Наша Родина — революция

Наша Родина — революция

Автор Арсений Александрович Замостьянов — к.филолог.н., заместитель главного редактора журнала «Историк», писатель, публицист, краевед, поэт. Автор пятнадцати книг, посвященных истории и культуре России, биографиям А.Суворова, Г.Державина, фельдмаршала Румянцева и других деятелей XVIII века.

Опубликовано в газете «Правда».


В год столетия революции Октябрь вызывает ненависть и страх у тех, кто привык строить жизнь на извлечении прибыли из чужого труда. И неудивительно, что брошены большие силы на то, чтобы скомпрометировать саму идею борьбы за социализм.

ВСЕ РАЗОБЛАЧИТЕЛЬНЫЕ СЛОВА о революции сказаны. И, как правило, неплохо оплачены: ведь речь, в конечном счёте, идёт о собственности на средства производства, на нефть и золото. И советский порядок хозяевам жизни невыгоден. Ключевой вопрос — не в области трактовок. Тут речь идёт о восприятии будущего, о способе существования, об иерархии ценностей. Манёвров много, эмоций — с перебором. Откровенной лжи тоже хватает, а верный тон пока не найден…

Наше государство, да и общество в ХХI веке стоят на слишком низком уровне интеллектуального и морального развития, чтобы судить об Октябре на подобающем уровне. Потеряны ориентиры, искажена система ценностей и — по крайней мере, если судить по официальным и самым массовым СМИ, — теряется ощущение масштаба событий столетней давности. Современных школьников и телезрителей учат, что революция — это катастрофа, это нечто болезненное, чего следует любой ценой избегать. Забыть и перечеркнуть Октябрь, давший «путёвку в жизнь» нашим дедам и прадедам, превративший развороченную страну в великую державу, давший пример развития для многих народов, начиная с китайского…

Вряд ли мы услышим в телевизионных политических шоу, например, слова Сергея Есенина, современника революции, который знал, что «имя Ленина шумит, как ветр по краю, давая мыслям ход, как мельничным крылам».

Не вспомнят нынешние суетливые «властители дум» эти строки в праздничные дни, например, на Первом канале телевидения. Потому что подлинный Есенин (как и подлинные Блок, Маяковский, Конёнков, Шостакович и многие другие наши гении, отразившие свет Октября) не соответствует нынешней установке на искажение революции… На её умаление и демонизацию. А ведь эта установка не только лживая, но и вредная. В том числе и для будущих поколений. Нам предлагают двигаться по фальшивому компасу, не учитывая исторической реальности. Октябрь — это колыбель, начало великого пути, начало новой жизни. А строительство социализма — это не утопии и не фантазии, а взлётная полоса, уклад, в котором заинтересовано большинство из нас. Только революция смогла решить те неумолимые задачи, без решения которых страна сползала в пропасть, к распаду. Именно поэтому для миллионов людей во всём мире залп «Авроры» стал символом движения к справедливому будущему, символом благих перемен. И более сильного образа история не знает.

А нам предлагают скромненько отметить 100-летие русской революции примирением между «красными» и «белыми» и навсегда забыть о «мировом пожаре». Задача проста: размывается суть Октября. Как будто не было великой Советской державы, на достижениях которой во многом паразитируют нынешние миллиардеры с российскими паспортами, как будто Октябрь не повлиял на судьбы всех континентов, как никакое другое событие последних двух веков… Нам внушают: идеи социалистической революции неосуществимы, власть «принцев крови» и денежных тузов незыблема, так было и так будет.

В 1912 году эту фразу высокомерно обронил шеф жандармов Александр Макаров. Это он произнёс после Ленского расстрела рабочих: «Так было и так будет». Но история быстро его опровергла. Опровергнет и на этот раз тех, кто противопоставляет прогрессу гипноз прямолинейного консерватизма. Кто верит в человеческий разум, тот не усомнится в том, что наследие Октября ещё поможет и России, и другим государствам-осколкам великого Советского Союза. Страны, которая показала всему миру, что можно развиваться с опорой на народное большинство, на справедливость и просвещение, а не на финансовые спекуляции и провокации. Страны, которая провозглашала мир, а не распри. Страны, которая верила, что мир можно сделать лучше, — и немалого достигла.

В одной из давних песен Александры Пахмутовой и Николая Добронравова прозвучал постулат: «Наша Родина — революция». Что это — патетическое преувеличение?

Или доля истины здесь слишком высока, чтобы от неё отмахиваться?

Если принять, что наша революция — это катастрофа, мы останемся в трясине исторического разочарования. Отправить Октябрь «на свалку истории» можно под флагом либерализма или с позиций национал-консерватизма. Изоляция, Солженицын, кафтаны, домострой, бла-алепие. Наверное, комфортно думать, что всякий мятеж против сложившегося порядка вещей преступен, и горе тому, кто замахнётся на сложившийся уклад. Это ретроградный самообман, по логике которого революции всегда пагубны и допустимо только эволюционное развитие.

Две буквы отбросили, добавили примирительное «э» — и, кажется, предотвратили кровопролитие. Но разве не в революционной стихии родились величайшие державы — Советский Союз и Китайская Народная Республика? Да и французы с американцами к своим революциям относятся как к великим вехам истории. Даже заклятые враги Октября, такие как Василий Шульгин, Александр Керенский, Павел Милюков, Уинстон Черчилль, признавали созидательную силу большевиков, революции, Советской власти… Нынешние антисоветчики без зазрения совести предпочитают откровенно демонизировать историю Советского Союза. Эту ложь тиражируют. Им не удаётся создать промышленность, сопоставимую с советской, но они создали индустрию лжи.

Вроде бы современным охранителям бессмысленно бороться с позавчерашними противниками царской системы. Но они боятся, до сих пор боятся «Авроры». Наверное, в ХХI веке власть ожидают угрозы другого рода, не матросов-балтийцев им нужно бояться… Но страх противников — это тоже своего рода мерило величия революции.

А для страны, для общества отказываться от политического капитала революции — постыдная опрометчивость. За много лет образы Октября стали основой патриотического сознания советских людей. Мы ощущали себя наследниками великих свершений, а не сиротами. Мы и сегодня живём в новом, послереволюционном мире, но сами себя загнали на его периферию. Можно задрапировать слово «Ленин» на стене Мавзолея, можно повторить вслед за нобелевским лауреатом, что «ХХ век Россия проиграла», только от самобичевания ещё никто не стал счастливее. В той картине мира, которая получается после перечёркивания Октября, мы остаёмся вечными аутсайдерами.

Трудно спорить с записными ненавистниками революции и лично товарища Ленина: слишком сильна экзальтация. Кто-то взращивает фанатичную ненависть к одному из ключевых отрезков нашей истории. Смахнули паутину с антикварных скрижалей, в которых всё строится на таком замшелом монархическом фетишизме, что мухи дохнут от нафталина.

У нас появились форменные моджахеды антисоветизма, для них ненависть к Советской власти сакральна. Тут аргументы бессильны, остаётся ждать, когда развеется гипноз. Особенно это заметно по Украине. Но и наши не отстают. У них уже готова для каждой бочки затычка. Оказывается, задолго до революции в России задумывались и о всеобщей грамотности, и об электрификации, и о строительстве метро, и о трансполярных перелётах… Ну, конечно, задумывались. И мечтатели, и правительственные светлые головы, и революционеры. Некрасов, например, грезил о временах, когда «Белинского и Гоголя с базара понесут». Но до ума довели эти замечательные прожекты большевики. С их «американской деловитостью и русским революционным размахом». Без предрассудков и без запасных аэродромов в виде недвижимости за рубежом. Советская власть сделала достоянием миллионов то, что прежде было предметом «элитарного потребления»: от Пушкина до Ломоносова, от Эрмитажа до Большого театра. И не случайно в бывших усадьбах помещиков и капиталистов у нас устраивались детские сады, дома пионеров, библиотеки и рабочие клубы… Это не декорация, страна действительно стремилась к просвещению и становилась просвещённой.

В Китае революционная эпопея была не менее драматичной, чем у нас, не говоря уже о Франции. Но в этих странах образ революции — в основе народного самосознания. Сильный образ сплачивает поколения. Память о революции как о великом свершении даёт китайцам и французам энергию исторического оптимизма. А если внушить им, что всё было напрасно, что взятие Бастилии и походы Мао — это постыдный морок, преступление и только? Тяжко бы им пришлось. Но китайцы ружья кирпичом не чистят.

К чему же ведут попытки объявить русскую революцию «мёртвой зоной» нашей истории? Следующий шаг — признание, что и за Вторую мировую войну нам следует каяться… Революцию не удастся ни перечеркнуть, ни проклясть, если вместе с памятью о «красной империи» не пустить под откос всю нашу страну, насквозь пропитанную советским духом.

Для России социалистическая революция — это не только мечта, не только историософская разработка, не только разрушение буржуазного мира, но и держава, которая за семьдесят лет показала примеры развития, побед, кризиса и распада. Получился сильный сплав революционной мечты и государственной реальности. С тех пор за Октябрь у нас ещё и «сила привычки», сила традиции.

Если не перечёркивать советский опыт — он не раз нам поможет. Будущее человечества — не в усугублении индивидуализма, не в развитии спекулятивных финансовых систем и, уж конечно, не в упразднении просвещения. А в СССР несколько поколений попытались жить по-прометеевски, с гордостью за земное предназначение человека. У нас было слово «товарищ», ныне почти запретное. По всей Руси великой звучит неестественное, антикварное, надменное «дамы и господа». Понятие «товарищ» — это когда чванство постыдно, а братство естественно, когда главное — твой труд, а не происхождение.

Сегодня нам не хватает советской устремлённости, нацеленности на результат. Не хватает советского отношения к Просвещению. Именно так — с большой буквы. Опасно, что у нас пожухла вера в человека, которую 26 лет назад отменили «сверху», а точнее, подменили обожествлением хозяев жизни.

В советское время мы заглянули в будущее. Строилось новое общество, независимое от диктата ростовщиков. Советская система помогала раскрывать такие способности общества и человека, о которых прежде и не помышляли. А нынешние нервные пляски вокруг столетия революции, увы, показывают, что до возвращения к здравому смыслу нам далеко. Но другого направления нет и быть не может. Нужно выполнять главный урок Октября: не сидеть сложа руки, а исправлять пороки навязанного уклада «своею собственной рукой». В прошлое поезда не ходят, а дорогу в будущее осилят товарищи, а не господа.

Арсений Замостьянов

Источник


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Революция, «Стена скорби» и антисоветизм

Столетие Октябрьской революции

Советский Союз — это не модель для интеграции. Это модель альтернативного мира

Столетие российской революции 1917 года в фокусе антироссийской исторической пропаганды

Разложение нравов российской империи и Октябрьская революция

Исторический запрос на «нового Ленина» и современный антиленинизм



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3206
10587
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика