Неприемлемо. И что дальше?

Генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор Степан Сулакшин

Случилось «страшное». СМИ сообщили, что Финляндия отказала председателю Государственной Думы Нарышкину в визе на въезд. И не просто так – там происходит сессия ПАСЕ, а Нарышкин возглавляет российскую делегацию в составе пяти членов Парламентской Ассамблеи от России. Причина открыта – санкционный чёрный список, по которому Евросоюз отказывает ряду российских государственных деятелей на въезд, Нарышкин в их числе. В общем, очевидный, предсказуемый эпизодик.

Что последовало? Типовая реакция российского пропагандистского механизма – официальные реляции, журналистские перепевы по формуле «Это неприемлемо!». Когда американцами и европейцами объявлялись санкции против России, МИД отработал и тиражировал эту формулу: «Россия считает санкции, наложенные на неё, неприемлемыми». Что это за формула? Что это за жалоба, что это за писк в пространство? Ну а кто же, когда ему дают по попке, считает это приемлемым? Кроме мазохиста. Что это за политическая, риторическая и медийная формула – «мы считаем, что нас наказывают наприемлемо»?

Кому мы жалуемся? Кого мы в чём-то хотим переубедить? Ведь, на самом деле, это даже не плач Ярославны – это плач маленького ребёночка в углу, который интуитивно понимает или маленьким своим, детским умом расценивает наказание как несправедливое, как необоснованное, как ошибочное… Россия – это маленький мальчик со своим детским умишком? Россия к кому-то апеллирует, жалуясь на несправедливость? Россия ожидает каких-то реакций и последствий от такого рода политического писка? Мне кажется, что уровень державного достоинства, потенциала страны, который работает без лишних слов, если он есть – в России снизился до пороговых значений.

Когда-то, во времена Югославских событий, мы говорили, что если бы в Средиземном море был показан российский перископ, то никакой Югославии бы не случилось. Если бы страна обеспечивала долю в мировой экономике, какую она имела во времена Империи, во времена Советского Союза, то никакая Америка и Европа не решилась бы на свои экономические санкции, как на неэффективные. Если бы страна заявляла о том, что у неё есть ценности, цели и вещи, поважнее, чем мир, и при этом на Красной площади показывала основания для такой позиции – то к ней было бы иное отношение.

Но Россия 25 лет верещит, что она не Россия, а «Европа, Европа, Европа…», что наши ценности не отличаются. Россия уничтожает собственное государство, доводя его до минималистского, до состояния ночного сторожа по либеральным провокациям. Россия перестаёт быть значимым фактором в мировой политике. И всё это системно, последовательно, непрерывно, неслучайно, всё это не меняется до сих пор, и в эти дни, часы продолжается. Продолжается сокращение бюджета, продолжается монополизация власти, когда национальные мозги, достоинство, дух выводится за скобку, всё заменяется одним-единственным персонажем.

Исторически мотивированное решение России по Крыму облекается в полуистерическую, глуповатую дискуссию в постоянных телевизионных шоу. Позиция относительно Донбасса меняется на противоположную и подлую. Страна даже посмотреть в зеркало и увидеть, во что она превратилась, не хочет или уже не может. И при этом считает неприемлемым, что её расценивают именно в той мере, в которой она этого достойна.

Из политики, из медийного, пропагандистского пространства исчезло элементарное достоинство и внутренняя честность. Всё по Крылову: «Чем кумушек считать трудиться, Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?». Это безысходный тупик истории для страны, дальше в нём пути нет. Но история учит, что из тупика выходов всегда два: либо в нём историческая траектория заканчивается, либо через кризис страна вырывается на иную траекторию.

Поэтому когда я слышу это жалобное «неприемлемо к нам так относиться…», то я жду других голосов в России. Я готов присоединить к ним свой голос. Я и мои коллеги пытаемся добиться, чтобы наши голоса стали слышны. Россия понимает, куда она попала, в чём её собственная болезнь и беда, знает, как себя вылечить и куда дальше двигаться. В

России нужны перемены, и их профессиональное содержание и цели уже сформулированы. Не хватает наших громких голосов, нашей решимости и единения, реальных шагов. А на несправедливые, или даже справедливые и обоснованные, атаки и удары по нашей стране, можно пока и не реагировать. Но пока, кроме писка, страна ни на что более не способна – страна в том её воплощении, которое мы на сегодня видим, – в либеральной модели, либеральных персонажах, либеральных верховодителях. Надеяться на них, увы, нельзя.

Вот это все, действительно, «неприемлемо».


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
3092
9676
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика