Санкции увеличили коррупцию в России

Санкции увеличили коррупцию в России

Максим Волков — аналитик, публицист

Рубль обесценивается, санкции свирепствуют, антисанкции не отстают... Народ приуныл и пока безмолвствует. Но есть в России категория граждан, которая встретила кризис достойно и не только сохранила показатели своей деятельности на докризисном уровне, но и приумножила их. Итак, поговорим о коррупционерах.

Согласно докладу организации «Чистые руки» от 3 сентября 2015 года, жалоб на вымогательство взяток поступило на 3% больше, чем в 2014 г. (10,2 тыс. против 9,9 тыс.). Средний размер взятки в долларовом выражении увеличился на 68% (с $5,6 тыс. до $9,4 тыс.). В рублях — в 3 раза (с 218,4 тыс. до 613,7 тыс. рублей).

По количеству обращений Москва лидирует с большим отрывом (27,5% от суммарного количества), именно этим объясняется такой запредельный для остальной России средний размер взятки:


Не сильно отстает от Столицы Московская область — 15,6%. В число лидеров вошли: Краснодарский край (5,62%), Белгородская и Воронежская области (по 3,75%), Ленинградская и Волгоградская области (по 2,5%).

Среди органов государственной власти по количеству жалоб, поступивших от населения, первые места достаются судебной системе и полиции — 61% и 39% соответственно:


В 2015 г., по оценкам специалистов организации «Чистые руки», около 54% ВВП РФ находится в коррупционной тени:


По сравнению с 2013-2014 гг. показатель вырос на 8%, однако, если рассматривать динамику за 5 лет, то коррупционный оборот в России довольно стабилен и составляет 50% от ВВП.

Именно за такую верность традициям Российская Федерация занимает первые места в рейтингах стран, подверженных коррупции и взяточничеству. Например, в июньском докладе международной компании по анализу рисков Verisk Maplecroft РФ разделила четвертое место с Южным Суданом и Мьянмой (первые позиции заняли страны Африки).

Справедливости ради следует отметить: российская коррупция не является чем-то запредельным, исключительным или характерным только для стран третьего мира.

В Европе и США коррупционные схемы прочно вросли в саму систему капиталистических отношений — обрели условно цивилизационные формы в виде лоббирования и благотворительности — официального возмущения не вызывают и в статистику правонарушений не входят. Однако в ежегодных опросах Gallup стабильно от 80% до 90% обычных американцев считают коррупцию второй по значимости проблемой в стране (на первом месте — отсутствие хорошей работы). При коррупционных скандалах всплывают такие объемы теневых средств, что нашим коррупционерам остается только мечтать. Например, с 1999 по 2014 гг. Пентагон потерял 8,5 триллионов долларов, ищут до сих пор. Европейцы не сильно отстают. Агентство OLAF скромно оценивает ежегодный коррупционный оборот в ЕС в 323 млдр евро (примерно в два годовых бюджета Евросоюза). В докладе Европейской комиссии от 14 мая 2013 г. 43% бизнесменов Европы пожаловались на поборы, но ни одна европейская страна в международных коррупционных рейтингах не поднималась выше 80 места (Греция, 80-е место в индексе компании Transparency International).

В коммунистическом Китае, которым сейчас принято восхищаться, в конце июля 2015 г. КПК отчиталась о проделанной работе по борьбе с преступностью среди чиновников. В 2014 г. за коррупцию наказали 72 тыс. служащих. Много это или мало? В абсолютном выражении количество бюрократов в Китае впечатляет — около 10 млн, однако в относительном сравнении не так много: 72 чиновника на 10 тыс. человек, по данным ОЭСР и МВФ. В России — 102 на 10 тыс. (всего 1 млн 455 тыс.), по данным Росстата. Другими словами, 0,7% государственного китайского аппарата подвергается ежегодной чистке, в современной России, по моим грубым подсчётам, показатель равен 0,5%. Вполне сопоставимые усилия, при схожих результатах.

Дело в том, что в странах Азии существуют тысячелетние традиции кормления государственных мужей на местах. Не отблагодарить чиновника за решение твоей проблемы по справедливости, а не по закону — значит прослыть плохим, неблагодарным человеком. В старой китайской комедии «Честный судья» есть показательный диалог: « — Отец, я хочу стать честным судьёй. — Ты мне больше не сын. Ты предал своих предков, уважаемых всеми взяточников». Технология «аля Навальный» в азиатском регионе работает плохо. Например, борец с коррупцией Чжу Жуйфэн в интервью западным журналистам резюмирует: его доносы не имеют никакого эффекта — власти игнорируют, а простые люди считают тошнотворным выскочкой, который лезет не в своё дело.

Иначе говоря, жалоб на коррупцию мало, потому что мало кому приходит в голову жаловаться.

Российское мздоимство, конечно, в каком-то смысле уникально. Но уникальность эта обусловлена не объемами теневой экономики, а историческим, культурным и политическим своеобразием. Как отметил один русско-чеченский писатель и по совместительству помощник президента РФ Владислав Сурков:

Как ни печально звучит, коррупция и оргпреступность такие же несущие конструкции социального порядка, как школа, полиция и мораль. Убери их – начнется хаос.

В какой еще стране возможна такая откровенность?


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
214
460
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика