Политологи и политики о выборах в Госдуму

Политологи и политики о выборах в Госдуму

Самый тяжелый результат — даже не голосование за «Единую Россию, а неучастие в выборах большинства избирателей, отмечают политологи. Важнее, что после этих выборов Кремль получил искаженный сигнал, что в стране все в порядке. Кремль как бы получил карт-бланш на продолжение своей политики.


Больше 57 млн. россиян не пошли голосовать. При этом единороссы прибывают в эйфории, объясняя низкую явку стабильностью, которой люди якобы довольны, а также молчаливым согласием с курсом, которым идет страна, возглавляемая ее лидером. В Кремле сказали, что Путин получил «такой внушительный вотум доверия от народа страны», а сам президент заявил что выборы показали растущую политическую зрелость россиян. И кремлевские эксперты оперативно охарактеризовали прошедшие выборы в Госдуму как честные, открытые и прозрачные, подчеркнув, что явка под 50% демонстрирует «зрелость и наших избирателей, и нашей политической системы». Есть и другие мнения.


Глеб Павловский, политолог

«На этих выборах нет победителей и проигравших, поскольку выборов в прямом смысле слова не было. Все стороны без исключения не рассматривали эти выборы как что-то имеющее отношение к борьбе за власть. Это была площадка политического кастинга кадров для власти. И в этом смысле власти не врут, когда говорят о конкуренции. Просто здесь речь идет о конкуренции внутрипартийных групп, региональных и лоббистских группировок. И этот результат как раз-таки будет иметь значение».

«Эти выборы имеют большой политический результат. Они показали значение мобилизации своих сторонников. „Единая Россия“ не смогла мобилизовать свое предполагаемое, ожидаемое большинство. Она не смогла мобилизовать даже путинское большинство. Фактически пришлось накручивать явку уже после выборов, что достаточно ясно видно по сравнению результатов экзит-поллов с официальными данными. Мобилизация не удалась и оппозиционным партиям: кампании всех трех либеральных партий оказались не управляемы в достаточной степени. Ведь уже при первых признаках низкой явки можно было бросить все силы на голосование по округам: низкая явка означает хорошие шансы там, она создает возможность для победы в округе. Но и здесь не было предпринято последнего усилия».

«Конституционное большинство в данном случае бессмысленно. Кремль мог бы провести свои законы в любом случае, и без конституционного большинства, как мы видели в думе прошлого созыва. Можно сказать, что мы сейчас наблюдаем завершение тренда на снятие любых внутренних сдержек и противовесов — власть уничтожила все виды ограничений на собственную деятельность».

«Обвал явки произошел в мегаполисах, которые должны быть локомотивами развития. Достаточно таких как Питер, Москва, Новосибирск, Иркутск. В результате резко подскочила лоббистская сила регионов с искусственно управляемым голосованием: Кавказ, Поволжье, Кемерово. Эти „ножницы“ очень опасны, потому что кабардинской деревне нечего предложить стране ни экономически, ни стратегически — это бюджетополучатели, а не производители. А те регионы, которые что-то производят, не будут представлены в Думе. Возникают две России: представленная и не представленная, и разрыв между ними растет. Это обещает нам конфликт в самом близком будущем».


Лев Шлосберг, член федерального списка «Яблока»

«Самый тяжелый результат — даже не голосование за «Единую Россию, а неучастие в выборах большинства избирателей. Произошли самые низкие по уровню общественного интереса выборы (за всю новейшую историю России). Часть общества предпочла не участвовать в избирательной кампании ни в каком виде. Безусловно, есть люди, которые живут исключительно своей частной жизнью и не реагируют ни на какие общественные раздражители. Но есть и несколько миллионов людей демократических убеждений, которые не сочли нужным или необходимым для себя пойти на выборы. Они заявили открыто и гласно: «Власть нелегитимна, выборы — способ легитимации власти, и любой, кто участвует в выборах, участвует в легитимации незаконного, преступного режима». Позиция очень комфортная, она снимает с человека вообще любую ответственность за происходящее в стране. Абсолютную. Они говорят: «Власть — чужая, выборы — чужие, политики — чужие или идиоты».

«Не просто конкретные партии, которые вышли на выборы, проиграли. Проиграли избиратели, и проиграли сами, своими усилиями, своим неучастием в первую очередь. Я не готов никого в этом обвинять — все свободные люди, и выбор каждого человека голосовать или нет. Но это выбор стихийного, хаотичного и по сути революционного пути развития России. Мы подошли к ситуации, когда российское гражданское общество не представлено в парламенте никем. Ни одним человеком. В посткрымской России это совсем опасно — они будут принимать какие угодно законы».

«Я не хочу создавать никаких иллюзий. Результаты этих выборов очень плохие. Я не вижу никаких положительных вещей, кроме, может быть одной. Те люди, которые еще сохранили возможность к размышлению и кто понимает, к чему все идет — я себя отношу к этим людям, — может быть, найдут в себе силы сказать важные вещи и принять важные решения. Нет, я не намекаю на создание новой партии. У нас нет сейчас никаких сценариев действий. Теперь нужно всем очень серьезно думать. Единственное, что может спасти нашу несчастную страну, — это просто процесс думания ответственных людей».


Александр Рубцов, руководитель Центра анализа идеологических процессов

«Всего пять лет назад идеологический контент и дискурс власти были исполнены риторики «проблем» и «задач», суровой самокритики и трудной, хотя и яркой перспективы. Начав с необходимости преодоления технологического отставания, уже давно ставшего критичным, с опасной зависимости от экспорта сырья и импорта товаров и технологий, официальная самооценка на высшем уровне зафиксировала тупиковый характер сырьевой модели и необходимость радикальной смены вектора развития. Также были зафиксированы сложности и фатальный характер такого перехода: балласт „некомпетентной коррумпированной бюрократии» и угроза «самому существованию страны».

Вот один из базовых фрагментов:
«Несмотря на отдельные успехи последних лет (…), нам пока не удалось уйти от инерционного энергосырьевого сценария (…). И сейчас (…) мы пока лишь фрагментарно занимаемся модернизацией экономики. И это неизбежно ведет к росту зависимости России от импорта товаров и технологий, к закреплению за нами роли сырьевого придатка мировой экономики, а в дальнейшем может повлечь за собой отставание от ведущих экономик мира, вытеснение нашей страны из числа мировых лидеров. Следуя этому сценарию, мы (…) не сможем обеспечить ни безопасность страны, ни ее нормального развития, подвергнем угрозе само ее существование, говорю это без всякого преувеличения» (В. Путин, февраль 2008).

В сентябре 2009 года Д.Медведев в программной статье «Россия, вперёд!» удерживает ту же тональность: «Должны ли мы и дальше тащить в наше будущее примитивную сырьевую экономику, хроническую коррупцию, застарелую привычку полагаться в решении проблем на государство (…). Двадцать лет бурных преобразований так и не избавили нашу страну от унизительной сырьевой зависимости (…) Отечественный бизнес за малым исключением не изобретает, не создает нужные людям вещи и технологии. Торгует тем, что сделано не им, — сырьем либо импортными товарами».

И далее целый набор болезней: «неэффективная экономика», «полусоветская социальная сфера», «неокрепшая демократия», «вековая экономическая отсталость», «вековая коррупция», «патерналистские настроения», «безынициативность, дефицит новых идей, нерешенные вопросы, низкое качество общественной дискуссии, в том числе, и критических выступлений». 

Сейчас все эти сентенции выглядели бы отпетой крамолой в исполнении пятой колонны иностранных агентов. Вместе с тем по уму они и теперь воспринимаются как вполне здравые, тогда как нынешнее всероссийское самомнение выглядит на этом фоне, мягко говоря, не вполне адекватным и уже явно запущенным».


Евгений Минченко, политолог, директор Международного института политической экспертизы

«Конституциональное большинство, которое получила „Единая Россия“, все-таки кое-что изменит: одно дело, если вы принимаете законы и торгуетесь с другими партиями, а другое — когда принимаете законы сами, ни к кому не обращаясь. Думаю, что мы уже в ближайшее время увидим, как „Единая Россия“ этим своим преимуществом воспользуется. Не исключаю, например, что в скором времени возникнет тема досрочных выборов президента».


Владимир Гельман, политолог, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге

«Победителем на этих выборах стала администрация президента и лично Путин, поскольку им удалось восстановить то равновесие, которое было нарушено после предыдущих думских выборов. И не только по количеству мест у „Единой России“, но и по тому факту, что выборы продемонстрировали, что нынешнему политическому порядку нет альтернативы, которая, как казалось, была нащупана, на выборах 2011 года, когда избирателям предлагалось голосовать за кого угодно, кроме „Единой России“».

«Власти приложили немало усилий для достижения этого результата: прежде всего они направлены были на то, чтобы эти выборы были как можно менее заметными для граждан, чтобы граждане считали их менее значимыми событиями. И, в общем, это удалось».

Дмитрий Орешкин, политолог

«Здесь важно другое: после этих выборов Кремль получил искаженный сигнал, что в стране все в порядке. Кремль как бы получил карт-бланш на продолжение своей политики. Власть теперь уверена в своей правоте, и она будет продолжать этот крен на укрепление вертикали, завинчивание гаек, на расширения коррупционной скупки лояльности в расчете на поддержку этого, в значительной части, мифологического большинства — потому что большинство нарисовано на бумажке лояльными элитами».

Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС / Scanpix / LETA; Андрей Котов / Интерпресс / ТАСС; Александр Корольков / ИДР / ТАСС; Светлана Холявчук / Интерпресс / PhotoXPress: Источникb: по материалам «Медузы»,«Forbes»



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3037
9930
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика