Стоит ли ожидать раскола в ЕС из-за позиции семи стран, выступающих против продолжения антироссийских санкций?

Генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии, д.полит.н., д.физ.-мат.н., профессор Степан Сулакшин

Забавно наблюдать, как пропагандистский медийный пул России старательно отрабатывает задание и вместо рациональной решительной информации, содержательной атаки выдает желаемое за действительность.

Мы видим, как тиражируются любые высказывания любых европейских  деятелей о сомнениях в целесообразности антироссийских санкций, о готовности выступить против их продолжения. На самом же деле, на мой взгляд, сообщения о том, что сообщество стран ЕС раскалывается по этому вопросу - из разряда «сколько не повторяй «халва», во рту слаще не станет».

Такое впечатление, что пропагандистская стратегия российских СМИ призвана убеждать российское население в непогрешимости любых, даже самых дурацких шагов российской власти. Например, встречные санкции. По сути, они оказались расширением антироссийских американо-европейских санкций. Сколько было шума в медиапространстве, убеждающего в эффективности этих мер. Этот пример показывает качество такого рода информационной активности.

Европа и США на сегодня консолидированы максимальным образом. Меркель даже озвучивала формулу: «политические вопросы выше экономических». Соглашаясь на определенные издержки в санкционном режиме, Европа и США полны решимости отстоять свои, так называемые, общеевропейские принципы.

В ЕС заговорили о создании европейской армии и безоговорочная предпосылка для этого - российская угроза порядку европейской безопасности. Восстановление этого порядка и уровня европейских гарантий стоит денег и Европа идет на эти траты. Французы идут на риск штрафных санкций по Мистралям.

Поэтому всерьез строить российскую политику на ожидании некоего раскола в Европейском Союзе является явно ошибочной стратегией. 

- Какой должна быть реакция России на решения Верховной Рады, противоречащие минским договоренностям – о вводе полицейской миссии НАТО и об изменениях в закон об особом статусе Донбасса?

- К сожалению, позиция, в которую загоняет себя Россия, порождает для нее ряд тяжелейших ловушек. Так называемый мирный план Путина, который лег в основу минского процесса, не имеет рационального исхода. Это было очевидно и в условиях Минска-1, это становится также очевидно в условиях реализации Минска-2.

Попытка российской внешней политики уйти от коренной сути конфликта, «замириться» с Западом, избавиться от санкций и вновь начать испытывать удовольствие от накопленных капиталов и жизни на два дома (российские доходы и западный комфорт) перспектив не имеет.

Конфликт сложился не только по причине  непродуманной импровизации с присоединением Крыма. Президент Путин в фильме о присоединении Крыма подчеркнул, что никогда и мысли не было отторгать Крым от Украины. Этот вопрос не ставился, не прорабатывался, не считался актуальным и важным, однако решение об этом было принято в ночь на 22 февраля.

Причина не в случайности, за ней кроется фундаментальный фактор цивилизационного противостояния Запада и России. Как не пытались его 25 лет подменить якобы цивилизационном единством РФ и Европы, это оказалось невозможным.

Цивилизационный, ценностный, религиозный конфликт мог бы быть разрешен рациональным образом, если бы Россия не провозгласила принцип «мы уважаем территориальную целостность Украины» (особенно странно звучащий после присоединения Крыма), а поставила проблему по образу, например, чехословацкого развода.

По территории Украины действительно проходит линия цивилизационной границы: восточная православно-русская часть Украины - это реальность, такая же как  западная - католическо-европейская.

Если бы эта проблема последовательно, настойчиво была поставлена в мировой повестке, то возможно решение было бы мягким и уж точно не таким кровавым.

Нынешний принцип «уважение территориальной целостности Украины», выдвинутый Россией, безысходен.

Во-первых, поражает его фарисейское содержание. Почему-то официально мы продолжаем утверждать, что не являемся стороной конфликта, что на Украине нет российских военнослужащих, российских вооружений и иных ресурсов. Смысла утверждать это нет никакого, кроме дискредитации России, как партнера на переговорах.

Во-вторых, засекречивание, попытка отказаться от своей заинтересованности в поддержке ополченцев, как будто предполагает, что это дело неправильное. При такой шаткой позиции, выдвинуть результативные политические форматы Россия не может и не сможет, это будет возможно только после обнажения реальной ценностной базы.      

Формально Россия якобы уважает целостность Украины. В этом случае, поддерживая несуразный Минский процесс, она, по идее, не должна была бы возражать против миротворческой миссии НАТО на территории Донбасса, потому что она только что ратовала за разоружение сторон, за отвод тяжелой техники, за прекращение активных наступательных действий ополченцев после Минска-2 и в настоящее время. Разведение сторон и страховка от нового вооруженного столкновения вроде бы в логике России, но она возражает против этого и понятно почему.

Потому что в скрытой «ночной» логике помощи ополченцам все-таки поддерживается некая ценностно-политическая база, база на стороне ополченцев и самое слабое во всей этой сложной картине звено России - ее половинчатая внешнеполитическая линия.

Те лица, которые формировали линию Россию на Востоке Украины, открыть карты уже не могут. Поэтому можно полагать, что это линия зашла в тупик, очередные решения будут столь же противоречивы и будут оплачиваться эрозией веры в Россию, новыми столкновениями и пролитой кровью.      


Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
954
3181
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика