, что рынки здравоохранения  в половине страны могут  погрузиться в хаос?

Ответ: Что я могу сказать губернаторам, так это то, что в соответствии с устоявшимся прецедентом, нет никаких причин считать, что существующие поправки будут оспорены через суд. Хорошо задокументировано, что те, кто принимал закон, никогда не предназначали его для штатов, которые через федеральные системы обмена не вкладывались в субсидии своим гражданам. Это не мое мнение, не просто мнение демократов, это мнение республиканцев которые работали над законом. Запись ясно дает это понять.

В соответствии с устоявшимся толкованием статута, подходы, неоднократно использованные не только либеральными, демократическими судьями, но и консервативными судьями вроде тех в Верховном Суде, интерпретация закона основана на том, что предусматривает цель, смысл и общая структура статута.

Это должно быть легким делом. Честно говоря, оно даже не должно рассматриваться. Поскольку мы ждем готовое решение в сжатые сроки, я думаю для нас важно понять, что то, что собирается сделать Верховный Суд, не отличается от того, что сделали бы большинство ученых-юристов в этом случае.

Но я уже сказал и повторю снова: если у вас искаженное прочтение статута, и вы считаете, что федеральные системы обмена не предоставляют субсидий для участвующих в них местных граждан, то вы просто не понимаете, как работает эта система. А это означает, что миллионы людей, которые являются в настоящее время получателями страховых выплат, внезапно перестают их получать; многие не смогут себе этого позволить; они перестанут участвовать в программах, а предложения, сделанные страховыми копаниями, когда они оценивали свои страховки, внезапно окажутся пустым звуком. И это будет подрывать, кстати говоря, не только положение людей, участвующих в этих программах, но и в целом рынки страхования в штатах.

Так что это плохая идея. Такого не должно быть, не следует исходить из извращенного понимания четырех слов в двухсотстраничном законодательном труде.

Более того, существующий порядок работает. Я имею в виду, что у нас не так много существует разговоров об ужасах правления Обамы, потому как ужасы не сбываются. Есть 16 миллионов человек, которые получили страховку. Подавляющее большинство из них удовлетворены медицинским страхованием. Существующий порядок медицинского страхования не навредил тем, у кого медицинская страховка была. Единственный эффект на тех, кто имел страховку – теперь ни уверены, что получат необходимое медицинское страхование в случае если будет необходимо, и получат дополнительную защиту здоровья.

Затраты оказываются даже ниже, чем мы предполагали. Инфляция в здравоохранении в целом по-прежнему наиболее низкая за последние 50 лет. Ни один из неблагоприятных прогнозов не сбылся.

Итак, я, во-первых, оптимистично настроен касательно решения Верховного Суда и его интерпретации. И, во-вторых, должен сказать, что если это будет не так, как я предполагаю, то Конгресс мог бы это исправить постановлением в одно предложение.

Но я не собираюсь вдаваться в долгие рассуждения в ожидании грядущей катастрофы.

Оригинал материала: https://www.whitehouse.gov/the-press-office/2015/06/08/remarks-president-obama-press-conference-after-g7-summit


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
5358
21034
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика