Моногорода 2016: за обочиной жизни могут оказаться 16 тыс. человек

Моногорода 2016: за обочиной жизни могут оказаться 16 тыс. человек

У государства нет достаточных денег на развитие моногородов, а привлечь в проблемные города частные инвестиции почти невозможно. Закрытый доклад ФСО для правительства и Кремля по ситуации на градообразующих предприятиях в моногородах оказался в распоряжении РБК —  главного поставщика закрытых отчетов для Кремля и Белого дома.


Основной вывод говорит о том, что большинство градообразующих предприятий сохранили кризисные явления, продолжая сокращать объем производства, став неконкурентоспособными в новых рыночных условиях и политических реалиях. Властные структуры и руководство монопрофильных предприятий пока неспособны компенсировать возрастающие кризисные риски, однако и самостоятельно противостоять кризисным явлениям проблемные города не могут.

Закрытый отчет 2016. Падение спроса и растущие долги предприятий привели к тому, что ситуация в монопрофильных городах ухудшается, а хуже всех живут предприятия, которые ориентируются на внутренний спрос. Об этом сообщает РБК со ссылкой на закрытый доклад для Кабмина и Кремля, подготовленный Аналитическим центром при правительстве и Федеральной службой охраны (ФСО). По данным отчета, предприятиям негде сбывать продукцию, она скапливается на складах, постепенно превращаясь в залежавшийся товар, безработица растет, а предприятия моногородов готовы сократить издержки — уволить до 16 тыс. человек, которые останутся за обочиной жизни, но снимут с них нагрузку.

Также в документе отмечается, что объем производства в реальном выражении на предприятиях в моногородах за 2015 год снизился на 4,8% (что хуже показателя по промышленности, продемонстрировавшего падение на 3,4%). «Многие предприятия не спешат существенно наращивать объемы производства ввиду прежде всего слабого внутреннего спроса»,— цитирует издание тезисы из отчета. Также из доклада следует, что 40% долговых обязательств предприятий, оценивших свои риски для мониторинга ФСО (67 предприятий предоставили «в свободной форме» свои оценки — прим. ред.), номинированы в иностранной валюте. Это усугубило ситуацию, так как девальвация рубля спровоцировала рост долговой нагрузки и увеличение себестоимости. 

Закрытый опрос 2015. Напомним, что ранее издание сообщило о том, что в моногородах усиливаются депрессивные настроения, ссылаясь на закрытый социологический опрос от ФСО, который был проведен зимой  2015 года (ссылаясь на слова представителя Фонда развития моногородов, издание тогда отметило, что «данная аналитика готовится для отнесения моногородов к категориям — «красным», «желтым» или «зеленым» — прим. ред.). Согласно этому опросу, почти 60% жителей моногородов не довольны тем, как они живут, назвав социально-экономическое положение своих городов «нетерпимым», 36% заявили, что найти достойную работу в их городе фактически невозможно, а 5% сообщили, что живут за чертой бедности. Аналогичный опрос приводился и летом прошлого года. Сравнение результатов опроса показало, что за полгода восприятие социально-экономической ситуации в моногородах в целом ухудшилось.


Всего в России насчитывается (по новым правилам) 319 моногородов с населением более 3 тыс. человек, где на одном предприятии работает не менее 20% от общего числа занятых. Всего в них проживают 14 млн. человек, а это почти десятая часть населения страны. И только в 71 городе социально-экономическое положение «можно назвать стабильным».

Настроения власти. Самочувствие и возможности монопрофильных городов оценил летом 2015 года премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, выступив в рамках правительственного совещания в моногороде Усолье-Сибирском. По его словам, в правительстве рассматривают варианты стимулирования деловой и предпринимательской активности в моногородах. «Предпочтение будет отдаваться проектам, которые стимулируют повышение инвестиционной активности», — уточнил он.

Также Дмитрий Медведев рассказал о проекте территорий опережающего развития (ТОР) —  новой мере поддержке, предусматривающей льготные налоговые и прочие режимы в кризисных монопрофильных городах. Предпочтение будет отдаваться проектам, которые предусматривают привлечение бизнеса к их реализации и создание новых производств. Например, российскими моногородами занимается ВЭБ: его «дочка» намерена зайти в самые проблемные города с восьмью проектами. Как ранее сообщал Фонд развития моногородов (ФРМ), первые проекты могут привлечь в моногорода 44 млрд. руб. частных инвестиций, а также создать до 2020 года около 12 тыс. новых рабочих мест (ФРМ предоставляет кредиты на реализацию проектов, направленных на создание альтернативных производств и новых рабочих мест, не связанных с градообразующим предприятием, в 2016 году он должен получить из федерального бюджета 7,9 млрд.  рублей — прим. ред.).

Кстати, еще в 2009 году правительство заявило, что будет спасать моногорода с помощью ВЭБа. Тогда Внешэкономбанк стал главным звеном в механизме оказания федеральной помощи проблемным городам. «До 2015 года рабочей группой было поддержано 48 городов, в этих городах создано 122 тысячи новых рабочих мест. Сейчас весь накопленный опыт мы используем для поддержки и модернизации моногородов, которых сегодня насчитывается 319», — подвела итог работы за шесть лет Ирина Макиева — руководитель рабочей группы по модернизации моногородов при правительственной комиссии по экономическому развитию и интеграции.

На  правительственном совещании в моногороде Усолье-Сибирском выступил и министр экономического развития Алексей Улюкаев, который признался в значительной нехватке средств на поддержку моногородов. «По нашим расчетам, тех средств, которые у нас забюджетированы на 4 года, (хватает) на 20-30 моногородов, на 20-30 проектов. У нас 319 всего, 94 относятся к числу кризисных, т.е. нам нужно очень внимательно будет посмотреть на бюджет, сейчас будем трехлетку смотреть с тем, чтобы хотя бы не потерять этих позиций, а лучше их немножко укрепить», — отметил он.

Практика жизни. Практика, которая сложилась в России, показывает, что власть назначает ответственных менеджеров в моногорода, чья задача — успешно отчитаться в проделанной работе при сжатых сроках и маленьких деньгах. А когда на моногородах зарабатывают менеджеры-олигархи, то они просто закрывают заводы и занимаются поиском виноватых. Так было в Пикалево (Ленинградская область), где в кризисный 2008 год (а тогда в нескольких моногородах прошли забастовки рабочих — прим. ред.) прошла одна из самых крупных акций протеста. Там закрылись три завода, а рабочие перекрыли федеральную трассу Новая Ладога - Вологда. Но уже в 2010 году областной чиновник по труду и занятости заявил, что уровень безработица в городе составляет всего 3%, указав на то, что в 2009 году этот показатель был равен 9,5%, а люди, стоящие на учете службы занятости больше года, являются «чистой воды тунеядцами», а безработица в моногороде раздута журналистами.


В 2015 году число моногородов из категории кризисных, т.е. тех, которые правительство включает в первую «красную» категорию по сложности социально-экономического положения, увеличилось с 75% до 99% за год. При этом в ФРМ подчеркивают, что правительство обещает помогать не только самым проблемным из них, но и тем, кто сможет защитить свои инвестиционные проекты. Это значит, что «статус ТОР» смогут получить и «города-отличники». В Фонде считают, что «шансы на поддержку должны иметь все», не оглядываясь на то, в какой из трёх зон они находятся.

Уровень безработицы в моногородах вырос более чем на 20% против 10% роста  в среднем в России. Об этом сообщил еще в январе 2016 года глава Минтруда Максим Топилин. «Мы постоянно осуществляем мониторинг в том числе и на ситуации на рынке труда, в том числе и в моногородах. За прошлый год во всех населенных пунктах уровень безработицы увеличился на 10%, то в моногородах увеличение составило на 20%», — отметил министр. Также он уточнил, что это не означает, что все моногорода находятся в критической зоне с точки зрения ситуации на рынке труда, пояснив, что «очень большое количество моногородов имеют нормальные показатели безработицы». При этом из 300 моногородов в 206 уровень безработицы выше, чем в среднем по России, и в 84 превышение составляет в два и более раз.

Напомним, что  2014 году в Минэкономразвитии предложили «закрывать» неперспективные моногорода, а безработных жителей переселять. Города-претенденты на закрытие сосредоточены в основном в Сибири и на Дальнем Востоке. «Когда-то они были построены для развития тех или иных месторождений. На сегодня ресурсы исчерпаны, и что-то придумать там невозможно. Мы считаем, что проще такие населенные пункты закрыть» пояснял вопрос «Российской газете» директор профильного департамента Минэкономразвития Андрей Соколов. 


В России насчитывалось примерно 340 моногородов, где проживало 16 млн. человек (чуть меньше 10% населения страны прим. ред.). Затем появились новые правила, монопрофильных городов стало меньше (о критериях моногородов читать тут, также читайте утвержденный распоряжением правительства РФ от 29 июля 2014 года № 1398-р перечень моногородов — прим. ред.). Более подробно о проблемах моногородов также читайте материал «Проблемы моногородов» (фрагмент ХI главы V тома монографии «Национальная идея России»).

Решить проблему в кризис невозможно, т.к., как нужны долгосрочные проекты, постоянное и достаточное финансирование, а этой возможности сегодня у российских властей нет. Кроме того, надо начинать с концепции и типа моногородов: есть те моногорода, которые можно изменить, где людей не надо переселять, а есть такие монопрофильные города, которые можно только поддерживать, т.к., исторически сложилось так, что они — «моно». Иначе они существовать не могут. И без федеральных денег, частных инвестиций они постепенно угасают. И защитить свои инвестиционные проекты они не смогут.

Когда правительство предлагает равные условия под финансирование для всех участников списка российских моногородов (и для тех, кто находится в кризисном «красном» секторе, и для тех, кто является «перспективными» проблемными городами — прим. ред.), когда публично обещает помогать не только самым проблемным городам, но и тем, кто сможет «защитить» свои инвестпроекты, какие делаются ставки, понимая, что бизнес не будет развивать проекты в вымирающих моногородах, а средств на человеческое содержание моногородов в казне нет?

Фото: город Пикалёво (Ленинградская область), город Дальнегорск (Приморский край). 



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
1416
5950
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика