Внешняя политика

Должна ли Россия вмешаться в военный конфликт на Украине?

Маски с нового украинского режима окончательно сорваны – на Украине создаются фильтрационные лагеря. Параллели с германским нацизмом очевидны. Сама терминология – «фильтрационный лагерь», «фильтрация населения» – в духе наиболее кровавых диктатур в истории человечества.

Результаты Второй Мировой войны привели к существенной корректировке вестфальской модели в понимании абсолютной внутренней суверенности государств-наций. Новая модель исходила из допустимости и даже необходимости вмешательства во внутренние дела национальных государств, если бы речь шла о преступлениях против человечества, угрозах миру. Идеология всех первых принимаемых в послевоенный период решений в выстраивании системы международных отношений состояла в указании на наличие ценностей более значимых, нежели право национального суверенитета. Вывод, который был сделан по итогам войны, заключался в требовании к международному сообществу противостоять таким явлениям, как нацизм (фашизм) на ранней стадии их зарождения. Из констатации, что режим на Украине нацистский следует, во-первых, его нелегитимность в системе международного права и, во-вторых, моральное право вмешательства других государств для предотвращения дальнейшей нацистской эскалации. Между тем, очевидные признаки, подпадающие под определение «преступлений против человечества» в отношении того, что творится на Украине – налицо: «насильственное перемещение населения»; «заключение в тюрьму или другое жестокое лишение физической свободы в нарушение основополагающих норм международного права»; преследование любой идентифицируемой группы или общности по политическим, расовым, национальным, этническим, культурным, религиозным, гендерным … или другим мотивам; «насильственное исчезновение людей»; «другие бесчеловечные деяния аналогичного характера, заключающиеся в умышленном причинении сильных страданий или серьёзных телесных повреждений или серьёзного ущерба психическому или физическому здоровью» (Римский статут Международного уголовного суда). Россия имеет, таким образом, полное моральное право вмешаться. Это право вытекает, в частности, из ее особого положения, как государства, внесшего важнейшую лепту в победу над фашизмом и отсюда, выступающего естественным гарантом установленной по итогам Второй мировой войны системы мироустройства. Именно по этому принципу, как известно, и определено представительство пяти государств в качестве постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Идеология нацизма предполагает, что вслед за внутренними зачистками должна начаться фаза внешней экспансии. И направление этой экспансии – очевидно.

Для того, чтобы убедиться, что такие угрозы существуют целесообразно рассмотреть геополитические притязания украинского национализма. Нет ни одной соседней страны, к которой украинскими националистами не предъявлялось бы территориальных претензий: в Словакии – Прешовский район, в Польше, принадлежащая той часть польской Галиции и Холмщина, в Белоруссии – Брестщина, а часто и все белорусское Полесье. Но наибольшие претензии обращены именно к России. Своими, подлежащими, изъятию у России рассматриваются Курская, Белгородская, Воронежская, Ростовская области, Кубань и Ставрополье. Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош формулирует эти позиции украинского национализма предельно четко. «А дальше мы пойдём освобождать наши земли. Воронежская, Курская, Белгородская области и Кубань — это всё украинские территории». «Я соглашаюсь с этой мыслью, но хочу заметить, что и Кавказский регион, и Украина, и Беларусь, и Прибалтийские республики, как и вся Восточная Европа, обречены на постоянное напряжение, пока существует Московская империя. Единственным залогом мирного, цивилизованного развития народов, которые перестраивают свою жизнь рядом с Россией, есть полная ликвидация империи и построение на её территории национальных государственных образований». Не встретив врага на дальних подступах, встретишься с ним на своей территории. Российская территория уже подвергается регулярным обстрелам с украинской стороны.

Россия, между тем, все определеннее занимает позицию отказа от прямого вмешательства. При устранении же России силы в противоборстве на Донбассе оказываются явно диспаритетны. Ополченцы, по сути, обрекаются на поражение. Уже пал Славянск. Сжимается кольцо вокруг Луганска и Донецка. Говорят, что освободительная борьба – дело самих дончан. Но разве могли бы освободиться, к примеру, южные славяне от власти Османской Турции в девятнадцатом столетии без прямого военного вмешательства Российской империи? Если бы такого вмешательства не произошло, само существование южнославянских этносов оказывалось бы, в виду осуществляемой резни, под большим вопросом. Разве могли бы освободиться народы Восточной Европы от фашизма без фактора наступления Советской Армии?

Само выступление Донбасса против украинского нацизма не было возможным, если бы дончане не рассчитывали на помощь России. Решительное – «своих не сдаем» — породил соответствующие надежды. Не оказание помощи в этой ситуации помимо военного поражения Новороссии означает еще и моральное поражение России. Нечто подобное уже случалось в истории. В горбачевский период оказались брошены на произвол судьбы все те силы в мире, которые поверили в СССР, в советский проект. Для Эриха Хоннекера это закончилось судебными преследованиями, для Моххамада Наджибуллы – смертной казнью. В ельцинский период таким же образом оказалась предана собственная армия, воевавшая в Чечне. Хасавюртовские соглашения сделали напрасными загубленные жизни военнослужащих. Продолжится ли этот ряд?

Донбасская эпопея еще не завершена… В эти часы штурмуются Луганск и Донецк. Если они падут, то бездействие России будет оценено как предательство. От этого маркера отмыться в дальнейшем не получится. Так и войдет история Новороссии в учебники истории. Решение за российской властью.

Ответил: замглавы Центра научной политической мысли и идеологии, д.ист.н., Вардан Багдасарян


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments

2759
9154
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика