Теоретические аспекты проблемы эффективности государственного управления

Теоретические аспекты проблемы эффективности государственного управления

Журнал "Власть", №8, 2006

Эффективность в социальных системах весьма многосоставное и многозадачное явление, поэтому установить общеупотребительные критерии эффективности, например государственного управления, представляется весьма затруднительным. По мнению авторов, именно решения, принимаемые управленческой командой, могут полагаться в основу критериев её эффективности. В современной политической науке существует несколько моделей процесса принятия политико-управленческих решений - рациональная модель Г. Саймона, инкрементальная модель Ч. Лидблома и модель политико-управленческого цикла. Проанализировав достоинства и недостатки каждой, авторы делают вывод об имеющем место «кризисе» понимания эффективности работы государственного управления в России. А попытки перенести западное понимание эффективности управления на российскую почву без учёта трансформации целевых и ценностных установок этот кризис еще более углубляют. Для его разрешения предлагается комплексная трактовка эффективности государственного управления, позволяющая учитывать проблемы, которые появляются в государственном управлении при развитии т.н. бюрократического типа управления. Впрочем, по мнению авторов, это только «верхняя часть айсберга» проблем. Необходимо развитие новой модели критериев эффективности государственного управления.

Теоретические аспекты проблемы эффективности государственного управления

Якунин В.И., кандидат политических наук;

Сулакшин С.С., доктор физико-математических наук, доктор политических наук, профессор

Тимченко А.Н., кандидат политических наук


Описанию эффективности государственного управления, как и собственно управления, посвящено множество научных работ [1] . Тем не менее, стремление достичь указанную эффективность на практике продолжает сталкиваться с проблемами различного характера: кадровыми, экономическими, политическими и т.п. В особенности это верно, когда эффективность определяется для высшего управленческого звена в системе управления. При этом каждая отрасль научного знания понимает проблему эффективности по-своему. С экономической точки зрения достижение эффективности можно определить как механизм управления издержками или соотношением затрат на выпуск единицы товара (услуги). Подобный подход не чужд и управленческой науке, в которой эффективность можно трактовать как производную от издержек при достижении целей (как на уровне управленческих команд, так и на уровне организаций в целом, персональном и интерперсональном уровнях).

Помимо этих примеров, в большинстве случаев представления об эффективности, как и подходы к эффективности управления (и государственного управления как его части), только усложняется. Оценивая эффективность социальных систем, уже используют сложные системы показателей. В теориях групповой политики основными факторами, определяющими эффективность группового взаимодействия, являются [2] : внешняя среда; тип задачи, поставленной перед группой; численность группы; руководство группой; технология группового принятий решений; взаимодействие между членами группы; мотивация в группе.

В результате в любой социальной системе оценка эффективности представляет собой проблему корреляции указанных параметров, причём их конечный список может отличаться от одной дисциплины к другой. Тем более сложной представляется проблема оценки эффективности процесса управления вообще, как и государственного управления в частности в связи с многозначностью и многовариантностью трактовок управления.

Понятие «управления» имеет множество трактовок, однако, большая их часть сводится к пониманию управления как направленного процесса воздействия (взаимодействия) различных сил, способных привести к изменению текущего состоянию их взаимодействия. Подобный подход к определению «управления» настолько широк, что не может не отражаться на последствиях, в результате чего последнее стало охватывать почти безбрежное количество самых разнокачественных явлений, отношений и процессов [3] . Следует иметь в виду, что при осуществлении управленческого воздействия, как правило, некоторые характеристики субъекта и объекта направленного процесса управления коррелируют друг с другом, находя точки взаимного соприкосновения и изменения существующей ситуации или отношений. Современные российские теории управления, и принятия решений в частности, обходят эту особенность политического и экономического процесса, так как она требует изменения не только существующих моделей управленческого процесса, но и способа мышления людей, эту деятельность осуществляющих.

Учитывая особенности процесса управления, описанные выше, можно конкретизировать рассмотрение проблемы эффективности управления. Эффективность в социальных системах весьма многосоставное и многозадачное явление. Учитывая постоянное расширение процессов управления в трактовках социальных, политических, юридических наук, установить общеупотребительные   критерии эффективности управления, государственного управления в частности, представляется весьма затруднительным. Если в чистом экономическом смысле эффективность проста и понятна, то в теориях управления её приходится считать свойством управленческой системы, что выливается потом в требование эффективности управления как основного фактора осуществления этого процесса. Проще говоря, эффективность считается непременным атрибутом деятельности управленческой системы, и изменения в системе управления, как и создание теоретических моделей этих изменений, создаются с целью повышения эффективности.

Выдвигая подобный тезис необходимо ответить на вопрос - если эффективность трудно оценить, то каким способом тогда можно ее   достигать в процессе управления?

Обратимся к основному продукту как результату   управленческой деятельности – решениям. Именно решения, принимаемые управленческой командой, могут полагаться в основу критериев её эффективности. Бесспорно, существуют и другие критерии, но, тем не менее, целесообразно ограничиться принятием решений, так как известно, что при изучении системы функционирования органов государственной власти и управления в высшем управленческом звене, формализованные решения представляют собой наиважнейший предмет для исследователей, как на теоретическом уровне, так и на уровне case - studies .

В современной политической науке существует несколько моделей процесса принятия политико-управленческих решений. Это рациональная модель [4] Г. Саймона, инкрементальная модель [5] Ч. Лидблома, модель политико-управленческого цикла [6] . Рациональная модель принятия политико-управленческих решений Г. Саймона построена на рациональном переборе альтернатив решения и конечном выборе   (причём deciding и doing [7] являются равнозначными частями решения), выстроенной системе целеполагания организации, и выстроенной системе управления, предполагающей определённый образ поведения членов организации. Причём целеполагание также определяется рациональным путём, при этом процесс принятия решений в организации не прекращается. Рациональной модель названа именно в связи с   всеобъемлющим рационализмом, при этом уровень иррационального отбора вариантов решений допускается только на нижем управленческом звене [8] .

На основе теории Г. Саймона   разработана и «классическая школа управления» ( Classical School of Management ). Это подход к управлению, основанный на идентификации общих принципов для их рационального использования в организации. Теоретики классической школы полагали, что можно отыскать лучшую систему организации путём определения основных функций бизнеса [9] . Это убеждение привело к появлению функциональной и   организационной структуры, которая и была принята как образец рационализации процесса управления и принятия решений в сфере осуществления исполнительной власти. Первая теория профессиональных управленцев в государственной сфере – бюрократов , была выдвинута М. Вебером. Под базу функциональной структуры организации управлением была подведена «рационализированная» бюрократия, безотносительно к типу и функциональной нагрузке организации. Рациональность этой бюрократии столь велика, что она не имеет собственных интересов, её цели совпадают с целями организации, и она обладает следующими характеристиками [10] :

1.   Четкое разделение труда, что приводит к появлению высококвалифицированных специалистов в каждой должности;

2.   Иерархичность уровней управления, при которой каждый нижестоящий уровень контролируется вышестоящим и подчиняется ему;

3.   Наличие взаимоувязанной системы обобщённых формальных правил и стандартов, обеспечивающих однородность выполнения сотрудниками своих обязанностей и скоординированность различных задач;

4.   Дух формальной обезличенности, с которым официальные лица выполняют свои должностные обязанности;

5.   Осуществление найма на работу в строгом соответствии с техническими квалификационными требованиями. Защищённость служащих от произвольных увольнений.

Следует важный вывод, возникающий при сравнении и наложении концепций рациональной модели принятия политико-управленческих решений, классической теории менеджмента и теории бюрократии М. Вебера. Эффективность государственного управления определяется возможностями органов государственной власти реагировать на факторы воздействия внешней среды, сохраняя при этом стабильность и устойчивость политической системы. Структура органов государственной власти в большинстве политических систем строго иерархизирована, специализирована и построена по бюрократической модели.

  В результате эффективность государственного управления в данной ситуации определяется исключительно с позиций рационализации государственного управления, достигаемого за счёт специализации квалифицированного управленческого аппарата и формального разделения обязанностей. Эффективность управления и государственного управления в частности в этой модели оказывается внутренней заложницей системы, то есть именно отлаженная структура управления должна дать гарантии эффективности.

Поэтому логично, что Г. Саймон, Д. Смитбург, В. Томпсон предполагают небольшие отличия организации и функционирования органов исполнительной власти от бизнес-структур. С этой   точки зрения правительственная администрация «обюрократизирована», а управление в частной фирме «носит деловой характер»; правительственная администрация политизирована, а управление в частной фирме – нет; правительственная администрация опутана формализмом, а управление в частной фирме – нет. Между крупными государственными и частными организациями гораздо больше сходства, чем различий [11] . С этой позиции   для проведения исследований в области административного управления можно использовать данные исследований организации и функционирования частных компаний, или еще более определенно этот подход настаивает, что проблемы эффективности государственного управления и эффективности работы крупных (это нужно подчеркнуть) корпораций на уровне высшего управленческого звена можно признать схожими.

Развитием рациональной модели Г. Саймона стал инкрементализм Ч. Линдблома. В основном, эта модель выросла на критике, что рациональный отбор вариантов жёстко привязан к структуре, следовательно, решения, вырабатываемые в пределах рациональной модели, должны быть предсказуемы. Но социально-политические системы постоянно эволюционируют, и, если рассматривать случай государственного управления и корпоративного управления в высшем управленческом звене, то ключевым моментом в принятии решения становится сохранение власти или влияния. В результате выстроенная структура принятия решений уже не обеспечивает необходимую предсказуемость. Более того, часть решений, направленных на сохранение власти или стабильности политической системы, могут приниматься и вовсе спонтанно.

Если рационализм единственным критерием эффективности управления предполагает решение, принятое по рационализированной процедуре, то инкрементализм пытается учитывать и влияние актора на принимаемое решение. Появляется необходимость учитывать не только цели управления. Вместе с политической составляющей возникает и ценностная составляющая, учёт которой в рациональных моделях невозможен. В результате разрывается связь между этапами рационального процесса принятия решений [12] , а именно между   поиском и разработкой стратегических целей, формулированием тактических целей, выбором из альтернатив (стратегий) для совершенствования тактических целей и процессом оценки результатов реализации решения.

Эффективность управления здесь зависит от учёта всех альтернатив, определяющих и корректирующих стратегические и тактические цели. Однако, в реальный условиях управленец просто не в состоянии перебрать все альтернативы. Более того, у него нет гарантий, что альтернативы сформулированы исчерпывающе, так как ситуация в системе постоянно изменяется. То есть не только решение является самоцелью и единственным критерием эффективности управления, но и изменяющиеся внешние условия, целевые и ценностные установки, которые также могут подвергаться коррекции и рассматриваться в различных ракурсах.

Инкрементальный подход ставит актора в позицию выработки не столько константной идеальной цели, сколько адекватного состоянию среды процесса политико-административного управления. Лица, принимающие решения, отслеживают только инкрементальные изменения в политической (экономической, социальной или др.) системе и проецируют их в модели управления, а также подвергают корректировке систему целеполагания и управленческих задач.

Цели и средства часто изменяются одновременно, вместе с административным процессом [13] . Это в корне меняет точку зрения на представления об административном процессе в органах исполнительной власти. В рациональной модели принятия политических решений мы имеем дело со статическим политико-административным процессом, который имеет единственную единицу измерения - преобразующее поведение и образ действий лиц, принимающих управленческие решения. Основу инкрементальной модели, напротив составляет представление о политико-административном процессе как динамичном явлении, в рамках которого происходят значительные взаимовлияния не только на цели, средства и сам процесс, но и на его акторов, группы давления, структурирование политико-административного взаимодействия. Этим можно объяснить довольно высокую приспособляемость органов исполнительной власти к политической реальности, при формальном сохранении функционально-дивизионной модели организации управленческого процесса.

Однако, инкрементальные модели принятия решения не прижились на практике именно по причине потенциально низкой эффективности. Если рационализм стимулировал управленца к «выходу за пределы» управляемой им системы и потенциальное её совершенствование, хотя и в статике задач, целей и ценностей, то инкрементализм скорее стимулирует бездействие управленца. К тому же он излишне опирается на креативность лица, принимающего решение. В результате эффективность управления, особенно на уровне высшего управленческого звена при применении инкрементальной модели оставляет довольно много вопросов и необходимость дополнительного изучения основания и методик деятельности акторов в системе принятия политико-управленческих решений [14] .

Отталкиваясь от   недостатков   описанных выше   моделей были созданы, так называемые, циклические модели или модели политико-управленческого цикла ( Policy Cycle Дж. Андерсона). Обобщённо модель состоит в том, что в процессе принятия решение проходит определённое количество этапов, от осознания проблемы, до её практической реализации. Этапы имеют следующие названия [15] : Agenda setting (построение повестки дня); Policy formulation (формулирование альтернатив); Policy adoption (принятие (выбор) решения); Policy implementation (реализация решения); Policy evaluation (оценка результатов и изменение решения).

Несмотря на высокую интегративность моделей принятия политико-управленческих решений их описательная способность и методологический потенциал ограничены. Причина этого в недостаточном раскрытии потенциала эффективности. В рационализме эффективность государственного управления (и управления вообще) загонялась в рамки жёстких форм и процедур, в инкрементализме она была освобождена от «застывших форм», но сложность взаимодействий в политической системе помешала её раскрыться. Появилось слишком много факторов, необходимых к учёту при осуществлении государственного управления или политического управления на уровне высшего управленческого звена. В результате эффективность снова была ограничена, но уже циклическими интегративными формами, само применение которых отчасти гарантировало эффективность как принимаемых решений, так и, отчасти, процесса управления в целом.

Инструментально подобный подход к управлению компанией вполне удобен. Более того, он может быть признан эффективным (в смысле эффективности как имманентного свойства управления) в государственном управлении на уровне европейских стран и США, но на бюрократическом уровне он слишком сложен в рамках строгой вертикальной иерархии. Новые реалии как в системе государственного управления в РФ, развитие системы институтов гражданского общества, общая эволюция политической системы требует всё большей самоотдачи для выживания акторов в политическом пространстве. В результате, сложившихся рациональных, бюрократических механизмов принятия решений и государственного управления становится явно недостаточно. Это хорошо иллюстрирует постоянно проходящая в России административная реформа на различных уровнях государственного управления. Учёные по разному трактуют причины этого явления – внутреннее сопротивление аппарата, политические традиции, ненацеленность власти на реформы и т.п. Но наиболее общая причина остаётся константной – слабо развитая способность системы государственного управления отвечать на всё новые вызовы политической системы, всё более ярко выражающуюся трансформацию не только публично декларируемых целей и ценностей, но и целевых и ценностных установок управленческого аппарата.

Каким образом критерий эффективности реализуется в сегодняшнем контексте административной реформы? Обратимся   к показателям,   иллюстрирующим   общие подходы к   эффективности государственного управления, которые трансформируются административной реформой [16] (табл.1).

С точки зрения развития системы органов государственной власти цели реформы заявлены благие, но характер изменений практически сразу же раскрывается на примере росписи задач в системе мониторинга эффективности административной реформы в соответствии с целевыми установками.


Таблица 1. Цели реформы государственного управления

Стратегическая цель : повышение эффективности государственного управления для обеспечения достижения целей социально-экономического развития

Цель 1: Создание оптимальной структуры и системы распределения функций ФОИВ [17] для обеспечения эффективной работы органов госуправления и повышения качества госуслуг

Цель 2: Снижение уровня гос. регулирования в экономике

Цель 3: Повышение профессионализма, престижа и конкурентоспособности госслужбы

Цель 4: Повышение эффективности и результативности бюджетных расходов

Цель 5: Укрепление механизмов прозрачности и внешней подотчетности органов госуправления

  Указанным целям отвечают некоторые задачи.

Цель 1.  

Задача [18] 1.1. Оптимизация структуры и численности государственного аппарата и подведомственных организаций

Задача 1.2. Оптимизация исполнения функций исполнительной власти на основе результатов функционального обзора

Задача 1.3. Оптимизация деловых процессов и внедрение административных регламентов и стандартов государственных услуг <…>

Цель 3 :

Задача 3.1 Создание условий для оптимального организационно-правового обеспечения государственной службы

Задача 3.2. Определение обязанностей, полномочий и мер ответственности госслужащих на основе должностных (служебных) регламентов

Задача 3.3. Внедрение новых методов планирования, финансирования, стимулирования и оценки деятельности госслужащих, рациональное использование ресурсов в системе госслужбы

Задача 3.4. Обеспечение открытости государственной службы в интересах развития гражданского общества и укрепления государства

Задача 3.5. Применение эффективных методов подбора квалифицированных кадров для государственной службы, оценки результатов служебной деятельности госслужащих, а также создание условий для их должностного (служебного) роста (и т.д.) <…>

Цель 5.

Задача 5.1. Повышение прозрачности и открытости органов государственной власти

Задача 5.2. Усиление системы внешней подотчетности


Формулировки задач показывают подход к эффективности государственного управления, применяемый в ходе административной реформы и мониторинга её эффективности. Формулировки задач в приведённых «Целях» указывают на дальнейшее построение строго иерархизированной системы управленческого аппарата, селектирующего решения внутри себя, с константными целевыми установками. То есть при реформировании системы госуправления разработчики руководствовались системой преемственности государственной власти и работы управленческого аппарата. Однако, в этой модели, как показано выше, отсутствует динамика принимаемых решений, не учитывается креативность управленцев, нет трансформации целевого и ценностного полагания в системе государственного управления в соответствии с изменяющимися условиями внешней среды. Таким образом, реализуемая модель реформирования государственного управления изначально способствует сохранению существующей структуры и методик государственного управления без их существенной трансформации, что приводит к   декларативности отдельных положений (в части целевых установок административной реформы).

Эффективность инкорпорирована   не как имманентно присущий системе управления фактор, а в качестве движущей системы развития системы государственного управления и корпоративного управления на уровне высшего звена. Разработчики системы мониторинга эффективности административной реформы   говорят и о западных методиках мониторинга: интегративные показатели SIGMA и GRICS [19] . Первый показатель включает в себя оценку эффективности реформ государственного управления по следующим показателям: государственная служба; управление разработкой и реализацией политики; управление государственными расходами; контроль за международными финансовыми операциями; внешний аудит;   государственные закупки.

Если практически все из показателей вполне формализуемы, то «управление разработкой и реализацией политики» относится к категории слабоформализуемых хотя и может быть индикатором с помощью экспертной оценки.

Второй показатель состоит из «6 индексов, отражающих 6 параметров государственного управления: право голоса и подотчетность;   политическая стабильность и отсутствие насилия; эффективность правительства; качество законодательства;   верховенство закона и контроль коррупции» [20] . Здесь также предусмотрены оценки для слабоформализуемых параметров, что может свидетельствовать об активном использовании методик, сопровождающих применение политико-управленческого цикла. Более того, разработчики говорят об использовании показателей «второго поколения», в большей степени ориентированных на анализ эффективности работы сетей принятия решений, но в итоговом документе по мониторингу эффективности административной реформы слабоформализуемые параметры представлены в недостаточной степени.

Попытка   перенести западный опыт и понимание эффективности работы государственного управления на российскую почву позитивна, но явно выделяются и некоторые проблемы. Во-первых, оценка эффективности административной реформы предполагает трансформацию без трансформации, то есть сохранение жёсткой структуры управления, которая обеспечит константность целевых и ценностных установок акторов системы государственного управления. Во-вторых, в системе мониторинга эффективности реформирования государственного управления показатели, предполагаемые для оценки использования более проработанных моделей принятия решений, применяются для оценки моделей принятия решений начального уровня. В результате применения подобных методов оценки эффективности при несовпадающих модельных условиях результаты мониторинга могут показать прямо противоположные результаты.

Таким образом, можно говорить об имеющем место «кризисе» понимания эффективности работы государственного управления в России. Применяемые методики соответствуют мировым стандартам, но применяются без оглядки на реальные модели принятия решений в сфере государственного управления, что загоняет понимание эффективности всё дальше и дальше в рамки рационального подхода, жёстко расписывающего полномочия, но не приспособленного для развития и учёта состояния внешней среды. Перефразируя Г. Саймона можно говорить о единственной ценности данной модели – решения для решений, управление для решений. Далее кризис усугубляется в попытках   перенесения западного понимания эффективности управления без учёта трансформации целевых и ценностных установок на российской почве.

Указанный кризис лежит, прежде всего, в области практического государственного управления, где новации в России приживаются наиболее трудно. Для его разрешения   необходимо разработать комплексную трактовку эффективности государственного управления, минимизирующую риск дальнейшего расширения бюрократических схем управления в Веберовском понимании и в понимании классической теории менеджмента. Центральным понятием модели может стать именно эффективность государственного управления, которая разворачивается как движущая сила развития управления, учитывающая изменчивость целей и ценностей, чувствительная к инкрементальным воздействиям внешней и внутренней среды, имеющая развитой механизм взаимодействия с управляемым социумом как в вертикальной плоскости, так и горизонтальной. Необходимо признать ценность доминирования структурного и процедурного управления, но выйти за его рамки для развития творческого потенциала лиц, принимающих решений.

Предлагаемая модель может выглядеть следующим образом (рис.1).

Рис.1. Структура модели интерпретация категории эффективность государственного управления.

Модель эффективности государственного управления ориентирована на его публичность. По этой причине эффективность трактуется как способность реализовать в рамках государственного управления публично заявленные цели и ценности. При этом не исключается их трансформация, а также динамика внутренних целевых и ценностных установок управленческой команды, которая разворачивается в методиках, применяемых для раскрытия критериев расширенного понимания эффективности.

Несмотря на то, что модель выглядит иерархичной, существуют многочисленные сетевые взаимодействия между критериями понимания эффективности. Адекватность и реалистичность, по сути, представляют собой требования формирования и управления целевыми и ценностными установками по отношению к внешней и внутренней среде политической системы. Безопасность обеспечивает стабильность функционирования в динамике изменчивости политического процесса. Профессионализм вбирает в себя методики принятия решений, обеспечения стабильности управляющей команды высшего звена. Социальный гуманизм – естественное требование управления в социальных системах, позволяющее отслеживать взаимовлияния управляющей и управляемых подсистем.

Естественно, предложенная трактовка эффективности не является всеобъемлющей и требует развития, но она позволяет учитывать проблемы, появляющиеся в государственном управлении при развитии т.н. бюрократического типа управления. Более того, она приближена к комплексному характеру и позволяет оценивать взаимовлияния управляющей и управляемой подсистем. Это взаимовлияние может быть оценено в динамике изменения целевых и ценностных установок, не исключается и управление ими. В работе предложена только «верхняя часть айсберга» проблем государственного управления, возникающих при его реализации. Для дальнейшей развёртки необходимо развитие новой модели критериев эффективности государственного управления.

 


[1] Атаманчук Г. В. Управление - социальная ценность и эффективность. М.: 1995; Атаманчук Г. В. Теория государственного управления. М.: 1997.; Эффективность государственного управления., под ред. С. А Батчикова, С.Ю Глазьева: Пер. с англ. М.: 1998; Аганбегян А. Г Управление и эффективность М.: 1981; Кочетков А. Эффективность системы государственной власти // Власть, 1997, № 5; Эффективность государственной власти и управления в современной России. под ред. Игнатова В., Р-на-Дону: 1998; Питерс Т., Уотермен Р. В поисках эффективного управления: Пер. с англ. М.: 1986; Мескон М.Х, Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента: Пер. с англ. – М.: Дело, 1998. и др.

[2] Глоссарий. ru : словари по общественным наукам.// Yandex.ru, <http://slovari.yandex.ru/

[3] Атаманчук Г.В. Теория государственного управления. – М.: Юрид. Лит., 1997. – с.21.

[4] См . - Simon H. Administrative Behavior: A Study of Decision - Making Process in Administrative Organizations. New York , 1997

[5] Линдблом Ч., Политика и рынки. Политико-экономические системы мира., М.: Институт комплексный стратегических исследований, 2005.

[6] Подробнеео Policy Cycle - Anderson J. Public Policymaking: An Introduction. Boston , 1994.

[7] Вбуквальномпереводе – решениеидействие.

[8]   Simon H. Administrative Behavior: A Study of Decision - Making Process in Administrative Organizations. New York , 1997. - p .2.

[9] Мескон М.Х, Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента: Пер. с англ. – М.: Дело, 1998. – с.759.

[10]   Мескон М.Х, Альберт М., Хедоури Ф. Основы менеджмента: Пер. с англ. – М.: Дело, 1998. – с.367.

[11] Саймон, Г. и др. Менеджмент в организациях: Сокр. пер. с англ. с 15 изд. – М.: Экономика, 1995. – с.27.

[12] Smith G. and May D. - The Artificial Debate between Rationalist and Incrementalist Models of Decision-Making.// Policy and Politics, 8, 1980. – p.198.

[13] цит . по - Smith G. and May D. - The Artificial Debate between Rationalist and Incrementalist Models of Decision-Making.// Policy and Politics , 8, 1980. – p .199.

[14] Дальнейшее совершенствование и развитие указанных моделей представлено в mixed - scanned модели Ф. Этзони и normative - optimum модели И. Дрора. В рамках данной статьи описанием этих моделей можно пренебречь, так как в них развиваются уже указанные эволюционные факторы эффективности управления и государственного управления в частности. Требование « экстрарациональности » выдвигаемое последней может быть интерпретировано как необходимость управления ценностными установками в процессе принятия решений для нового понимания эффективности государственного управления, но прямых ссылок на это у автора нет.

[15] См . - Anderson J. Public Policymaking: An Introduction. Boston , 1994.

[16] Добролюбова Е.И., Показатели эффективности реформ государственного управления в России./ Политанализ. ru , <http://www.politanaliz.ru/articles_568.html>

[17] Федеральные органы исполнительной власти

[18] Формулировки задач приведены в соответствие с Программой «Реформирование государственной службы Российской Федерации (2003 – 2005 гг.)»

[19] Подробнее см. Добролюбова Е.И., Показатели эффективности реформ государственного управления в России./ Политанализ. ru , <http://www.politanaliz.ru/articles_568.html>

[20] там же.

Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
4587
19158
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика