Центр научной политической мысли и идеологии http://rusrand.ru ru Центр научной политической мысли и идеологии - это научная, проектная и публичная организация, которая ставит перед собой отчетливые цели. Мы знаем, зачем создали организацию, какие ценности для нас священны и недевальвируемы, как они определяют наши цели и нашу деятельность. http://rusrand.ru/img/yandexlogo100.jpg http://rusrand.ru/img/yandexlogo.png Какой будет перестройка-2? http://rusrand.ru/analytics/kakoy-budet-perestroyka-2 Делать политические прогнозы — занятие неблагодарное. Наши знания о законах общественного развития еще не столь глубоки, как о законах природы. Слишком много факторов необходимо учесть, когда речь идет о больших коллективах. К тому же в случае политики мы имеем дело не с падением камней и полетом стрел, а с действиями живых людей, как-никак обладающих свободной волей, поэтому порой невозможно предугадать их некоторые поступки. Тем не менее практика говорит, что чем долговременнее… Fri, 25 May 2018 15:17:56 +0300 1. Делать политические прогнозы — занятие неблагодарное. Наши знания о законах общественного развития еще не столь глубоки, как о законах природы. Слишком много факторов необходимо учесть, когда речь идет о больших коллективах. К тому же в случае политики мы имеем дело не с падением камней и полетом стрел, а с действиями живых людей, как-никак обладающих свободной волей, поэтому порой невозможно предугадать их некоторые поступки. Тем не менее практика говорит, что чем долговременнее прогноз и чем большего сегмента общества он касается, тем скорее он окажется правдоподобным. Предсказать отречение царя Николая Второго в пользу брата, пожалуй, было совершенно невозможно; царь и сам до последних часов перед той мартовской встречей 1917 года не знал, какое он примет решение. Но вот понимание того, что в воздухе пахнет революционной грозой и что империя летит в тартарары, было широко распространено среди представителей предреволюционной российской интеллигенции — не только среди политиков, но и среди философов, ученых, поэтов, писателей. Сегодня режим, который олицетворяет собой Владимир Путин, силен в России. Президент имеет беспрецедентные восьмидесятипроцентные рейтинги, а в определенных кругах населения складывается даже стихийный, чуть неуклюжий и забавный, но политически значимый культ Путина. Оппозиция зачищена, телеканалы в руках власти, Дума практически лояльна… Что же касается международной напряженности и давления Запада, то все это служит только укреплению режима. В России настолько велик градус антиамериканизма (прямо пропорциональный бездумной и наивной любви к Америке в 1990-е годы), что санкции и угрозы США и Евросоюза придают Путину в глазах большинства населения России образ бескомпромиссного борца с безжалостным и вероломным «мировым жандармом». Но, как сказано в книге Экклезиаста, «ничто не вечно под луной». История России показывает, что за периодом консерватизма неизбежно идет период либерализации и на смену Николаю Первому и Иосифу Сталину приходят Александр Второй и Никита Хрущев. Путин сам сменил проамериканского и либерального президента Ельцина, и вслед за ним обязательно придет некий условный Ельцин-2 со вторым изданием порядком уже подзабытой перестройки… 2. Произойдет это, безусловно, не сегодня и не завтра. Еще полно сил у поколения, которое хорошо помнит тот хаос и разор, что творились в нашей стране в 1990-е, когда буханка хлеба стоила 1800 рублей (тысячу восемьсот рублей), а килограмм колбасы — 20000 рублей (двадцать тысяч рублей), зарплату не платили по 8–9 месяцев, и люди, чтоб не умереть с голоду, жили на дачах и питались одной картошкой… Для большинства из них 90-е — это неожиданные нищета и полуголодное существование, разгул бандитизма и запредельного цинизма новых «хозяев жизни», но самое главное — почти физическое чувство постоянной униженности. Профессор университета, помнивший еще дни, когда он принадлежал к привилегированной прослойке общества, теперь рылся на помойке в поисках съестного и старой одежды. Рабочий завода, некогда гордившийся своим званием, стыдясь, шел торговать на рынок тряпками… А в это время бывший высокопоставленный комсомолец, вовремя сжегший партбилет и по дружбе в «верхах» получивший безвозвратный кредит на бизнес, рассуждал, вытирая жирные губы салфеточкой, что, мол, так вам, лохам, и нужно, потому что «в этой стране», мол, большинство — лентяи и безынициативные «совки». Поэтому пока для большинства россиян слова либералов из «Эха Москвы» и «Новой газеты» о «светлой ельцинской эпохе демократии и рынка» все равно что для узника концлагеря рассуждения неонациста, что, дескать, «при Гитлере автобаны строили и порядок был». Но уже подрастает новое поколение, родившееся при позднем Ельцине и раннем Путине. Для них все это — история. Они с легкостью верят витиям из либеральных СМИ и интернета. Тем более, всучивая им розовую жвачку о 90-х, эти витии говорят о недостатках современного режима, и многое из того, что они говорят, — правда: и о сервильности и вороватости чиновников, и о лицемерии и лжи теледикторов, и о преследованиях оппозиции… Только правда эта приправлена ложной альтернативой: либо гниющий с головы режим единороссов, либо новая перестройка и либерализация, возврат к бесконтрольному рынку и сдача Западу всех наших геополитических достижений… Сейчас эти молодые юноши и девушки, лайкающие в Фейсбуке посты Навального и выходящие на митинги против коррупции, — школьники и студенты. Через 10–15 лет они уже войдут в период зрелости и станут постепенно, но ощутимо теснить поколение 70-80-х, то есть последнее поколение, заставшее краешком отрочества и юности советские годы и встретившие позор и предательство ельцинщины уже в сознательном возрасте. Да и сам режим будет продолжать деградировать и вырождаться. Деткам нынешних эфэсбэшных губернаторов захочется мира с Западом, а не жизни за «железным занавесом» санкций. Проправительственным журналистам совсем уж надоест врать, к тому же накопится критическая масса написанного в стол. А я не удивлюсь, если некий условный «Дмитрий Киселев» пописывает в стол критические заметки об «авторитаризме Путина» — чтоб было что жевать и в гипотетическую «эпоху перемен». А что, писал же Евтушенко в 60-е годы одновременно поэмы про партсъезды и стихи против советских танков в Праге, так что в 1988-м осталось лишь вытащить из загашника «диссидентское» и бежать за гонораром… Наконец, и экономическая база режима жидковата. Экономика, построенная на экспорте углеводородов за рубеж, слишком зависима от перепадов цен на мировом рынке и международной политики. Санкции Запада медленно, но верно также делают свое дело. И нет у современного российского авторитаризма того «индустриального жирка», который в свое время накопил за период ускоренной модернизации СССР (хотя его и этот «жирок» не спас от распада). Итак, можно не сомневаться, что перестройка-2 в России обязательно будет, и, вероятно, в середине или конце 2020-х годов. Вопрос только в том, по какому сценарию она будет развиваться — по мягкому или по жесткому. Предсказать сейчас это нельзя — слишком много иксов в этом футурологическом уравнении… Но вполне возможно смоделировать жесткий, наихудший сценарий — с тем, чтоб заставить задуматься о том, что нужно делать, а чего опасаться в преддверии этой перестройки-2. 3. Конечно, для такого моделирования нужен метод, и, похоже, единственный метод, которым мы в данном случае располагаем, — это историческая аналогия. Понятно, что она постоянно хромает, потому что бэкграунд событий будет существенно другой. Но мы ведь и не собирались претендовать на невозможное — предсказание будущего в деталях… Что ж, вспомним, с чего началась та, первая, горбачевская перестройка. Страна жила ожиданием перемен. Все слои общества были в той или иной степени недовольны существовавшим положением вещей, только каждый слой — по своей особой причине. Такое всеобщее, но разнонаправленное недовольство порождает краткое единодушие, которое заканчивается крахом всего и вся. Вспомним «бескровную» Февральскую революцию», когда на улицах обнимались, надев красные банты, великий князь и простой матрос (не прошло и года, и такой же матрос повел этого князя на расстрел). То же самое произошло сразу после прихода к власти Горбачева… Номенклатура и вообще верхушка государства воспряла духом, потому что поездила по заграницам, увидела, как живет западная элита, и захотела того же. «Бонзы» национальных республик — потому что давно уже тянули на себя полномочия и права, все меньше оставляя союзному и федеральному центру, и стали надеяться в условиях реформ получить еще больше. Интеллигенция — потому что устала от цензуры, необходимости лицемерить, во всеуслышание заверять в верности идеологии, в которую давно уже не верила и над которой втайне издевалась. Криминалитет — потому что окреп и разросся за брежневскую эпоху, когда в стране сформировалась фактически альтернативная экономика — «теневой рынок» со своими производствами, налогами, «правоохранителями», и теперь «теневые олигархи» желали легализации… Даже среди армейского командования и офицерского состава КГБ были те, кто желал выгадать от перемен. Разве мало гэбистских следователей в 80-е подводили торговых работников под расстрельную статью, сами тайно мечтая о быстром обогащении? Они-то в 90-е и стали хозяевами банков и холдингов… Простой народ тоже в определенной степени был недоволен властью. Его раздражали перебои с продуктами и товарами, дефицит, очереди, неравномерное снабжение городов (так что в Москву из Рязани и Орла отправлялись «колбасные электрички»). Но народ оставался все же самой лояльной частью общества. Ни об отмене власти партии, ни о распаде Союза он не мечтал. Ему хотелось только еще немного отъесться, партия и правительство в целом его устраивали, а на цензуру в СМИ ему было глубоко наплевать. Если бы перестройка пошла по «народному сценарию», то нас бы ждали реформы китайского образца. Но все случилось иначе. Пути элит и народа разошлись. Верхушка номенклатуры, националисты из республик, интеллигенция, криминалитет объединились и решили взять свое за счет сдачи геополитических позиций, разрушения государства и обрушения в нищету и унижение народа. Это им удалось благодаря совмещению политики подачек (простым людям бросили как кость западный ширпотреб, купленный за нефтедоллары, и отдали им в собственность их квартиры) и манипуляции сознанием (перестроечная «свобода слова» была улицей с «односторонним движением» — в «освободившихся от цензуры» журналах и телепередачах позволялось лишь ругать социализм, а критиковать курс перестройки — ни в коем случае; вспомним, какую истеричную реакцию у перестройщиков вызвало письмо Нины Андреевой). Готов поспорить, что в перестройку-2 произойдет нечто похожее. Современный режим боится непримиримой оппозиции (как советские власти боялись диссидентов). Но посмотрите, где оказались диссиденты после переворота 1991 года? В лучшем случае — на местах «свадебных генералов». Ключевые посты в постсоветской России заняли руководители партии, работники госорганов и КГБ, вытеснив своих бывших начальников (как Павел Грачев, который, не проигнорируй он приказ и не перейди на строну Ельцина в августе 1991 года, никогда бы не стал министром обороны РФ). Перестройка и антисоветский переворот 1991 года были не «восстанием народа против тоталитаризма», как тужатся представить это наши либералы, а восстанием заместителей партруководителей против своих шефов, в ходе которого была отвергнута прежняя идеология, поделены между победителями экономические ресурсы, и все это при помощи накачки общества антисоветской пропагандой, которую осуществляли бывшие работники советского агитпропа. Поэтому Путину стоит бояться не Навального, а представителей своего ближайшего окружения. Среди них уже сейчас зреет недовольство (недаром, как сообщает интернет, решение о присоединении Крыма вызвало стойкое непонимание со стороны почти всех крупных игроков команды Путина, а «посадка» Улюкаева буквально шокировала высокопоставленных «системных либералов»). Их можно понять. Друзья и соратники Путина имеют на Западе счета, в Европе и Америке располагаются клиники, где они лечатся, там учатся их дети, там у них прикуплены дома, где они собирались провести свою старость. А политика их покровителя по отношению к Украине и Сирии все больше и больше обостряет отношения России и «развитых стран». Перспектива спокойной жизни в домике в Германии, а то и в замке в Лондоне, встреч с детьми и внуками — выпускниками Оксфорда и Гарварда, все туманнее. Они, конечно, держатся, терпят, но всякому терпению есть предел. Если они и не решатся на «дворцовый переворот» (а и это нельзя исключить), то после ухода Путина с политической сцены (все-таки президенту уже за 60) именно они выдвинут из своей среды лидера-реформатора. Вероятнее всего, он будет человеком мягким и нерешительным — вроде Горбачева, потому что всех твердых и решительных Путин терпеть в непосредственной близости от кормила не стал и уже «подчистил». В этих условиях сразу начнется передел собственности — прикрытый высокими словами о «преступлениях ушедшего режима», и резкий поворот к дружбе с Запалом. Придется, конечно, платить — отказом от Крыма и Донбасса, отказом от идеологии «суверенной демократии» и «традиционных ценностей», отказом от статуса России как региональной державы и от евразийской интеграции, отказом от всего, что они сами провозглашали с высоких трибун в правление Путина… Но они платить готовы. На кону всё, ради чего они воровали и унижались долгие годы… Идеологическое прикрытие обеспечит интеллигенция. Причем людям молодым предстоит увидеть ошеломительные превращения, подобные тем, что мое поколение видело в 80-х, когда парторг редакции радиовещания на США и Англию Владимир Познер, который еще недавно на хорошем английском убеждал западных слушателей в преимуществах социализма и необходимости интернациональной помощи Афганистану, стал говорить совершенно противоположное… Вернутся из заграничного «далека» беглецы Евгений Киселев, Матвей Ганапольский. Вернутся как триумфаторы, на белом коне. Займут ключевые посты в СМИ, подтянут своих прежних друзей вроде Шендеровича и их молодую смену, начнут кампанию «новой гласности» с разоблачениями Путина, Медведева, чиновников-единороссов, а заодно еще более остервенелого очернения советского периода, победы в войне… Видную роль в идеологии новой перестройки будут играть русские национал-демократы, которые заведут старую песню о том, что русские уже 500 лет вместо того, чтоб заниматься своими делами, несут на хребте «непосильное бремя имперской государственности»… В сухом остатке всех этих слезных экскурсов в историю будет требование создания чисто русского национального государства с отделением нацокраин, прежде всего Кавказа. Самые смелые из русских националистов — вроде деятелей Национал-демократического альянса, которые прославились требованиями декоммунизации и люстрации, вступления России в НАТО и Евросоюз и раздачей на улицах Петербурга «власовских ленточек», потребуют разделения РФ на несколько русских государств — с отделением Сибири, Дальнего Востока, Русского Севера, Русского Юга. Впрочем, они уже и сейчас этого требуют, зайдите на сайт НДА и посмотрите. Но сейчас они это делают на малопосещаемых ресурсах интернета, а тогда им дадут для пропаганды главные каналы российского телевидения… Эти идеи ведь очень близки и либералам. Для них чем меньше Россия, тем лучше. Еще «бабушка российской демократии»» госпожа Новодворская говорила, что Россию нужно обкорнать до небольшой республики, оккупировать войсками НАТО, дать ей возможность «искупить грехи православной и коммунистической тираний», и, может, тогда она станет «нормальной цивилизованной страной»… С другой стороны, русских нацдемов с удовольствием поддержат (и уже поддерживают!) националисты из нерусских регионов России (недаром на сайте НДА долго висел баннер организации башкирских этнонационалистов «Кук буре» («Небесные волки»). Свои суверенитеты объявят Татария, Башкирия, Якутия с Бурятией, а потом, если события у федерального центра будут складываться совсем плохо, и попробуют отделиться. Под улюлюканье русских националистов, которые, как и 30 лет назад, будут вопить, что азиаты мешают России быть европейской страной. И только потом, когда уже будет поздно, русские националисты, как бы очнувшись, начнут оплакивать «миллионы русских, оставшихся на чужбине». Уход с Северного Кавказа российской военной силы снова взорвет как минимум Чечню и Дагестан, а попытка отделить Северный Кавказ от России закончится полномасштабной войной на южных рубежах России. Как только эти республики станут независимыми, в них вырежут все пророссийские политические силы, и мы получим озлобленные националистические, а то и исламистские режимы, которых будет вооружать Ближний Восток и идеологически поддерживать Америка и Европа. Еще мы получим миллионы беженцев с Северного Кавказа, которые с легкостью проникнут через только что возникшую символическую границу и хлынут в столичные мегаполисы. Проблема мигрантов начала 2000-х тогда покажется москвичам и петербуржцам не такой уж серьезной… Конечно, будут и отличия гипотетической второй перестройки от первой, но в мою задачу не входит попытка полностью предсказать ее ход. 4. Напомню, что я взял самый худший вариант возможного будущего. Без сомнений, в обозримом будущем режим исчерпает свои перспективы. С уходом Путина, который произойдет не сегодня, не завтра, но на глазах среднего и молодого поколений, зашатается созданная им система «сдержек и противовесов». Новой перестройки не избежать. Но от нас зависит, приведет ли она к разрушению России, как ее предшественница привела к разрушению СССР, или к переходу к еще более сильному, крепкому, но уже не олигархическому, а народному государству. Конечно, хотелось бы реализации второго сценария, и работать для этого нужно начинать уже сейчас. Рустем Вахитов Источник Автор Рустем Ринатович Вахитов — кандидат философских наук, доцент кафедры философии Башкирского государственного университета, г. Уфа. Заложники http://rusrand.ru/actuals/zalojniki Очень многими вещами Господь одаривает нас весьма ненавязчиво. И мы, зачастую, даже не подозреваем, какой ценный это подарок. Вот например, брезгливость. Есть она почти у каждого (персонажей с аномальными отклонениями мы сейчас в расчет не берём). Воспринимается она как нечто естественное и само собой разумеющееся. Но мало кто задумывается, что это, на самом деле, уникальный психофизиологический механизм, дающий нам колоссальное эволюционное преимущество и свойственный, кроме нас,… Fri, 25 May 2018 14:50:23 +0300 Очень многими вещами Господь одаривает нас весьма ненавязчиво. И мы, зачастую, даже не подозреваем, какой ценный это подарок. Вот например, брезгливость. Есть она почти у каждого (персонажей с аномальными отклонениями мы сейчас в расчет не берём). Воспринимается она как нечто естественное и само собой разумеющееся. Но мало кто задумывается, что это, на самом деле, уникальный психофизиологический механизм, дающий нам колоссальное эволюционное преимущество и свойственный, кроме нас, только нескольким высшим млекопитающим. И механизм этот, на самом деле, на рефлекторном уровне удерживает полноценный человеческий организм от попадания в очень многие неприятности. Большая часть из которых связана с гигиеническими вопросами — к примеру, брезгливость (или отвращение) удерживает от нахождения рядом с источниками повышенной биологической опасности (например, с чем-то разлагающимся). И наш организм на рефлекторном уровне знает, что это эволюционная необходимость — брезговать тем, что отвратительно. Печально, что этот уникальный инстинкт, так безотказно работающий в обычной жизни, далеко не всегда срабатывает в политике. А ведь там он может быть не менее судьбоносным. Впрочем, давайте, сперва, поговорим об актуальных вопросах. На днях в столице небратского бывшего государства Украина было разгромлено представительство нашего информационного агентства РИА «Новости». Ну, формально это почти самостоятельное издание (если я не ошибаюсь, конечно), но сейчас иначе и быть не может. Погром был осуществлён не какой-то местной шпаной из «С-14», а СБУ и Генеральной прокуратурой. В результате был арестован руководитель РИА «Новости Украина», гражданин Украины Кирилл Вышинский. По обвинению в государственной измене. В принципе, для современной Украины в этом нет ничего удивительного. Но вот только несколькими днями спустя украинское государство, устами своего МИДа, предложила обменять этого человека на Олега Сенцова — террориста, осуждённого на 20 лет за подготовку терактов против гражданского населения в русском Крыму. Дальше аппетиты выросли ещё больше: были озвучены ещё имена Романа Сущенко (обвиняемого в шпионаже), Александра Кольченка (подельника Сенцова по Крыму), и, в довесок Станислава Клыха и Николая Карпюка (осуждённых за военные преступления в Чечне боевиков УНА-УНСО). И знаете, друзья мои, ситуация эта, хоть формально и выглядит абсурдно, но, если подумать — вполне чётка и логична. И на эту чёткую логику указывает одна единственная ненавязчивая деталь. Которую я с удовольствием поясню. Дело в том, что обменивают, обычно, тех, кого осудили. Если, конечно, речь не идёт о прямом обмене пленными. Так вот, этого парня ни то, что не осудили — я сомневаюсь, что ему даже обвинение предъявили. Потому, что не может этого произойти так быстро хотя бы даже с точки зрения юридической процедуры. На всякий случай поясню: «арестовать по обвинению» и «предъявить обвинение» — это не совсем одно и то же. Так что ни о каком нормально обмене речи быть не может. Даже если бы оный обмен имел смысл, в чём лично у меня серьёзные сомнения. Но об этом чуть позже. Так вот, вывод из всего этого может быть только один — этого человека изначально арестовали для того, чтобы предложить на обмен. И подобное действие имеет вполне конкретное название: его взяли в заложники. Причём сделали это максимально по-папуасски. И даже этого не стесняются. Дополнительную пикантность ситуации придаёт тот факт, что «предложение об обмене» озвучила пресс-секретарь украинского МИДа Марьяна Беца, которая в украинской же Википедии подписана как «правозащитник». Здесь вообще нет слов. Это туше. Знаете, я сейчас не стану задаваться вопросом, что там вообще делают наши организации и их дочерние структуры. С моей точки зрения — это само по себе апофеоз идиотизма с оттенком суицида. Всё равно что они решили бы пожить немного в будке с бешеной собакой, а потом бы начали возмущаться, что она их покусала. Тем более что есть у нас, в этом смысле, и более отъявленные персонажи — такие, как Герман Оскарович Греф со своим «Сбербанком», который после всех событий минувшего года намеревается докапитализовывать свою украинскую «дочку» на весьма солидную сумму. С этим мне как раз всё понятно. А вопрос у меня, прежде всего, к тому самому психофизиологическому механизму, о котором я говорил чуть выше — к брезгливости. По всем его законам ни то, что общаться, а даже просто стоять рядом с чем-то настолько же омерзительным, как политикум современной Украины уже само по себе опасно. Можно просто элементарно подцепить чего-нибудь, как от падали или грязи. Вот примерно так, как в нынешнем случае. Мне интересно, кто-нибудь вообще понимает, что это — торговля людьми. И что в торговле людьми ВСЕ стороны становятся замазаны в непотребстве. А нас сейчас в это самое непотребство втягивают на официальном уровне. И это не потому, что наши «оппоненты» — днище. Это потому что мы с данным днищем общаемся. Ведём переговоры с теми, с кем даже рядом стоять не желательно, чтоб не провоняться. Фашиствующее украинство — это именно такой источник заразы и гнили, к которому даже подходить надо только с огнемётом. Иначе во всех других случаях это будет заканчиваться чем-то подобным. Я уже говорил и ещё раз повторю: бешеная собака — это бешеная собака и переговоры с ней вести, как минимум, глупо. Даже хотя бы с точки зрения брезгливости — от неё воняет и из пасти ядовитые слюни капают. Кстати, о самих переговорах. Вот здесь можно уже предметно говорить о последствиях. Давайте себе представим, что подобный обмен произведён. Ну, «с точки зрения соображений гуманизма» и прочей ереси. Так вот, в этом случае захват заложников будет поставлен на промышленную основу. Не исключаю, что люди будут, в том числе, и похищаться на территории Российской Федерации. И нет — я так говорю не для того, чтобы кого-то застращать или «разжечь». Именно так было в Чечне. А тем, кто забыл, я напомню: для того, чтобы завертелся тот страшный конвейер, было достаточно того, чтобы Березовский всего лишь начал вести переговоры на эту тему. Чем бандеровцы отличаются от чеченских бандитов? Ничем. Что, кстати, вполне подтверждают те, кому «посчастливилось» участвовать в обеих войнах. Тем более что одни учились у других. Так сколько будет заложников, если Российская Федерация умудрится во всё это вляпаться? А вы вспомните, сколько их было между двумя чеченскими войнами. Опять же: дело не в том, что бандеровцы — людоеды. Это, извините, уже утверждение в стиле незабвенного «Капитана Очевидности». В том, что людоедство в регионе нарастает, виноваты не сами людоеды, а те, кто ведёт с ними переговоры и делает с ними бизнес. Вот и всё. Хватит уже охать и ахать по этому поводу. И читать заклинания о гуманизме тоже не надо. Если сейчас поддаться шантажу, обменять заложника на террориста и в очередной раз утереться — заложники действительно начнут множиться по экспоненте. Просто потому, что такова логика подобных особей. Единственная выигрышная даже минимально стратегия в нынешней ситуации — включить жёсткий цинизм. Ну, и повторюсь в сотый раз: надо назвать войну войной и начать действовать в соответствии с этим. А ещё вспомнить о том, что неотъемлемой частью инстинкта самосохранения является брезгливость. Ведь это эволюционная необходимость — брезговать тем, что отвратительно. Источник Автор Павел Сергеевич Раста (позывной «Шекспир») — ополченец, блогер, публицист. Новороссия. ПНТ. Программные основы. Занятие 5. Идеология http://rusrand.ru/ideas/pnt-programmnye-osnovy-zanyatie-5-ideologiya Сегодняшнее занятие вновь начинается с проблемы определений, дефиниций, т.е. с проблемы соотнесения произносимых слов и смыслов, которые несут эти слова. Definition — по-английски это и есть наше русское «определение». Потратим некоторое время на то, чтобы научиться понимать, как правильно строить определения, построив собственное определение для понятия «Идеология». Fri, 25 May 2018 11:35:41 +0300 Продолжаем публикацию курса лекций по основам политики и методологии формирования партийной программы Партии нового типа, составленного как обязательный партминимум знаний члена ПНТ. АКТИВНО-ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЙ ПОДХОД К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ПОНЯТИЙ Сегодняшнее занятие вновь начинается с проблемы определений, дефиниций, т.е. с проблемы соотнесения произносимых слов и смыслов, которые несут эти слова. Definition — по-английски это и есть наше русское «определение». Потратим некоторое время на то, чтобы научиться понимать, как правильно строить определения, построив собственное определение для понятия «Идеология». Итак, — «Идеология — это…», и тут подразумевается вопрос: «Что это такое?». Обычно на этот вопрос отвечают: «это… когда», «при каких условиях», «на что это похоже, или на что это не похоже», а ответа на вопрос «Что это?» вы можете так и не услышать. Попробуйте сами дать определение чего-либо или попросите своих знакомых это сделать — столкнетесь именно с такой проблемой. Поэтому учимся давать собственные определения, что поможет понимать правильно ли это делают другие. Ответом на вопрос «Что это?» может быть выбор только из ряда: 1) предмет; 2) явление; 3) процесс; 4) характеристика. Никаких других классифицирующих смысловых ячеек нет в принципе. И это очень интересно, и важно запомнить, поскольку это отражение законов человеческого сознания. Скажу даже больше, — просто сознания, потому что слишком самонадеянно человеку утверждать, что только он единственный является носителем сознания. Я как раз утверждаю обратное. Итак, первый вопрос при конструировании определения: «Что это»? Предмет, явление, процесс или характеристика? Только после того, когда получен ответ на вопрос «Что?», можно отвечать на вопросы: «Какое это: длинное/короткое, зеленое/красное, горячее, треугольное, холодное?». Дальше нужно ответить на вопрос: «Зачем это?», «Что с этим делать». Существуют три совершенно обязательные вопроса, на которые надо ответить, давая определение. Это вопросы «Что?», вопрос «Какое?» и вопрос «Зачем? Что с этим делать?». Таково требование нашего активно-деятельностного подхода, в котором не терминами жонглируют, а определяют понятия, чтобы на основании постигнутого смысла выстроить свою деятельность. Выработанные определения дают надежную почву для дальнейшего строительства когнитивных смысловых цепочек. Именно поэтому человеческое сознание имеет возможность все время постигать новое: новые слова, смыслы, категории. Познали первое слово, второе слово познали используя первое слово. Слово — это, конечно, предмет, явление, характеристика, процесс мироздания. Третье слово может быть определено уже двумя словами. Это и есть постижение мира в виде образов сознания в нашем человеческом мозгу. И еще одна важная деталь. Представим, что если человеку понадобилось в коммуникациях или при построении мыслительных образов, отражающих внешний мир, какое-то новое для него слово, то как именно он его постигает? Сначала улавливает какие-то проявления: услышал, увидел, потрогал, пощупал. Затем обобщает и получает новое слово со смысловой нагрузкой. СХОЛАСТИЧЕСКИЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ИДЕОЛОГИИ Берем слово «Идеология». Всем конечно слышатся отзвуки слова «идея». Мы с этим прочтением боремся и слышим отзвуки другого слова, а именно, «идеал». Как маленький ребенок, только-только начинающий улавливать смыслы, начинает их обдумывать, видеть и изучать в разных контекстах, далее объединять, как бы уплотнять, компрессировать так и тут возникает важный порог, шаг, когда эта компрессия дает смысл искомому слову «Идеология», который полезен и нужен человеку для целеполагания и деятельности по преобразованию мира. А не только для велеречивости. Есть проблема. Существующие в словарях определения идеологии категорически не соответствуют тем требованиям, которые мы предъявляем. Мое требование: определение должно быть стреляющим, рабочим, оно должно, после того, как понят некий смысл, порождать человеческую деятельность. В словарях этого контекста и требования нет. Как в основном определяют идеологию? Приведу примеры. С.Г.Кара-Мурза в своей книге: «Идеология — это комплекс идей и концепций, с помощью которых человек понимает общество». Идеология — это комплекс идей и концепций? Что пояснено? Тавтология. Ничего не пояснено, кроме того, что появилось однокоренное слово «идея», но что оно из себя представляет, неизвестно. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: «Идеология — это метафизическая философия, учение об идеях». Кто-нибудь что-нибудь понял? Кто-нибудь может сказать: «Да, я понял, и я теперь пойду совершать благие для мира и человека дела»? «Идеология — это систематизированная, теоретически оформленная совокупность идей». Вы уже поняли, что я учебники цитирую. Вот еще один учебник философии: «Идеология определяется как отражение общественного бытия сквозь призму социально-групповых или классовых интересов». Видите, как дано определение? Ответа «что это такое?» упорно не дается. Идеология определяется как отражение, далее описывается что оно отражается через какую-то призму. Вот и Большая советская энциклопедия: «Идеология — от „идея“ и „логия“ — система взглядов и идей». У Кара-Мурзы тоже самое- комплекс идей и концепций. Понятно, что это не определения, потому что они никуда не ведут. Это схоластика. Еще становится ясно, что разговор замыкается на слове «идея». А что же такое «идея»? Опять я цитирую Википедию: «Идея — это мысленный прообраз какого-либо действия, предмета, явления, принципа, выделяющего основные, главные, существенные черты». В философии это — умопостигаемый и вечный прообраз реальности. В науке и искусстве идея — это главная мысль произведения или общий принцип теории или изобретения вообще, замысел или наиболее существенная часть замысла. Идея по Ефремову — основная причина, источник исторического развития в идеалистической философии. Идея — это план, мысль, намерение. Можно ли сказать, что этот кладезь перечисленной мудрости дает определение идеи, а через нее определение идеологии? В общем, довольно трудно. В контексте вопроса об идеологии, государственной идеологии ни движения мысли, ни движения действия не рождается. А тема очень важна! Важна потому, что в российской Конституции в Статье 13 написано, что в России идеологический плюрализм, а единая, общая для страны, т.е. государственная идеология запрещена. Оказывается, идеологию для страны можно даже запретить. Что ж это за штука-то такая, страшная, и, с другой стороны, важная для государства, что ее для нашей страны даже запретили? Что это такое? НЕОБХОДИМАЯ ЛИТЕРАТУРА Я по традиции рекомендую литературу, которая будет полезна к нашему занятию. Первое — диск, он есть в электронном виде на сайте rusrand.ru, называется «Наука, государственное управление и вызовы современной России». Это, безусловно, наш проект Конституции России [1], в котором на странице 7, в Статье 2 дано определение: «Государственная идеология — основанная на высших ценностях России и мировоззрении народа России идеология, мотивирующая деятельность человека, общества, народа России, государства, формируемая, поддерживаемая и защищаемая государством». Это не обычное определение, а конституционная норма. Наконец, если вы зайдете на первую страницу сайта www.rusrand.ru, то в Интернет-ТВ, в разделе «Видеоархив», найдете передачу «Идеологические беседы» — это мой курс из 9 лекций. К сожалению, в других изданиях ничего подобного тому, о чем я вам рассказываю, вы не найдете. Порекомендую еще только одну книгу [2]. Не случайно, что эта книга написана белорусскими учеными. Именно там коллеги почти подошли к тому, о чем я сейчас буду рассказывать и что очень важно. Вот их определение: «Идеология государства — это учение о нормах жизни, идеалах и ценностях народа, об идеологической политике государственных институтов, об идеологических процессах, характеризующих цели, особенности и пути общественного развития». Коллеги помогают увидеть, что когда речь идет в контексте построения государства, управления им, жизни общества, его развития, то важны нормы жизни, важны идеалы, важны ценности и цели. И для нас это строительное государственно-управленческое пространство, этот контекст принципиально важен. ТРИ ИДЕОЛОГИИ: ФАШИЗМ, ЛИБЕРАЛИЗМ, СОЦИАЛИЗМ Идеологий всего три. Можно что-то смешать, увидеть какие-то переливы, но корня три. Идеология фашизма, либерализма и социализма. Почему три корня, а не четыре, или не два, или не пять? Потому что на занятии №3 «Человек истинный. Нравственность, добро и зло» мы с вами разбирались, что существуют определенные характеристики человека и человеческого сообщества. Эти характеристики можно и нужно рассматривать в двенадцати ценностно-смысловых пространствах. Описывая их, мы видим три полюса. Полюс №1 — это облик человека истинного, истинного человеческого сообщества, это цель эволюции, развития человека и человечества. Идеология движения к нему — это истинный социализм. Полюс №2 — это нечеловек, животное. Оно не целеполагает. Оно живет инстинктами. Оно осуществляет всего три ценностно-целевых функции — размножение, удовлетворение, снятие чувства голода и обеспечение безопасности, т.е. поддержание жизни. Движение к нему есть либерализм (или, что близко, социал-дарвинизм). Третий полюс — античеловек, человеконенавистник, садист, извращенец, накопитель, эгоист, гедонист, разбойник, презирающий других, догматик, стремящийся к разрушению. Путь к нему — фашизм. Таковы три принципиальных состояния человека и общества. Других не придумать. Есть промежуточные, но понятно, что эти состояния мигрируют. Идешь направо — это дело доброе, нравственное — становишься человеком. Идешь налево — это дело злое. Консерватизм, который должен прийти на ум — не идеология. А технология. Консервации, охранительства, статус-кво. Консерватизм сочетается с любой идеологией, когда его цель охранять данную идеологию. Трем фундаментальнейшим состояниям человека и общества, ценностно-целевым наборам и соответствуют три идеологии. Очевидно, что фашизм занимает третий полюс. Либерализм там, где конкуренция (победит сильнейший, борьба за выживание), где пищевая цепочка (если зубы острее, сожрешь соседа, выживешь). Конечно, это полюс №2 — биологическая, социал-дарвинистская позиция. Социализм занимает полюс №1. Вопрос следующий, подводящий. Какая из трех идеологий устремляет человека и человечество в будущее, в прогрессивное развитие в бесконечном времени? Очевидно не фашизм: тысячелетний Рейх не состоялся. Зло такого калибра никогда не победит. Либерализм обращает эволюцию вспять, прогресс в регресс, он возвращает нас в джунгли, а не ведет в будущее. Кроме того, либерализм — это направление в сторону фашизма, что мы наблюдаем и в современной России. Конечно, в будущее ведет социализм. Слово, правда, раненое, истоптанное, поруганное, в том числе, не во всем удачным опытом Советского Союза, красными кхмерами и не только. Но, тем не менее, мы говорим это идеология. Ну добавим, истинного социализма. Слово происходит от второй ценностной шкалы, характеризующей человека и сообщество как социум, общество, общественный, коллективный, корпоративный. И эта кооперация, социальность, общежительство, конечно, прогрессивно и направлено в будущее. ИДЕОЛОГИЯ — ЭТО СОБРАНИЕ ЦЕННОСТЕЙ Привычно, что идеологию отождествляют с набором неких идей. Но что такое идея? Например, идея стола в чем? В том, что это предмет мебели, на который можно положить бумаги и выступать перед вами. Главная идея моей лекции сейчас в чем? В том, чтобы донести до вас главное содержание этого занятия. То есть идея — это мыслеобраз, образ сознания, который ухватывает основные замыслы, основное содержание предмета, явления, процесса из окружающего нас мироздания. Продвигает ли нас слово «Идея» с этим смыслом по пути к постижению смысла слова «Идеология»? Нет. Ведь в нашем контексте идеология — вещь-то совершенно, как мы говорили, боевая. Она либо делает людей фашистами, либо делает их людьми. Поэтому определение идеологии должно быть очень определенным, отвечающим нашим задачам и ответу на вопрос «Что делать в связи с вашим определением слова «идеология»? Было довольно трудно убедить себя, а теперь я должен убедить вас, что идеология строится не от корня «идея», этакого «безалкогольного», не конкретного, не работающего, не отвечающего на вопрос «Что делать?», а, скорее, от корня «идеал», и звучать она должна была бы как «идеалология», но немножко сократили и звучит как «идеология». Что такое «идеал»? Идеал — это предельно выраженная ценность. Абсолютная ценность. А что такое «ценность»? Ценность — это характеристика предмета человеческой деятельности, желаемая для человека по жизненно важным или критически важным обстоятельствам. Итак. Смотрите! У предмета человеческой деятельности есть характеристики, эти характеристики должны быть не любые, а какие-то. Для того чтобы характеристика предмета твоей деятельности — приготовленного продукта питания — была идеальной, этот продукт должен быть таким, чтобы приносить пользу организму, а не вред. Таким образом, идеология связана с ценностями, ценности формируют целеполагание для человека и человеческого сообщества, причем таким человеческим сообществом является и государство. Идеология — это собрание ценностей, ценностей как отражения идеальных представлений, определяющих целеполагание в развитии личности, общества, страны и государства. Это не набор идей о чем-нибудь. Это набор ценностей, причем их не может быть бесконечное множество. Почему? Потому что есть основные обстоятельства жизни и окружающего мира, определяющие нашу жизнеспособность и способность к развитию. Какие это ценности для всех трех идеологий — фашизма, либерализма и социализма? Первая ценность — это отношение людей к друг другу. Либерализм — это свобода всех от всех, а победа достается сильнейшему — джунгли, пищевая цепочка, социал-дарвинизм. Фашизм — это каждому свое — если ты из назначенных высшей расой, тебе все, остальных можно и в печку. Социализм — это равенство в человеческом достоинстве. Такое равенство — очень важная характеристика предмета человеческой деятельности. Какого? Государственного управления, общественной, политической деятельности, нацеленных на достижение результата. Равенство как ценность имеет свои характеристики. В либерализме, например, провозглашается ценность прав и свобод человека и гражданина, но, поскольку стартовые условия не оговариваются, к реальному равенству людей она отношения не имеет. Как говорил Дмитрий Анатольевич Медведев: «Бедный не может быть свободным». Выходит только богатый может быть свободным, и вся наша Конституция, путинская Россия, как мы видим, только для богатых. Для социализма постановка и описание этой ценности — равенство в достоинстве человека — означает, что государство, общество в каждом человеке признает его человеческое достоинство и даже в слабом, немощном видит ценность и заботится о нем. Это эволюционно прогрессивный принцип оразумленной жизни. Итак, идеология — это собрание ценностей, определяющих целеполагание в развитии личности, общества, страны и государства. Не случайно наша новая Конституция начинается с высших ценностей российского государства. Откуда берутся высшие ценности российского государства? Из культурного опыта, который вырабатывает цивилизация, народ в своих практиках. Каков критерий оценки этих практик? Если практики не успешные, не наилучшие, народ рассыпается, умирает, цивилизация уходит из истории. Если практики успешные, они закрепляются в традициях, укладах, культурных кодах, поведенческих ориентирах. Традиции — это лучший закрепленный опыт. С какой точки зрения наилучший? Как раз с точки зрения способности выжить, сохранить себя. Историю человечества можно описать, как войну за выживание в условиях ограниченных ресурсов. Футурологи предсказывают и в будущем войны за воду, воздух, другие жизненные ресурсы. Поэтому вопрос выживания, отчего и государства-то появились, совершенно очевиден. Ценности, мотивирующие и форматирующие жизнь, уклады, общественное, государственное строительство — собрание которых мы и называем идеологией, — это наилучшие, отобранные народом в его истории, закрепленные в культуре, в фольклоре, в искусстве, рецепты жизни, условие его продолжения навсегда. Поэтому под ценностями и под их собранием — идеологией, конечно же, понимаются самые здоровые, самые прогрессивные, самые направленные в будущее характеристики устроения жизни личности, общества, государства как предмета активной деятельности человека: политика, государственного руководителя или лидера общественной мысли. Почему идеология является столь важной для народа и страны? Отчасти я уже ответил на этот вопрос. Потому что высшие ценности в идеологии, следование им на практике позволяют человеку, народу, самой стране быть наиболее успешными. Сейчас вы, наверное, вспомнили наше занятие №4 «Успешность страны» и совершенно правильно. Идеология, высшие ценности, цели, которые генерируются при этом, — это составная часть активного управления развитием страны. Почему в 1993 году в Конституцию России, ныне действующую, либеральную, русофобскую, был заложен запрет на идеологию? Очень умные люди понимали, что, если страну лишить механизма целеполагания для развития, то она развиваться не сможет, она даже выжить не сможет, потому что страна — это тоже живой организм. Кто-нибудь может сейчас определить государственные цели развития России? Куда Путин ведет нашу страну? Какие ценности он декларирует из того набора ценностей, которые страну делают живой, оптимистичной, устремленной в будущее, здоровой и развивающейся? Кто-нибудь может назвать эти ценности? Может приватизация? Открытость экономики? Все, что они делают в рамках путинизма, с ВТО, открытостью экономики, с урезанием объема участия государства во всем и вся, с приватизацией, с демонетизацией экономики, с, как Путин выразился, «деидеологиза- цией всей культуры и истории страны», буквально все, что они делают по направлению, где цель должна определяться ценностью, — там все наоборот. Там все целеположено таким образом, что наша страна запрограммированно деградирует, люди превращаются в «животных», и в итоге государственные потенциалы и само государство Россия с геополитической карты мира исчезают. Значит, идеология — это, в том числе оружие, оружие борьбы в межгосударственной войне. И, как послевоенной Германии запрещено иметь ядерное оружие, а после Первой мировой войны было запрещено иметь определенные виды вооружений, так, победив одновременно преданный изнутри Советский Союз, хозяева и нынешние победители запретили стране иметь ценностный набор, устанавливать цели и развиваться. Это прямой ответ на вопрос: «Почему страна погибает?». И почему так важно в послепутинскую, в послелиберальную Россию вернуть оздоравливающую общестрановую, общегосударственную идеологию. Какая же это идеология? Этот выбор кажется очевидным: не фашистская, не либеральная, потому что они недалеки друг от друга, да и современный либерализм, на самом деле, дрейфует в сторону фашизма. Конечно, же это социализированная, социальная, социалистическая идеология. Чего нужно избежать? Подражательного копирования опыта Советского Союза. Это была настоящая историческая лаборатория социального творчества, где апробировались замечательные идеи и решения, но вместе с тем это и печальный опыт немалого числа ошибок и преступлений. Настало иное время и нужна новая и современная теория. Мы ее создали и предлагаем. Она позволяет видеть марксов конфликт между трудом и капиталом как частный случай конфликта расчеловечивания человечества и, наоборот, видеть очеловечивание человечества как фактор, который движет историей. Как квантовая механика поглощает классическую механику, так наша теория включает в себя марксову часть. Это замечательно, потому что мы не отвергаем это наследие, мы его продолжаем. Новая современная теория, как и 100 лет назад марксизм, дает ключ к решению задачи, как из страны путинизма, жесточайшего угнетения меньшинством большинства, без гражданской войны, без разрухи, крови и стрельбы перейти в государство справедливости, и по формуле «нет ничего практичнее теории» позволяет развернуть политический проект и политическую практику, которая закладывается в программатику нашей Партии нового типа. ВЫСШИЕ ЦЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА Надеюсь, я убедил вас в том, насколько важно заставить себя разбираться со смыслом терминов, которыми жонглируют в публичном пространстве. Итак, идеология — это набор ценностей, которые формируют для общества и государства цели развития. А средства достижения этих целей и реализация этих ценностей содержатся в конструкции государства, конструкции общественных и межчеловеческих отношений. Эти средства выписаны в нашей Конституции, а начинаются они с высших ценностей российского государства. Напомню некоторые из них. Абсолютной высшей ценностью является существование самой России, Родины Народа России. Единство, неделимость, территориальная целостность и государственный суверенитет России. Ответственность России за судьбы мира и человечества. Всеобщее благо, общественное благо, благо всех законных социальных групп и благо каждого человека в их гармоничном сочетании. Забота всех и каждого о сохранении, умножении достояния Народа России. Русская российская цивилизационная идентичность. Единство дружбы и солидарность русского и всех братских российских народов. Служение государства Народу России. «Народ России» пишется у нас всегда с большой буквы, это и политический, и правовой субъект, что является новым. Народосбережение. Человеческая жизнь, достоинство и свобода человека. Патриотичность и любовь к Родине. Неприятие расовой, национальной, религиозной, языковой, социальной дискриминации. Любовь и семейность. Рождение и воспитание детей, связь поколений. Сочетание традиционности и прогресса. Коллективность и взаимопомощь. Социальная справедливость. Гуманизм и взаимное уважение между людьми. Альтруизм и сопереживание. Гармоничное развитие личности. Ум, совесть и нравственность. Идейно-духовная, мировоззренческая мотивированность человека, устремленность к идеалу. Нестяжательство, трудолюбие, устремленность к творчеству. Вы обратили внимание, что эти высшие ценности четко корреспондируют с обликом человека, устремленным в будущее? Давайте сравним этот набор ценностей с тем, что провозглашает действующая Конституция, в которой все, о чем я сейчас рассказал, запрещено, а высшей ценностью обозначена единственная — права и свободы человека. Причем, в ней же, в Статье 55 написано, что права и свободы человека (якобы высшие ценности) могут быть ограничены! Это ведь означает, что они — не высшие ценности раз есть более значимые! Во имя чего могут быть ограничены высшие ценности по этой же действующей конституции? Во имя общественной безопасности, во имя общественной нравственности — по крайней мере, слова, которые действительно, к высшим ценностям имеют прямое отношение. Лживость действующей Конституции и породила в нашей стране сегодняшний социал-дарвинизм во плоти, несправедливость, разруху в головах и душах, безысходность впереди. Этот вывод еще раз подводит нас к мысли, что без детального понимания природы терминов, которые закладываются в фундамент интеллектуального и деятельностного здания, ни цели поставить, ни адекватных средств их достижения не найти. Напомню, что мы в партийной школе, мы разбираемся с нашими программными проектами и документами, мы разбираемся с тем, откуда берутся цели, к которым мы прокладываем путь и находим средства их достижения, мы ставим задачи, отвечаем на вопросы в рамках этих задач. Мы — люди настоящие. Мы — люди целеполагания. Мы — люди действия. Это и есть особенность Партии нового типа. Почему идеология, которую мы разработали, близка к идеологии социализма, точнее истинного социализма? На фоне идеологии либерализма — нынешнего путинизма и на фоне фашизма, к которому этот либерализм скатывается, где мы находимся с нашей партийной идеологией? Сказать, что мы находимся в точке СССР затруднительно, потому что очень многое в этой точке неприемлемо из-за приверженности догматике, схоластике, ненаучности, переносов из прошедших экспериментов, которые оказались не слишком удачными или, скажем прямо, преступными. Идеологический маятник в нашей стране из точки СССР (1) ушел в состояние путинизма (2), опасное, неприемлемое и нежизнеспособное, а наша задача — идеологию страны перенести примерно в центр. Истина, как говорит философия и народный опыт, всегда посередине. Наша теория, которая с научной щепетильностью, с проверкой на достоверность отвечает на все актуальные вопросы современности, является залогом успехов нашей партийной деятельности, поэтому Партия нового типа в этом смысле очень хорошо вооружена. Общий вывод из сегодняшнего занятия, в котором мы разбирались со смыслом категории идеологии, таков: ни страна, ни партия, ни человеческая деятельность без идеологии, вообще говоря, не бывает. Поэтому, когда утверждают, что сегодня идеологии в России нет, это ложь. Нынешним правящим режимом управляют ценности, их легко перечислить: обогатиться, не попасться и властвовать-обогащаться вместе со своими наследниками вечно, ничего другого реконструировать из их реальной деятельности нельзя. Поэтому все остальные ценности — безопасность страны, устойчивость развития, народосбережение, самочувствие народа — просто вне их мотивационного пространства. Как эту идеологию назвать? Она и либеральна, потому что уничтожается государство, его потенциалы. Она уже и фашизируется, потому что породила социальный расизм, людей первого сорта и людей низкого сорта. Как ее назвать? Назовите ее сами из этих причитающихся по заслугам слов. Но это точно не та идеология, которая будет в нашей стране уже в скором будущем и которая нашу страну сделает лидером мира. ВОПРОСЫ ДЛЯ САМОПРОВЕРКИ И УГЛУБЛЕНИЯ ПОЛУЧЕННОГО ЗНАНИЯ 1. Что такое идея? 2. От какого слова родился термин «идеология»? 3. Может ли быть много и разных нравственностей? 4. Бывает ли государственное строительство без идеологии? 5. Почему только в нескольких конституциях мира запрещена идеология государства (в России в том числе)? 6. Сколько существует идеологий и почему? 7. Какова идеология путинизма? 8. В чем сущность идеологии ПНТ?