Концепция поправок в Конституцию России

Концепция поправок в Конституцию России 1. Актуальность, цели принятия проекта


Необходимость внесения поправок в Конституцию РФ определяется особенностями ее принятия в декабре 1993 г. Это явилось не столько результатом общественного консенсуса, сколько разрешившегося силой противостояния исполнительной и законодательной ветвей власти. Быстрое, безальтернативное осуществление конституционной реформы привело к наличию в основном законе многочисленных изъянов и противоречий. С одной стороны, в Конституции сохранился ряд дефиниций, имеющих соответствующую смысловую нагрузку лишь в рамках советского идеологического лексикона и не отражающих, таким образом, новых реалий развития России. Вместе с тем, Конституция 1993 г. содержит и некоторые положения неолиберального свойства, содержащие потенциальную угрозу («мины замедленного действия») для государственной целостности и национальной идентичности России. Компилированный посредством обращения к западному конституционному опыту. Основной закон России совершенно недостаточно отражает ее цивилизационную и культурно-историческую специфику, абстрагирован от нее. При купировании названия «Россия» такой документ может быть отнесен к любому государству. Полностью игнорированы в Конституции аспекты духовной и национальной ориентированности государства, которые, как доказывают исследования Центра, являются важнейшими факторами демографического благополучия. Ни русский народ, ни Русская православная церковь в действующей Конституции даже не упоминаются. Укажем основные проблемы современной Конституции Российской Федерации:

1. Ее абстрагированность от российской самобытности и идентичности, которая выражается в заимствовании и копировании западных политических и правовых институтов в тексте Конституции.

2. Отказ от истории и корней, выражающийся в отсутствии даже в преамбуле упоминания о русском народе как основателе государства, о Православной церкви как основе духовности российского общества.

3. Отношение к советскому периоду истории как к периоду утраты государственного суверенитета Россией.

4. Отсутствие в Конституции ясных и четких формулировок важнейших ценностей существования государства, общества, человека.

Общая характеристика и оценка состояния правового регулирования

Указанные в разделе 1 настоящей Концепции проблемы возникают вследствие формулировки, толкования и применения норм, содержащихся в действующей Конституции Российской Федерации. Обладая высшей юридической силой, подобные нормы способны задавать неверный вектор развития не только законодательства, но и общества и государства. Таким образом, политическое руководство, некоторые органы государственной власти, общественные институты оказываются в плену отдельных конституционных рамок, которые препятствуют нормальному развитию. При этом логического и разумного, с позиций российского общества и государства, объяснения тому, как те или иные формулировки были включены, или наоборот — не вошли в текст Конституции, не существует. В связи с этим предлагается внести в текст Конституции изменения, которые позволили бы устранить подобные системные ошибки, а в некоторых случаях четко расставить приоритеты. При этом не идет речь о масштабном пересмотре Конституции и ревизии большинства норм. Основы конституционного строя в результате предлагаемых изменений затронуты не будут, хотя и предполагается внести некоторые изменения в соответствующие главы. Речь идет в основном о модификации духа Конституции, более четкой акцентировке на самобытности российского государства и общества и учете их национальных особенностей. Постатейный анализ Конституции и предложения по внесению изменений в ее нормы представлены в разделе 1.3 настоящей Концепции.

Описание нормативных решений. Структура документа

Преамбула

Взятая за основу в преамбуле Конституции субъектоопределяющая дефиниция «многонациональный народ» представляет собой своеобразный парадокс, идеологическую мешанину. Народ не может быть многонациональным.

Нация является более широкой по отношению к народу категорией. Существуют многоэтничные нации. Но выражение «многонациональный народ» является доморощенным изобретением. Данная понятийная конструкция ведет происхождение из советского идеологического лексикона. Она представляет собой не более чем перефраз понятия «новая историческая общность — советский многонациональный народ». Вне определяемого коммунистической идеологией специфического советского контекста это понятие не имеет смысла. Коммунистические идеологи говорили о советском народе, как о новой исторической общности, т.е. феномене, принципиально отличном в этнопо-литическом плане от прежнего понимания природы наций. У разработчиков Концепции нормативных правовых актов Конституции РФ такой оговорки в отношении российского «многонационального народа», естественно, не содержится. Следует также напомнить, что советский многонациональный народ рассматривался как переходная фаза к безнациональному коммунистическому обществу. Кроме того, само положение о полиэтничности государства есть не более чем экстраполяции советской этнополитической модели. Действительно, в СССР численно преобладающий русский народ составлял лишь около 50% населения. В Российской Федерации картина этнического представительства принципиально иная. Доля русских в населении РФ — более 79%, соотносимая с показателями представленности титульных наций в национальных европейских государствах, позволяет классифицировать современную Россию в качестве моноэтнического государства. В этой связи более целесообразно было бы использовать в преамбуле вместо слов «Мы, многонациональный народ Российской Федерации» другое субъектообозначающее определение:

«Мы, русский народ и другие народы России». Аналог такой формулы содержится, к примеру, в Конституции Испании — «Мы, испанский народ и другие народы Испании». Характерно, что доля испанцев в населении Испании (70%) — ниже процентного представительства русских в РФ. В соответствии с новой версией преамбулы термин «многонациональный народ» должен быть устранен и из основного содержания Конституции — ст. 3. Проблема кажущегося этнического «неравенства» снимается введением правового понятия гражданской нации, как категории, выравнивающей все права и свободы гражданина, независимо от его этничности, веры и т.д. Поэтому поправка приобретает вид:

«Мы, русский народ и все народы России, составляющие вместе гражданскую нацию России, ...» и т. д. по тексту. Эта формула сочетается с принципом: если ты гражданин России — ты обладаешь всеми правами, если ты не гражданин — то не всеми, что подводит в свою очередь к институту догражданственных статусов в процессе натурализации иммигрантов. Нуждается в некоторой корректировке, как политически конъюнктурное, положение преамбулы о возрождении суверенной государственности России. Данное положение противоречит идее политической преемственности Российской Федерации от Советского Союза и непрерывности потока национальной истории. С изгнанием в 1612 г. поляков из Москвы, Россия более не утрачивала государственного суверенитета. Менялось лишь ее официальное название. Суверенность России сохранялась и в прославленном многими выдающимися достижениями советском периоде ее истории. С этой точки зрения корректнее говорить не о возрождении суверенной государственности России, а об установлении новой формы Российского государства — Российской Федерации, характеризующейся не только географическими особенностями (новыми границами), но и установленными Конституцией формой правления, формой государственного устройства и политическим режимом.

Статья 2

Данная статья предлагает неолиберальную трактовку высших государственных ценностей — «человек, его права и свободы». В этом ценностном ряду не нашлось даже места для самой России. Безусловно, ее независимость должна быть также отнесена к базовым конституционным ценностям — причем, приоритетным по отношению к прочим. В периоды великих войн, угроз физическому существованию страны государство и народ шли на сознательное ограничение прав и свобод человека, признавая тем самым более высокий статус ценности независимости России. Не нашли отражения среди высших ценностей государства и ценности традиционных религий России. В принятой формулировке более чем очевидно обнаруживается атеистический подход. Руководствуясь данными соображениями, целесообразно скорректировать первое предложение 2-й статьи Конституции следующим образом:

«Высшими ценностями Российского государства являются государственная суверенность России, накопленные ею в веках и поколениях ценности культуры, религий, традиций, духовное достоинство, права и свободы человека.

Запрещается реализация одних высших ценностей Российского государства в ущерб другим. Признание, соблюдение и защита высших ценностей Российского государства — обязанность государства».

Статья 5

Декларируемое в частях 1 и 4 равноправие субъектов РФ опровергается частью 2, в которой республикам предоставляется преференция иметь свои конституции. В качестве эквивалента слова «республика» используется термин «государство». Получается парадоксальная ситуация: при наличии провозглашаемого государственного единства внутри России существует еще множество государств. Поэтому эквивалентное обозначение республик как государств должно быть из Конституции устранено. Конституция — это Основной закон государства. Может ли быть у того или иного территориального образования сразу два или несколько основных законов — один федерального, другой регионального происхождения? Очевидно, что наименование «Конституция» в последнем случае должно быть заменено термином «Устав», применяемым в настоящее время в отношении областей и краев. В направлении унификации следует также пересмотреть, как противоречащее принципу равноправия субъектов, разделение последних на республики (более преференцированные), области и края. Концептом решения в данном случае может быть придание всем субъектам РФ одинакового статуса и наименования, например — «губерния». Соответствующие изменения должны быть внесены в гл. 3 «Федеративное устройство». Автономные образования и города федерального значения при этом должны быть объединены с иными субъектами Федерации.

Статья 13

Принятие положения о деидеологизации государства объясняется контекстом борьбы с коммунистической идеологией. В действительности неидеологических государств не существует. Ряд идеологем присутствует и в современной Конституции РФ. К каковым, например, относится провозглашение человека высшей государственной ценностью (ст. 2) или определение Российской Федерации в качестве социального государства (ст. 7). Деидеологизация государства привела на практике к утрате им духовных ценностных ориентиров. В этой связи целесообразно не только устранение из Конституции положения о запрете государственной идеологии, но и внесение тезиса о России как духовно ориентированном государстве. В связи с этим предлагается исключить из ч. 2 ст. 13 Конституции слова «государственной или».

Статья 14

Вопрос о религии — один из наиболее слабо представленных компонентов Конституции РФ. Термины «церковь», «конфессия», «религиозный культ» и т. п. вообще не упоминаются в Основном законе. Показательно, что при акцентировке внимания на многонациональности России игнорируется ее религиозная неоднородность. Закрепленное в ст. 14 понятие «светское государство» не поясняется ни в одном из действующих законодательных положений. На практике под ним зачастую подразумевается атеистическая государственность. Очевидна также некорректность формулировки отделения религиозных объединений от государства. Это выглядит как своеобразное отлучение церкви. Более корректно было бы говорить об отделении религиозных объединений от органов государственной власти. Предлагается следующая формулировка ч. 2 ст. 14: «Религиозные объединения самостоятельны, не вмешиваются в дела государства, государство не вмешивается в дела религиозных объединений иначе, чем в порядке, установленном федеральным законом».

Статья 27

Предоставление российской Конституцией каждому человеку, находящемуся на территории РФ, права свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, создает потенциальные угрозы для России в условиях неконтролируемой иммиграции. Очевидна в этой связи необходимость управления миграцией, включая расселение иммигрантов. Такая задача предполагает изменение соответствующей статьи Конституции, что может быть осуществлено заменой слова «каждый» словосочетанием «граждане России», поскольку именно к ним относятся обозначенные выше свободы.

Статья 43, часть 3

Тезис о праве каждого на получение бесплатного высшего образования является, по-видимому, рецидивом советского понимания образовательной политики. В действительности бесплатных образовательных услуг не существует. Под ними на обыденном уровне понимают образование, оплачиваемое за счет средств соответствующих бюджетов. Однако, получив данное образование в кредит, человек должен его погасить, отработав необходимый срок по государственному распределению в соответствии с приобретенной специальностью. Восстановление системы государственного распределения способно частично решить проблему оттока квалифицированных кадров из ряда стратегически важных для России регионов. Кроме того, при введении соответствующих рейтингов для учащихся, на основании которых будет осуществляться распределительная процедура, это существенно повысит уровень образовательной подготовки. Предлагается следующая формулировка ч. 3, ст. 43:

«3. Гражданин Российской Федерации имеет право на конкурсной основе получить за счет соответствующего бюджета высшее образование в государственном или муниципальном образовательном учреждении и на предприятии. Иностранные граждане и лица без гражданства могут получить такое право на основании международного договора Российской Федерации».

Статья 65

Ранжированный принцип перечня субъектов РФ противоречит декларируемому принципу их равноправия. Республики, в частности, оказываются по своему статусу выше областей. В целях последовательной реализации принципа равноправия субъектов их перечень должен быть дан в алфавитном порядке.

Статья 68

Констатировав государственный статус русского языка, Конституция предоставляет национальным республикам право установления своих государственных языков, т. е. опять вводит атрибутику множественной государственности взамен единой государственности России. Фиксируется тем самым не только и не столько многоязычие народов России, сколько существование на ее территории множества государств. Возникает, таким образом, угроза государственной целостности страны. Поскольку границы и соотносимость применения русского-государственного и местного-государственного языков в республиках находится в ведении национальных властей, создается весьма угрожающая для российской языковой интегрированности ситуация. В целях предотвращения потенциального лингвистического сепаратизма должен быть конституционно установлен принцип единого государственного языка. Действительно, в мировой конституционной практике известны случаи государственного билингвизма.

Однако полилингвизм, помимо Российской Федерации, в современном мире нигде не существует. Наличие в едином административном образовании по меньшей мере двух государственных языков способно создать правовой и терминологический хаос. Другим следствием такой лингвистической неопределенности является факт осуществляемой в ряде национальных республик дискриминации по языковому принципу, направленной чаще всего против проживающего в них русского населения (феномен выдавливания русских). Таким образом, задачи поддержания государственной безопасности и перспективы роста конкурентоспособности России в мире предполагают скорейшее внесение предлагаемых поправок.

Прогноз последствий принятия проекта

Принятие проекта позволит устранить идейный и ценностный вакуум Конституции Российской Федерации, сделать некоторые ее нормы более адекватными национальным, историческим и культурным особенностям российского общества и государства, создать предпосылки для совершенствования законодательства, основывающегося на соответствующих конституционных нормах. При этом необходимо отметить наличие риска возникновения политического и социального напряжения при обсуждении отдельных изменений в том случае, если не будет обеспечена информационная открытость процесса обсуждения поправок к Конституции, разъяснение смысла предлагаемых изменений. Это возможно делать в ходе работы Конституционного собрания. Таким образом, наступление позитивных последствий принятия предлагаемых поправок во многом будет зависеть от совершенства федерального конституционного закона «О Конституционном собрании» и предусмотренных его нормами процедур обсуждения и согласования позиций.


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1423
5993
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика