О «крокодиле», чиновниках и бедности

О «крокодиле»,  чиновниках и бедности

Нина Мозер — эксперт Центра научной политической мысли и идеологии

Аптеки продолжают продавать кодеиновые препараты, несмотря на запрет и на новый указ Минздрава России, ужесточающий ответственность за безрецептурный отпуск данных лекарственных препаратов для аптек и провизоров. 

Дезоморфиновые наркоманы — их основные клиенты, так как эти лекарства содержат в своём составе синтетический опиум. На них аптеки делают главную выручку. «Контрольные закупки» от ФСКН больших результатов не дают.


В Москве есть аптеки, где дежурят волонтёры, которые оказывают социальную и психологическую помощь наркоманам. Они бесплатно раздаютим шприцы, антидоты (препараты при острой интоксикации) и брошюры по ВИЧ. Такая «уличная программа» — это единственный способ помочь наркоману выжить, минимизировать побочные эффекты от употребления (ВИЧ, заболевание вен, передозировка). В Минздраве всю эту деятельность называют «пропагандой наркотизации». При этом реалии таковы: наркопотребитель не пойдёт к юристу или к врачу, если захочет соскочить с иглы. Во-первых, у него нет денег, во-вторых, он запуган, в-третьих, он часто просто не знает, куда обращаться. Об этом говорят волонтёры (подробнее читайте статью «Не торчать помогаем — выжить!» в «Новой газете»).

Важный момент состоит в том, какую альтернативу предлагает государство. Тренд последних пяти лет — запретительные меры, прописанные под борьбу с наркоманией. С 1 октября в России вступил в силу приказ Минздрава РФ, который ужесточает обращение кодеиновых препаратов. Лекарственные средства с международными непатентованными наименованиями «Прегабалин», «Тропикамид» и «Циклопентолат» теперь можно купить только по рецепту, который должен храниться в аптеке три года. За нарушение правил аптекам и провизорам грозят не только штрафы, но и реальные сроки. Фактически расширен перечень лекарственных средств, подлежащих предметно-количественному учёту.


ПРОЩЕ ЗАПРЕТИТЬ, ЧЕМ ДЕЛАТЬ

Три года назад главный нарколог Минздрава России Евгений Брюн предложил продавать все лекарства в России только по рецепту. Отпуск кодеинсодержащих препаратов по рецепту, стартовавший в 2012 году, стал первым шагом в этом направлении. При этом руководители Федеральной службы по контролю оборота наркотиков РФ (ФСКН) первыми потребовали запретить свободную продажу таких препаратов. Это было годом ранее, то есть в 2011 году. Они ссылались на то, что с середины «нулевых» дезоморфиновая наркомания выросла до тех колоссальных очевидных масштабов, когда надо было принимать срочные меры. Пик дезоморфиновой наркомании пришёлся на 2010 год. Если в 2007 году дезоморфин употребляли в 19 российских регионах, то к 2010 году — в 60.

 Высокотоксичный синтетический наркотик на основе кодеина (синтетического опиума) называется дезоморфин, а на языке его потребителей — просто «крокодил». Такое прозвище он получил за способность быстро вызывать омертвление тканей и сильное воспаление вен, превращая кожу в чешую. В местах инъекций появляются глубокие и незаживающие язвы, люди гниют заживо. Он считается самым малозатратным в производстве и доступным, так как его главный сырьевой компонент можно купить в аптеке. Несмотря на запрет, есть аптеки, которые торгуют лекарством из-под полы до сих пор.

Кроме того, в России появился новый вид наркоманов, зависимых от комбинированных кодеиновых лекарств, в составе которых находится синтетический опиум. Крупнейшим российским производителем таких лекарств была компания «Фармстандарт», выпускавшая рейтинговые (на тот момент) обезболивающие препараты «Пенталгин-Н» и «Пенталгин ICN», а также комбинированные противокашлевые «Терпинкод» и «Коделак». Все они содержали слабый опиат кодеин. По осторожным подсчётам экспертов от медицинского сообщества, 60% аптечного наркорынка кодеинсодержащих препаратов обеспечивалось тогда «Фармстандартом». 

Однако решение было отложено на год. Минздрав настоял на необходимости переходного периода и Кабмин согласился. Надо было и народ подготовить к переменам, и кодеиновые заменители придумать для аптек.


КРУЧЕ ГЕРОИНА — ТОЛЬКО «КРОКОДИЛ»

Незадолго до введения рецептурного отпуска кодеинсодержащих препаратов чиновники и журналисты стали большими специалистами по наркотикам. Утренние новости сообщали о поимке очередного наркоторговца, а вечерние новости анонсировали ток-шоу, где несчастные родители демонстрировали на всю страну свои трагедии — детей-наркоманов, умирающих от дезоморфина. Тогда казалось, что легче запретить, чем что-то делать.

И запретили. При этом на момент принятия закона большинство россиян (43% по данным ВЦИОМ) не поддерживали решение властей ввести рецептурный отпуск кодеинсодержащих препаратов. Они приходили в аптеки, чтобы покупать свои привычные лекарства от кашля, головной или зубной боли. Альтернатива покупать их по рецепту их совсем не радовала: надо было выкроить время на поход к доктору, потом отстоять очередь в больнице и получить заветный рецепт. Проникшись проблемой, некоторые чиновники от Минздрава предложили принимать россиянам безрецептурный анальгин, аспирин или парацетамол, чтобы избавиться от боли, в том числе, мигреневой.

Эксперты от медицинского сообщества сомневались в том, что введение рецептов уменьшит количество дезоморфиновых наркоманов, указывая на то,что героин в аптеках не продаётся, а потребление его не снижается. Они также отмечали, что полупустую нишу займут другие дешёвые наркотики.

 В ФСКН преобладала другая точка зрения. Там утверждали, что запретительная мера поможет. В частности, заместитель председателя ФСКН Владимир Каланда не раз подчёркивал в своих выступлениях, что дезоморфин используют героиновые наркоманы, когда не могут купить героин, а таких у нас в стране — 86%. (Смотрите таблицу (по данным "Ъ") ниже «Наркоманы и алкоголики в России». На ней — Россия образца 2010 года, охваченная героиновым костром). Проще говоря, дезоморфиновая наркомания — это следствие героиновой наркомании. Фактически запрет на свободную продажу кодеинсодержащих препаратов — прямой удар по героиновым наркоманам. 


По данным ФСКН, ­благодаря ликвидации в 2012-2013 гг. основных каналов поставок оптовых партий наркотиков, а также в результате законодательного ограничения оборота кодеинсодержащих лекарственных препаратов ФСКН удалось кардинально переломить ситуацию в сфере притоносодержательства. Ведомство констатирует сегодня снижение количества действующих притонов. При этом наряду с глобальным трафиком афганского героина, Россию захлестнула волна дешёвых синтетических психоактивных веществ. Если в 2012 году их удельный вес (в общей массе изъятых всеми правоохранительными органами страны) составлял более 3 %, в 2013 году — более 5 %, в 2014 году — 13 %, то по итогам первого полугодия 2015 года — 17,6 %.


Кроме того, запрет на кодеиновые препараты совпал со сворачиванием программы по противодействию наркотикам и их незаконному обороту, став, фактически, частью профилактической работы по наркомании. «Была программа по противодействию наркотикам и их незаконному обороту, ей руководил ФСКН, и там был наш небольшой медицинский сегмент, — рассказала (в интервью Forbes) Татьяна Голикова, возглавлявшая на тот момент здравоохранительное ведомство. — Программа закончилась, и пока денег на неё не дают. Но министерством в 2011 году выбрано 16 пилотных территорий в регионах, где на базе наркологических диспансеров организуется полный цикл медико-социальной реабилитации: лечение, сопровождение и социальная адаптация. Эти центры должны вести людей до тех пор, пока не будут уверены в том, что человек завязал с этой вредной привычкой».

После героина «крокодил» — второй популярный наркотик в России. Его ещё называют наркотиком для бедных. Почти две трети кодеинсодержащих препаратов востребованы наркопотребителями. Взаимодействуя с химией, керосином или бензином, лекарства служат важным компонентом в приготовлении высокотоксичного наркотика, мучительно убивающего наркомана в течение нескольких коротких лет. Сами по себе кодеиновые препараты могут вызвать привыкание (как и большинство других лекарств) и побочные эффекты, но не являются наркотическим средством.


КОНТРОЛЬНАЯ ЗАКУПКА

После запрета россияне нашли альтернативу, покупая в лечебных целях другие лекарственные препараты. При этом им пришлось перейти на более дорогие импортные заменители без кодеина. ФСКН, подводя первые итоги кодеиновой санкции, констатировала рекордное падение продаж в тридцать и более раз.

Некоторые эксперты фармацевтического рынка отмечали, что падение спроса не означает успешную борьбу с наркоманией, подчёркивая, что аптеки, нелегально отпускающие без рецепта эти лекарства, всё-таки существуют. Об этом говорили и пациенты наркологических клиник, безусловно, анонимно. Криминальные новости и ток-шоу запустили серию сюжетов, где покупка таких лекарственных препаратов превратилась в "контрольную закупку" с разоблачительным финалом. Чуть позже социологи стали давать аккуратные и осторожные интервью, намекая, что россияне выступают за запрет уже рецептурной продажи кодеинсодержащих лекарственных препаратов, ссылаясь на общественное мнение. Интересно, какую выборку они делали?

Потом об этой теме забыли, а недавно в СМИ промелькнула короткая новость о том, что обезболивающие таблетки на основе кодеина могут вообще исчезнуть с аптечной полки, так как такие лекарства покупают или только наркоманы, или школьники и студенты, которые могут ими стать!

Видимо, есть серьёзные опасение, что школьники и студенты рванут в аптеку и скупят все кодеинсодержащие обезболивающие и жаропонижающие лекарства, а затем будут по-тихому наркоманить. Аналогичные идеи высказывались и три года назад (до запрета). Были активные борцы с наркоманией в стране, которые в каждой передаче рассказывали о том, что школьники, студенты могут легко скачать из интернета рецепт «крокодила» и приготовить его в домашних условиях!

Проблема была иного рода (кстати, она актуальна и сейчас). Массово школьники (как и студенты) «крокодил» не варили. Они скупали кодеиновые препараты и принимали их пачками, так как эти лекарства в большом количестве оказывают на организм человека действие, подобное наркотическому, вызывают галлюцинации, заторможенность, сонливость. Правда, никто из них не задумывался, что в таком огромном количестве они разрушают мозг и внутренние органы, вызывают быструю зависимость и прокладывают дорожку к тяжёлым наркотикам: и к дорогому героину, и к наркотику для бедных — «крокодилу».

После запрета проблема осталась. Аптеки (не все, безусловно) свободно продавали то, что должно было отпускаться строго по рецепту врача, например, капли «Тропикамид», таблетки «Седал», «Коделак», «Терпинкод», «Каффетин», «Терпин», «Тетралгин» и прочие кодеинсодержащие препараты. Большая часть из них имеет в своём составе синтетический опиум. И продают сейчас, несмотря уже на ужесточение мер. При этом СМИ отчитываются характерными сюжетами: то корреспонденты проводят "контрольную закупку" таких препаратов, то сотрудники ФСКН сообщают россиянам о том, как бессовестные фармацевты делают деньги на горе или глупости. Так было три года назад. Эта ситуация замкнутого круга может привести к тому, что чиновники додумаются вообще запретить рецептурный отпуск некоторых кодеиновых лекарств, так как это сделать проще всего.

Жестокая правда состоит в том, что люди, больные наркоманией, государству чиновников не нужны. Они — балласт, но балласт неудобный и дорогой в обслуживании, который нельзя сбросить публично. Отказаться решать проблему наркомании в стране — нельзя. Деньги под определённые программы государство выделяет, некоторые наркодиспансеры получают оборудование высокого исследовательского класса. Там врачи спасают тех, кто обратился за помощью, а все остальные, те, кто остаётся на улице — там и умирают. Умирают мучительно и быстро, но прежде — они делают выручку аптекам, фармацевтическим компаниям и барыгам. Вместо того, чтобы жёстким образом контролировать работу аптек, чиновники предлагают одни запреты, хвастаясь затем в телевизоре итогами успешного рейда. Разве это нормально?



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
348
974
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика