Виртуальный побег реальных подозреваемых

Виртуальный побег реальных подозреваемых

Недавно на коллегии Генпрокуратуры РФ первый заместитель генпрокурора Александр Буксман сообщил, что «в целом по стране не установлено местонахождение 270 тысяч уголовных дел». О том, как могла произойти масштабная пропажа, качестве работы следователей и возможных системных проблемах корреспондент «Мира Новостей» беседует с кандидатом юридических наук, экспертом Центра научной политической мысли и идеологии (Центр Сулакшина) Александром Гагановым


— Александр Андреевич, что кроется за словами «не установлено местонахождение» уголовных дел? Дело ведь не человек. Оно не может втихую взять и уехать в неизвестном направлении. 

— «Неустановленное местонахождение» уголовного дела означает одно — было совершено уголовно наказуемое преступление, но заведенное по факту преступления дело потеряно, как будто ничего и не произошло. Если говорить серьезно, то можно предположить, что уголовные дела были возбуждены, данные об этом были сохранены в картотеках или в другом виде, но при проверке выяснилось, что дела остались не закрыты, а самих дел не оказалось в наличии. 

— Как такое возможно? 

— Возможны разные варианты. В худшем случае они за определенную плату намеренно «потерялись» по вине следователей, то есть по коррупционным основаниям. В лучшем случае дела могли быть не совсем потеряны, а положены в настолько дальний угол, чтобы, пока их будут искать, вышли все сроки давности по преступлениям. Ну и, наконец, дела могли украсть (не без халатности со стороны следователей), они могли сгореть в пожаре или пострадать в иных катаклизмах, которые происходят отнюдь не по счастливой для преступников случайности. 

 — 270 тысяч пропавших уголовных дел - какая-то огромная цифра. А, по-вашему, это много или мало? 

— Чтобы понять это, надо посмотреть прокурорскую и судебную статистику — сколько всего уголовных дел возбуждается за год и сколько доводятся до приговора. По данным Генпрокуратуры, в 2014 году было совершено более 2,1 млн. преступлений, а по данным судебной статистики за последние пять лет до суда доводилось порядка 930 тыс. уголовных дел в год. Некоторые дела расследуются долго, поэтому попадают в суды позже, а не в тот год, когда преступления были совершены, но  «в среднем по больнице» получается, что суды ежегодно рассматривали примерно половину дел по преступлениям, совершенным за год. Однако, так или иначе, 270 тысяч пропавших уголовных дел — это почти треть от годового количества уголовных дел, рассматриваемых в суде. Вот и считайте, много это или мало? Причем, уточню: судебная статистика о потерях дел внутри своей структуры ничего не сообщает, а потерять дело в суде гораздо сложнее, чем на стадии следствия. 


Полный текст интервью «Виртуальный побег реальных подозреваемых»  читайте на сайте «Мир Новостей»



Вернуться на главную


Comment comments powered by HyperComments
3157
23816
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика